Тайная доктрина т. 3 раздел xxxii

РАЗДЕЛ XXXII.

Следы мистерий.

_______
В «Королевской масонской энциклопедии» в статье «Солнце» говорится:
«Во все времена Солнце неизбежно играло важную роль как символ, и особенно в масонстве. W.M. обозначает восходящее солнце, J.W. - солнце в зените, а S.W. - заходящее солнце. В друидических обрядах верховный друид олицетворяет Солнце, и ему помогают два других жреца, один из которых представляет Луну на западе, а другой - Солнце на юге в зените. Нет необходимости вдаваться в какие-либо длительные рассуждения об этом символе».
И тем более «не необходимости», так как Ж. М. Рагон очень подробно описал это, как видно в конце раздела XXIX, где приведена часть его объяснений. Как мы уже говорили, масонство получило свои обряды с Востока. И если верно утверждение, что современные розенкрейцеры «обладают знанием хаоса, что, возможно, не самое желанное приобретение», то это ещё более справедливо в отношении всех остальных ветвей масонства, поскольку их участники совершенно не понимают полного значения своих символов. Выдвигаются десятки гипотез, одна невероятнее другой, относительно «круглых башен» в Ирландии; одного факта достаточно, чтобы показать невежество масонов, а именно, что, согласно «Королевской масонской энциклопедии», идея о том, что они были связаны с масонским посвящением, может быть сразу отвергнута как недостойная внимания. «Башни», которые встречаются по всему Востоку в Азии, были связаны с мистериями-посвящениями, а именно с обрядами Вишвакармы и Викарттаны. Кандидатов на посвящение помещали в них на три дня и три ночи, если поблизости не было храма с подземным святилищем. Эти круглые башни были построены исключительно для этих целей. Как и все подобные памятники языческого происхождения, обесчещенные христианским духовенством, которое таким образом «пачкает свое собственное гнездо», они по-прежнему являются живыми и неразрушимыми реликвиями древней мудрости.
Т. 3, СТР, 288 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
В нашем объективном и иллюзорном мире не существует ничего, что не могло бы служить двум целям — хорошей и плохой. Так, в более поздние века посвященные «левого пути» и антропоморфисты завладели большей частью этих древних руин, которые тогда были безмолвны и покинуты их первыми мудрыми обитателями, и превратили их в фаллические памятники. И это было намеренное и порочное искажение их истинного значения, отклонение от их первоначального употребления. Солнце (хотя и всегда, даже для толпы, ;;;;; ;;;;;;; ;;;;, «один-единственный царь и Бог на небесах», и ;;;;;;;, «Бог доброго совета» Орфея) имело в каждой экзотерической народной религии двойной аспект, который был очеловечен профанами. Таким образом, Солнце было Осирисом-Тифоном, Ормуздом-Ахриманом, Белом -Юпитером и Ваалом, животворящим и смертоносным светилом. И, таким образом, один и тот же монолит, колонна, пирамида, башня или храм, первоначально возведенные для прославления первого принципа или аспекта, со временем могут стать кумирней с  идолами или, что еще хуже, фаллической эмблемой в ее грубой и брутальной форме. Лингам индусов имеет духовное и высоко философское значение, в то время как миссионеры видят в нем всего лишь «неприличную эмблему»; он имеет как раз то значение, которое можно найти во всех этих библейских баалим , хамманим  и бамот  со столбами из неотесанного камня, воздвигнутыми для прославление Иеговы мужского полв. Но это не меняет того факта, что пирейи  греков, нурхаги  Сардинии, теокалли Мексики и т.д. изначально имели тот же характер, что и «круглые башни» Ирландии. Это были священные места посвящения.
В 1877 году автор, ссылаясь на авторитеты и мнения некоторых наиболее выдающихся ученых, осмелилась утверждать, что существует огромная разница между терминами «хрестос» и «христос», разница, имеющая глубокий эзотерический смысл. Кроме того, в то время как христос означает «жить» и «родиться для новой жизни», хрестос, во фразеологии «посвящения», означал смерть внутренней, низшей или личностной природы в человеке; таким образом, дается ключ к брахманскому титулу «дважды рожденный»; и, наконец,
«Задолго до эры христианства существовали хрестиане, и ессеи принадлежали к их числу».
