Степной Робинзон

Степной Робинзон
Рассказ
Валерий Воронков

На холме, слегка возвышающемся над казахстанской степью, стоял волк и внимательно смотрел вдаль на грунтовую дорогу, по которой ехала машина  со странной конструкцией, похожей на лежащую вышку.
Впрочем, это и была вышка самоходной буровой машины УРБ-2А, установленной на базе ЗИЛ-131.
В кабине ЗИЛа сидело трое парней. Один из них, самый коренастый и с густыми усами, полностью закрывающими верхнюю губу, взял бинокль и посмотрел на холм.
– Волк, - сказал он.
Тот, что сидел за рулём, посмотрел вверх и авторитетно сказал:
– Это, Саша, степной волк. Умное создание.
– И откуда ты, Вова, всё знаешь? - ехидно спросил усатый.
– А ты поживи с моё.
– Ой-ой-ой, ты меня старше всего на два года.
– Зато на каких бурных два года.
– Хватит вам спорить, - прикрикнул на них самый младший. - Скоро будем на месте.
– Лерыч, а что хоть за место? - спросил Владимир, он же буровой мастер и по совместительству водитель.
– Сейчас за этим холмом будет пересохшая речушка, на берегу которой растут несколько деревьев. Этакий оазис посередине этой серости.
– А вот местным жителям Казахстан кажется раем, - сказал Александр. - Они такие песни о степи поют, словно это райские кущи.
– Если нравится, пусть поют. Ты мне лучше скажи – зачем такие усы носишь? Ты когда ешь, они у тебя всегда в крошках, сметане или горчице.
– Лерыч, это защита от жены: она у меня целоваться любит, а я терпеть этого не могу, слюни ее.
Лерыч или старший техник-геолог треста инженерно-строительных изысканий Валерий Грачёв, с неодобрением посмотрел на помбура и лишь покачал головой: он просто не мог понять, как можно любить женщину без поцелуев.
Грачёв был высокий, темноволосый парень с зеленоватыми глазами. Они казались добрыми предобрыми, но когда он злился, взгляд становился жёстким, что у любого пропадало желание ему перечить.
Кроме этого он не шел на поводу у буровиков, не позволял им туфтить во время бурения: где-то не до бурить или приписать не сделанное задание. Пьяниц не терпел, хотя после тяжелой работы сам мог выпить стакан водочки, чтобы утром мышцы не болели.
С руководством тоже был принципиален, не давал начальникам урезать наряды. Все, кто с ним трудился, получал больше денег, чем в других бригадах у других геологов. Поэтому все – и подчинённые, и начальники с уважением называли его «Лерыч».
ЗИЛ переехал земляную дамбу через неглубокий овраг. Вдали показался оазис, про который говорил Грачёв.
Волк резко сорвался с места и побежал вслед за машиной. Его рыжевато серая шкура сливалась со степью. Голова была значительно меньше, чем у лесного собрата, зато ноги длиннее, за счёт чего он легко преодолевал препятствия и держал быстрый бег.
Каким-то образом он вскоре догадался, куда едут незванные гости, и наперерез припустил в сторону деревьев.
Когда ЗИЛ въехал на поляну в самой середине оазиса, волк уже лежал в кустах под раскидистой ивой и внимательно следил за людьми.
Из-под капота машины раздался скрежет, и двигатель остановился.
Александр и Лерыч стали ставить палатку, а бурмастер начал осматривать мотор.
– Етить-колотить! - вскричал он. - Поработали! Основание карбюратора от тряски отломалось. Лерыч, давай деньги, поеду на попутках в трест за новым карбюратором. Думаю, через два дня вернусь. Не скучайте здесь, - и, забрав деньги, он ушел в сторону автомобильной трассы.
Грачёв подошёл к берегу водоёма шириной метров пятнадцать и длиной метров семьдесят. С восточной стороны стоял камыш, а по остальному берегу росла осока. Но около ивы вода была чистая, без травы и тины. То и дело по ней расходились круги: это играла рыба перед вечерним клёвом.
– Лерыч, а я сторожем не нанимался, поэтому сам сторожи эту рухлядь. Тем более Вова за два дня не обернется. Это я тебе точно говорю, - помбур закинул рюкзак за плечи и двинулся вслед за буровым мастером.
