ТИР

СЦЕНАРИЙ


СЕРИЯ 1 «СЫРЕЦКАЯ, 23»

---

## ПРОЛОГ

## ЧЕРНО-БЕЛАЯ КИНОХРОНИКА

Дрожит пленка.

Треск кинопроектора.

На экране самодельная трибуна возле входа в тир.

Флажки ДОСААФ.

Несколько офицеров.

Аплодисменты.

За столом председатель райкома вручает грамоту.

Перед ним стоит крепкий пожилой мужчина в темно-синем костюме.

На лацкане — **Орден Славы**.

Часы **DOXA** выглядывают из рукава.

**ДИКТОР КИНОХРОНИКИ (за кадром)**

> За большую военно-патриотическую работу и высокие показатели в подготовке молодёжи Почётной грамотой ДОСААФ награждается руководитель стрелкового тира товарищ Штокман Николай Борисыч.

Аплодисменты.

Вспышка фотоаппарата.

Фотограф командует:

**ФОТОГРАФ**

— Не двигайтесь...

Щелчок.

Кадр замирает.

Черно-белая фотография.

Именно та, что потом будет висеть на стене тира весь сериал.

---

Тот же фотограф.

Смотрит вниз.

Улыбается.

**ФОТОГРАФ**

— А теперь...

— Первый выстрел предоставляется внуку ветерана...

— Виктору Штокману.

Из-за спины Борисыча выходит пятилетний Витя.

Маленький.

Испуганный.

Борисыч кладет ему руку на плечо.

---

## ВНУТРИ ТИРА

Полумрак.

Запах оружейного масла.

Сырость.

На прилавке лежит мелкокалиберная винтовка.

Она пристёгнута цепью.

Борисыч берёт её.

Вкладывает мальчику в руки.

Сам придерживает приклад.

Они смотрят вперёд.

В глубине тира едва светятся мишени.

Солдат.

Мотоциклист.

Танк.

Больше ничего.

Борисыч тихо.

Почти шёпотом.

**БОРИСЫЧ**

— Не дёргай.

Плавно.

Витя задерживает дыхание.

Нажимает.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

В самом конце тира медленно падает немецкий солдат.

Никто не радуется.

Никто не хлопает.

Борисыч только слегка касается рукой головы внука.

Черный экран.

Появляется надпись.

# Т И Р

## 1

Черный экран держится еще секунду.

И только после этого —

ревет двигатель автобуса.

Начинается первая серия.

---

**ЧЕРНЫЙ ЭКРАН.**

**ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА)**
> Когда мне было пять лет, я думал, что самое страшное уже случилось. Куренёвский потоп унёс сотни людей. Но оказалось, что настоящая история только начиналась.

---

## СЦЕНА 1. АВТОБУС. УТРО. 13 МАРТА 1961.

Пасмурное утро. Куренёвка. Старый автобус вязнет в серой жиже. Колеса буксуют, мотор натужно ревет. Стекла запотели изнутри.

**МАЛЬЧИК (5 лет)** сидит у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу. За окном — серый поток грязи, обломки кирпичей, рваные доски.

На коленях у него открытая книжка: «Как Незнайка стал художником». Страницы пожелтевшие, уголки загнуты. **МАМА** держит книгу под нужным углом, чтобы ему было видно. Голос у неё тихий, монотонный, но теплый. Она читает не для пассажиров, а только для сына.

**МАМА**
— ...и тогда Незнайка взял самую большую кисть и...

Мальчик отрывает взгляд от книги. Смотрит в окно. В потоке грязной воды плывёт **деревянная лошадка с отбитым ухом**. Течение выносит её к бордюру, ударяет о камень. Лошадка переворачивается, но остаётся на виду. Мальчик запоминает её. Не плачет, не просит достать. Просто смотрит.

Мама замечает его взгляд. Читает дальше, не прерываясь. Для неё это просто игрушка в грязи. Для мальчика — первая точка отсчёта.

---

## СЦЕНА 2. ТИР ДИДУСИ. ВЕЧЕР. ТОТ ЖЕ ДЕНЬ.

Запах масла, табака, старого дерева. За прилавком **БОРИСЫЧ**. На руках — тот же **МАЛЬЧИК**. Ноги болтаются, до стойки не достаёт. Борисыч держит его за спину, как живую опору.

На стене — выцветшая черно-белая фотография. Та самая, из пролога. Борисыч с грамотой. А рядом — группа молодых людей в спортивной форме. В центре — молодой **Жорка** (Паровоз). Рядом с ним — другой молодой человек. Солидный. В хорошей форме. Это будущий **ДИРЕКТОР**. Борисыч иногда смотрит на это фото. Не комментирует. Просто смотрит.

В руках мальчика — тяжёлая пневматическая винтовка ТОЗ. Он весь напрягся. Палец дрожит на курке. Выстрел сам.

Мишень падает. Перед ними — трёхрядная двухметровая рама: солдаты вермахта, мотоциклы, танки, пикировщик со свастикой на тросе. Упал только рядовой **Франц Беккенбауэр**. Его жизнь стоил один «пятак». Чтобы убить «Тигра», нужно три попадания. Подлодку — два.

Из динамиков играет **«ЛИЛИ МАРЛЕН»**. Не марш. Грустная, тягучая мелодия. Один палец на пианино. Музыка, которая сделала войну чуть менее страшной.

Мальчик выдыхает. Улыбается. Борисыч гладит его по голове. Момент покоя.

**ДВЕРЬ ОТКРЫВАЕТСЯ.** Музыка обрывается.

На пороге — ЖЕНЩИНА. Мокрая. Грязная. Босая. В больничной ночнушке под пальто. С неё капает. Пахнет известью.

Борисыч закрывает мальчика собой.

**БОРИСЫЧ**
— Мы закрыты.

Она не двигается. Смотрит на них. Потом оглядывает тир. Медленно. Как будто узнаёт.

Её взгляд останавливается на фотографии на стене — молодая команда «Желдор» 1938 года. Борисыч, Паровоз, другие.

Женщина смотрит на фото. Долго. Потом переводит взгляд на Борисыча.

**ЖЕНЩИНА**
— Я... с Куренёвки.

**БОРИСЫЧ**
— Ну, и что? Я же сказал, мы закрыты. Вон, как наследили, а я только полы помыл…

Она смотрит на мальчика. Достаёт из кармана мокрую лошадку. Кладёт на прилавок.

**ЖЕНЩИНА**
— Я там была. Я видела, как их забирали.

Смотрит на Борисыча. Ждёт.

**БОРИСЫЧ** (тихо)
— Идите, я сказал.

Она разворачивается. Идёт к выходу. На пороге останавливается на секунду. Не оборачивается.

**ЖЕНЩИНА**
— Мой мальчик. Его забрали.

**БОРИСЫЧ**
— Кто забрал?

Женщина молчит. Потом тихо:

**ЖЕНЩИНА**
— Тихие.

Уходит.

Дверь закрывается.

Тишина. «Лили Марлен» продолжает играть. Но теперь звучит как предупреждение.

Витя смотрит на лошадку на прилавке. Она мокрая. С неё капает. Он узнаёт её.

**ВИТЯ** (тихо, не отрывая глаз)
— Деда... я её видел.

**БОРИСЫЧ**
— Где?

**ВИТЯ**
— В автобусе. Когда мы ехали. Она плыла по грязи. Такая же.

Борисыч смотрит на лошадку. Потом на Витю. Берёт лошадку за ухо, поднимает.

**БОРИСЫЧ**
— Мокрая.

Кладёт её на полку за прилавком. Вытирает руки.

**БОРИСЫЧ**
— Пойдём, Витя. Чай пить.

**ВИТЯ** (смотрит на полку, потом на дверь)
— Деда... а она вернётся?

**БОРИСЫЧ** (пауза)
— Не знаю, Витя. Может, вернётся. Может, нет.

Он берёт Витю за руку. Они идут в подсобку.

---

**ГОЛОС ЗА КАДРОМ:**
Дед говорил: «Игрушки нельзя выбрасывать. Они помнят детские руки». Тогда я решил, что он просто любит красивые слова.

---

## СЦЕНА 2А. ДВОР НА КУРЕНЁВКЕ. ВЕЧЕР. 16 МАРТА 1961.

Конец марта, но аномально тепло. Солнце греет спину. Пахнет талым снегом и первой землей.

У стены гаража, на перевернутом ящике из-под бутылок — четверо. Стук костяшек — как метроном. Рядом стоит початая «777» и килька на газете.

**ЛЁНЧИК (ДВОРНИК, 50+)** — в телогрейке нараспашку. Лицо скрыто тенью, но видны шрамы.
**СЛЕСАРЬ ПЕТРОВИЧ** — с перевязанной рукой.
**ПЕНСИОНЕР ИВАНЫЧ** — щуплый, в шарфе.
**МОЛОДОЙ РАБОЧИЙ КОЛЯ** — нервный, косится на окна.

**ПЕТРОВИЧ** (хлопает последней костяшкой по ящику)
— Всё! Рыба! Шесть-шесть! Закрылся, ****ь! С вас, козлы, по рублю!

**ИВАНЫЧ** (морщится на свои костяшки)
— Тьфу ты... Опять в дураках. Петрович, ты шо, жулик? Пока я за чаем ходил, ты мои костяшки пересчитал?

**ПЕТРОВИЧ**
— А шо мне считать? У тебя на лбу написано — «лох». Ты ж дубль-пусто три хода держал, как орден Ленина!

**ИВАНЫЧ**
— Та я думал, ты с пустого зайдёшь! Кто ж знал, шо у тебя шесть-шесть в загашнике?

**КОЛЯ** (нервно стучит пальцем по столу)
— Тихо вы, бабы! Жена щас выйдет — опять скандал. У меня сегодня одни пустышки, ни одной пары. Чистый проигрыш, как в ЗАГСе.

**ЛЁНЧИК** (усмехается, подливая портвейн)
— Коля, не ссы. Твоя ж не видит, шо ты в домино продул. Скажешь — на профсоюз сдавал.

Во двор въезжает старая **ПОЛУТОРКА**. Кузов пустой. Машина останавливается прямо у играющих.

Из кабины выпрыгивает **ПАРАВОЗ (ЖОРКА)**. Бодрый, глаза горят.

**ПАРАВОЗ**
— Мужики! Есть тема! Прямо сейчас!

Костяшки зависают в воздухе. Петрович даже выигрышную не убирает.

**ПАРАВОЗ** (тараторит)
— Сырецкая, 27. Дом треснул после селя. Там один мужик нанял шмотки вынести, пока официально не снесли. Пятнашка на рыло. За два часа! Наличкой сразу.

Тишина. Только капает с крыши.

**ПЕТРОВИЧ** (держится за поясницу)
— Пятнадцать... Заманчиво. Но спина, Паровоз. Радикулит, сука. Врач сказал — тяжести ни-ни. Мне б щас лежать, а не козлом скакать.

**ИВАНЫЧ** (разводит руками)
— А у меня внук с температурой. Жена сказала: «Шагнешь со двора — убью». Какая мне халтура, когда дома Бабий Яр?

**КОЛЯ** (бледнеет, смотрит на окна)
— Я... не могу. Жена беременная. Узнает, шо я в разрушенный дом полез — со свету сживет. Прости, Жорка.

Паровоз кивает. Не осуждает.

**ПАРАВОЗ**
— Ладно. Кто тогда? Бабки горят. Водила через десять минут свалит.

Все молчат. Смотрят в землю.

**ПЕТРОВИЧ** (бурчит, сгребая костяшки)
— Эх, закрылся бы я красиво, да не судьба...

Тут **ЛЁНЧИК** откладывает костяшку. Медленно встаёт, отряхивает штаны.

**ЛЁНЧИК**
— Я пойду. Дома один хрен делать нечего. Пятнадцать рублей — это три дня зарплаты. Лучше козлом на стройке, чем тут без дела сидеть.

**ПАРАВОЗ** (хлопает его по плечу)
— Наш человек. Садись. Быстро!

Лёнчик лезет в кабину. Паровоз запрыгивает следом. Дверца — хлоп. Полуторка рвёт с места, поднимая пыль. На ящике остаётся недоигранная «рыба».

Трое смотрят вслед.

**ИВАНЫЧ** (вздыхает)
— Повезло ему. Или не повезло...

**ПЕТРОВИЧ** (сплёвывает семечку)
— Мешай давай. Пока жена твоя не вышла.

---

## СЦЕНА 2А-1. ДВОР. ВЕЧЕР. 16 МАРТА 1961.

Борисыч идёт через двор. Руки в карманах. Курит.