Вряд ли можно было найти эпитеты, достаточно оскорбительные для характеристики автора. И все же ни тогда, ни сейчас автор никогда не

Т. 3, СТР, 289 ХРИСТОС И ХРЕСТОС
предпринимала попытку сделать заявление столь серьезного характера, не представив в его поддержку столько ученых авторитетов, какое только можно было собрать. Так, на следующей странице было сказано:
«Лепсиус доказывает, что слово нофре означает хрэстос, «благой», и что одно из титулов Осириса, «уннофре», следует переводить как «проявленная благость Бога».«Поклонение Христу не было всеобщим в то раннее время, – объясняет Маккензи, – под этим я подразумеваю, что христолатрия не была ещё введена, но поклонение Хрэсту (благому началу) предшествовало ей на многие столетия и даже пережило всеобщее принятие христианства, как явствует из сохранившихся памятников ... Опять же, у нас есть дохристианская надпись на надгробной плите (Спон, Miscellanea eruditae antiquitatis, Ant., x, xviii, 2) ;;;;;;;; ;;;;;;;;;; ;;;;;;; ;;;; ;;;;;; ;;;;;, а Де Росси («Roma Sotteranea» «Подземелья Рима», Т. I. гл. xxi) приводит нам ещё один пример из катакомб – «Элий Хрэсте, мир праху (твоему)». 
Сегодня автор может добавить ко всем этим свидетельствам подтверждение эрудированного автора, который доказывает все, что он берется показать, опираясь на геометрические доказательства. В «Источнике мер» есть любопытнейший отрывок с замечаниями и пояснениями, автор которого, вероятно, никогда не слышал о «боге мистерий» Вишвакарме древних ариев. Рассматривая разницу между терминами «хрест» и «христ», он заканчивает словами:
 «Было два Мессии: один, который спустился в преисподнюю ради спасения этого мира; это было Солнце, лишенное своих золотых лучей и увенчанное почерневшими лучами (символизирующими эту потерю) в виде терний; другой был торжествующим Мессией, поднимающимся на вершину небесного свода, и олицетворялся как Лев из колена Иудина. В обоих случаях у него был крест: один раз – в уничижении, а в другой раз — владел им как законом творения, будучи Иеговой».
А затем автор переходит к изложению «факта» о том, что «было два Мессии» и т.д., как цитировалось выше. И это (оставляя божественный и мистический характер Иисуса и его притязания совершенно независимыми от этого события его земной жизни) без всякого сомнения, показывает его как посвященного египетских мистерий, где для неофита проводился тот же обряд смерти и духовного воскресения, что и для страдающего Хреста во время его испытания и нового рождения через возрождение — ибо это был общепринятый обряд.
«Преисподняя», в которую должен был спуститься восточный посвященный, была, как было показано ранее, Паталой, одной из семи областей нижнего мира, которой правил Васуки, великий «бог-змей». Эта преисподняя, Патала, имеет
Т. 3, СТР, 290 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
в восточной символике точно такое же многообразное значение, какое м-р Ральстон Скиннер находит в еврейском слове «шиах»  в его применении к рассматриваемому случаю. Ибо оно было синонимом зодиакального созвездия Скорпион (бездны Паталы, «пропитанные сиянием нового Солнца»), представленного «вновь рожденным» во славе; и Патала была и остается в некотором смысле «ямой, могилой, местом смерти и вратами ада или шеола» — при частично экзотерических посвящениях в Индии кандидат должен был пройти через чрево телицы, прежде чем отправиться в Паталу. В своем не мистическом смысле это страны противоположных полушарий – в Индии Америку называют Патала. Но согласно своей символике она означала всё это и многое другое. Один только тот факт, что Васуки, правящее божество Паталы, представлено в индусском пантеоне как великий нага (змей), которого Боги и асуры использовали в качестве веревки, обвивающей гору Мандара, при пахтании океана для получения амриты, воды бессмертия, напрямую связывает его с посвящением.
Ибо он также есть Шеша-Нага, служащий ложем для Вишну и поддерживающий семь миров; и он также Ананта, «бесконечный», и символ вечности - отсюда и «Бог тайной мудрости», низведенный церковью до роли змея-искусителя, сатаны. То, что сейчас сказано, верно и может быть подтверждено даже экзотерическим представлением атрибутов различных богов и мудрецов как в индусском, так и в буддийском пантеонах. Двух примеров будет достаточно, чтобы показать, как мало наши лучшие и наиболее эрудированные востоковеды способны правильно и беспристрастно разобраться в символике восточных народов, оставаясь при этом в неведении относительно соответствующих моментов, которые можно найти только в оккультизме и тайном учении.
