Как Степан Семёнович Трошин стал журналистом

Степан Трошин был ранен в боях самой разрушительной из войн на земле и остался жив. Демобилизовавшись, он устроился в редакцию газеты. Не всё складывалось гладко в его творческой биографии: однажды он решил сменить профессию… Однако, как говорится, бывших журналистов не бывает. Но обо всём по порядку. 

Степан родился 11 октября 1924 года в городе Бийске Алтайской губернии (ныне территория Алтайского края) в многодетной семье. После окончания школы в начале 1940-х трудился рабочим.

Когда Германия вероломно напала на Советский Союз и началась война, с первых дней начал проситься на фронт добровольцем. Но призвали в армию трёх его старших братьев, ушла на войну и старшая сестра, а молодому парню всё отказывали по причине нехватки лет.

Военком неоднократно рвал заявления молодого паренька, который и просил, и даже требовал отправить его на фронт. «Мал ты ещё, да и родителям кто-то должен помогать, ведь, если и ты уйдёшь, они одни не справятся – старенькие уже», – увещевал военком.

Но Степан продолжал писать заявления. Когда же ему до 18-летия осталось два месяца, военный комиссар города сдался и выдал парню вместе с повесткой направление на курсы военных связистов-топографистов, чтобы он попал в действующую армию, уже имея военную специальность: «Для армии, да и для страны, это выгоднее, надёжнее», – напутствовал комиссар Степана.

Это было в августе 1942 года. А в действующей армии он оказался в марте 1943-го с сержантскими погонами на плечах. Так он прошёл военными дорогами – от простого телефониста до помощника командира взвода разведки пушечно-артиллерийской бригады.

Правда, для начала он попал на военно-пересыльный пункт, откуда был направлен в 794-й отдельный разведывательный артиллерийский дивизион Резерва Главного Командования.

Подразделение активно вело артиллерийскую разведку в интересах артиллерии соединений и объединений Северо-Западного, Брянского, Центрального, Белорусского и 1-го Белорусского фронтов. Вместе с другими бойцами в операциях дивизиона участвовал и Степан Трошин.

Воевал отважно, но помнил и о солдатской заповеди: вражеским пулям не кланяйся, но голову всегда береги. Не раз под шквальным огнём противника передавал он ценнейшие данные о немецких орудиях. 

Вскоре Степана назначили командиром отделения в батарее топогеодезической разведки (БТР) 794-го разведывательного дивизиона. И он умело командовал вверенными ему в подчинение военнослужащими.

Первой боевой награды – медали «За отвагу» – младший сержант Трошин удостоился в августе 1943-го. В это время их артиллерийский разведдивизион переподчинили 44-й пушечной артиллерийской Краснознамённой бригаде.

А из дома приходили одна за другой страшные вести – родители с горестью сообщали, что три его родных брата: Виктор, Иван, Николай и сестра Екатерина пали смертью храбрых в битвах с фашистами. «Прошу тебя, береги себя, сынок, – писала ему мать, – на тебя теперь вся наша с отцом надежда…».

44-я бригада активно участвовала в известной Ясско-Кишинёвской операции, целью которой была ликвидация крупной немецко-румынской группировки, прикрывавшей балканское направление, освобождение советской Молдавии и разгром гитлеровских сателлитов в Румынии. В ходе этой операции наш герой вновь проявил героизм и бесстрашие.

Военные действия Красной Армии закончилась освобождением Молдавской ССР и полным разгромом южного крыла германского фронта. В результате Румыния вышла из войны на стороне Германии и перешла на сторону антигитлеровской коалиции. Наши войска стремительно вышли к границам Болгарии, Югославии и Венгрии.

Сам Степан Семёнович позднее вспоминал, что бился теперь с фашистами и за братьев, и за сестру, очень был зол на врага. При этом материна просьба: беречь себя, – оберегала его от гибели, лишь от ран охранить не могла. Раны быстро заживали, и Степан Трошин снова возвращался в боевой строй.