У деревянного столба, на котором висят старые афиши, стоит женщина в платке. Она аккуратно, дрожащими руками, клеит свежий листок поверх других.

Борисыч останавливается. Смотрит.

На листке — черно-белая фотография мальчика лет шести. Крупно: **«ПРОПАЛ»**. Ниже — приметы и номер телефона.

**ЖЕНЩИНА** (не оборачиваясь, тихо)
— Вы не видели моего сына?

**БОРИСЫЧ**
— Нет.

Женщина разглаживает уголок бумаги. Он сразу же начинает отклеиваться от сырости.

**ЖЕНЩИНА**
— Никто не видел. Соседи говорят — сбежал. Но он маленький. Он бы не ушёл один.

Борисыч смотрит на фотографию. Мальчик как две капли воды похож на Витю.

**БОРИСЫЧ** (тихо)
— А мой внук... ему пять.

Женщина перестаёт клеить. Медленно оборачивается. Смотрит на Борисыча усталыми, пустыми глазами.

**ЖЕНЩИНА**
— Берегите его.

Она берёт пустую банку с клеем. Идёт прочь, не оглядываясь.

Борисыч стоит. Смотрит на мокрую фотографию, которая медленно сползает вниз по столбу.

Потом он тушит сигарету. Идёт дальше. Но шаг его стал тяжелее.

---

**ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА)**
> Тогда я подумал: сбежал. Взрослые всегда придумывают простые слова, чтобы не бояться сложных.

---

## СЦЕНА 2Б. КАБИНА ПОЛУТОРКИ / УЛИЦЫ КИЕВА. ВЕЧЕР. 16 МАРТА 1961.

Тесная кабина ГАЗ-51. Запах бензина, табака и старого железа. За окном мелькают вечерние огни Киева, разрушенные кварталы Куренёвки.

За рулём — **ШОФЁР**. Рядом с ним плотно сидят **ПАРАВОЗ (ЖОРКА)** и **ЛЁНЧИК**.

**ШОФЁР** (нервно поглядывая на часы)
— Жорка, я тебе сказал: сорок минут. И всё. У меня путевка на карьер. В шесть ноль-ноль я уезжаю. С вещами или без.

**ПАРАВОЗ** (спокойно, глядя в окно)
— Будем в пять сорок. Расслабься.

Шофёр фыркает, но спорить не начинает. Машина едет дальше.

**ЛЁНЧИК** (вдруг, не глядя на Паровоза)
— А Борисыча нет? Он бы не отказался.

**ПАРАВОЗ**
— Борисыч сейчас при бабках. Гешефты крутит. Ему наши пятнашка — как слону дробина.

**ЛЁНЧИК** (усмехается)
— Правильно делает. Умный мужик.

**ПАРАВОЗ**
— Зато мы с тобой, Лёня, сегодня заработаем. А он пусть свои гешефты крутит. Нам живые деньги нужны.

Машина сворачивает на Куренёвку. За окном — серые развалины. Обломки кирпича, перевернутые машины, мокрые тряпки на заборах. Люди в ватниках бродят по улицам, смотрят в землю. Кто-то стоит на коленях.

Лёнчик смотрит в окно. Молчит. Потом тихо:

**ЛЁНЧИК**
— Сколько ж их там... говорят, сотни.

**ПАРАВОЗ**
— Тысячи. Вода шла стеной. Как цунами.

**ЛЁНЧИК**
— А радио говорит — сорок человек. Всё шито-крыто.

**ПАРАВОЗ** (криво усмехается)
— Радио врёт. Все знают. Просто молчат.

**ШОФЁР** (не поворачивая головы)
— Я слышал, в одном доме семья утонула. Вся. Семеро. Детей даже не нашли. Говорят, пульпа была по второй этаж.

**ЛЁНЧИК**
— Пульпа... Это ж отходы с завода. Их же туда годами сливали. В Яр.

**ПАРАВОЗ**
— В Бабий Яр.

Тишина в кабине. Только гул мотора. Лёнчик смотрит на дома, которые проезжают. Один — наполовину разрушен. На крыше — сушится детское одеяло.

**ЛЁНЧИК**
— И что теперь? Засыплют всё и забудут? Как в прошлый раз?

**ПАРАВОЗ** (жёстко)
— В прошлый раз засыпали Яр. И забыли. А Яр не забыл. Теперь вот вылез.

**ШОФЁР**
— Цыц, мужики. Не надо про это. У меня жена — еврейка. Мне хватает.

Машина сворачивает на Сырецкую. Впереди виднеется силуэт треснувшегося дома. Фары выхватывают из сумерек обломки кирпича и разбитые окна первого этажа.

Шофёр тормозит у самого крыльца. Паровоз открывает дверцу.

**ПАРАВОЗ**
— Приехали. Пошли, Лёня. Работа ждет.

Они выходят из кабины. Направляются к зияющему проему входной двери дома.

---

## СЦЕНА 2В. ДОМ НА СЫРЕЦКОЙ, 27. ВЕЧЕР. 16 МАРТА 1961.

Паровоз и Лёнчик входят в дом. Внутри — хаос эвакуации: перевернутые стулья, горы тряпья, чемоданы. Пахнет сыростью и пылью.

**ПАРАВОЗ**
— Работаем быстро. Ты — наверх, я — в подвал. Там сундук.

**ЛЁНЧИК**
— Добро.

Лёнчик хватает два узла, выходит на улицу, грузит в кузов. Возвращается. Паровоза нет. Он зовёт:

**ЛЁНЧИК**
— Жорка!

Тишина. Идёт к подвалу, спускается. Темно. В углу — трещина. Телогрейка Паровоза валяется на полу. Сапоги стоят у стены.

**ЛЁНЧИК** (шепотом)
— Жорка... Ты где?

Никого.

Он выбегает наверх, к шофёру.

**ЛЁНЧИК**
— Ты его не видел?

**ВОДИЛА**
— Кого?

**ЛЁНЧИК**
— Жорку. Он исчез.

Они обыскивают дом. Подвал. Чердак. Пусто. Только трещина в стене подвала и холодный ветер. Лёнчик заглядывает внутрь — там темнота.

**ВОДИЛА**
— Может, свалил? Он же динамист.

**ЛЁНЧИК**
— Без сапог?

Шофёр молчит. Лёнчик стоит у трещины, смотрит внутрь. Ему не по себе.

**ЛЁНЧИК**
— Едем в тир. Скажем Борисычу.

---

**ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА)**
> Паровоз всю жизнь куда-то спешил. Но в тот вечер он ушёл дальше, чем мог представить любой из нас.

---

## СЦЕНА 3. ТИР. ВЕЧЕР. 16 МАРТА 1961.

Борисыч закрывает тир. Входит Лёнчик с шофёром.

**БОРИСЫЧ**
— Ты чё, один? Где Жорка?

**ЛЁНЧИК**
— Пропал. В подвале. Дом на Сырецкой. Я вышел с вещами, вернулся — его нет. Только телогрейка и сапоги у стены. И трещина в фундаменте. Оттуда тянет.

**БОРИСЫЧ**
— Может, сбежал?

**ЛЁНЧИК**
— Без сапог? Он же не дурак.

**ШОФЁР**
— Мы облазили весь дом. Пусто. Только эта трещина. Я туда заглянул — темно, как в могиле.

**БОРИСЫЧ**
— И что ты хочешь?

**ЛЁНЧИК**
— Не знаю. Может, послезавтра сходим, проверим? Завтра не получится.

**БОРИСЫЧ**
— Ладно. Послезавтра. Утром.

Шофёр уходит. Лёнчик сидит, смотрит в пол.

Дверь открывается. Входит **САНИТАРКА**. В белом халате, усталая. В руках папка.

**САНИТАРКА**
— Здравствуйте. Я из Киевской городской психиатрической больницы № 1. С Кирилловки.

Подходит к прилавку.

**САНИТАРКА**
— Скажите, к вам не заходила женщина? Мокрая, босая. Говорит, что из 41-го.

**БОРИСЫЧ**
— Заходила. Вчера.

**САНИТАРКА**
— Это Смилянская Мила, 1925 года. Сбежала во время селя. Мы её ищем.

**БОРИСЫЧ**
— Она лошадку оставила. Деревянную.

Протягивает лошадку санитарке.

**САНИТАРКА** (берёт, смотрит, прячет в карман)
— Спасибо. Она тихая. В 43-м поступила. Если увидите — скажите, что мы ждём. Пусть возвращается.

Уходит. Дверь закрывается.

---

**ЛЁНЧИК**
— Ну, ****ь. И эта туда же.

**БОРИСЫЧ**
— Ложись у меня. Завтра рано вставать.

---

**КОНЕЦ СЦЕНЫ.**

---

## СЦЕНА 4. ТИР. ДЕНЬ. 18 МАРТА 1961.

Тир работает. Люди стреляют по мишеням. Из динамиков играет «Лили Марлен». Борисыч за прилавком, выдаёт пульки. Лёнчик сидит в углу, смотрит в пол. Оба в повседневной одежде.

**БОРИСЫЧ** (не оборачиваясь, громко)
— Лёня! Хватит киснуть! Третьи сутки ходишь как прибитый.

**ЛЁНЧИК** (не поднимая глаз)
— А что мне делать? Съездили, посмотрели. Стена как стена. Кирпичи. Глухая.

**БОРИСЫЧ**
— Я тебе говорил. Провалился мужик — ну и хер с ним. Найдутся сапоги — объявится.

**ЛЁНЧИК**
— А телогрейка? И сапоги? Они ж там стояли. Я сам видел. А теперь — пусто.

**БОРИСЫЧ**
— Может, он их надел и ушёл. С перепугу.

**ЛЁНЧИК** (зло)
— С перепугу? Он без сапог ходил? По грязи? Там же холодно, ****ь!

**БОРИСЫЧ**
— Всё может быть. Я тоже не пойму, но факт: мы с тобой стояли в том подвале, стучали по стене — бетон. Глухо. Никакой трещины. Всё.

Борисыч протягивает ему стакан чая. Лёнчик берёт, держит в руках, не пьёт.

**ЛЁНЧИК**
— Я не сплю. Я всё время думаю. Где он?

**БОРИСЫЧ**
— Гуляет. Найдётся. Ты лучше скажи, вещи-то вывезли? Сундук?

**ЛЁНЧИК** (вяло)
— Вывезли. Шофёр помог. Дом закрыли, ключи отдали участковому.

**БОРИСЫЧ**
— Ну вот. Дело сделано. И забудь.

Лёнчик ставит стакан. Молчит.

Вдруг дверь тира открывается. На пороге — **ПАРОВОЗ**. Весь мокрый. Грязный. С него капает. Как та женщина неделю назад.

Стрельба затихает. Люди оборачиваются.

**МУЖИК С ВИНТОВКОЙ**
— Че за херня?

**ДРУГОЙ МУЖИК**
— Ты откуда такой, мужик?

Паровоз идёт к прилавку. Молчит. Протягивает руку — на ладони **деревянная лошадка**. Мокрая. Одно ухо отбито.

Борисыч смотрит на лошадку, потом на Паровоза. Берёт, вертит.

**БОРИСЫЧ**
— Где ты был?

---

**ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА)**
> Он отсутствовал всего два дня. Для нас. Но когда я увидел его лицо, понял: человек, который вошёл в тир, уже никогда не станет прежним.

Паровоз молчит. Долго. Смотрит в глаза.

**ПАРАВОЗ**
— Я там был.

Пауза.

**ПАРАВОЗ**
— Я видел, как их гнали.

Все молчат.

**ПАРАВОЗ** (тихо)
— Я не знаю, как я вернулся.

---

В этот момент — **в тире на секунду гаснет свет**. Лампочки моргают. «Лили Марлен» обрывается. Тишина.

Потом свет возвращается. Музыка не возобновляется.

Все стоят. Молчат.

Борисыч смотрит на Паровоза. Потом на лошадку в его руке.

**БОРИСЫЧ** (тихо)
— Жорка... что ты наделал?

---

**Чёрный экран.**

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 1»

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Каждый раз разные.

Старческие.

Молодые.

Женские.

Детские.

Грязные после работы.

В мозолях.

В кольце.

Иногда дрожащие.