Волк уже давно перебрался под другое дерево, на котором в большом гнезде обитало семейство коршунов. Самка уже снесла три белых с коричневыми пятнами яйца, а самец постоянно куда-то улетал, но всегда возвращался с добычей: то ящерицу принесет, то рыбу, а иногда – лягушку. Более крупные животные пока не попадались, хотя из нор давно повылазили мыши, суслики и зайцы. Самка рвала добычу на мелкие части и быстро глотала. Ей энергия была нужна, чтобы высидеть будущее потомство.
На раскидистой липе поселилась кукушка. И только Грачёв сел на берегу, она начала куковать.
– Вот это хорошо! - Обрадовался Лерыч. - И сколько ты мне жизни нагадаешь?
Через час непрерывного кукования Грачев не выдержал и закричал:
– Хорош! Достаточно!
Но птица ещё более разошлась, словно включила непрерывную магнитофонную запись.
– Да заткнись ты, наконец! - и Грачев кинул камень на звук кукования.
Кукушка грубого намека не поняла. Геолог в сердцах плюнул и решил поесть. Залез в кабину машины за рюкзаком, в котором было несколько банок тушёнки, рис, макароны и хлеб.
– Да чтоб его! Ну, Санёк! Зачем рюкзак забрал? Уволю! - и Лерыч сел на ступеньку ЗИЛа.
Бежать за помбуром было поздно: тот наверняка дошёл до трассы и запрыгнул на попутку.
– Так, так, что у нас имеется? - сам с собой заговорил геолог.
В одном из ящиков, где хранились коронки для бурового оборудования, нашёл моток лески, свинцовые грузила и два поплавка.
– Интересно, а где крючки? - задумался Грачёв.
Один крючок нашелся в кабине в бардачке.
– А вот это уже хорошо, - обрадовался степной Робинзон поневоле.
Через полчаса, собрав удочку и накопав червей, совершенно голодный геолог приступил к добычи пищи. Но рыба пока его игнорировала. А потом начался клёв.
Через пять дней Грачёв на окуней смотреть не мог. Он их и варил, и запекал в углях, и жарил на вертелах, и вялил. Ночами, глядя на Млечный путь и созвездия, думал о том – есть ли жизнь в других мирах.
«Должна быть, - рассуждал он. – Если верить ученым, что Вселенная бесконечна, то должно быть бесконечным и число похожих на Землю планет. Эх, сейчас бы прилетели сюда инопланетяне, а то такая скукотища – поговорить не с кем».
А кукушка не замолкала даже ночью. Геолог иногда выбирался из палатки и орал:
– Замолчи, гадалка хренова! Хватит! Я не собираюсь вечно жить!
После чего опять засыпал, а во сне видел жаренные куски мяса.
Как он хотел мяса, и как возненавидел рыбу.
Ближайшая деревня находилась в десяти километрах. Ну, придёт он туда, а без денег что купишь? Да и машину не оставишь без присмотра.
А ребята не возвращались.
Но мысли о жареном мясе не покидали его голову. И тут он увидел низко летящего коршуна. В клюве тот держал крупного суслика, который неожиданно выпал и упал на траву рядом с геологом.
«Мясо!» - радостно подумал Лерыч  и решил забрать суслика себе.
Сверху раздался громкий клекот, и рядом приземлился белоголовый орлан. Он сразу отогнал в сторону коршуна и принялся яростно трепать грызуна.
– Ты чего творишь, птеродактиль хренов! -- вскричал геолог, и решил заступиться за своего соседа и его супругу, которая сидела в гнезде.
Он подошёл и со всего маху отвесил пинка небесному террористу. Орёл отскочил на несколько прыжков в сторону и повернулся к нападавшему. Его глаза загорелись страшной ненавистью. А затем он раскрыл свои крылья, не менее трёх метров в размахе, и медленно двинулся на оторопевшего парня.
Лерыч от неожиданности замер, и как в замедленной съёмке наблюдал за происходящим.
– Эх, и птичка, - подумал он. - Да эта тварь мне сейчас печень выклюет, как Прометею.
Оцепенение тут же прошло и геолог подскочил к костру и схватил палку, на которой во время готовки ухи вешал ведро. Повернувшись назад, он со всей силы врезал по противной морде орла. Башка птеродактиля лишь слегка покачнулась в сторону.