(1) Ученый-востоковед и путешественник по Тибету, профессор Эмиль Шлагинтвейт, упоминает в одной из своих работ о Тибете народную легенду о том, что
«Нагарджуна («мифический» персонаж, «не имеющий никакого реального существования», как считает ученый немецкий востоковед) получил книгу «Парамартха», или, согласно другим, книгу «Аватамсака», от нагов, сказочных существ, подобных змеям, которые занимают положение среди существ выше человеческого, и считаются защитниками закона Будды. Говорят, что Шакьямуни обучал этих духовных существ более философской религиозной системе, чем людей, которые были недостаточно развиты, чтобы понять ее во время его появления». 
Да и сейчас люди недостаточно развиты для этого, так как эта «более философская
Т. 3, СТР, 291 СИМВОЛИКА НАРАДЫ
религиозная система» есть тайное учение, оккультная восточная философия, которая является краеугольным камнем всех наук, отвергаемых неразумными строителями даже в наши дни, и, возможно, сегодня больше, чем когда-либо прежде, из-за великой гордыни нашего века. Эта аллегория просто означает, что Нагарджуна, получивший посвящение от «змей» (адептов, «мудрецов») и изгнанный из Индии брахманами, которые боялись разглашения своих тайн и жреческой науки (истинной причины их ненависти к буддизму), отправился в Китай и Тибет, где он посвятил многих в истины сокровенных мистерий, которым учил Гаутама Будда.
(2) Сокровенная символика Нарады (великого риши и автора некоторых ригведических гимнов, который снова воплотился позже, во времена Кришны) никогда не была понята. Тем не менее, в связи с оккультными науками Нарада, сын Брахмы, является одним из наиболее выдающихся персонажей; в своем первом воплощении он непосредственно связан со «строителями» — следовательно, с семью «ректорами» христианской церкви, которые «помогали Богу в деле творения». Это величественное воплощение почти не замечено нашими востоковедами, которые упоминают лишь слова, приписываемые ему относительно Паталы, а именно: «что это место наслаждений, связанных с плотскими утехами». Это вызывает усмешку, и возникает мысль, что Нарада, несомненно, «нашёл это место прекрасным». Однако эта фраза лишь свидетельствует о том, что он был посвящённым, тесно связанным с мистериями, и ходил (как и все другие неофиты до и после него) в «преисподней среди терний», в «состоянии жертвенного Хреста», будучи страдающей жертвой, низведённой туда — воистину, это мистерия!
Нарада — один из семи риши, «разумом-рожденных сыновей» Брахмы. Тот факт, что во время своего воплощения он был посвященным высокой степени (он, подобно Орфею, был основателем мистерий) подтверждается и становится очевидным из его истории. В «Махабхарате» говорится, что Нарада, нарушив план заселения Вселенной, чтобы остаться верным своему обету целомудрия, был проклят Дакшей и приговорен родиться еще раз. И снова, когда он родился во времена Кришны, его обвиняют в том, что он называл своего отца Брахму «лжеучителем», поскольку тот посоветовал ему жениться, а он отказался это сделать. Это показывает, что он был посвященным, идущим вразрез с ортодоксальным богослужением и религией. Любопытно обнаружить этого риши и вождя среди «строителей» и «небесного воинства» в качестве
Т. 3, СТР, 292 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
прообраза христианского «вождя» того же «воинства» — архангела Михаила. Оба они – «девственники» и оба - единственные среди своих «воинств», кто отказывается творить. Говорят, что Нарада отговорил хариашвов, пять тысяч сыновей Дакши, зачатых им с целью заселения Земли, от производства потомства. С тех пор хариашвы «рассеялись по сферам и никогда не возвращались». Может быть посвященные являются воплощениями этих хариашв?
На седьмой день, третий по счету в его последнем испытании, неофит воскресал, как возрожденный человек, который, пройдя через свое второе духовное рождение, возвращался на землю прославленным и торжествующим победителем смерти, иерофантом.