Лиц никогда не видно.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **пиковщик со свастикой на тросе**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 1

---

**КОНЕЦ СЕРИИ 1.**

# БИБЛИЯ СЕРИИ 2 «БОСОЙ»

---

## ЛОГЛАЙН СЕРИИ

**Паровоз возвращается из 1941 года. Он врёт, что был пьян. Но его руки дрожат. Лёнчик идёт с ним в подвал. Паровоз сталкивает его обратно в 1941. Лёнчик остаётся один в темноте.**

---

## СТРУКТУРА СЕРИИ

### Заставка «ТИР 2» (НАЧАЛО)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **офицер**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 2

---

## СЦЕНА 1. ПОДСОБКА ТИРА. ВЕЧЕР. 18 МАРТА.

В тире стреляют. Падает Беккенбауэр. Самоварыч орёт:

— В кружок, ****ь, целься, а не в потолок!

В подсобке тесно. Стол, газета, хлеб, соль в коробке, стаканы.

Борисыч достаёт трёхлитровку.

**БОРИСЫЧ**
— Есть спирт чистый. Авиационный.

Паровоз сидит на ящике. Мокрый. Куртка течёт. Ноги босые. Синие. В жиже.

**ПАРАВОЗ**
— Насыпай.

Борисыч наливает полстакана. Паровоз залпом. Кашляет.

**ПАРАВОЗ**
— Ещё.

Борисыч плескает еще на пару пальцев. Паровоз снова залпом. Смотрит в пол.

**БОРИСЫЧ** (пододвигает хлеб)
— На, закуси. А то сгоришь.

**ПАРАВОЗ**
— Где сгорю?

**БОРИСЫЧ**
— У меня. В тире.

**ПАРАВОЗ**
— А я думал, я там был.

**БОРИСЫЧ**
— Где?

**ПАРАВОЗ**
— Там... мокро. Глина. Гонят всех. С собаками.

Борисыч с Лёнчиком переглядываются. Для них это Куренёвка.

**БОРИСЫЧ**
— На Куренёвке что ли застрял?

**ЛЁНЧИК**
— Менты с собаками?

**ПАРАВОЗ**
— Не. Немцы.

Пауза.

**ЛЁНЧИК**
— Жора, ты где так убился?

Борисыч смотрит на ноги.

**БОРИСЫЧ**
— Ботинки где проебал?

Паровоз пожимает плечами. Молчит.

**ЛЁНЧИК**
— ****ец. Два дня его ищем. Думали, замыло тебя там, а ты босиком шляешься.

**БОРИСЫЧ**
— Куда ты такой пойдёшь.

Берёт с гвоздя телогрейку, кидает на ящики.

**БОРИСЫЧ**
— Ложись. Проспись.

**ПАРАВОЗ**
— Я не хочу.

**БОРИСЫЧ**
— А я не спрашиваю.

Паровоз ложится как есть. Сворачивается. Отрубается сразу.

Лёнчик качает головой.

**ЛЁНЧИК**
— Вот артист...

Борисыч накрывает его телогрейкой.

---

## СЦЕНА 2. ТИР. УТРО. 19 МАРТА.

Раннее утро. Скрипит тележка. Самоварыч приезжает первый. Ключи на шее. Открывает замок, вкатывается.

В подсобке храп.

**САМОВАРЫЧ**
— Опа.

Подъезжает. Толкает Паровоза костылём.

**САМОВАРЫЧ**
— Вставай, чемпион. Война кончилась.

Паровоз открывает глаза. Хмурый, мятый.

**САМОВАРЫЧ**
— Ну что, как немцев погонял? Лёнька рассказал, с собаками, всё как положено.

**ПАРАВОЗ**
— Никого я не гонял.

**САМОВАРЫЧ**
— А чё вчера плёл тогда? Босиком пришёл, людей пугаешь.

**ПАРАВОЗ** (угрюмо)
— На****ел. Пьяный был.

Встаёт. Кидает телогрейку на ящик. Идёт к выходу босиком.

Его руки дрожат. Он сжимает кулаки, пряча их в карманы.

**САМОВАРЫЧ**
— Эй, обуйся хоть! Босиком по марте как дурак.

Паровоз не отвечает. Толкает дверь и выходит. Молча.

Самоварыч смотрит на мокрый след от босых ног.

---

## СЦЕНА 2А. ТИР. УТРО. 19 МАРТА.

Борисыч открывает тир. Паровоз не пришёл. Лёнчик не пришёл.

Борисыч стоит за прилавком. Смотрит на фото на стене. Молодой Жорка. Красивый. С мячом под мышкой.

Борисыч достаёт тряпку. Протирает рамку. Медленно.

Заходит Самоварыч.

**САМОВАРЫЧ**
— Борисыч. Паровоз ушёл. Босиком.

**БОРИСЫЧ**
— Куда?

**САМОВАРЫЧ**
— Не сказал.

Борисыч молчит. Смотрит на фото.

**БОРИСЫЧ**
— Жорка... что ты натворил?

Самоварыч пожимает плечами.

**САМОВАРЫЧ**
— Может, к Клаве пошёл.

Борисыч кивает. Но не верит.

---

## СЦЕНА 3. КОМНОТА ПАРОВОЗА. УТРО.

Комната маленькая. Холодно.

На стене — выцветшая фотография футбольной команды **«Желдор». 1938 год.** В центре — молодой Жорка. Красивый. С мячом под мышкой.

Паровоз сидит на кровати.

Моет ноги в оцинкованном тазу.

Между пальцев въелась жёлтая глина.

Трёт щёткой.

Не отмывается.

В дверях появляется **КЛАВА**.

В халате. Руки в муке.

Смотрит на пустое место под кроватью.

**КЛАВА**
— Ботинки где?

**ПАРАВОЗ**
— Потерял.

**КЛАВА**
— Конечно.

Пауза.

Она подходит к фотографии.

Смахивает с рамки пыль.

**КЛАВА**
— Красивый был...

Паровоз продолжает тереть ноги.

**КЛАВА**
— А сейчас погляди...

Она усмехается.

Без злости.

Скорее устало.

**КЛАВА**
— Всё тебя жизнь куда-то носит.

Пауза.

**ПАРАВОЗ**
— Она меня.

Клава смотрит на него.

**КЛАВА**
— Всё не успокоишься?

Паровоз пожимает плечами.

**ПАРАВОЗ**
— Не дают.

Долгая пауза.

Оба понимают, о ком речь.

Клава кивает.

**КЛАВА**
— Эти никогда не дают.

Паровоз впервые поднимает глаза.

Их взгляды встречаются.

Без объяснений.

Без фамилий.

Без слова "советская власть".

Всё уже сказано.

Клава замечает его руку.

Между большим и указательным пальцем — маленькая выцветшая наколка.

Паровозик.

Она берёт его ладонь.

Большим пальцем проводит по рисунку.

**КЛАВА**
— Не свели...

**ПАРАВОЗ**
— Зачем?

**КЛАВА**
— Посадили ведь из-за другого.

Паровоз усмехается.

Коротко.

**ПАРАВОЗ**
— А паровозик им не мешал.

Клава отпускает руку.

Подходит к двери.

**КЛАВА**
— Где так вымазался?

**ПАРАВОЗ**
— На Куренёвке.

— Глина.

Клава молчит.

Потом тихо:

**КЛАВА**
— Смой.

Пауза.

— А то опять прицепятся.

Она выходит.

На кухне гремит крышка кастрюли.

Паровоз долго смотрит на свою ладонь.

На маленький паровозик.

Потом снова начинает тереть жёлтую глину.

Без толку.

---

## СЦЕНА 4. ДВОР. ДЕНЬ.

Во дворе мокро. На асфальте — жёлтая грязь от селя. Женщина в платке идёт через двор, вытирает туфлю о бордюр. Грязь не оттирается.

Настя метёт дорожку. Злая.

На лавочке возле дворницкой сидят четверо.

Студент с конспектом.

Женщина лет сорока.

Мужик в хорошем пальто.

И совсем молодой парень с папкой.

Все терпеливо ждут.

Заходит Паровоз.

Настя замечает его.

**НАСТЯ**
— О... Жора. Живой.

**ПАРАВОЗ**
— Настя, Лёнька где?

Настя бросает метлу.

**НАСТЯ**
— А где ему быть?

К Кольке ушёл.

Я тут одна за него мету, мусор таскаю...

А он опять на работе.

Паровоз смотрит на пустую дворницкую.

Потом на людей на лавочке.

Не понимает.

**ПАРАВОЗ**
— А они чего сидят?

Настя только сейчас вспоминает про них.

Махает рукой.

**НАСТЯ**
— Его ждут.

Студент виновато улыбается.

Женщина пожимает плечами.

Мужик делает вид, что читает газету.

---

Возвращаемся в сцену.

Студент робко подходит к Насте.

**СТУДЕНТ**
— Простите...

А сегодня... уже не будет?

Настя смотрит так, что парень сразу жалеет, что родился.

**НАСТЯ**
— Будет.

Когда пить закончит.

Студент молча садится обратно.

---

**НАСТЯ**
(Паровозу)

— И скажи этому Мистеру Х...

...что люди с утра сидят.

У него, видите ли, клиентура.

А двор кто мести будет?

Паровоз впервые за сцену улыбается.

Совсем чуть-чуть.

**ПАРАВОЗ**
— К Грищенко?

**НАСТЯ**
— А к кому ещё.

Сидят.

Жигулёвское дуют.

Интеллигенция...

Идиоты.

Паровоз кивает.

Уходит.

**НАСТЯ**
(вдогонку)

— И домой его загони!

А то я сейчас сама за ним пойду!

---

## СЦЕНА 5. ПРИЁМНЫЙ ПУНКТ. ДЕНЬ.

Сарай с кривой вывеской **«ПРИЁМ ПОСУДЫ»**.

На окошке картонка: **ОБЕД**.

Перед окошком мается очередь. Пять мужиков с авоськами. Бутылки звенят.

На перевёрнутых ящиках из-под кефира обедают трое.

Газета вместо скатерти.

Разломанная тарань.

Два плавленых сырка «Турист».

Три бутылки «Жигулёвского».

Рядом с дядей Колей на ящике лежит **деревянная лошадка с отбитым ухом**.

ДЯДЯ КОЛЯ ГРИЩЕНКО открывает бутылку об угол ящика одной рукой. Пустой рукав пиджака аккуратно заправлен в карман.

**МУЖИК ИЗ ОЧЕРЕДИ**

— Коля, ну шо там? Обед у тебя резиновый?

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— По КЗоТу обедаю. Час. А час у меня творческий.

Лёнчик чистит тарань.

**ЛЁНЧИК**

— У него обед как у Гагарина. Полёт нормальный.

Все усмехаются.

Паровоз не смеётся.

Сидит молча.

Смотрит куда-то поверх домов.

Потом тихо.

Только Лёнчику.

**ПАРОВОЗ**

— Лёнь...

— Надо ещё раз слазить.

**ЛЁНЧИК**

— Куда?

**ПАРАВОЗ**

— В подвал.

**ЛЁНЧИК**

— Жора...

— Ты ж вчера чуть не окочурился.

— Нахера?

**ПАРОВОЗ**

— Не досмотрел.

Пауза.

**ПАРОВОЗ**

— Четвертак дам.

Лёнчик даже жевать перестаёт.

Дядя Коля улыбается.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— О...

— Уже торги.

Лёнчик берёт лошадку с ящика. Смотрит на неё.

**ЛЁНЧИК**

— Это чья?

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— Баба одна сдала. Говорит, нашла в грязи. Я сказал — это не бутылка.

Лёнчик вертит лошадку в руках.

**ЛЁНЧИК**

— Чья-то игрушка...

Кладёт в карман.

Как раз в этот момент к очереди подходит человек.

Лет тридцать пять.

Потёртая красная вышиванка.

Очки, одна дужка перемотана чёрной изолентой.

В одной руке авоська с бутылками.

В другой — папка с какими-то бумагами.

Смущённый.

Сразу видно — не отсюда.

Подходит к окошку.

**ТАРАС ОСТАПОВИЧ**

— Миколо Івановичу...

— Добридень.

— Вибачте...

— Можна мені без черги?

— У нас комісія сьогодні...

Очередь взрывается.

**МУЖИК**

— Э!

— Куда без очереди?!

**ДРУГОЙ**

— Мы тоже с комиссий!

Лёнчик серьёзно поднимает руку.

**ЛЁНЧИК**

— Тихо.

— Человек культурный.

— Ему можно.

Очередь ворчит.

Но замолкает.

Дядя Коля уже поднялся.

Забирает у Тараса авоську.

Начинает считать бутылки.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— Раз...

Два...

Пять...

Десять.

Поднимает одну.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— А это что?

— Кефирная?

