Восстановление после аварии. Анализ неисправностей

Когда вертолёт замер на речном песке, завалившись на борт, я первым выскочил из УАЗика. Огнетушитель наготове, в руке переставной ключ и лом — мало ли, заклинило обшивку. Но, слава богу, девчонки выбрались сами. Пока бабы обнимались, плакали и разглядывали швейцарские часы, мы с Васильевичем и Смекайло полезли осматривать хвостовую балку. Из неё сизым дымком тянуло горелое гидравлическое масло.Технический вердикт слесаря МиронаКак опытный слесарь, я сразу понял, где собака зарыта, едва скинул капоты хвостового редуктора.— Ну-ка, Смекайло, посвети фонариком, — скомандовал я. — Гляди сюда. Хвостовой редуктор промежуточного вала сухой как лист. А почему? А потому что лопнул гибкий шланг высокого давления нагнетающей магистрали гидросистемы ГС-1БА.Василий Васильевич прищурился, потрогал пальцем место среза и сокрушённо покачал головой:— Усталость металла на штуцере, Мирон. Шланг-то свежий, а вот обжимка заводская подвела. Давление в системе под 60 атмосфер, масло АМГ-10 в секунду выплюнуло. Тяга хвостового винта встала в стопорный угол, вот вертолёт и закрутило.— Но заметьте! — поднял палец вверх Смекайло. — Мой расчёт по углу планирования на авторотации спас трансмиссию! Если бы Марина зажала шаг, несущий винт догнал бы лопастями хвостовую балку и отрубил её к чертям прямо в воздухе. Фюзеляж скомпенсировал момент за счёт набегающего потока!— Ладно, инженеры, хорош языками чесать, — прервал я их. — Движки целы, главный редуктор ВР-2 не пострадал, автомат перекоса в норме. Лопасти несущего винта песок зацепили, надо везти в гараж на дефектовку. Вызываем аэродромный тягач.Ремонт в авиационном гараже Марины БеленькойУже к вечеру Ми-2 стоял в центре уютного авиационного гаража Марины. Помещение наполнилось родными запахами: керосина, свежего масла, канифоли и... вареников с вишней, которые Ангелина Мельник, как и обещала, наварила на всю оставшуюся ораву прямо на электроплитке в углу ангара.Ремонт закипел. Команда работала как один слаженный механизм:Василий Васильевич (83 года), несмотря на возраст, с поразительной лёгкостью залез на стремянку. Он лично занялся нивелировкой и проверкой соосности валов трансмиссии. Его опытный глаз и микрометр определяли микротрещины лучше любого ультразвука.Смекайло (55 лет) засел за верстак с миллиметровкой и калькулятором. Он рассчитывал новые динамические нагрузки для модифицированного узла крепления гидравлики. Чтобы заводской брак со штуцером больше никогда не повторился, он придумал схему дублирования магистрали.Я (слесарь Мирон) взял на себя самую грязную и ответственную работу. Я полностью демонтировал повреждённый хвостовой редуктор. Промыл его в керосине, заменил сгоревшие сальники и подшипники. Из своих личных запасов я достал надёжный армированный шланг с двойной оплёткой. Сам выточил на токарном станке новый, усиленный штуцер из высокопрочной стали.Марина Беленькая (48 лет), как настоящая хозяйка, не только подавала ключи и проверяла шаг-газ в кабине, но и руководила процессом. Её командный голос разносился по гаражу: «Мирон, затяжку гаек делай с контровочной проволокой, на совесть! Василий Васильевич, редуктор встал по меткам? Лида, сестрёнка, подай-ка вон тот двенадцатый рожковый ключ!».Лида (68 лет) сидела рядышком на чистой обтирочной ветоши. Хлопала глазами, подавала инструмент и с гордостью смотрела на сестру. Она поняла, что авиация — это не просто сумасшедшие трюки, а тяжелейший коллективный труд, где жизнь пилота держится на кончиках пальцев слесаря и инженера.Ближе к полуночи хвостовой винт был собран, отбалансирован и законтрен. Масло АМГ-10 залито под пробку, система прокачана — ни одной протечки!— Ну что, мужики, — Марина вытерла лоб испачканной в мазуте рукой и победно улыбнулась. — Система герметична. Завтра на рассвете — контрольный облет!Ангелина Мельник с грохотом поставила на стол огромную миску с горячими, исходящими паром варениками:— А ну-ка, орлы и ласточки, мыть руки! Живые, здоровые, вертолёт починили — пора и Хмельнушкой закрепить успех. Смекайло, наливай мартини, сегодня ты мой герой!Мы дружно расселись прямо у отремонтированного борта Ми-2. За окном гаража шумел тёплый сентябрьский ветер, а внутри было тепло, пахло победой и настоящей авиационной сборкой.Вот и ремонту конец, а кто гайки крутил — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!