Мы - люди. Глава 6

Глава 6

Поезд на Киев опаздывал всего на несколько минут, но для ожидавших на перроне они казались долгими.
Люди нетерпеливо поглядывали вдоль рельсов. Кто-то поправлял ремни на чемоданах, кто-то обнимал родных перед дорогой. Где-то плакал маленький ребенок. Дежурная по станции что-то объявляла в старый динамик, но слова тонули в общем гуле вокзала.
Кольку пришли проводить отец и мать.
Мать то и дело поправляла сыну воротник рубашки, будто он отправлялся не в Киев, а на край света.
Тарас молча стоял рядом, время от времени похлопывая сына по плечу.
Максим был один.
Он не просил отца приезжать.
И Владимир не приехал.
Хотя оба понимали, что причина была вовсе не в занятости.
После их последнего разговора между ними словно выросла невидимая стена.
Вдали послышался знакомый гул.
Через несколько секунд из-за поворота показался поезд.
Он медленно подкатил к платформе, заскрипели тормоза, зашипел воздух.
Началась обычная вокзальная суета.
Проводницы открывали двери вагонов.
Пассажиры торопливо поднимались по ступенькам.
Колька обнял родителей.
— Ну всё… Не переживайте. Доберёмся.
— Звони сразу, как приедешь, — в который раз повторила мать.
— Позвоню.
Тарас крепко пожал сыну руку.
— Учись хорошо.
— Постараюсь.
Через минуту оба друга уже заносили сумки в плацкартный вагон.
Поезд плавно тронулся.
Перрон медленно поплыл назад.
Родители Кольки ещё долго махали вслед, пока их фигуры не растворились среди других людей.
Максим молча смотрел в окно.
Потом отвернулся.
Колька забросил сумку на верхнюю полку и довольно улыбнулся.
— Ну всё… Начинается новая жизнь.
Максим усмехнулся.
— Посмотрим.
Они устроились у окна.
Некоторое время оба молчали, слушая привычный перестук колес.
— Я уже решил, — наконец сказал Колька. — Буду поступать в нархоз. На экономический.
— Серьезно?
— Конечно. Сейчас без высшего образования далеко не уедешь.
Он внимательно посмотрел на друга.
— И тебе бы учиться.
Максим покачал головой.
— Хватит с меня учёбы.
— То есть?
— Надоело.
Он пожал плечами.
— Всю жизнь меня кто-нибудь чему-нибудь учит. Отец, учителя, тренер… Теперь хочу сам жить.
— И что собираешься делать?
— Работать.
— Кем?
— Не знаю.
Максим усмехнулся.
— Найду что-нибудь.
— Грузчиком?
— Если придется — значит грузчиком.
Колька рассмеялся.
— Ну ты даёшь.
— Годик поработаю, потом в армию пойду.
— Добровольно?
— Конечно.
— Зачем?
— Отслужу — потом легче будет устроиться. Может, в президентский полк возьмут. Говорят, там служба нормальная.
Колька театрально поморщился.
— Не-е... Армия — это точно не моё.
— Почему?
— Потому что не хочу тратить год жизни неизвестно на что.
Он усмехнулся.
— Да и кого сейчас защищать?
Армию каждый год сокращают.
Скоро вообще сделают контрактную, как в Европе.
Максим задумчиво посмотрел в окно.
Поля медленно уплывали назад.
— А если все будут думать так же?
Колька пожал плечами.
— Значит, никому эта армия особо и не нужна.
Повисла короткая пауза.
Потом Колька неожиданно спросил:
— А у тётки твоей кто живёт?
— Никого.
— Совсем?
— Она давно развелась.
Максим немного оживился.
— Дочка у неё есть, но давно замуж вышла. Теперь тётка одна в двухкомнатной квартире.
— Значит, тебе повезло.
— Наверное.
Он улыбнулся.
— Хоть никто не будет воспитывать.
Колька внимательно посмотрел на друга.
— Ты до сих пор обижаешься на отца?
Максим ничего не ответил.
— Зря.
Колька говорил спокойно.
— Хороший он у тебя человек.
Строгий, конечно.
Но правильный.
Максим отвернулся к окну.
За стеклом бесконечной лентой тянулись поля.
Иногда мелькали небольшие деревни.
Где-то паслось стадо коров.
Над золотистой пшеницей неторопливо кружили аисты.
Поезд все дальше увозил их от родного села.
Максим смотрел вперёд.
Ему казалось, что там, в Киеве, наконец начнётся настоящая самостоятельная жизнь.
Он ещё не знал, что вместе с независимостью приходит и ответственность.
И что однажды ему придётся сделать выбор, после которого уже невозможно будет вернуться к прежнему себе.
Поезд уверенно нёсся на север, разрезая летние поля, словно невидимую границу между юностью и взрослой жизнью.