**ТАРАС ОСТАПОВИЧ**
(смущённо)

— Для маскування...

— Начальство думає, що ми молоко п'ємо.

Лёнчик прыскает.

**ЛЁНЧИК**

— Интеллигенция...

Дядя Коля отсчитывает мелочь.

Потом незаметно достаёт из другого кармана два мятых рубля.

Сует их Тарасу вместе со сдачей.

Тихо.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— Возьмите.

— Потом занесёте.

Тарас смущается ещё сильнее.

**ТАРАС ОСТАПОВИЧ**

— Дякую...

— Ви, Миколо Івановичу...

— Єдиний москаль на Подолі, якого ми щиро любимо.

Дядя Коля машет рукой.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— Иди уже.

— Пока комиссия без тебя всё не выпила.

Тарас улыбается.

Кивает всем.

И уходит через дорогу к музею.

Очередь снова начинает гудеть.

Дядя Коля садится обратно.

Открывает следующую бутылку.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— Без меня они сопьются.

— А так хоть культурно.

Лёнчик улыбается.

Паровоз не улыбается.

**ПАРОВОЗ**

— Так что?

Полтинник.

Идём?

Лёнчик долго смотрит на него.

Видит — тот не шутит.

Допивает пиво.

Встаёт.

**ЛЁНЧИК**

— Ладно.

За полтинник полезу.

Но если Настя спросит — скажешь, что я на ликвидации.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— А если не вернётесь?

Лёнчик надевает пиджак.

**ЛЁНЧИК**

— Скажешь...

...ушли в музей.

На экскурсию.

К Тарасу.

Дядя Коля смеётся.

Паровоз уже идёт к выходу.

Лёнчик допивает пиво, собирается идти следом.

И тут...

**ПАРОВОЗ**
(как бы между прочим)

— Кстати...

— Там во дворе тебя ждут.

Лёнчик останавливается.

**ЛЁНЧИК**
— Кто?

**ПАРОВОЗ**
— Клиенты.

— Человек пять.

— Настя меня чуть не убила.

Лёнчик морщится.

**ЛЁНЧИК**
— ****ь...

Дядя Коля улыбается.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Ну всё.

— Полтинник отменяется.

— Там у тебя на лавке рублей на десять сидит.

Лёнчик чешет затылок.

Считает в уме.

**ЛЁНЧИК**
— Студенты?

**ПАРОВОЗ**
— Один студент.

— Баба какая-то.

— Мужик в пальто.

— Ещё пацан с папкой.

**ЛЁНЧИК**
— Мужик в пальто...

Значит, не студент.

Дядя Коля смеётся.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Может, из ОБХСС.

Тогда три рубля.

Лёнчик задумывается ещё сильнее.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Или из Конторы.

Тогда бесплатно.

Все смеются.

Кроме Паровоза.

Он просто ждёт.

Лёнчик смотрит на него.

Потом машет рукой.

**ЛЁНЧИК**
— Да ну их...

Никуда не денутся.

Если удача нужна — подождут.

Берёт пиджак.

**ЛЁНЧИК**
— Пошли.

Дядя Коля поворачивается к очереди.

**ДЯДЯ КОЛЯ**

— Следующий!

Бутылки снова начинают звенеть.

---

## СЦЕНА 6. ДОМ НА СЫРЕЦКОЙ. ПОДВАЛ. ДЕНЬ.

Темно.

Сыро.

Капает вода.

Лёнчик светит карманным фонариком.

Луч ползёт по стене.

Паровоз ощупывает бетон ладонями.

Медленно.

Будто ищет что-то, что знает только он.

**ЛЁНЧИК**

— Ну?

— Где твоя трещина?

Паровоз молчит.

Продолжает искать.

**ПАРОВОЗ**

— Здесь была...

— Вот здесь...

Он стучит костяшками.

Глухо.

Бетон.

**ЛЁНЧИК**

— Вчера тоже глухо было.

— Полтинник, Жора.

Паровоз не отвечает.

Вдруг наверху хлопает дверь.

Тяжёлые шаги.

Потом грубый голос.

**ГОЛОС СВЕРХУ**

— Эй!

— Кто там внизу?

Лай овчарки.

Лёнчик облегчённо выдыхает.

**ЛЁНЧИК**

— Ну вот...

— Менты.

— Сейчас объясним.

Паровоз почему-то бледнеет.

Замер.

Он слушает собаку.

Будто уже когда-то слышал именно этот лай.

**ПАРОВОЗ**

(тихо)

— Пошли.

Они поднимаются.

Без паники.

С виноватыми лицами.

Как два мужика, которых поймали в чужом подвале после Куренёвской аварии.

Паровоз выходит первым.

Уже открывает рот.

**ПАРОВОЗ**

— Командир...

Мы тут...

И замолкает.

Перед домом стоят двое.

Гражданская одежда.

Повязки украинской вспомогательной полиции.

Винтовки.

Овчарка натягивает поводок.

За их спинами на стене дома свежий плакат.

**«ГРОМАДЯНИ!**

**ПЕРЕХОВУВАННЯ жидiв КАРАЄТЬСЯ СМЕРТЮ.»**

Плакат ещё совсем новый.

Бумага даже не успела выгореть.

Паровоз читает его.

Лицо становится пустым.

Лёнчик вылезает следом.

Смотрит на людей.

Потом на плакат.

Не понимает.

**ЛЁНЧИК**

— Жора...

Это что за кино...

Паровоз резко хватает его за рукав.

Глаза — уже всё поняли.

**ПАРОВОЗ**

— Назад.

Лёнчик растерян.

**ЛЁНЧИК**

— Да свои же...

Паровоз орёт.

По-настоящему.

**ПАРОВОЗ**

— НЕ НАШИ!

— БЕГИ!

Он с силой сталкивает Лёнчика обратно в подвал.

Тот летит вниз.

Ударяется лицом о кирпич.

Фонарик гаснет.

Наверху уже кричат.

**ПОЛИЦАЙ**

— Стоять!

Паровоз поднимает руки.

Специально.

Чтобы задержать их хоть на секунду.

**ПАРОВОЗ**

— Я здесь!

Первый удар прикладом.

Потом второй.

Лай.

Короткий человеческий крик.

И всё.

---

Темно.

Лёнчик лежит внизу.

Дышит.

Потом медленно поднимается.

Подбирает фонарик.

Зажигает.

Светит на стену.

Бетон.

Обычный бетон.

Он стучит кулаком.

Раз.

Другой.

Третий.

Глухо.

Никакой трещины.

Никакого прохода.

Будто его никогда не существовало.

Лёнчик стоит один.

В полной тишине.

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 2» (КОНЕЦ)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **танк**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 2

---

**КОНЕЦ СЕРИИ 2.**

# СЕРИЯ 3 «ВИТЯ» (ФИНАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ С ЗАСТАВКАМИ)

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 3» (НАЧАЛО)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **мотоциклист**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 3

---

## ПРОЛОГ. 1941 ГОД. ПОДВАЛ / УЛИЦА. ЧЁРНО-БЕЛОЕ.

Темнота. Капает вода. Лёнчик лежит на бетонном полу. Дышит тяжело. Голова разбита.

Сверху, сквозь потолок — глухие крики, лай овчарки, тяжёлые сапоги.

Лёнчик вскакивает. На ощупь находит деревянную лестницу. Бежит вверх. Доски скрипят. Упирается в тяжёлую дверь. Толкает.

РЕЗКИЙ ПЕРЕХОД.

**Звук трамвая** — резкий, скрежещущий — перекрывает всё: крики, лай, шаги.

Он вываливается наружу, на ослепляющий свет. Ноги подкашиваются — скатывается по пыльному откосу. Кашляет, плюётся глиной.

Поднимает голову. Лежит на обочине. Вокруг — руины, пыль, запах гари. Внизу, вдоль оврага, движется колонна. Люди. Полицаи. Собаки.

Колонну ведут несколько полицаев. Один из них, тот, что с овчаркой, резко оборачивается. Замечает Лёнчика. Бьёт прикладом в грудь. Лёнчик падает. Удар головой о бордюр. Маска трескается и разлетается окончательно.

Темнота.

---

## СЦЕНА 1. ТИР. ДЕНЬ. ДЕНЬ 1.

Обычный день. Тепло, солнечно.

Борисыч за прилавком. Рядом на прилавке сидит ВИТЯ. Ноги болтаются. Он рисует.

Самоварыч возится с ружьём. Дядя Коля пьёт чай на ящике.

Дверь открывается. Входит ЛЁНЧИК.

Тишина. Он грязный. В глине. Порванная одежда. Лицо разбито. Без маски.

ВИТЯ (поднимает голову)
— Дядя Лёнь... где твоя маска?

Лёнчик не отвечает. Смотрит на него. Долго. Подходит, берёт за плечи. Смотрит в глаза.

ЛЁНЧИК (тихо)
— Ты целый?

ВИТЯ (удивлённо)
— Я?

Лёнчик отпускает. Отходит. Прислоняется к стене.

БОРИСЫЧ
— Где Паровоз, Лёня?

ЛЁНЧИК
— Остался.

БОРИСЫЧ
— Где?

ЛЁНЧИК (пауза)
— В сорок первом.

Тишина. Дядя Коля прыскает. Самоварыч опускает голову. Борисыч спокойно подходит к Лёнчику. Смотрит на разбитое лицо. Пальцем приподнимает волосы. Видит кровь.

БОРИСЫЧ
— Ну вот. Говорил же. Башкой приложился.

Берёт полотенце, протягивает.

БОРИСЫЧ
— Иди умойся.

ЛЁНЧИК
— Я был там.

БОРИСЫЧ
— Конечно. И Наполеона видел.

Несколько человек усмехаются. Не зло. Жалея.

ЛЁНЧИК
— Я видел...

БОРИСЫЧ (обрывает)
— Хватит.

Наливает стакан. Ставит перед ним.

БОРИСЫЧ
— Выпей. Потом домой. Завтра башка отпустит.

Лёнчик смотрит на стакан. Потом на Витю. Потом на Борисыча.

ЛЁНЧИК (тихо)
— Я видел Витю.

Тишина. Все смотрят сначала на Лёнчика. Потом автоматически на Витю. Тот спокойно сидит на прилавке, рисует.

Борисыч даже не переводит взгляд на Витю. Он продолжает смотреть только на Лёнчика.

БОРИСЫЧ
— Всё. Хватит.

Разворачивается. Идёт к прилавку. Продолжает заниматься своими делами.

Лёнчик берёт стакан. Пьёт. Ставит.

Идёт к выходу. У самой двери останавливается. Не оборачиваясь.

ЛЁНЧИК
— Его вели... в Бабий Яр.

Выходит. Дверь закрывается.

**Борисыч замирает. На секунду. Потом резко начинает перебирать пульки с излишней старательностью. Пальцы дрожат.**

Борисыч даже не поднимает головы. Продолжает перебирать пульки.

ВИТЯ (поднимает голову)
— Деда... а что такое Бабий Яр?

Борисыч не оборачивается.

БОРИСЫЧ
— Не слушай. Дядя Лёня заболел.

Витя кивает. Берёт карандаш. Рисует дальше.

---

## СЦЕНА 2. ДВОР. ВЕЧЕР. ДЕНЬ 1.

Лёнчик выходит из тира. Идёт через двор. Без маски. Не смотрит ни на кого.

На лавке сидят несколько человек. Трое. Это те, кто обычно ждёт его, чтобы дотронуться до маски.

Они замечают его. Встают. Но видят лицо. Без маски. Шрамы, свежая кровь, грязь. Отшатываются.

Лёнчик проходит мимо. Не замечает их.

Жена подметает крыльцо. Поднимает голову. Видит его без маски.

ЖЕНА (тихо, без удивления)
— Пришёл.

Лёнчик проходит мимо. Заходит в дом.

Жена смотрит ему вслед. Откладывает метлу. Заходит в дом. Закрывает дверь.

ВНУТРИ ДОМА.

Лёнчик сидит на табуретке. Молчит. Смотрит в пол.

Жена заходит следом. Молча приносит таз с водой, тряпку. Начинает мыть ему лицо.

ЖЕНА (тихо)
— Маска где?

ЛЁНЧИК
— Разбилась.

Она кивает. Не спрашивает, как. Домывает лицо. Вытирает тряпкой. Ставит таз в угол.

Идёт на кухню. Останавливается в дверях.

ЖЕНА
— Есть будешь?

ЛЁНЧИК (пауза)
— Нет.

Она уходит. Он остаётся один. Смотрит в пол.