Восточного неофита в виде Хреста можно увидеть на одной гравюре в «Индусском пантеоне» Мура, автор которой принял ещё одну форму распятого Солнца или Вишну, Виттобу, за Кришну и назвал ее «Кришна, распятый в пространстве». Гравюра также приведена в книге д-ра Ланди «Монументальное христианство», в котором почтенный автор собрал в своём объёмном труде множество доказательств того, что «христианские символы существовали до христианства», как он сам выражается. Так, он показывает нам Кришну и Аполлона добрыми пастырями, Кришну, держащего крестообразную раковину и чакру, а также Кришну, «распятого в пространстве», как он это называет. Об этой фигуре можно сказать то же, что говорит о ней сам автор:
«Я считаю, что это изображение предшествовало христианству. ...Во многих отношениях оно похоже на христианское распятие... Рисунок, поза, следы от гвоздей на руках и ногах указывают на христианское происхождение, в то время как парфянский венец с семью зубцами, отсутствие дерева и обычной надписи, а также лучей славы, по-видимому, указывает на какое-то иное, не христианское происхождение. Может ли это быть человек-жертва или жрец и жертва в одном лице из индусской мифологии, который принес себя в жертву еще до сотворения мира?»
Несомненно, так.
«Может быть, это второй бог Платона, который запечатлел себя во вселенной в виде креста? Или это его божественный человек, которого будут бичевать, мучить, заковывать в кандалы, выжигать ему глаза и, наконец... распинать?»
Все это и многое другое; архаичная религиозная философия была всеобщей, и ее тайны так же стары, как человек. Это вечный символ персонифицированного Солнца, астрономически очищенного, в мистическом смысле возрожденного, и символизируемого всеми посвященными в память о безгрешном человечестве, когда все были «сынами Божьими». Теперь человечество стало
Т. 3, СТР, 293 ЕГИПЕТСКОЕ ПОСВЯЩЕНИЕ
воистину, «сыном зла». Умаляет ли все это достоинство Христа как идеала или Иисуса как божественного человека? Нисколько. Напротив, поставленный особняком, прославленный выше всех остальных «сынов Божьих», он может только разжигать злые чувства во всех тех многомиллионных народах, которые не верят в христианскую систему, провоцируя их ненависть и приводя к беззаконным войнам и междоусобицам. Если, с другой стороны, мы поместим его в длинный ряд «сынов Божьих» и сынов божественного света, то тогда каждому человеку может быть предоставлено самому выбрать из множества этих идеалов того, к которому он, как к Богу, обратится за помощью и поклонится как на земле, так и на небесах.
Многие из тех, кого называли «Спасителями», были «добрыми пастырями», как, например, Кришна, и все они, как говорят, «сокрушили голову змея» — другими словами, победили свою чувственную природу и овладели божественной и оккультной мудростью. Аполлон убил Пифона, и этот факт снимает с него обвинение в том, что он сам был великим драконом, сатаной; Кришна убил змея Калинагу, черного змея; а скандинавский Тор размозжил голову символической рептилии своей палицей-распятием.
В Египте каждый важный город был отделен от его места захоронения священным озером. Та же церемония суда, которая описана в «Книге мертвых» («этой драгоценной и таинственной книге» согласно Бунзену) как происходящая в мире духов, происходила на земле во время погребения мумии. Сорок два судьи или заседателя собрались на берегу и судили отошедшую «душу» в соответствии с ее делами, когда она находилась в теле. После этого жрецы возвращались в священные пределы и рассказывали неофитам о вероятной судьбе души и о торжественной драме, которая в то время разыгрывалась в невидимом царстве, куда улетела душа. Бессмертие духа настойчиво внушалось неофитам высшим египетским иерофантом по имени Аль-ом-йа. В трактате «Крата репоа» (о жреческих мистериях Египта) в качестве четырех из семи степеней посвящения описаны следующие.
После предварительного испытания в Фивах, где неофит должен был пройти через множество испытаний, называемых «двенадцатью пытками», ему было приказано, чтобы он мог выйти победителем, управлять своими страстями и ни на мгновение не терять представления о своем внутреннем Боге или седьмом принципе. Затем, как символ скитаний неочищенной души, он должен был подняться по нескольким лестницам и блуждать в темноте по пещере со множеством дверей, каждая из которых была заперта.
Т. 3, СТР, 294 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
Преодолев все это, он получал степень пастофора,  после чего становился, во второй и третьей степенях, неокором  и меланофором . Его приводили в обширный подземный зал, заставленный мумиями, лежащими на земле, и ставили перед гробом, в котором лежало изуродованное тело Осириса. Этот зал назывался «вратами смерти», о чём и говорится в Книге Иова:
«Были ли врата Смерти открыты тебе,
Видел ли ты двери тени смерти?»
