Петька

               

    О том, что в клубе будет фильм, нам сообщил Петька. Прибежал на пруд, где мы плескались в коричневой, как чай воде. Весь запыхался и стал сбрасывать с себя штаны на  лямках, чтобы искупаться. Петька всегда ходил неряшливый, в грязной майке со следами паслёна, неопределённого цвета штаны на лямках, в которых он спал. Волосы почти всегда не стрижены. Иногда его подстригала старшая сестра, но так безобразно, что ребятня на улице смеялась над ним. В его густом лесу волос водились партизаны. Всегда бегал босиком, даже в кино и магазин. Грязная мордашка была смешной, но на ней всегда дежурила добрая улыбка.  В ушах столько грязи, что хоть репу сажай. Пацаны, окончившие первый класс, предупреждали Петьку: «Тяжело тебе будет, грязнуля».  С собой он принёс не зрелую маковку, которую сорвал на огороде у колодца. Петька всем  предлагал её, но желающих не нашлось. Тогда он бросил её в траву. Пёс, который всегда отирался возле нас, мы не знали, чей он конкретно, подошёл, понюхал её, чихнул и отошёл в сторону.
      Семья у них была большая, мать с отцом работали на ферме, попробуй, уследи за такой оравой. Но всегда в их семье царил мир и покой. Прошлым летом Петька ходил с сопливым носом, но повзрослел за год и соплей не стало. Возраст пошёл на пользу.                Однажды я с пацанами оказался у магазина вместе с Петькой. Из него вышла его бабушка и вручила внуку пряник, он всем предложил откусить. Пряник оказался сухим и  твёрдым, как камешек.   Его можно было только полизать, откусить  не хватало сил. Петька  стал кусать его и каждому давал по кусочку. Получилось так, что самому ничего не осталось. Он махнул рукой, мол, мне много крошек досталось.                Никто толком и не знал, сколько у них ребятишек. На фильмы их семейство ходило по очереди в сопровождении старшей сестры. Она ходила всегда и брала одного из ребятишек.  Ребятня вся была кривоногая, по двору ходили голые с краниками между ног.                В их дворе жил пёс по кличке Малыш, хотя он был большой. Такой же добрый, как и всё семейство, но его содержали на привязи. Дружное семейство и гости его гладили, он вилял  хвостом, слегка скулил. Вот только при появлении соседки тётки Марии, разрывался на привязи и лаял изо всех сил. Она прозвала их семейство цыганским табором. А псу, на его лай, посылала проклятия, чтобы он поскорее сдох.
      На пруду, кто-то из взрослых соорудил циферблат часов. По центру стоял колышек и по тени солнца пацаны чётко определяли время. А вот мой батя научил меня в солнечную погоду по своей тени определять время. Количество ступней делил на два, а половила ступни, равнялась тридцати минутам. По нашим часам на берегу пришло время действовать, нужно было найти пять копеек на билет в кино.
       Я побежал домой. Родители в это время были на работе. Мне крупно повезло, сестра в этот момент была в огороде. В гнёздах было пусто, куры к этому времени уже снеслись, и сестра оприходовала яйца. В сельском магазине принимали куриные яйца по шестьдесят семь копеек за десяток. Стоило сдать одно яйцо, и поход в кино обеспечен. Продавцом работала тётя Надя, слепая на один глаз. Отец в детстве подшивал валенки и нечаянно ткнул ей шилом в глаз.  Забежал в дом, на столе обнаружил яйцо. Радостный, я   побежал в магазин. Продавец покрутила яйцо, оно стало вращаться как юла, оказалось варёное, сырое яйцо не вращается. Не солоно хлебавши, я поплёлся домой. Получил от сестры оплеуху, хорошо, что не съел его, иначе имел бы большие неприятности.