---

## СЦЕНА 3. КОМНАТА ЛЁНЧИКА. НОЧЬ. ДЕНЬ 1.

Лёнчик сидит на кровати. Не спит.

За окном проезжает трамвай. Свет полосой скользит по потолку.

Закрывает глаза.

ВСПЫШКА (Ч/Б):

Мальчик в синей куртке. Рука женщины держит его за плечо. Женщина наклоняется к нему.

ЖЕНЩИНА (шепот)
— Не бойся...

Исчезают.

Лёнчик открывает глаза. Резко. Дышит. Закрывает снова.

ВСПЫШКА (Ч/Б):

Полицай с собакой. Лай. Приклад. Удар. Темнота.

Лёнчик открывает глаза. Встаёт. Подходит к окну. Смотрит на пустую улицу. Закуривает.

Садится. До утра.

---

## СЦЕНА 4. ТИР. УТРО. ДЕНЬ 1.

Обычное утро. Тир работает. Слышны выстрелы, голоса.

Борисыч за прилавком. Самоварыч возится с ружьями у стены.

Вбегает ТАМАРА. Встревоженная, но держится.

ТАМАРА
— Папа... Вити нет.

БОРИСЫЧ
— Как нет?

ТАМАРА
— Кровать пустая. Окно открыто. Одежды нет.

БОРИСЫЧ
— Может, в садик пошёл?

ТАМАРА
— Я звонила. Не приходил.

Борисыч смотрит на неё. Тамара достаёт из кармана деревянную лошадку. С отбитым ухом.

ТАМАРА
— Это я нашла на подоконнике. У него никогда такой не было.

Борисыч смотрит на лошадку. Замирает.

В этот момент он вспоминает. Лёнчик в тире. «Я видел Витю.» Потом слова в дверях: «Его вели... в Бабий Яр.»

Берёт лошадку в руки. **На секунду прижимает к себе, как будто пытается «почувствовать» Витю.** Потом резко одёргивает себя и убирает в карман.

Самоварыч подъезжает ближе. Узнаёт.

САМОВАРЫЧ (тихо)
— Это же... она.

Борисыч сжимает лошадку в кулаке.

БОРИСЫЧ (тихо)
— Мила.

Убирает лошадку в карман.

БОРИСЫЧ
— Тамара, иди домой. Я разберусь.

ТАМАРА
— Папа...

БОРИСЫЧ
— Иди.

Она уходит. Борисыч стоит, смотрит на дверь.

---

## СЦЕНА 5. ПОИСКИ. ДЕНЬ. ДЕНЬ 1.

Весь район на ногах. Борисыч, Самоварыч, дядя Коля, соседи прочёсывают дворы. Подвалы. Сараи. Кричат: «Витя!» Ответа нет.

Борисыч идёт через разрушенный квартал Куренёвки. Грязь под ногами. На заднем плане работает экскаватор. Женщина сушит детское одеяло на заборе из обломков. Борисыч проходит мимо. Не останавливается.

Он сворачивает к детской площадке. Пустая. Качели скрипят на ветру. Ни одного ребёнка. Мать тянет мальчика за руку, торопится. «Быстрее, домой». Борисыч смотрит им вслед.

ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ. ДЕНЬ.

СЛЕДОВАТЕЛЬ записывает заявление. Тамара сидит, смотрит в стол. Борисыч стоит у стены.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
— Когда последний раз видели?

ТАМАРА
— Вчера вечером.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
— Друзья есть? Может, к родственникам ушёл?

Борисыч молчит. Потом вдруг говорит:

БОРИСЫЧ
— Есть одна. Баба. Ненормальная. Мила.

Следователь записывает.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
— Фамилия?

Борисыч не знает. Молчит.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (закрывает папку)
— В первые сутки часто находят. Не паникуйте.

Борисыч кивает. Выходит.

---

## СЦЕНА 5А. ДОМ БОРИСЫЧА. ВЕЧЕР. ДЕНЬ 1.

Тамара сидит на кухне, смотрит в одну точку. Борисыч ходит по комнате.

ТАМАРА (не поднимая головы)
— Ты даже не знаешь, кто она.

БОРИСЫЧ
— Знаю. Она приходила в тир. За неделю до этого.

ТАМАРА
— Один раз. Ты видел её один раз.

БОРИСЫЧ
— Она была мокрая. Босая. Бормотала про детей. Я запомнил.

ТАМАРА (встаёт, смотрит на него)
— И ты думаешь, она забрала Витю? Просто так?

БОРИСЫЧ
— Я думаю, что это единственная зацепка, которая у нас есть.

Он садится за стол. Берёт лошадку. Вертит в руках.

БОРИСЫЧ
— Завтра поедем в психдиспансер. Если она там — мы её найдём.

Тамара садится напротив. Не отвечает.

---

## СЦЕНА 6. ПСИХДИСПАНСЕР. УТРО. ДЕНЬ 2.

Небольшой кабинет.

Главврач просматривает историю болезни. Борисыч стоит. Тамара рядом.

ГЛАВВРАЧ (снимает очки)
— Людмила Григорьевна... Опять что-то натворила?

БОРИСЫЧ
— Пропал ребёнок. Внук.

ГЛАВВРАЧ
— Ваш?

БОРИСЫЧ
— Да.

Главврач смотрит в карту.

ГЛАВВРАЧ
— Её здесь нет. Самовольно ушла почти месяц назад. Мы её ищем.

ТАМАРА
— Где она может быть?

ГЛАВВРАЧ
— Где угодно.

БОРИСЫЧ
— Она могла забрать ребёнка?

Главврач молчит.

ГЛАВВРАЧ
— Она не была агрессивной. Но... «Нужно вернуть детей». «Они меня ждут». «Я уже почти нашла дорогу».

БОРИСЫЧ
— Где её искать?

ГЛАВВРАЧ
— В старых корпусах. Там стройка, подвалы. Она туда всё время лезла. Говорила, что там «проход».

БОРИСЫЧ
— Какой проход?

ГЛАВВРАЧ (усмехается)
— Не знаю. В подвал, наверное.

Борисыч разворачивается. Выходят.

---

## СЦЕНА 7. ПОИСКИ МИЛЫ. ДЕНЬ/ВЕЧЕР. ДЕНЬ 2.

Борисыч собирает всех: Самоварыча, дядю Колю, Лёнчика, мужиков. Прочёсывают Кирилловку. Подвалы, стройки, пустыри.

Борисыч спускается в один из подвалов. Темно. Сыро. Светит фонариком. Луч ползёт по стене. На стене — меловая метка. Крест. Он не понимает, что это. Смотрит секунду. Идёт дальше.

Пусто.

К вечеру Тамара срывается.

ТАМАРА (кричит на Борисыча)
— Ты даже не знаешь, как она выглядит! Ты просто хватаешься за соломинку!

БОРИСЫЧ
(молчит. Смотрит на неё)

ТАМАРА
— Мы ищем неизвестно кого, а Витя, может быть, уже...

Она не договаривает. Отворачивается.

Самоварыч подходит к Борисычу.

САМОВАРЫЧ (тихо)
— Может, она права?

БОРИСЫЧ
(пауза)
— Нет.

---

## СЦЕНА 7А. КУХНЯ БОРИСЫЧА. НОЧЬ. ДЕНЬ 2.

Борисыч сидит один за столом. На столе — лошадка. Он смотрит на неё.

За окном темно. Тишина.

Он берёт лошадку. Сжимает в руке. Не шевелится.

---

## СЦЕНА 8. СВАЛКА. УТРО. ДЕНЬ 3.

Борисыч, Самоварыч, дядя Коля, Лёнчик прочёсывают свалку за Сырецкой.

Дядя Коля светит фонарём. Луч выхватывает фигуру.

МИЛА. Грязная, босая, в чужом мужском пальто. Сидит на куче мусора, раскачивается.

Борисыч бросается к ней.

БОРИСЫЧ (хватает за плечи)
— Где мальчик?!

МИЛА
— Опоздали...

БОРИСЫЧ
— Где он?!

МИЛА
— Уже поздно.

БОРИСЫЧ
— Где?!

МИЛА (смотрит мимо)
— Они уже забрали.

ТАМАРА (подбегает, падает перед ней на колени)
— Где мой сын?!

МИЛА (спокойно)
— Не плачь... ему теперь не страшно...

ТАМАРА
— Ты взяла его!

МИЛА (качает головой)
— Я не беру. Они берут.

БОРИСЫЧ
— Кто они?

Мила замолкает. Смотрит в темноту.

МИЛА
— Тихие. Они ходят тихо. Забирают.

ЛЁНЧИК (из темноты)
— Какие тихие?

Мила смотрит на него. Узнаёт.

МИЛА
— Ты тоже там был. Ты их видел.

Лёнчик отступает на шаг. Смотрит на неё. Долго.

ЛЁНЧИК (тихо)
— Я видел мальчика. В синей куртке.

Мила кивает.

МИЛА
— Да.

Борисыч переводит взгляд с Милы на Лёнчика. Впервые он понимает: Лёнчик не бредил.

БОРИСЫЧ
— Хватит!

Поднимает Милу.

БОРИСЫЧ
— Пошли.

Вся компания ведёт Милу в отделение.

---

## СЦЕНА 9. ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ. ДЕНЬ. ДЕНЬ 3.

Борисыч заводит Милу в отделение. Сажает на скамейку. Подходит к столу.

СЛЕДОВАТЕЛЬ поднимает голову. Узнаёт Борисыча.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
— Борис Семёнович? Нашли её?

БОРИСЫЧ
— Нашёл. На свалке за Сырецкой. Она похитила моего внука.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (смотрит на Милу)
— Садитесь. Рассказывайте.

Борисыч садится. Говорит быстро, сбивчиво. Про поиски, про то, как нашёл Милу, про её бред.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
— Почему вы уверены, что именно она?

Борисыч достаёт лошадку. Кладёт на стол.

БОРИСЫЧ
— Она оставила это у моего внука.

Следователь смотрит на лошадку. Долго. Медленно открывает нижний ящик стола. Достаёт коробку. Переворачивает.

На стол высыпаются лошадки. Десять. Одинаковые. С отбитыми ушами.

**Одна лошадка катится по столу и останавливается прямо перед Борисычем.**

Борисыч застывает. Смотрит на неё.

Следователь не торопит.

Пауза. Тишина.

Следователь берёт одну, вертит в руках.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
— Вы уже третий за неделю, Борис Семёнович. И вы — уже второй, кто приводит её к нам.

БОРИСЫЧ (тихо)
— Три дня искал. И всё это время она была на свалке.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
(кладёт лошадку обратно, смотрит на Борисыча)
— Мы сами не знаем, что это.

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 3» (КОНЕЦ)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **Беккенбауэр**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 3

---

**КОНЕЦ СЕРИИ 3.**

# СЕРИЯ 4 «ТИХИЕ» (ФИНАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ)

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 4» (НАЧАЛО)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **танк**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 4

---

## СЦЕНА 1. ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА. УТРО.

**ИНТ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА — УТРО**

Небольшой кабинет. На стене — карта Киева. На столе — папки, пепельница, телефон.

**СЛЕДОВАТЕЛЬ ЛИТВИНОВ** сидит за столом. Ему за сорок. Усталое лицо, мятый пиджак.

В дверях — двое конвоиров. Между ними — **МИЛА**. Грязное пальто, спутанные волосы, пустые глаза.

Конвоиры сажают её на стул напротив Литвинова. Один выходит. Второй остаётся у двери.

Литвинов смотрит на неё. Не торопится. Она раскачивается, губы шевелятся.

**ЛИТВИНОВ** (спокойно)
— Людмила Григорьевна.

Она не реагирует.

**ЛИТВИНОВ**
— Вы меня слышите?

Мила поднимает глаза. Пустые. Смотрит сквозь него.

**МИЛА**
— Я не брала...

**ЛИТВИНОВ** (не перебивая)
— Тогда кто?

Пауза. Мила смотрит в окно.

**МИЛА**
— Они...

**ЛИТВИНОВ**
— Кто — они?

Она долго молчит. Потом тихо:

**МИЛА**
— Когда тихо...

Литвинов замирает. Не торопится.

**ЛИТВИНОВ**
— Что — когда тихо?

**МИЛА** (смотрит в стену)
— Тогда приходят...

**ЛИТВИНОВ**
— Кто приходит?

**МИЛА**
— Их не слышно...

Литвинов записывает: *«Повторяет: "они". Говорит о тишине.»*

**ЛИТВИНОВ**
— Ты видела мальчика?

Долгая пауза. Мила смотрит в пол.