Так вопрошает «Господь», иерофант Аль-ом-йа, посвятитель Иова, намекая на эту третью степень посвящения, так как Книга Иова - это главным образом поэма о посвящении.
Когда неофит преодолевал ужасы этого испытания, его приводили в «зал духов», где он должен был предстать перед ними на суд. Среди правил, которым его обучали, было следующее:
«Никогда не желать мести и не искать её; быть всегда готовым помочь брату в опасности, даже рискуя собственной жизнью; хоронить каждого убитого; почитать своих родителей превыше всего; уважать старость и защищать тех, кто слабее его; и, наконец, всегда помнить о часе смерти и о часе воскресения в новом и нетленном теле».
Настоятельно рекомендовались чистота и целомудрие, а прелюбодеяние грозило смертью. Таким образом, египетский неофит становился кистофором.   На этой ступени ему сообщали тайное имя ИАО.
Пусть читатель сравнит вышеприведенные возвышенные наставления с наставлениями Будды и благородными заповедями, содержащимися в «Правилах жизни» для аскетов Индии, и он поймет единство тайного учения повсюду.
Невозможно отрицать присутствие сексуального элемента во многих религиозных символах, но этот факт ни в малейшей степени не подлежит осуждению, поскольку становится общеизвестным, что в религиозных преданиях любой страны человек не был рожден в первой «человеческой» расе от отца и матери. Начиная с сияющих «разумом-рожденных сынов Брахмы», риши, и Адама Кадмона с его эманациями, сефирами, и заканчивая «не имеющими родителей», анупадака, или дхьяни-буддами, от которых произошли бодхисаттвы и мануши-будды, земные посвященные (люди), первая раса людей во всех народах считалась рождённой без отца или матери. Человек, «мануши-будда», ману, «Енош», сын Сифа, или «Сын Человеческий», как его еще называют, - рождается таким, как сейчас, только как следствие,
Т. 3, СТР, 295 ЖЕРТВУЮЩАЯ СОБОЮ ЖЕРТВА
это неизбежная закономерность естественной эволюции. Человечество, достигнув последнего предела и той поворотной точки, когда его духовная природа должна была уступить место простой физической организации, должно было «впасть в материю» и зародиться. Но эволюция и инволюция человека цикличны. Он закончит так же, как и начал. Конечно, для наших грубо-материальных умов даже возвышенная символика космоса, зародившегося во чреве пространства после того, как божественная Единица вошла в него и оплодотворила его своим святым повелением, несомненно, будет ассоциироваться с материальностью. Не так обстояло дело с первым человечеством. Обряд посвящения в мистериях, где самопожертвование жертвы, умирающей духовной смертью ради спасения мир от разрушения (на самом деле от обезлюдения), был установлен во времена четвертой расы в память о событии, которое теперь стало величайшей тайной среди мировых загадок с физиологической точки зрения. В еврейском писании именно Каин и женщина-Авель являются принесенной в жертву парой, причём оба приносят себя в жертву (как изменённая форма Адама и Евы, или двоякого Иеговы) и проливают свою кровь «в знак разделения и единения», ради спасения человечества, положив начало новой физиологической расе. Еще позже, когда неофит, как уже упоминалось, для того, чтобы возродиться в своем утраченном духовном состоянии, должен был пройти через внутренности (чрево) девственной телицы , убитой в момент обряда, это снова было связано с таинством, и столь же великим, поскольку это относилось к процессу рождения, или, скорее, к первому появлению человека на этой земле, через Вач — «сладкозвучную корову, которая даёт пищу и воду» — и которая является женским Логосом. Это также относилось к тому же самопожертвованию «божественного гермафродита» (представителя третьей корень-расы), когда человечество превратилось в истинно физических людей после утраты духовного могущества. Когда плод зла был испытан наряду с плодом добра, в результате чего произошла постепенная атрофия духовности и усиление материальности в человеке, тогда он был обречен рождаться впредь в рамках нынешнего процесса. Это тайна гермафродита, которую древние так тщательно скрывали и маскировали. Не отсутствие нравственных устоев и не грубая чувственность побуждали их представлять своих богов в двойственном аспекте, а скорее их знание тайн и процессов первобытной природы. Наука физиология была им известна лучше, чем нам сейчас. Именно в этом
Т. 3, СТР, 296 ТАЙНАЯ ДОКТРИНА
в этом скрыт ключ к древней символике, истинному средоточию национальной мысли, а также к странным двуполым изображениям почти всех богов и богинь как в языческих, так и в монотеистических пантеонах.
