Ваньсуй Сталин! Ваньсуй Мао Цзэдун!

Как наши аналитики предвосхитили изменения в Китае

Отношения возобновились по окончании Великой Отечественной войны, после победы Коммунистической партии Китая в гражданской войне, образованию КНР и приходу к власти Мао Цзэдуна. Тогда советско-китайское спортивное сотрудничество вышло на новую высоту. Причем это уже был не футбол по-соседски, речь шла о баскетболе на самом высоком уровне.
В декабре 1950 года в КНР выехала сборная СССР по баскетболу, в которой были четыре литовца, два эстонца, по одному латышу и грузину. Руководил этой командой армянин Степан Спандарян, кстати, сын Сурена Спандаряна, одного из 26 расстрелянных бакинских комиссаров. Удивительный момент, но за полтора месяца пребывания в КНР советские тренеры и спортивные чиновники обнаружили принципиально слабое место в китайском баскетболе. В служебной записке они обозначили его следующим образом... «Тренерский состав по баскетболу в городах имеется в достаточном количестве. Однако следует заметить, что большинство тренеров, имеющих образование, окончило американские или японские университеты, и влияние буржуазной школы физического воспитания ярко выражено в практике работы этих тренеров».
Дело в том, что ранее китайская баскетбольная сборная участвовала в Олимпиаде 1948 года в Лондоне. Но политические события привели к тому, что семь человек из десяти игроков баскетбольной сборной покинули КНР, не желая оставаться в коммунистическом Китае. Примечательно, что в других видах спорта, где не работали тренеры из американских или японских университетов и отсутствовало «влияние буржуазной школы», КНР удалось избежать массовой спортивной эмиграции. Что касается баскетбола, то на Олимпиаде 1956 года в Мельбурне стартовали пятеро экс-китайцев в составе бананово-лимонного Сингапура, четверо за Тайвань и один в составе сборной Филиппин.
В КНР из олимпийского состава осталось только трое — Джон Пао, Ли Чжэнчжун, поступивший на службу в армию, и Ву Ченчжан. Баскетболистов в миллиардном Китае не хватало настолько, что за команду провинции Тяньцзинь играл Чжан Цзюньсю, который вообще-то был футбольным вратарем сборной Пекина.

Турне из 33 товарищеских матчей советских баскетболистов в КНР

Сборная СССР сыграла в КНР в общей сложности 33 товарищеских матча, семь из них в столице Пекине, а также Кантоне (ныне Гуанчжоу), Мукдене (ныне Шеньян), Нанкине, Тяньцзине, Ухане, Шанхае и Харбине. В противостоянии с чемпионом Северного Китая «Локомотивом» из Харбина был поставлен рекорд результативности — 191:35. Причем вполне возможно, что в составе соперников были выходцы из Российской империи, ранее игравшие за команду местного реального училища: братья Д. и И. Иевлевы, Александр Бубелов, Лавр Варонский, Сергей Ядыкин. Пишем, «возможно», поскольку это довоенный состав, многое к 1950 году поменялось. К примеру, один из харбинских баскетболистов — Ростислав Хартлинг — сразу после войны оказался в советской тюрьме.
Под лозунгом «Ваньсуй Сталин! Ваньсуй Мао Цзэдун!» прошел 43-дневный визит. Передвигаясь из провинции в провинцию, советские баскетболисты наездили 25 тысяч километров, останавливаясь на крупных станциях, чтобы поприветствовать встречающих их членов различных китайских делегаций. Проводили беседы о спорте, само собой, с ненавязчивой пропагандой преимуществ советского строя, хотя, скорее всего, это была нагрузка на тренерский и административный штаб сборной. В свою очередь в большой докладной записке, руководители спортивной делегации анализировали достоинства и недостатки КНР. К первым можно отнести то, что «Баскетбольный инвентарь в КНР выпускается в большом количестве (мячи, обувь). Особенно следует обратить внимание на специальные баскетбольные ботинки, очень удобные для игры и весьма распространенные среди китайских баскетболистов. Образцы этой обуви из КНР привезли, обувь эта весьма целесообразна и в производстве доступна, так как необходимое сырье в Союзе у нас имеется. Желательно поставить этот вопрос перед соответствующими органами и добиться его положительного решения».