**МИЛА**
— Он держал меня за руку...

**ЛИТВИНОВ** (тихо, ровно)
— Кто держал?

**МИЛА**
— Мальчик...

**ЛИТВИНОВ**
— Куда вы шли?

Мила качает головой.

**МИЛА**
— Я не помню...

Литвинов смотрит на неё. Молчит. Долго.

**ЛИТВИНОВ** (негромко)
— Что ты хочешь мне сказать?

Мила поднимает голову. Смотрит на него. Осмысленно. Один миг.

**МИЛА**
— Не пускайте детей играть в подвалах...

**ЛИТВИНОВ**
— Почему?

Мила снова уходит в себя. Раскачивается.

**МИЛА**
— Они любят, когда тихо...

Литвинов записывает: *«Упоминает подвалы. Связывает с тишиной.»*

Кивает конвоиру.

**ЛИТВИНОВ**
— Уведите.

Конвоир подходит, берёт Милу под руку. Она не сопротивляется. Идёт к выходу.

На пороге останавливается. Не оборачиваясь.

**МИЛА** (тихо, почти шёпотом)
— Когда птицы замолкают... уже поздно...

Уходит. Дверь закрывается.

Тишина.

Литвинов сидит неподвижно. Смотрит на закрытую дверь.

Потом на свой блокнот:

- *«Повторяет: "они". Говорит о тишине.»*
- *«Упоминает подвалы. Связывает с тишиной.»*
- *«Птицы замолкают — поздно.»*

Он смотрит на записи. Потом на пустой стул, где сидела Мила.

Закрывает блокнот.

Берёт папку Борисыча. Открывает. Смотрит на заявление.

Кладёт папку на стол.

Достаёт сигарету. Прикуривает.

Первый раз за сериал.

Затягивается. Смотрит в окно.

На улице — утро. Слышно, как чирикают птицы.

Он смотрит на них. Долго.

---

## СЦЕНА 2. ДЕЖУРНАЯ ЧАСТЬ МИЛИЦИИ. УТРО. ТОТ ЖЕ ДЕНЬ.

**ИНТ. ДЕЖУРНАЯ ЧАСТЬ — УТРО**

Небольшое помещение. За столом — **ДЕЖУРНЫЙ**. Ему под пятьдесят, уставший, безразличный. Перед ним — журнал, телефон, пепельница с окурками.

Входит **КЛАВА**. Спокойная, собранная. Аккуратно одета, платок завязан под подбородком. Держится прямо.

**ДЕЖУРНЫЙ** (не поднимая головы)
— Садитесь. Что у вас?

**КЛАВА** (садится)
— Муж пропал.

**ДЕЖУРНЫЙ** (берёт бланк)
— Фамилия?

**КЛАВА**
— Швецов. Георгий Дмитриевич.

**ДЕЖУРНЫЙ** (записывает)
— Когда пропал?

**КЛАВА**
— Четыре дня назад. 16 марта.

**ДЕЖУРНЫЙ**
— На работу не пришёл? Домой не вернулся?

**КЛАВА**
— Не вернулся. Исчез. Я уже искала сама.

Дежурный поднимает глаза. Смотрит на неё. Она не плачет, не дрожит. Просто говорит факты.

**ДЕЖУРНЫЙ** (опускает глаза в бланк)
— Особые приметы?

**КЛАВА**
— Рост средний. Волосы седые. На правой руке, между большим и указательным пальцами — татуировка. Маленький паровозик.

**ДЕЖУРНЫЙ** (переспрашивает)
— Паровозик?

**КЛАВА**
— Да. Молодым набил.

Дежурный хмыкает, продолжает писать.

**КЛАВА** (пауза)
— Он бывший футболист. Работал на стадионе. Уборщиком.

**ДЕЖУРНЫЙ** (кивает, заполняет бланк)
— Кто видел его в последний раз?

**КЛАВА**
— Лёнчик. Друг мужа.

**ДЕЖУРНЫЙ** (записывает)
— Адрес есть?

**КЛАВА** (называет адрес Лёнчика)

Дежурный заканчивает писать. Кладёт бланк в стопку.

**ДЕЖУРНЫЙ**
— Мы проверим. Если что-то найдём — сообщим.

**КЛАВА** (встаёт)
— Спасибо.

Она поворачивается и уходит. Спокойно. Без истерик.

Дежурный смотрит ей вслед. Потом берёт следующее заявление.

---

**ИНТ. КОРИДОР / ДЕЖУРНАЯ ЧАСТЬ — ПОЗЖЕ**

**СЛЕДОВАТЕЛЬ ЛИТВИНОВ** выходит из кабинета после допроса Милы. Идёт по коридору, задумчивый. Проходит мимо дежурной части.

**ДЕЖУРНЫЙ** (негромко, между делом)
— Товарищ майор... тут ещё одна пропажа. Мужчина.

Литвинов останавливается.

Медленно возвращается к столу дежурного. Берёт заявление. Читает.

Пауза.

Забирает заявление. Не говоря ни слова, идёт к себе в кабинет.

Дежурный смотрит ему вслед. Ничего не понимает, пожимает плечами.

---

## СЦЕНА 2А. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА — ПОЗЖЕ

**ИНТ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА — ПОЗЖЕ**

Литвинов сидит за столом. Перед ним — заявление Клавы.

Он смотрит на него. Не читает. Думает.

Потом открывает нижний ящик стола.

Там — **коробка**. Деревянная. Небольшая.

Литвинов достаёт её. Ставит на стол. Открывает крышку.

Внутри — **лошадки**. Десять. Деревянные. С отбитыми ушами.

Он берёт одну. Смотрит на неё. Вертит в руках.

Берёт вторую. Кладёт рядом. Сравнивает.

Одинаковые.

Берёт третью. Кладёт рядом.

Одинаковые.

Он смотрит на них. Три лошадки в ряд. Как солдатики.

Вспоминает Борисыча. Его слова: "Жорка ушёл в сорок первый год."

Вспоминает Милу. Её слова: "Когда тихо... они приходят."

Вспоминает Лёнчика. Его слова: "Его вели... в Бабий Яр."

Все говорят одно и то же. Все бредят.

Но лошадки в его руке — настоящие. И их десять.

Он кладёт их обратно в коробку. Закрывает крышку. Убирает в ящик.

Встаёт. Берёт пальто.

---

## СЦЕНА 3. ТИР. ВЕЧЕР. ТОТ ЖЕ ДЕНЬ.

**ИНТ. ТИР — ВЕЧЕР**

Обычный вечер. Люди стреляют. Из динамиков играет «Лили Марлен».

Борисыч за прилавком. Выдаёт пульки. Лицо спокойное, но глаза уставшие, красные. Он не спит уже несколько дней.

Дверь открывается. Входит **ЛИТВИНОВ**. В пальто, с портфелем.

Борисыч поднимает глаза. Узнаёт его.

В его лице — **надежда**. Резкая, отчаянная надежда. Он выпрямляется, наклоняется через прилавок.

**БОРИСЫЧ** (голос срывается)
— Товарищ майор! Нашли? Нашли Витю?

Литвинов останавливается. Смотрит на Борисыча. Видит его лицо — красные глаза, дрожащие руки.

**ЛИТВИНОВ** (тихо)
— Ещё нет, Борис Семёнович.

Надежда гаснет. Борисыч медленно выпрямляется. Опускается на табуретку за прилавком. Закрывает лицо рукой на секунду. Потом убирает руку. Смотрит в пол.

**БОРИСЫЧ** (глухо)
— Значит... ещё нет.

Пауза. Борисыч поднимает глаза. Они сухие, но красные.

Литвинов достаёт из портфеля **фотографию**. Чёрно-белую. Небольшую. Кладёт на прилавок.

**ЛИТВИНОВ**
— Ещё один пропал. В тот же день, что и ваш внук. Шестнадцатого марта.

Борисыч смотрит на фотографию.

На фото — **ПАРОВОЗ**. Средний возраст. Седой. Серьёзное лицо.

Борисыч замирает.

**ЛИТВИНОВ**
— Вы не знаете этого человека?

Борисыч молчит. Смотрит на фотографию. Долго.

Это Жорка. Его друг. Человек с фотографии на стене тира. Человек, с которым он играл в футбол в 38-м. Человек, который приходил в тир каждый день.

**БОРИСЫЧ** (тихо)
— Знаю.

**ЛИТВИНОВ**
— Кто это?

**БОРИСЫЧ**
— Друг.

Пауза.

**ЛИТВИНОВ**
— Как его зовут?

**БОРИСЫЧ**
— Георгий. Жорка. Швецов.

Литвинов кивает. Записывает.

**ЛИТВИНОВ**
— Последний, кто его видел, — Леонид. Лёнчик. Дворник. Вы знаете его?

Борисыч кивает.

**БОРИСЫЧ**
— Знаю.

**ЛИТВИНОВ**
— Что он говорил?

Борисыч смотрит на Литвинова. В его глазах — усталость и боль.

**БОРИСЫЧ**
— Он пьёт. Бредит. Не слушайте его.

**ЛИТВИНОВ**
— Что он бредит?

Борисыч молчит.

**ЛИТВИНОВ**
— Борис Семёнович. Два человека исчезли в один день. Их друг теряет рассудок. Помогите мне.

Борисыч смотрит на фотографию Жорки. Потом на стену. На выцветшую фотографию команды «Желдор» 1938 года. Молодой Жорка. Красивый. С мячом под мышкой.

**БОРИСЫЧ** (тихо)
— Он говорит... что Жорка ушёл в сорок первый год.

Литвинов замирает.

**ЛИТВИНОВ**
— В сорок первый?

**БОРИСЫЧ**
— Да. В Бабий Яр.

Пауза.

**ЛИТВИНОВ**
— Вы ему верите?

Борисыч резко смотрит на Литвинова.

**БОРИСЫЧ**
— Я верю, что мой внук пропал. И я верю, что вы его ищете. Остальное... остальное меня не интересует.

Литвинов смотрит на него. Несколько секунд. Понимает, что больше не выжмет.

**ЛИТВИНОВ**
— Я найду вашего внука, Борис Семёнович. Обещаю.

Борисыч ничего не отвечает. Только кивает.

Литвинов забирает фотографию. Разворачивается и выходит.

Борисыч стоит один за прилавком. Смотрит на фотографию на стене. Медленно поднимает руку и проводит пальцем по стеклу, прямо по лицу молодого Жорки.

Рука слегка дрожит.

---

## СЦЕНА 3А. ДВОР ВОЗЛЕ ТИРА. ВЕЧЕР.

**ИНТ. ДВОР ВОЗЛЕ ТИРА — ВЕЧЕР**

У столба стоят две женщины. Одна в драповом пальто, с косынкой на голове, в туфлях на низком каблуке, с авоськой в руке. Другая — в плаще, с шарфом на шее, с дамской сумочкой через плечо. Обе смотрят на объявления.

На столбе — **три объявления**. Все свежие. Бумага белая, чернила чёрные.

**ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА**
— Третий уже.

**ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА**
— За неделю?

**ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА**
— За неделю.

Пауза.

**ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА** (тихо)
— Я своего теперь прямо из школы забираю. Не пускаю одного.

**ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА**
— И я. Даже на пять минут не отпускаю.

Они молчат. Смотрят на фотографии.

**ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА**
— А толку? Если хотят забрать — заберут.

**ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА**
— Не говори так.

**ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА**
— А что говорить? Первого искали — не нашли. Второго тоже. И этого не найдут.

Первая женщина отворачивается. Идёт прочь.

Вторая женщина стоит ещё секунду. Потом тоже уходит.

Камера остаётся на столбе. Три объявления. Три фотографии. Три мальчика.

---

## СЦЕНА 4. ПРИЁМНЫЙ ПУНКТ СТЕКЛОТАРЫ. ДЕНЬ.

**ИНТ. ПРИЁМНЫЙ ПУНКТ СТЕКЛОТАРЫ — ДЕНЬ**

Небольшой сарай из фанеры и досок. Вдоль стен — ящики с пустыми бутылками. Пахнет пивом, сыростью, кислым стеклом. Над прилавком — **«ПРИЁМ ПОСУДЫ»**.

**ОЧЕРЕДЬ**. Пять мужиков с авоськами, в которых звенят бутылки.

За прилавком — **ДЯДЯ КОЛЯ ГРИЩЕНКО**. Однорукий, пустой рукав заправлен в карман. Принимает бутылки, считает, выдаёт деньги.

