Пандемия глава 43 Что будет потом?

Эгейская ночь медленно остывала, оставляя на стеклах бокалов едва заметный след соленого бриза. На часах было далеко за полночь. Элен сидела в плетёном кресле, устремив взгляд в звенящую темноту, туда, где черная гладь моря сливалась с горизонтом. Оля бесшумно наполнила бокалы ледяным вином, села напротив и тихо спросила, нарушая затянувшуюся паузу:

— Элен, почему он тогда спросил тебя: «А что будет потом?»
 
— Наверно, хотел ясности. Как я могла говорить о каком-то «потом» в ту пандемийную среду двадцатого года? — голос Элен звучал ровно, глубоко и спокойно.

— В тот момент мне хотелось лишь самой малости... Немного тепла. Немного расслабиться. Просто забыться хотя бы на пару часов после душных дорог, бесконечного напряжения и ответственности.

Она повернула кольцо на пальце, вспоминая ту колоссальную плиту, которая давила на её плечи шесть лет назад.

— На мне тогда висела уйма дел. Это был самый пик моей личной ответственности за семью, детей, за бизнес, за судьбы на трёх континентах. Я знала, на решение всех этих вопросов у меня уйдет несколько трудных, долгих лет. Я не имела ни морального, ни юридического права что-то ему обещать. Он был слишком молод.
Я не могла обманывать его, а главное — я не имела права обманывать себя, утешая нас обоих фальшивыми посулами и иллюзиями. Я промолчала. Не могла же я ему сказать-

Подождите меня лет 10, потом я Вам отвечу… это не серьезно.

Оля слушала, глядя, как в глазах Элен отражаются далекие огни Александруполиса.

— А сегодня? — тихо спросила Оля.

— Сегодня? Сегодня я решила девяносто процентов всех вопросов.
Я закрыла долги перед прошлым. Теперь я абсолютно точно знаю, что я могу, а что нет.
И если Монсье Ив действительно хочет войти в мой сюжет в сентябре, нам есть о чем поговорить.

Оля улыбнулась и подняла свой бокал, салютуя этой абсолютной женской автономии.