В июне 1944 года, в соответствии с приказом Народного комиссариата обороны СССР, 794-й отдельный разведывательный артдивизион, где служил Трошин, передали в состав 68-й пушечной артиллерийской бригады 48-й армии 1-го Белорусского фронта.

Соединения фронта с победными боями продвигались на Запад, вместе с ними гнал немцев на Запад и Степан Семёнович. Дошёл до Кенигсберга и взял его. На груди воина прибавлялись боевые награды: орден Красной Звезды, медали «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

Командир батареи топогеодезической разведки старший лейтенант А. С. Мельников писал, что Степан Трошин «проявил себя в ходе войны как мужественный, верный долгу и присяге сын Родины».

С. С. Трошину пришлось послужить и после победы над гитлеровской Германией. В запас его уволили только в феврале 1947 года в звании старшего сержанта. Видно, в утешение старым родителям Трошина, сохранил Господь жизнь их младшему сыну. Хоть и контуженый, но живой вернулся он в родной Бийск.

Именно во второй половине 1940-х у Степана Семёновича «прорезалась» тяга к журналистике. Он попросился в редакцию абаканской городской газеты «Красное знамя». Взяли не сразу, предложили пройти испытание, поручив написать для издания несколько материалов. Недавний фронтовик согласился и успешно выдержал экзамен, его зачислили литсотрудником в отдел промышленности.

Первые репортажи, первые статьи, знакомство с предприятиями, людьми, проблемами Абакана, с историей города, которая началась с возведённого в XVII веке русской крепости-острога, – вся эта круговерть быстро затянула начинающего репортёра, которому не было ещё и 25 лет. Он с интересом осваивал газетную науку, прислушивался к рекомендациям бывалых газетчиков, перенимал их опыт. Оперативность, способность грамотно и доступно излагать на бумаге факты вскоре вывели Степана Трошина в число наиболее известных журналистов города.

Вскоре ему предложили снова вернуться в Бийск – в редакции газеты «Бийский рабочий» появилась вакансия литсотрудника. Недолго думая, он согласился. А через пару лет Трошина позвали на повышение: на место ответственного секретарем газеты «Заветы Ленина» Бийского района.

Первые десять лет в газетной журналистике пролетели быстро. Однажды, в начале пятидесятых, Степан Семёнович снова оказался перед выбором: семья росла, требовалось всё больше расходов, а сельская редакция дотационного издания не могла удовлетворить их в полном объёме. Он долго размышлял о том, что делать, и принял серьёзное решение о смене профессии.

Рядом с Алтаем был Кузбасс с его высокими заработками, пенсионными льготами, более высоким уровнем жизни. Трошин тоже решил стать шахтёром. Но не просто рядовым горняком, а горным инженером. Настырности ему было не занимать, а смелости, которая города берёт, его научила война. Степан подал документы в Ленинградский Горный институт имени Г. В. Плеханова – его зачислили в вуз.   

С Кузбассом он начал знакомиться, ещё будучи студентом, проходил производственную практику на одной из угольных шахт Кемеровской области. А в 1957 году, после окончания института, Трошин получил направление в город Киселёвск. Здесь на шахте № 7 треста «Киселёвскуголь» его назначили помощником начальника участка, спустя год он стал начальником этого же участка.

Между тем, его карьера угольщика длилась недолго. Сейчас трудно сказать, почему. Думается, одна из причин – подорванное войной здоровье, не позволившее работать под землёй. Вот тут-то и пригодилась профессия журналиста, которую он освоил на Алтае.

Он снова пришёл в редакцию: теперь это была городская газета Киселёвска «В бой за уголь». Здесь главной темой его публикаций стала угольная отрасль города. За короткое время Степан Семёнович побывал на каждой из шести шахт города, на всех угольных разрезах, на машзаводе имени Черных, где выпускали горное оборудование. На каждом предприятии основал рабкоровские посты, обзавёлся информаторами, которые помогали собирать оперативную фактуру для новостей. 