Мужик с авоськой ставит бутылки на прилавок.

**МУЖИК**
— Коля, считай.

Дядя Коля берёт бутылку. Считает.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Пять.

Берёт вторую. Считает.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Шесть.

Берёт третью. Считает.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Семь.

Мужик смотрит на него.

**МУЖИК**
— Коля, ты ж одной рукой считаешь. Как у тебя получается?

**ДЯДЯ КОЛЯ** (не поднимая глаз)
— А ты попробуй двумя. Запутаешься.

Очередь усмехается.

Дядя Коля продолжает считать. Берёт бутылку. Смотрит на неё.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Это что?

**МУЖИК**
— Пивная.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— А это?

Показывает другую бутылку. Тёмное стекло.

**МУЖИК**
— Не знаю. Нашёл на помойке.

**ДЯДЯ КОЛЯ** (кладёт в сторону)
— Не принимаю. Иди отсюда.

**МУЖИК**
— Почему?

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Потому что непонятная. Иди.

Мужик забирает бутылки. Уходит.

Дядя Коля смотрит на тёмную бутылку. Берёт её. Вертит в руках.

В углу, на перевёрнутом ящике, сидит **ЛЁНЧИК**. Без маски. Лицо в шрамах. Свежая ссадина на скуле. Глаза красные. Пьян. Перед ним — полбутылки самогона. Смотрит в одну точку.

Литвинов входит. Видит очередь. Ждёт.

Очередь тает. Последний мужик уходит. Литвинов подходит не к прилавку — к Лёнчику. Садится напротив на ящик.

Литвинов смотрит на его лицо. На пустое место, где должна быть маска.

**ЛИТВИНОВ** (показывает удостоверение)
— Литвинов. Следователь. Я по делу о пропаже Швецова.

Лёнчик не поднимает головы.

**ЛИТВИНОВ**
— Георгий Дмитриевич. Вы его знали?

Лёнчик молчит. Потом берёт бутылку, пьёт. Ставит.

**ЛЁНЧИК**
— Знал.

**ЛИТВИНОВ**
— Он был здесь. В последний раз.

Лёнчик смотрит на него.

**ЛЁНЧИК**
— Был.

**ЛИТВИНОВ**
— Куда вы пошли?

Лёнчик смотрит на него. Долго. Потом тихо:

**ЛЁНЧИК**
— Не скажу.

**ЛИТВИНОВ** (ровно)
— Почему?

Лёнчик поднимает голову. Смотрит на него в упор.

**ЛЁНЧИК**
— Потому что после этого меня окончательно в психушку запишут.

Пауза.

**ЛИТВИНОВ** (спокойно)
— Я тебя не запишу. Скажи.

Лёнчик смотрит на него. Долго. Изучает. Потом усмехается.

**ЛЁНЧИК**
— Уже пробовал.

**ЛИТВИНОВ**
— Кому?

**ЛЁНЧИК**
— Борисычу.

Он произносит это с горечью. Литвинов замечает — он помнит Борисыча. Закуривает. Не торопится.

**ЛИТВИНОВ**
— Я не Борисыч.

Лёнчик смотрит на него. Молчит. Долгая пауза.

**ЛЁНЧИК** (тихо, устало)
— Ладно... всё равно выбора нет...

Он замолкает. Собирается. Потом:

**ЛЁНЧИК**
— Мы пошли в подвал. На Сырецкой, 27.

**ЛИТВИНОВ**
— Зачем?

**ЛЁНЧИК**
— Паровоз сказал, что там есть трещина.

**ЛИТВИНОВ**
— Что за трещина?

**ЛЁНЧИК**
— Не знаю. Он сказал — она ведёт куда-то. Сказал, что одному нельзя.

Пауза.

**ЛИТВИНОВ**
— Вы пошли.

**ЛЁНЧИК**
— Пошли. Он полез первым. Я за ним. И... мы провалились.

**ЛИТВИНОВ**
— Куда?

Лёнчик молчит. Смотрит в пол. Долго.

**ЛЁНЧИК**
— Я не знаю, как объяснить.

**ЛИТВИНОВ** (тихо)
— Попробуй.

Долгая пауза. Лёнчик поднимает голову.

**ЛЁНЧИК**
— Мы вышли на улицу. А там... люди. Очень много людей.

**ЛИТВИНОВ**
— Ну?

**ЛЁНЧИК**
— Их гнали по дороге.

Литвинов ждёт.

**ЛЁНЧИК**
— Потом я понял, куда.

**ЛИТВИНОВ**
— Куда?

Пауза.

**ЛЁНЧИК**
— В Бабий Яр.

Тишина. Литвинов не перебивает.

**ЛИТВИНОВ** (пауза)
— И вы хотите, чтобы я в это поверил?

Лёнчик смотрит на него. Молчит.

**ЛЁНЧИК**
— Нет.

Пауза.

**ЛЁНЧИК**
— Я хочу, чтобы ты хотя бы сходил. Посмотрел на эту стену сам.

Литвинов смотрит на него. Долго. Ничего не говорит. Закрывает блокнот.

**ДЯДЯ КОЛЯ** (негромко, не отрываясь от ящика)
— Жорка действительно приходил.

Литвинов оборачивается к нему.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Сказал: «Пошли».

**ЛИТВИНОВ**
— Куда?

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Не сказал. Только сказал: «Если получится — вернусь».

Литвинов смотрит на него.

**ДЯДЯ КОЛЯ** (помолчав)
— За двадцать лет я видел Лёньку всяким. Пьяным. Злым. Трусом видел. Но чтобы он сказку сочинил... не было такого.

Литвинов ничего не говорит.

Литвинов уже собирается уходить. Взгляд цепляется за тёмную бутылку, которую дядя Коля отложил в сторону. Он подходит к прилавку. Берёт бутылку. Стирает пальцем грязь с этикетки.

Проступает надпись на немецком.

Литвинов смотрит на неё. Долго. Поворачивает в руках. Молчит.

Убирает бутылку в портфель. Смотрит на Лёнчика. Тот сидит, не поднимая головы.

**ЛИТВИНОВ**
— Сырецкая, 27?

**ЛЁНЧИК** (не поднимая головы)
— Да.

Литвинов разворачивается. Идёт к выходу.

На пороге — голос Грищенко:

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Товарищ майор...

Литвинов оборачивается.

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Если поедете... не ходите туда один.

Пауза.

**ЛИТВИНОВ**
— Почему?

**ДЯДЯ КОЛЯ**
— Потому что Паровоз тоже один не собирался.

Литвинов смотрит на него. Ничего не отвечает. Выходит.

---

## СЦЕНА 4А. УЛИЦЫ КИЕВА — ДЕНЬ

**ИНТ. УЛИЦЫ КИЕВА — ДЕНЬ**

Литвинов идёт пешком. Пальто, портфель.

Он сворачивает на Куренёвку.

Грязь под ногами. Жёлтая, густая. Но люди идут. Женщина тащит авоську. Мужчина курит у подъезда. Трамвай скрипит по рельсам.

Жизнь продолжается.

Литвинов проходит мимо дома, где на первом этаже выбиты окна. Вместо одного стекла — фанера. На подоконнике другого — обувь. Три пары. Мужские, женские, детские. Все грязные. Кто-то сушит после селя.

Литвинов останавливается. Смотрит на обувь.

Потом идёт дальше.

На углу — женщина в платке развешивает бельё на верёвке между двумя столбами. Бельё грязное. Она не замечает. Просто сушит.

Литвинов проходит мимо.

Сворачивает на Сырецкую. Впереди — дом №27. Треснувшийся.

Он останавливается. Смотрит на дом.

Потом на свои ботинки. Они уже в грязи.

---

## СЦЕНА 5. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. ДЕНЬ.

**ИНТ. ПОДВАЛ ДОМА №27 — ДЕНЬ**

Тёмное, сырое помещение. Пахнет землёй, плесенью, старой известью. С потолка капает вода. Где-то шуршит мышь.

**СЛЕДОВАТЕЛЬ ЛИТВИНОВ** спускается по деревянной лестнице. Доски скрипят. В руке — фонарик.

Он останавливается на последней ступеньке, осматривается. Подвал небольшой, стены бетонные и кирпичные. В углу — кучи мусора, битое стекло, ржавая арматура.

Литвинов подходит к дальней стене. Та самая, о которой говорил Лёнчик. Бетонная, серая, гладкая. Никакой трещины.

Он подносит фонарик ближе. Свет скользит по поверхности. Бетон. Обычный бетон.

Литвинов кладёт портфель на пол. Стучит по стене костяшками.

Глухо.

Стучит в другом месте.

Глухо.

Стучит левее, почти у самого угла.

Звук чуть другой. Не глухой. Словно за стеной ещё одна кладка. Или пустота.

Литвинов замирает. Снова стучит в то же место.

Глухо. Обычный бетон.

Он слушает. Тишина. Капает вода.

Он отходит на шаг. Смотрит на стену. Снова подходит. Проводит ладонью по поверхности. Холодная, влажная. Бетон.

Свет фонаря скользит по стене. Останавливается.

Литвинов замечает — участок стены, примерно сорок сантиметров шириной. Цемент на нём светлее, чем остальная стена. Свежая заплатка. Аккуратная. Будто недавно заделывали трещину.

Он проводит пальцем по краю заплатки. Проводит по всей длине. Смотрит на пальцы — цементная пыль, сухая. Но не старая.

Он смотрит на заплатку. Долго.

**ЛИТВИНОВ** (тихо, себе)
— И как ты её нашёл?

Он стоит. Смотрит на стену. Молчит. Слышно, как капает вода.

Потом выпрямляется. Берёт портфель. Оборачивается. Ещё раз смотрит на стену.

**ЛИТВИНОВ** (тихо)
— Не бывает такого...

Разворачивается. Поднимается по лестнице. Уходит.

---

**ИНТ. ПОДВАЛ — НЕСКОЛЬКО МИНУТ СПУСТЯ**

Пусто. Только капает вода.

Тишина.

Потом — едва слышно, словно из глубины стены, раздаётся детский смех. Короткий. Нежный. Почти нереальный.

И снова тишина.

---

## СЦЕНА 6. ЖЭК. УТРО. СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ.

**ИНТ. ЖЭК — КАБИНЕТ ЗАВЕДУЮЩЕГО — УТРО**

Маленький кабинет, заставленный шкафами с папками. На стене — графики, плакаты по технике безопасности. Пахнет пылью, старой бумагой и табаком.

**ЗАВЕДУЮЩИЙ** — мужчина лет шестидесяти, в очках, в мятом пиджаке.

**СЛЕДОВАТЕЛЬ ЛИТВИНОВ** стоит напротив.

**ЗАВЕДУЮЩИЙ**
— Сырецкая, 27... Подвал... После селя дом признан аварийным. Ремонта не проводилось. На балансе числится. Подвал закрыт.

**ЛИТВИНОВ**
— Совсем ничего не делали?

**ЗАВЕДУЮЩИЙ**
— Совсем. У нас денег нет на такие работы. Если что-то делали — не мы.

Литвинов уже собирается уходить. Взгляд падает на толстый журнал на краю стола.

**ЛИТВИНОВ**
— Что это?

**ЗАВЕДУЮЩИЙ**
— Журнал заявок.

**ЛИТВИНОВ**
— Можно посмотреть?

**ЗАВЕДУЮЩИЙ** (пожимает плечами)
— Смотрите. Там всё равно ничего нет.

Литвинов открывает журнал. Листает. Крыша, трубы, отопление. Обычные заявки.

Он уже хочет закрыть.

И вдруг видит запись — без даты, без подписи, без организации:

**«Ремонтные работы в подвале. Сырецкая, 27.»**

Литвинов смотрит на запись. Долго.

**ЛИТВИНОВ**
— Кто это делал?

Заведующий подходит, смотрит в журнал. Морщит лоб.

**ЗАВЕДУЮЩИЙ**
— Не знаю. Пришли, сделали, ушли. Бумаг не оставили.

**ЛИТВИНОВ**
— Когда?

**ЗАВЕДУЮЩИЙ**
— Не помню. Недели две назад, может. Нам не докладывают.

Литвинов закрывает журнал.

**ЛИТВИНОВ**
— Спасибо.

Выходит.

---

**ИНТ. УЛИЦА ПЕРЕД ЖЭКОМ — ДЕНЬ**

Литвинов выходит из ЖЭКа. Останавливается на крыльце. Достаёт пачку сигарет, закуривает.