Сэр Уильям Драммонд в книге «Эдип иудейский» пишет:
«Научные истины были тайной жрецов, поскольку эти истины были основой религии».
Но с какой стати миссионерам так резко критиковать вайшнавов и кришнаитов за якобы крайне непристойное значение их символов, если даже самые непредвзятые авторы ясно дают понять, что Хрестос в преисподней (независимо от того, понимать ли под преисподней могилу или ад) обладал подобным же образом сексуальным элементом, начиная с самого зарождения символа.
Сегодня этот факт больше не отрицается. Средневековые «Братья Розового Креста» были такими же добрыми христианами, как и все в Европе, тем не менее, все их обряды основывались на символах, значение которых было преимущественно фаллическим и сексуальным. Их биограф Харгрейв Дженнингс, лучший современный специалист по розенкрейцерству, говоря об этом мистическом братстве, описывает, как
«Мучения и жертва на Голгофе, крестные страдания были в их (розенкрейцеров) славной, благословенной магии и триумфе протестом и призывом».
Протестом — кого? Ответ таков: протестом распятой Розы, величайшего и наиболее неприкрытого из всех сексуальных символов (йони и лингама), «жертвы» и «убийцы», женского и мужского начал в природе. Откройте последнюю работу этого автора «Фаллицизм» и посмотрите, в каких ярких выражениях он описывает сексуальную символику в том, что является самым священным для христианина:
«Кровь струилась из венца, или колючего венка, сплетённого из адских шипов. Роза - это женское начало. Ее блестящие карминовые лепестки защищены шипами. Роза - прекраснейший из цветков. Роза - это царица Божьего сада (Мария, Непорочная Дева). Не только Роза является магической идеей или истиной. Но именно «распятая роза» или «роза-мученица» (через великий мистический апокалиптический образ) является талисманом, знаменем, объектом обожания всех «сынов мудрости» или истинных розенкрейцеров. 
Совсем не всех «сынов мудрости», и даже не всех истинных розенкрейцеров. Ведь последние никогда не стали бы представлять столь величественный и благородный символ природы в столь отталкивающей, чувственной и приземлённой, почти животной форме. Для розенкрейцера
Т. 3, СТР, 297 ОРФЕЙ
«роза» была символом природы, вечно плодородной и девственной земли, или Исиды, матери и кормилицы человека, которая считалась женственной и представлялась египетскими посвященными девственницей. Как и любое другое олицетворение природы и земли, она является сестрой и женой Осириса, поскольку эти два персонажа соответствуют персонифицированному символу Земли, и она, и Солнце являются потомками одного и того же таинственного Отца, потому что Земля оплодотворяется Солнцем (согласно древнему мистицизму) посредством божественного вдувания. Именно чистый идеал мистической природы был воплощен в «девственницах мира», «небесных девах», а позже и в человеческой Деве Марии, матери Спасителя (Salvator Mundi), избранного ныне христианским миром. И именно образ еврейской девушки был воспринят богословием как древний символ , а не как языческий, который был создан для нового случая.
От Геродота мы знаем, что мистерии были привезены из Индии Орфеем — героем, жившим намного раньше Гомера и Гесиода. На самом деле о нем известно очень мало, и до самого последнего времени орфическая литература и даже «Аргонавты» приписывались Онамакриту, современнику Писистрата, Солона и Пифагора. Ему же приписывали их составление в нынешнем виде в конце VI века до н.э., или через 800 лет после времени Орфея. Но нам говорят, что во времена Павсания была жреческая семья, которая, подобно брахманам с Ведами, заучивала наизусть все орфические гимны и что таким образом они обычно передавались от одного поколения к другому. Относя Орфея к 1200 году до н.э., официальная наука (столь осторожная в своей хронологии, чтобы выбрать в каждом случае как можно более поздний период) признает, что мистерии, или, другими словами, инсценированный оккультизм, относятся к еще более ранней эпохе, чем халдеи и египтяне.
Теперь можно упомянуть о падении мистерий в Европе.