Как дальневосточники сыграли первые международные матчи с КНР

Интерес к развитию хоккея с шайбой в Советском Союзе практически совпал с годами окончания Великой Отечественной, поначалу охватив западные и центральные регионы страны. На Дальний Восток новая игра пришла к концу 50-х, для понимания, в одном из мегаполисов региона Хабаровске первая команда была создана только в 1957 году.
И вот в 1958 году амурчане уже играли первые международные матчи с командой китайской провинции Хэйлунцзян. Состав команды гостей был в основном из игроков Харбина: рабочих, служащих, студентов. Самое любопытное в тех играх, что китайцы добирались до Союза по льду Амура, как и советские спортсмены в Хэйхэ. Что, наверное, логично: хоккеистам привычно передвигаться по льду.
Если отчеты о турне советской баскетбольной сборной в КНР насыщены точнейшей информацией, полностью оправдывающей лозунги тех лет — социализм это учет, то «оттепель», связанная с началом правления Никиты Хрущева, уже поменяла отношение к строгой отчетности, поэтому точных данных о том, как закончились игры команд советского Дальнего Востока и провинции КНР, на данный момент нет. С одной стороны, фигурирует информация, что в Благовещенске состоялись три встречи команд Амурской области и провинции Хэйлунцзян (15:3, 5:3, 4:2), а еще одна прошла в городе Хэйхэ. Вот касательно этого матча нет точного счета, зато известно, что наши спортсмены также перешли в Китай по замерзшему льду Амура, только еще и в сопровождении советских пограничников. С другой стороны есть еще три варианта того, как завершились матчи в Благовещенске — 5:5, 4:3, 3:1. Более того, существует уточнение, что перед приездом в Благовещенск китайские хоккеисты провели встречу со сборной командой Хабаровского края, победив со счетом — 3:2. В Комсомольске-на-Амуре была ничья со сборной города — 2:2. Правда, в этом случае подвергается сомнению сам факт приезда (прихода) китайской хоккейной делегации по льду Амура, поскольку если от Хэйхэ до Благовещенска всего пять километров по прямой, то до Хабаровска в сто с лишним раз больше.
Возвращаясь к советско-китайскому хоккею, спустя годы, можно с уверенностью констатировать, что матчи на Дальнем Востоке состоялись просто чудом, поскольку отношения между странами двигались к разрыву.
Китаю пришлось начинать практически с нуля

Китайскую штангу «поднимали» тренеры из СССР

Поскольку старший брат в лице СССР поначалу активно сотрудничал с Китаем, то даже тяжелую атлетику этой страны помогали поднимать наши тренеры. В частности, наставник по фамилии Пустевой работал с главной звездой китайской штанги Чэнь Цзинькаем.
Чэнь Цзинькай родился в 1935 году, в 20 лет был призван в армию, где начал регулярно заниматься штангой. Уже через год он стал первым чемпионом Китая на соревнованиях в Шанхае, побив мировой рекорд американца Чарльза Винчи в упражнении толчок на 0,5 кг. Вскоре он участвовал уже на открытом чемпионате Китая с участием советских спортсменов, и проиграл Ивану Удодову. Бакир Фархутдинов на тех же стартах победил в другой категории, несмотря на боли в почках. Но китайцы дали ему таблетку, и на следующий день боль прошла, поскольку оказалось, что причиной ее был вышедший из почек песок.
В 1959 году Чэнь Цзинькай в очередной раз стартовал в СССР на Гран-при Москвы, уступив Евгению Минаеву. После разрыва в 1960-м, контакты между СССР и Китаем сохранились только в тяжелой атлетике. Там удивительным образом китайцы приезжали в Москву, соревнуясь в 1960-м (Ли Чиуан, категория до 56 кг) и 1963 годах (Чен Манлин, вес до 56 кг, Мин Сянг Чао, вес до 60 кг). Как это им удавалось, после официального разрыва дипломатических отношений между странами, произошедшего еще в 1960 году, до сих пор непонятно.
Руководство наших стран в лице Никиты Хрущева и Мао Цзэдуна окончательно рассорилось. Казань оперативно покинуло большое количество студентов из КНР, обучавшихся, преимущественно, в КХТИ. Открытая ранее площадь Китайских добровольцев в Орджоникидзе (ныне Владикавказ), на которой расположилась стела в честь китайцев, погибших в годы Революции, была официально переименована.
Даже простое общество в СССР постепенно охватывала ненависть к КНР. Разрывались культурные связи, например, в 1959 году на советский экран вышли последние китайские кинофильмы «Великий поход» и «Красный ураган». После этого фильмы из Поднебесной перестали переводить. В очередной раз пострадали «Красные дьяволята» Павла Бляхина. В киносценарии первой экранизации повести пришлось менять китайца Ю Ю на негра Тома Джексона. Только наладились взаимоотношения, как Ю Ю и его сменщица Тома Джексона пришлось менять на Яшку-цыгана, который стал персонажем «Неуловимых мстителей». Молодой тогда писатель Василий Аксенов внес в свою повесть «Всегда в продаже» фразу «Хунвейбин чертов». Уже после военного конфликта на острове Даманский в СССР последовала очередная волна переименований, в итоге город Тетюхе стал называться Дальнегорском, поскольку в 60-70-е годы в СССР, по сути, переписывали совместную историю.