Ландан из

Денис ненавидел английский. В школе училка заставляла читать непонятные тексты и переписывать их в тетрадку с переводом — этим перечень её методических приёмов исчерпывался. На последних страницах учебника был словарик, в котором ученики искали почти каждое слово и причудливо складывали их, как недопаззл, в корявые предложения. В частном институте, где Денис получил диплом, тройку по умолчанию ставили всем, кто присутствовал хотя бы на половине пар. Денис вспомнил свой школьный опыт и переписал в толстую тетрадку несколько десятков текстов из разных учебников, красиво подчеркнув рандомные слова ручками разных цветов. Этим он так поразил преподавательницу, что она вывела ему в зачётке «хорошо».

Казалось, что на этом эпопея с английским для Дениса закончилась, но не тут-то было. В описании абсолютно всех должностей, которые его интересовали, стояло ненавистное слово «английский». Он быстро нашёл выход: подделал сертификат об окончании языковых курсов и документ о сдаче IELTS аж на шесть с половиной баллов из девяти возможных. «Если примут — найму репетитора, и всё», — успокаивал он себя. В итоге его приняли, и все его рабочие задачи прекрасно обходились без английского. До вчерашнего дня.

Вчера его вызвал Пал Саныч — непосредственный начальник. Он долго сопел, а потом выдал:

— На должность начальника нового филиала хотят назначить тебя. Я буду честен — предлагал Ирину Кольцеву. Она специалист хороший, и опыта у неё побольше… Но дирекция не поддержала… Да у тебя английский лучше, а там все совещания только на инглише, презентации надо будет делать, на вопросы отвечать. Команда полностью интернациональная, не как здесь. Разумеется, если ты согласен. Ну как, потянешь?

— Оф кос! Ландан из зэ кэпитэл оф Грэйт-Бритэн, — тут же ответил Денис и сам расхохотался от своей шутки.

Только дома он понял, что наделал. Это не электронные письма переводчиком переводить! «Совсем они со своим английским. Русский пусть учат!» — начал он было думать, но это почему-то не помогало. «Я же хотел нанять репетитора. Пока тут дела сдам, пока там то да сё — за пару месяцев подтяну».

Незамедлительно Денис приступил к поиску репетитора. Он никогда этого не делал, а потому растерялся от обилия предложений, сайтов, непонятных аббревиатур и приветствий на английском. Когда у него уже начала раскалываться голова, на одной платформе его внимание привлекла фотография: серьёзная женщина средних лет в очках и в пиджаке предлагала свои услуги недорого и с гарантией. «Английский за пару месяцев для карьеры и бизнеса! Специализируюсь на работе с менеджерами среднего и высшего звена», — на вполне понятном русском гласило объявление под фотографией. «Пробный урок бесплатно», — было указано чуть ниже. А ещё ниже, под кнопкой «Зарезервировать», был список дат и часов, в котором, к огромному удовольствию Дениса, оказался и сегодняшний вечер.

— Нечего тянуть. Буду заниматься каждый день, — сказал он сам себе, забронировал урок, а в оставшееся время решил посмотреть сериал — только обязательно на английском! — Это вам не Ландан из зэ кэпитал, — добавил он, старательно выговаривая каждый звук на «английский» манер.

В его мыслях он уже приветствовал команду, задавал каверзные вопросы, звонил иностранным партнерам, чтобы обсудить детали. Время ползло ужасно медленно, так не терпелось ему начать. Он даже нашёл тетрадку с неисписанными листами, пожелтевшую от времени, невесть откуда взявшуюся в его холостяцкой квартире.
Когда время приближалось к девяти вечера, на которые был запланирован урок, его вдруг охватила паника. А что, если она сразу начнёт задавать вопросы? Попросит представиться, например. Денис судорожно стал вспоминать:

— Май нэйм из Дэн… Так, это понятно… Что ещё? Ай эм… Ай эм о’кей… Ай эм стьюдент… Нет, это не подойдёт же. Май мазер… Чёрт!

В голове роились только «бич», «фак ю» и «бэйби», которые никак не годились для красивого детального монолога о себе. Наконец подошло время войти в конференцию по любезно присланной заранее ссылке.

Преподавательница уже была там. Её камера была странно расположена: верхняя часть лица съелась, видны были только узкие губы с сеточкой морщин, подбородок, тощая шея и торс. Она залезла рукой под блузку и почесывала себе там, отчего блузка задралась, и одна вялая грудь вывалилась на всеобщее — а точнее, его, Дениса — обозрение. Ему тут же стало неловко. «Она, наверное, думает, что у неё камера выключена», — подумалось ему.

— Э-э-э-э… Здравствуйте! Хэллоу! — сказал он, надеясь, что учительница опомнится, и что они смогут сделать вид, будто ничего этого не было.