– У-у, фашистская морда! На получи! - и Лерыч начал наносить удары то справа, то слева.
Орлан не выдержал такого натиска, что-то прокричал на своем орлином языке (наверняка, птичьим матом) и взлетел. А затем стал кружить вокруг поляны, где разыгралась эта трагедия.
– Да, - вслух сказал Грачёв, - это мстительная тварь выждет момента и спикирует вниз. А своим клювом эти птички баранам черепа пробивают. Что уж тут говорить о моей бедной головушке.
От греха подальше парень сел в кабину машины и стал думать, как быть дальше.
Тем временем к суслику подскочил коршун и унес его в гнездо.
За всеми этими событиями из кустов наблюдал волк. Между его лап лежал некрупный заяц, которым он неторопливо закусывал.
Увиденное зрелище ему очень понравилось. Всей душой он был на стороне человека. И это не случайно: прошлым летом этот самый орлан убил его волчицу.
Действительно, между степными орлами и волками идёт непримиримая вражда из-за охотничьих угодий. Волки часто отнимают добычу у хищных птиц, а те мстят тем, что сверху нападают на своих врагов. И иногда побеждают их. Именно так случилось с волчицей нашего героя. И он по своим звериным понятиям мечтал поймать убийцу свой любимой.
Тем временем орлан куда- то улетел. Лерыч успокоился и пошёл рыбачить. Поймал несколько окуней. И только хотел забросить в реку поплавок, как почувствовал опасность, которая исходила откуда-то сверху. Он поднял голову: на него пикировал недавний птеродактиль.
Грачёв взмахнул удочкой и начал ею махать, тем самым отогнав орла. Но тот и не думал улетать, а накручивал круги над геологом.
– Что-то надо делать, - сказал парень. - Что-то надо, а не то эта тварь мне череп пробьёт. Есть! У нас же есть марля!
Да, в ящике, что лежал под сложенной буровой вышкой, находился парафин и метров двадцать марли, предназначенные для рафинирования монолитов для лаборатории.
Лерыч тут же достал марлю и соорудил на голове гигантский тюрбан. Теперь ему не был страшен мощный клюв орла.
Потом он срезал гибкую ветку метра полтора и начал мастерить лук. Натянул тетиву из тонкой проволоки, и сделал две ровные стрелы, наконечником у которых был гвоздь.
За полчаса он отстрелял трёх крупных сусликов.
За всеми этими делами он совсем забыл об орлане, как вдруг почувствовал сильную боль в плечах и тепло от крови, которая потекла по спине. А сверху кто-то срывал марлю с его голову.
Грачёв поднял руки и схватил непрошеного гостя за ноги, и швырнул того о землю. Орёл перевернулся через голову, Но тут же поднялся. В его взгляде была ненависть всех поколений белоголовых орланов ко всему человечеству, которое вытеснило их со многих насиженных мест.
А под рукой у геолога не оказалось ни палки, ни лука, ни стрелы. И тут он растерялся,  особенно увидев, как из кустов на него бежит крупный волк, глаза которого тоже были залиты морем ненависти.
«Хана, однако, мне», - только и успел подумать Лерыч.
А дальше события развивались совсем не так, как представлял себе геолог: волк не оказался врагом. Наоборот он бросился в битву со своим заклятым врагом.
Орлан нанёс ему несколько сильных ударов клювом и когтями. В нескольких местах шкура залилась кровью. Но всё же волку удалось схватить зубами шею орла. Раздался хруст, и голова противника свесилась на бок.
Радостно урча победитель потащил свою жертву далеко в степь, в овраг, где когда-то было логово его и его любимой волчицу, и где рождались их волчата.
Грачёв посмотрел вслед своему спасителю, немного подумал и восхищенно сказал:
– А ведь этот волчара использовал меня вместо приманки...
Наутро мимо проезжали туристы на велосипедах. Они дали геологу три картофелины, одну луковицу и перец горошком. Из всего этого Грачёв сварил вкуснейшие суп с мясом из сусликов.
И только он приступил к трапезе, как подъехал УАЗик, из которого вышли Владимир, Александр и начальник геологической партии Юрий Никифорович.
Александр подошёл к ведру с супом.
– Лерыч,  ты хорошо живёшь. Мясо. А пахнет-то как! Не работа, а курорт.