Сёстры Седовы

Они приехали в Благодать в футболках с волками со страшными оскалами. Они всем рассказывали про светлого ангела Люцифера. В конце девяностых это было поветрие: про Люцифера рассказывали все и всем и никто за это не сжигал на костре.

Таня зашла ко мне в комнату. У меня на магнитофоне проигрывалось чудо о Петре и Февронии.

- даже не заставляй меня такое слушать.
- даже и не подумаю. Оно для меня играет.
- оно?
- да. Чудо оно.


Это было в начале лета. В конце лета мы поехали в Задонск. В день памяти святителя Тихона. Она дёргала меня за рукав и и тихо шептала: Лена, как круто. Там праздничной процессией шли монахи, иереи, матушки игумении, митрополиты итп.


В храме к раке с мощами была не очередь, а толпа. Самодвижущаяся толпа. Казаки, сцепив руки, стояли возле раки с мощами, чтобы раку с мощами не затоптали. Андрей Степанов в подряснике взял Варю на руки и пошёл. Я отдала Нику Тане на руки и сказала: иди за ним, хоть не затопчут.

- а ты?
- а я уже была. И, Бог даст, ещё буду.

Таня с Никой на руках не пошли, а поплыли. Толпа не позволяла идти. Она штормила то вправо, то влево, то вперёд, то назад. Они были примерно на полдороги когда заговорили бесноватые. Страшными голосами. Ника закричала: мамаааа!!! Повернулась и протянула руки ко мне. Её голос отразился под куполом собора очень звонко. Бесноватые замолчали. Таня посмотрела на меня. Я замахала руками: иди, иди не останавливайся.


В 2002 году мы с Таней будем вместе смотреть "Чистилище" Невзорова и работать на 294-м километре трассы Москва-Дон. Таня выйдет замуж за военного и они уедут во Владивосток. Надя потеряет двух детей, разведётся, будет против второбрачия священников, родит Машу. Теперь Маше лет 15 примерно.

- Лен, я, конечно, благодарна Богу, но
- что?, - но?
- но не до такой же степени?
- а я не знаю в каких тэрээмках веру в Бога измерять.