— Хэллоу! — произнесли губы, но рука из-под блузки никуда не делась. Наоборот, теперь женщина активно расчесывала живот, для чего ещё сильнее задрала одежду.
“Черт, надо как-то ей сказать, что мне видно”, — подумал Денис, но ничего не сказал. Неловкое молчание затянулось, а женщина все яростнее чесала живот, как будто только что сняла узкий корсет. Ее рука опускалась все ниже.

“Боже, я не хочу видеть, что она там собирается делать”, — решил Денис и наконец произнес:

— Может, начнем? Я готов.

— Так начинайте! — зло ответили губы. — Кому это надо, вам или мне? У меня, что ли, два месяца всего в запасе?

— Откуда вы… А, это ваша программа. Точно, два месяца. Мне нужно немного английский подтянуть… по работе, понимаете.

Губы усмехнулись, и Денису почему-то стало стыдно.

— Май нэйм из Дэн, — сказал он неуверенно. — Вот йо нэйм?

Женщина прекратила чесаться, одернула наконец блузку, спрятав живот и голую грудь. Денис, уже мысленно произнесший “слава богу”, снова напрягся. Губы преподавательницы сжались в тонкую линию, а подбородок мелко задрожал — она была в ярости.

— Вот йо нэйм? — переспросила она. — А где глагол? Глагол где, я спрашиваю? Где “из”? Вы что, думаете, “из” — это так, шуточки, хиханьки да хаханьки? Это главное в предложении, это связка, это два звука, которые всему придают смысл! Они обрушиваются на голову, они оседают мощным фундаментом, они обрастают дополнениями, обстоятельствами, наречиями, метасмыслами и флуктуациями! Вот у вас есть флуктуации? Или хотя бы наречия есть у вас? Нет! Ничего у вас нет! Потому что у вас нет базы! Основы нет! Вы что, не помните, что Ландан ИЗ? Вы думаете, Лондон столько веков выстоял бы, если бы он не “из”?

— Так, хватит с меня, — вслух сказал Денис и потянулся к красному значку выхода из конференции. Какая-то городская сумасшедшая притворяется преподавателем английского, или настоящая училка крышей поехала от своих занятий, а ему терпеть — обвисшие сиськи, расчесанный живот, странные речи.

К его удивлению, нажатие на значок ничего не изменило. Он попробовал закрыть программу, вызвать диспетчер задач или просто переключиться на что-то другое — ничего.

— What are you doing?  — вдруг раздался суровый вопрос. — На моем уроке я решаю, когда мы закончили. Вам придется к этому привыкнуть. Не терплю недисциплинированных учеников!

— Да пошла ты! — просто ответил Денис и потянулся к ноутбуку, чтобы его закрыть. Сбой в приложении — бывает, но никто не мешает ему опустить экран и не видеть безумную старуху.

У него ничего не вышло. Рука стала неподвижной, как будто не своей, все тело налилось тяжестью, даже голову не повернуть. Что с ним?

— Let’s go on! — сказала что-то непонятное учительница и улыбнулась, обнажив мелкие зубы и бледные десны. — Думаю, вы слишком тупой, чтобы понять суть языка, поэтому сегодня будем учиться отвечать на простой вопрос. Who are you? Ху ар ю, — повторила она тут же с ужасным акцентом, как будто передразнивала нерадивых студентов. — Так как ваши умственные возможности оставляют желать лучшего, мы это уже выяснили, то я сразу дам перевод, и это будет последний раз, когда я вам помогаю. Кто вы?

— Что со мной? Я не могу двинуться! Что вы со мной сделали?

Денис продолжал кричать, вращал глазами, чтобы посмотреть, что делается рядом, но двинуться у него не получалось. Тонкие губы на экране оставались спокойными и неподвижными. Вдруг перед женщиной оказалась нога с обнаженной ступней. Она была под таким углом, что было понятно — эта нога не ее. Кто-то протянул ее свою ногу, с пожелтевшим ногтем большого пальца, с неровно обрезанными ногтями на других, с загрубевшей пяткой. Ступня была слегка грязной и явно мужской. Преподавательница схватила ее и начала ласково гладить. Кто это? Ее муж, который сидит рядом во время уроков? Денис смотрел на происходящее с отвращением, но отвернуться не мог. А когда женщина приоткрыла рот и потянула туда большой палец, он зажмурился, боясь, что его вырвет. Причмокивающие звуки вдруг прервались, и он снова услышал злой голос:

— Who are you? Отвечайте.

— Я тебя найду, и твоего хахаля тоже! Думаешь, тебя трудно отследить? — заорал Денис в ответ.

В наушниках раздался какой-то хруст, и ногу Дениса пронзила острая боль. Он закричал, открыл глаза и, как мог, скосил их, чтобы посмотреть вниз. Носок правой ноги, там, где должен был быть большой палец, был странно пустым, как будто вздулся пузырь из ткани. Толчками из носка выплескивалась кровь, растекаясь густой лужицей по светлому ламинату.