Его публикации были востребованы не только обычными читателями, но и людьми шахтёрских профессий. В редакции Степана Трошина хвалили. Интересно, что редактором газеты «В бой за уголь» с 1958 года стал молодой газетчик Николай Константинович Агеев, прошедший в этом издании путь от рядового журналиста до руководителя коллектива газеты. Он таже с боями прошёл по дорогам войны. Был связистом в артиллерийском полку на Ленинградском и Прибалтийском фронтах.

В общем, два связиста-фронтовика… Им было о чём поговорить – не только профессиональные темы сближали недавних солдат – они вспоминали минувшие военные дни.

В Киселёвске С. С. Трошина приняли в Союз журналистов СССР.

Как-то Агеев посоветовал Трошину послать одну из статей о проблемах угледобычи в областную газету «Кузбасс». Степан Семёнович согласился, письмом отправил материал в Кемерово и его опубликовали на страницах областного издания. Довольно скоро заметки Трошина стали выделять особо на рабочих летучках «областников».

В конце концов это привело к тому, что Степану предложили перейти в областную газету. Предложение он принял и был зачислен в отдел угольной промышленности. Начались командировки по угольным городам и посёлкам Кузбасса. Работал Трошин с увлечением, к подготовке публикаций подходил творчески. Да и диплом угольного инженера помогал разбираться в существе многих проблем, если надо, подсказать или поддержать шахтёров со страниц газеты.

После того, как в редакции освободилась должность заведующего угольным отделом, руководство газеты утвердило сюда Трошина.

Надо отметить, что в 1960-е годы Кемеровская область переживала период активного промышленного развития. Угольная промышленность, как и в военное время, оставалась ключевой отраслью региона. Несмотря на некоторые изменения в структуре производства (например, снижение удельного веса угольной промышленности в некоторых секторах), добыча угля продолжала расти. Спрос на уголь Кузбасса всё возрастал не только внутри страны, но и на зарубежных рынках. В эту отрасль области активно шли большие инвестиции. Шахтёры были на особом счету, пользовались заслуженным почётом.

Словом, было о чём писать сотрудникам угольного отдела, который, вне всякого сомнения, был в редакции ведущим. Отраслевые статьи и корреспонденции отдела не сходили с газетных полос. Из очерков и зарисовок о лидерах угледобычи, бригадирах угольных бригад читатели узнавали много интересного о героях трудового фронта.

12 лет Степан Семёнович возглавлял отдел угольной промышленности «Кузбасса». Даже небольшую книжку под названием «Девиз – скорость!» написал и издал в Кемеровском книжном издательстве в 1964 году. В ней автор рассказал об опыте бригады проходчиков-скоростников Л. Д. Мицкого с шахты № 3-3-бис Прокопьевского рудника.

К 50-тилетию газеты «Кузбасс», которое отмечали в 1972 году ему вручили Почётную грамоту за большой творческий вклад в развитие областного периодического издания. И он очень гордился этой скромной наградой.

Но здоровье и здесь начало его подводить – требовался более спокойный ритм жизни. Поэтому следующим местом работы С. С. Трошина стал Информационно-вычислительный центр производственного объединения «Кузбассуголь» (в 1981 году переименовано в «Северокузбассуголь»), где он сначала трудился главным инженером, потом был заместителем начальника ИВЦ до выхода на пенсию по инвалидности в 1982 году.

Степана Трошина не стало 12 апреля 1983 года – участник войны, журналист скончался на 59-м году жизни после тяжёлой и продолжительной болезни.

После его смерти жена Степана Семёновича передала журналистский архив мужа в музей газеты «Кузбасс», но в связи с реорганизациями последних лет он был утерян. Не сохранились и военные награды фронтовика – их украли квартирные воры.   

У близких стались только документы, орденские книжки и немногочисленные фотографии С. С. Трошина. Как бы то ни было, его внуки и правнуки продолжают хранить память о нём. Недаром же одного из правнуков назвали в честь прадедушки Степаном…