       Вырвавшись из объятий сестры, побежал в клуб. Хотя клубом его назвать было сложно.  Внутри печка для отопления в зимнее время. Маленькая сцена на полметра выше пола. Небольшие одинарные окна, через которые с улицы смотрели фильмы, зимой они обмерзали, и можно было слышать только звук. В зале стояли деревянные скамейки на глиняном полу. Киномеханик стоял у входа, продавал билеты. Я стоял в сторонке и грустно смотрел, как ребятишки заходили в клуб.  Пришёл и Петька с сестрёнкой в кино, была его очередь. Он протянул мне маленькую монетку, размером с одну копейку. Киномеханик посмотрел на меня, я стоял один, на мою кислую мордашку:                - Что, у тебя всего одна копейка? Давай её мне и заходи, в следующий раз отдашь долг, - похлопал меня по плечу и засмеялся.                Посмотрел на монету и был восхищён, узнав её номинал всего в полкопейки. Это была царская монета. Мы же этого не знали, и где её  Петька взял тоже. Я ещё не успел переступить порог, как он выскочил мне навстречу:                - Дяденька! Пусть вместо меня пойдёт мой друг, я всё равно не пойму фильм.                Киномеханик не знал, что ответить на его просьбу. Для человека, прошедшего войну – это было неожиданно. Какое-то время он стоял, молча, смотрел то на меня, то на Петьку. Потом подошёл к нему, приобнял  и повернулся ко мне:                - Настоящий у тебя друг, дорожи им. Целое лето я вас двоих буду пропускать бесплатно.                Мне показалось, что дядя пошутил или просто пожалел наше нищее детство и нас. Народ того поколения, переживший страшную войну, с пониманием и сожалением относился друг к другу.  Так за полкопейки мы целое лето ходили бесплатно в кино. Оказывается, эта монета была очень ценная у нумизматов, а скорее всего мы с Петькой понравились киномеханику, особенно Петька. У него всегда в кармане был дежурный пряник, как по заказу, всегда было желание угостить тех, кто в этом нуждался.
      Шло время, чем старше мы становились, тем больше обязанностей на нас возлагали родители. Моим опекуном была старшая сестра. Доставалось мне от неё, пока она не вышла замуж и отошла от нас. Должен сказать ей спасибо, что она следила за моим внешним видом. Не допускала, чтобы я ходил не опрятно одетым, колотила за это ручкой веника по голове.                Петька был душой компании ему подобных.  Часто я наблюдал, как он соберёт по возрасту девчонок, они сгребали песок на дороге в маленькие кучки, делали в них углубления. Петька доставал из штанов свой краник, наливал в ямки. Песок становился мокрым и не рассыпался. Получалось как пряник, который можно было взять в руки.
     Летом  многие ребятишки собирали на пастбище сухие кизяки после коров. В степной зоне Алтая была проблема с топливом. Пищу готовили на кизяках или топили соломой. Коровьи лепёшки быстро высыхали под знойным солнцем. Эти обязанности возложили и на Петьку. В открытом поле разыгралась гроза. Нашли Петьку под вечер в ложбинке мёртвым. Только баба Мария отзывалась о его смерти:                -  Молния его убила, слава Богу, отмучился бедолага,  ничего в жизни не видел хорошего, в рай попадёт.                Всей деревней хоронили добрейшего мальчугана. Когда похоронная процессия отошла от дома, солнце светило, но стал капать дождь. Крупные капли барабанили по крышке гроба, который стоял в кузове полуторки дяди Стёпы. Но никто не покинул похоронную процессию. Подошли к кладбищу. Моментально прекратился дождь. Сама природа оплакивала преждевременную смерть Петьки.  На поминках  всем ребятишкам раздавали пряники, которыми любил угощать покойный.                Скучно стало без Петьки, его доброй, душевной улыбки не хватало многим ребятам.
   Время скоротечно. Окончив школу, разъехались мы по необъятной стране кто куда. Я каждый год наведывался к родителям, пока они были живы. Ребята того времени, приезжая на малую Родину, всегда навещали могилу Петьки, клали пряники.
     Прошли годы… Кто-то из земляков, поставил ему скромный памятник. Возле памятника закрепили мраморный пряник. Подобрали рисунок, как настоящий, даже вороны ошибались, пытались клевать. Человек, переживший полуголодное детство запомнил тот огрызок пряника, которым угощал пацанов Петька.
     В жизни можно забыть того, с кем смеялся, но никогда невозможно забыть того, с кем плакал. Будучи взрослыми, мы по достоинству оценили Петькину доброту. С горечью сожалели о его короткой жизни. Сейчас, вспоминая Петьку, его короткую жизнь - задумываюсь. Каким бы он стал человеком на Земле? Уверен в одном, что всегда был бы в окружении людей. Никому не пришлось бы скучать с ним. В трудную минуту не оставил бы человека в беде, в этом я уверен на все СТО…