— Who are you? — снова спросил голос, и Денис с ужасом увидел, что она тянет в рот следующий палец, а вместо большого остался только пенек с красной шапкой. С уголков тонких губ стекало красное, к подбородку, потом по шее, пачкало белую блузку.

— Май нэйм из Дэн! — заорал Денис. — Это все! Я больше ничего не знаю! Пожалуйста! Ай эм… Ай эм…

— Трудно ответить, когда ты никто, — задумчиво сказала учительница. — Но кое-что ты из себя представляешь. Вот например, кто ты по профессии?

— Менеджер отдела маркетинга, — быстро ответил Дэн. — Ай эм менеджер! Оф маркетинг! — как же сразу он не сообразил, что оба эти слова английские!

— You are not, — с улыбкой ответила женщина и одним быстрым движением откусила сразу три пальца. Ступня на экране осталася с одним кривоватым мизинцем, а в реальности нога запульсировала еще сильнее. 

Интересно, можно истечь кровью, если тебе откусывают пальцы на ногах? — почему-то подумалось Денису, но эта мысль пронеслась и исчезла в волне боли и крика.

— Вот смотри, ты в резюме наврал? Наврал. Сертификаты подделал. На работе не делаешь ничего, только видимость одна. Работу за тебя секретарша делает. Так что профессия не подойдет. Так who are you?

Денис с ужасом увидел, что нога с экрана исчезла, а появилась рука.

— Нет, нет, пожалуйста, нет! Я вспомню, я сейчас что-нибудь вспомню. Ай эм… Ай эм… Ай эм гуд…

В голове кружились обрывки текстов, Ландан из зэ кэпитал, какие-то песни, фильмы, бэйби, фак ю, и тут он вспомнил — Эминем, он не разбирал слов, но помнил название…

— Ай эм гуд гай! — заорал он в тот момент, когда во рту, уже полном крови, оказался большой палец руки.

— Ю а дефинитли нот, — пробормотали губы, пока зубы перемалывали его палец, и пока Денис орал, смотря на свою руку. Большой палец просто исчез, оставив короткий, сочащийся кровью обрубок.

— Ирина Кольцева — это кто?

— Она с работы! С работы! Я просто с ней работаю!

— А почему ею дирекция недовольна? И должность ей не дали? — дьяволица облизала губы, как будто съела сочный кусок стейка, она явно была довольна. Следующим в ее рту оказался указательный палец.

— Не надо! Это я! Я ее презентацию украл! И слух распустил, что она конкурентам клиентские базы сливает. И что она спит с Пал Санычем, поэтому тот ее продвигает. И что она хочет ребенка заводить, чтобы декретные получить! Это я! Это все я!

— Значит, who are you?

Воспоминание промелькнуло вспышкой: старый фильм с Джимом Керри в роли успешного адвоката, название на обложке диска, смешной фильм.

— Ай эм лайер! Ай эм лайер! Ай эм биг лайер! Ай эм бэд гай!

Губы растянулись в довольной улыбке.

— Что ж, сегодня мы достигли определенного прогресса. Не такой уж вы и безнадежный. Но есть то, чего вы так и не поняли.

— Что? Чего я не понял?

— Артикли! Нужно использовать артикли! — заорала преподавательница. — Артикль дает информацию о слове! Он показывает отношение к миру! Это скелет, на котором нарастает мясо! Это точка, на которой держится земля! Рычаг, которым можно перевернуть скалу! Артикли придают словам смысл, делают их живыми. Вы не использовали артикль четыре раза за сегодня.

Она показала на оставшиеся четыре пальца.

— Этого хватит для усвоения урока, один палец за один артикль. Нет артикля — нет пальца. Очень эффективная методика, чтобы запомнить, я вас уверяю. Но сегодня только начало. Впереди у нас два месяца упорной работы. Без опозданий и пропусков, не так ли, Денис? От крохотного артикля до согласования времен за два месяца. Если, конечно, вы сможете выдержать.

Одним неуловимым движением она срезала оставшиеся четыре пальца с его правой руки. И пока он кричал почти без голоса, потому что охрип, преподавательница улыбнулась странной, слишком растянутой улыбкой. Ее зубы заострились, стали длиннее, а десны наполнились кровью.

— Мы продолжим на следующем занятии. Обсудим Лондон и его достопримечательности. See you tomorrow!

Видео исчезло с экрана, Денис смог пошевелить руками и ногами, отчего ему стало еще больнее. Он не решался встать, а только повторял:

— Ландан из зэ кэпитал оф зэ Грэйт-Британ. Артикли — это пальцы. Они нужны, чтобы трогать слова. Сначала мы строем базу на “из”, а потом добавляем артикли. Это просто косточки. Пальчики-артикли, скелетики, Ландан. Они обрушиваются на нас и наполняют нас флуктуациями. А иногда наречиями! Я хочу стать наречием! Интересно, завтра мы увидим флуктуации или метасмыслы?