Ветер в руках

Он привычно забрался  на доску, потянул старт-шкот, мачта, как-бы нехотя пошла из воды. Следом парус, сливая с себя воду. Вот уже вся система над водой, парус наполняется ветром, и доска скользит по  слегка барашковой поверхности моря. Раньше эта процедура проходила почти незаметно…
Все началось в 1984 году. Первая (и последняя) путевка в зарубежную страну.  Венгрия. Неделя по стране, неделя на озере Балатон. Прокатные парусные доски.
Дай, думает, попробую. Давно ведь мечтаю о парусе.
Встал, мачту поднял. Ветерка чуть-чуть. Но ведь слушается доска!
Прокат не дёшев. Надо дождаться ветра посвежее. Дождался. Тут жена зачем-то за доску уцепилась. Пока он пытался поднять мачту из воды, их утащило чуть-ли не на середину озера. А вокруг виндсерфисты летают во всех направлениях. Вариант один, лечь на доску, и гребя руками, идти к берегу. Таких ругательств со стороны жены он раньше не слышал, как, впрочем, и не видел таких синяков на руках, повыше локтей. 
Первая практика не прошла даром. Идея иметь собственную парусную доску крепко засела в голове. Родительский дом на берегу теплого моря, практически каждый отпуск там. Почему нет? Но вот беда, досок  в округе в продаже нет.
Как-то, через довольно непродолжительное время после Венгрии, возвращается Он на свои Севера через Киев.  В Киева дядя родной. И вот, о чудо, в спортивном магазине в продаже разборная парусная доска «Мустанг-М». Желание приобрести столь сильно, что Он даже не думает о том, как он эту доску потом будет доставлять  к месту ее постоянного базирования. И вот она уже на балконе восьмого этаже на Оболони, предварительно конечно Он договорился с дядей. Жена дяди работала в системе четвертого Главного Управления  Минздрава УССР. У них на берегу теплого моря имелись свои подведомственные санатории и дома отдыха. Один из них находился недалеко от места жительства его родителей.  Так доска оказалась на месте раньше, чем Он туда добрался в следующий раз.
В тот отпуск, Он веселил народ на пляже примерно трое суток. А потом поехал. Он выходил на воду при любой, более-менее сносной погоде. Благо, родная сестра бабушки с мужем жили буквально на берегу, в паре десятков метров от уреза воды. Проблем с хранением доски не было. По нескольку часов в день доска была под ним.
Как то раз, Ему в голову пришла сумасбродная идея, доставить доску к себе на Север и пройти на ней вдоль побережья Холодного моря. Для этих целей был даже приобретен в том же Киеве резиновый гидрокостюм. Идее не суждено было осуществиться, а костюм до сих пор где-то лежит, упакованный в тальке.
Так проходил отпуск за отпуском, а потом Он приобщился к большому парусу, который занимал все отпуска. Приезды домой стали все реже, соответственно и выходы на доске тоже.
Он пересекал Океаны, были планы на пенсию, но реальность оказалась прозаичней. Вернувшись в родной дом, окунувшись в быт, понял, что кроме доски, связывающей Его с прошлым , ничего нет. А доска состарилась раньше него. Полые корпуса нещадно брали воду, так, что потом вытащить доску из воды было очень тяжело. На помощь пришел сын, взялся клеить корпуса. Он воспрял духом.  Приобрел гидрокостюм, чтобы пораньше начать сезон. И, даже, начал. Но, незадача. В начале лета обнаружилась грыжа, а операция запланирована только на сентябрь. Там еще реабилитация. Сезон потерян.
Дальше интересней. В один из дней в начале октября Он заметил, что предмет, если на нем не сконцентрировать внимания, выпадает из руки. И это не прекращающееся покалывание, будь-то, рука затекла.  Тут еще жена попросила закрыть глаза и дотронуться пальцем до кончика носа. Палец уехал далеко в сторону. А вот до поликлиники Он доехал сам за рулем. Жена зашла к неврологу без очереди. Через некоторое время, скорая, вереща сигналами, неслась через весь город в больницу. Диагноз подтвердился. Инсульт. Коль попал, обследования по полной. КТ, МРТ, коронарография, холтер.
Результат безрадостный. Левая сонная артерия забита на девяносто процентов, правая на восемьдесят пять. Одна артерия, питающая сердце закрыта полностью. Операция в данной клинике не возможна. Необходим республиканский центр. Но есть и хорошая новость. В операции нет необходимости, так как оставшиеся сосуды питают сердце в достаточном объеме.
А вот сонные надо чистить. Жена в панике. Отправляет результаты исследований дочери в Санк-Петербург. В клинике, куда она обратилась, спросили:
- Он разговаривает, передвигается?
- Да
- Ну так радуйтесь.
Об этом диалоге Он узнал много позже.
В ноябре одна операция, в декабре вторая.
Все нормально. Дома. Реабилитация проходит без осложнений. Тут и лето на подходе. Товарищ приехал, как обычно в это время. Помог доску до воды таскать. А она воду берет так, как будь-то, и не было никакого ремонта. Вытащить ее на берег с этими литрами очень сложно даже вдвоем. Приуныл.
Позвонил в ближайший яхт-клуб насчет ремонта, отправил фото.
- Отремонтировать можно, но стоимость будет сопоставима с приобретением новой.
И предложили за очень вменяемые деньги бэушную доску уже нового поколения.
Съездил, посмотрел и тут же забрал. Радовался, как ребенок.
Переоборудовать под свою мачту не составило особого труда. Доска была много легче прежней. Он без проблем переносил ее в одиночку.
Но первая радость быстро сменилась беспокойством. Он никак не мог нормально начать движение. При попытке подъема паруса из воды, доска начинала движение назад, а так как стартовал в паре метров от берега, приходилось спрыгивать, чтобы не повредить шверт и плавник. На прежней доске такого никогда не было. Возникла еще одна проблема.  Производить эти манипуляции было не безопасно, из-за вероятности уронить мачту на голову, какого-нибудь купальщика. Пришлось искать уединенное место на берегу, что не так просто в разгар сезона.
Место было найдено, а вскоре и вопрос со стартом решился. До банального просто. На «Мустанге» мачта крепилась к доске в строго определенном месте, а на этой имела возможность передвигаться относительно  длины доски. Почему Он сразу не обратил на это внимание? Трудно сказать. Одно слово -инсультник, . Эксперименты с перемещением мачты дали результат. Отход от берега уже не вызывал беспокойства. А вот над поведением доски на воде еще предстояло работать. Верткая, в отличии от «Мустанга», при малейшем изменении положения мачты, доска стремилась изменить направление движения.
И вот уже подходят отдыхающие, рассматривают снаряд, спрашивают:
-Это сап такой?
Парусов то в этих местах нет совсем. А сапы все заполонили.
-Нет, это виндсерфер.
Потом часто следует вопрос:
- Сколько вам лет?
- Семьдесят.