**ДВОРНИК** (пожилой, с метлой, в телогрейке) — подходит, когда Литвинов уже собирается уходить.

**ДВОРНИК**
— Товарищ майор...

Литвинов оборачивается.

**ДВОРНИК**
— Я слышал, вы про подвал спрашивали. На Сырецкой.

**ЛИТВИНОВ**
— Да.

**ДВОРНИК** (оглядывается по сторонам, говорит негромко)
— Видел их. Ночью. Машина была. Не помню какая. Работали молча. Уехали тихо.

**ЛИТВИНОВ**
— Когда?

**ДВОРНИК**
— Недели две назад. Ночью. Я вышел покурить и увидел.

Литвинов смотрит на него.

**ДВОРНИК**
— Я больше ничего не видел. Темно было.

Дворник кивает, берёт метлу. Отходит.

Литвинов стоит. Смотрит в сторону Сырецкой.

---

## СЦЕНА 7. ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА. ДЕНЬ. ТОТ ЖЕ ДЕНЬ.

**ИНТ. ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА — КОРИДОР — ДЕНЬ**

Длинный светлый коридор. Пахнет лекарствами, хлоркой, варёной едой.

**ГЛАВВРАЧ** идёт по коридору, листая карту. Останавливается у палаты Милы. Заходит.

**ИНТ. ПАЛАТА МИЛЫ — ДЕНЬ**

Маленькая палата. Белые стены, железная кровать, тумбочка. На окне — решётка. Чисто, казённо.

**МИЛА** сидит на кровати. Она выглядит спокойнее, чем раньше. Глаза яснее. Лицо не такое пустое. Она не раскачивается.

**ГЛАВВРАЧ** садится напротив, на стул. Открывает карту, берёт ручку.

**МИЛА**
— Я помню...

Главврач поднимает голову. Перестаёт писать.

**ГЛАВВРАЧ**
— Что вы помните?

**МИЛА** (пауза)
— Подвал...

**ГЛАВВРАЧ**
— Где?

**МИЛА** (закрывает глаза, пытается вспомнить)
— Дом... Я помню улицу... Она начинается на «С»...

**ГЛАВВРАЧ**
— На «С»?

**МИЛА** (кивает, не открывая глаз)
— Да. Она... там были дома.

Главврач смотрит на неё. Записывает в карту.

**ГЛАВВРАЧ**
— Не спешите. Вы устали. Завтра мы спокойно всё восстановим.

**МИЛА** (открывает глаза, смотрит на него)
— Завтра?

**ГЛАВВРАЧ**
— Да. Я завтра приглашу невропатолога. Это уже не похоже на обычную амнезию.

Мила смотрит на него. Молчит. В её глазах — надежда.

В этот момент дверь открывается. В проёме стоит **САНИТАРКА**. Она не заходит, не произносит ни слова.

**ГЛАВВРАЧ** (не поворачивая головы)
— Что?

**САНИТАРКА**
— Простите.

Закрывает дверь. Уходит.

Главврач не обращает на неё внимания. Закрывает карту. Встаёт.

**ГЛАВВРАЧ**
— Отдыхайте. Завтра будет важный день.

Выходит.

Камера остаётся в палате. Мила сидит неподвижно. Долго смотрит на закрытую дверь. Потом берёт карандаш и клочок бумаги.

Начинает рисовать.

Карандаш скрипит по бумаге. Она рисует контур дома. Лестницу. Стену. Трещину. Без подписей.

Камера медленно отъезжает от неё.

Дверь закрыта. За ней — пустой коридор. Никого нет.

Мила продолжает рисовать. Карандаш скрипит.

Темнота.

---

## СЦЕНА 8. ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА. УТРО. СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ.

**ИНТ. ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА — КОРИДОР — УТРО**

Длинный коридор. Утро. Светло. По коридору идут две медсестры, обсуждают что-то своё. Санитарка толкает тележку с бельём. Слышен звон посуды из столовой. Обычный больничный день.

**ИНТ. ПАЛАТА МИЛЫ — УТРО**

Свет падает на пустую, аккуратно заправленную кровать.

Дверь открывается. Входит **ПОЖИЛАЯ МЕДСЕСТРА**. В руках — поднос с завтраком.

**МЕДСЕСТРА**
— Доброе утро, Людмила Григорьевна.

Она ставит поднос на тумбочку. Поднимает глаза на кровать — пусто.

**МЕДСЕСТРА**
— Людмила Григорьевна?

Она оглядывается. И поднимает взгляд выше.

Лицо медсестры белеет. Глаза расширяются. Поднос падает на пол. Каша разлетается. Кружка разбивается.

**МЕДСЕСТРА** (крик)

---

**ИНТ. ПАЛАТА МИЛЫ — ЧУТЬ ПОЗЖЕ**

Вбегают Главврач, санитары, другие сёстры. Среди них — **САНИТАРКА**, та самая. Она входит вместе со всеми, выглядит испуганно, смотрит на тело, потом отводит взгляд. Ничем не выделяется.

Тело Милы висит на оконной решётке. Простыня, порванная и завязанная узлом.

Главврач подходит ближе, смотрит. Проверяет пульс — нет. Осматривает шею — следов насилия не видно. Всё выглядит как самоубийство.

Он отходит к тумбочке. Там лежит карандаш.

Но листка нет. Того самого, на котором она рисовала вчера.

**ГЛАВВРАЧ** (тихо)
— Вчера здесь был лист бумаги. Она рисовала.

Он поднимает глаза на медсестру.

**МЕДСЕСТРА** (трясётся)
— Я не знаю... его нет...

Главврач смотрит на пустую тумбочку.

**ГЛАВВРАЧ**
— Немедленно вызовите милицию.

Все замирают. Он повторяет:

**ГЛАВВРАЧ**
— Я сказал — вызовите милицию.

Санитарка стоит в стороне, смотрит на тело, потом на главврача. Лицо спокойное.

---

**ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.**

---

**ИНТ. ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ — ДЕНЬ**

**СЛЕДОВАТЕЛЬ ЛИТВИНОВ** сидит за столом. Смотрит на бумаги — заявление Клавы, немецкая бутылка, записи.

Звонит телефон. Он берёт трубку.

**ЛИТВИНОВ**
— Слушаю.

Слушает. Его лицо не меняется.

**ЛИТВИНОВ**
— Когда?

Слушает.

**ЛИТВИНОВ**
— Понял.

Кладёт трубку. Смотрит на бумаги. Долго.

Встаёт. Берёт пальто.

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 4» (КОНЕЦ)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **та, в которую никто не целился**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 4

---

**КОНЕЦ СЕРИИ 4.**

СЕРИЯ 5. «ПАРОВОЗ»
ФИНАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ (ПОЛНАЯ СБОРКА)
________________________________________
ЗАСТАВКА «ТИР 5» (НАЧАЛО)
Темно.
Почти ничего не видно.
Только слабый свет лампочек в глубине тира.
Прилавок.
На нём лежит винтовка.
Пристёгнутая цепью.
В кадр входят руки.
Руки берут винтовку.
Поднимают.
Долгая пауза.
Дыхание.
Выстрел.
...
Тишина.
...
Щёлк.
Падает футбольный мяч.
Черный экран.
Надпись.
Т И Р
5
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ ВИТЯ):
Дед всё повторял одну и ту же фразу. Пока жив хоть один человек, который помнит войну — она ещё не закончилась. Тогда я думал, что он просто стареет. Теперь понимаю — нет.
________________________________________
СЦЕНА 1. 1941. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. ДЕНЬ.
ИНТ. ПОДВАЛ — ДЕНЬ
Трещина в стене. Из неё вываливается ПАРОВОЗ. Он падает на колени, кашляет, весь в глине, тяжело дышит.
Он поднимает голову. Оглядывается.
Дверь наверху открывается. Входят ДВОЕ ПОЛИЦАЕВ с овчаркой.
ПОЛИЦАЙ 1
— А ну стоять!
Паровоз не может ответить.
ПОЛИЦАЙ 2
— Откуда ты вылез?
Один из них бьёт его прикладом. Паровоз падает. Они хватают его, вытаскивают из подвала.
КАМЕРА задерживается на стене. На трещине. Она медленно затягивается. Почти исчезает.
________________________________________
СЦЕНА 2. 1941. КИЕВ. УЧАСТОК ГЕСТАПО. КАМЕРА. НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ СПУСТЯ.
ИНТ. КАМЕРА — ДЕНЬ
Паровоз сидит на полу. Грязный, битый, опухший. В углу — ведро. За дверью — шаги, лай собаки. Он не двигается.
За дверью — голоса. Ключ поворачивается. Входят двое. Поднимают его. Тащат по коридору.
________________________________________
СЦЕНА 3. 1941. КИЕВ. УЧАСТОК ГЕСТАПО. КАБИНЕТ КРАУЗА. ДЕНЬ.
ИНТ. КАБИНЕТ КРАУЗА — ДЕНЬ
Паровоза толкают на стул. За столом — КРАУЗ. Курит трубку. Перед ним — папка.
Крауз смотрит на Паровоза. Долго.
КРАУЗ
— Имя.
ПАРОВОЗ
— Георгий.
КРАУЗ
— Фамилия.
ПАРОВОЗ
— Швецов.
Крауз открывает папку. Листает.
КРАУЗ
— Георгий Дмитриевич Швецов. Родился в 1906 году. Женат на Клаве Григорьевне. Работал на стадионе «Динамо». Пропал без вести в марте 1961 года.
Паровоз поднимает глаза.
ПАРОВОЗ
— Откуда вы всё это знаете?
Крауз закрывает папку. Смотрит на Паровоза. Ничего не говорит.
Потом отворачивается к окну.
КРАУЗ
— Завтра утро. Управа. Спортивный отдел. Работаешь. Молчишь. Не лезешь никуда.
Протягивает адрес. Паровоз берёт.
КРАУЗ
— Иди.
________________________________________
СЦЕНА 4. 1941. КИЕВ. УЛИЦА. ДЕНЬ.
ИНТ. УЛИЦА — ДЕНЬ
Паровоз выходит из участка. Останавливается. Идёт по улице. Мимо разрушенных домов, патрулей, очередей за водой.
Он проходит мимо разбитой витрины. Останавливается. Смотрит в отражение.
В отражении — молодой мужчина. Тридцать пять лет. Гладкое лицо. Темные волосы.
Он поднимает руку. Трогает своё лицо. Смотрит на свои руки — молодые, сильные. Опускается на корточки. Прячет лицо в ладонях.
Потом встаёт. Вытирает лицо рукавом. Идёт дальше.
________________________________________
СЦЕНА 5. 1941. КИЕВ. КВАРТИРА ШВЕЦОВЫХ. ВЕЧЕР.
ИНТ. ПОДЪЕЗД — ДЕНЬ
Паровоз поднимается на второй этаж. Стучит в дверь.
Дверь открывается. На пороге — КЛАВА. Молодая, красивая, в простом домашнем платье.
КЛАВА (спокойно, вежливо)
— Вам кого?
ПАРОВОЗ (тихо)
— Клава...
Она замирает. Её лицо меняется. Сначала — непонимание. Потом — шок. Потом — слёзы.
КЛАВА (шепотом, не веря)
— Жора?..
Паровоз кивает.
Клава бросается ему на шею. Рыдает.
КЛАВА (сквозь слёзы)
— Живой... Господи, живой... Мы думали, ты в котле... Мы думали, ты погиб...
Паровоз стоит. Его руки висят вдоль тела. Он смотрит на неё с немыслимой тоской.
Он замечает у неё на пальце обручальное кольцо. Золотое. Новое.
ПАРОВОЗ
— Я вернулся, Клава. Я дома.
________________________________________
ИНТ. КВАРТИРА ШВЕЦОВЫХ — ВЕЧЕР
Маленькая комната. Клава сидит напротив Паровоза. Она не сводит с него глаз.
КЛАВА
— Ты изменился.
ПАРОВОЗ
— Это война, Клава. Все меняются.
КЛАВА
— Нет. Ты не так смотришь. Будто видишь меня... и что-то ещё.
ПАРОВОЗ
— Я скучал. Очень.
Клава улыбается. Тепло.
________________________________________
ИНТ. КОМНАТА — НОЧЬ
Клава спит. Паровоз сидит на кровати. Смотрит на неё.
Потом встаёт. Открывает ящик комода. Достаёт старый семейный альбом.
Листает. Фотографии есть. Детство Жоры. Родители. Свадьба — он и Клава, молодые, счастливые.
Он останавливается на странице, где должна быть фотография их будущего сына. Пусто.
Листает дальше. Пустые страницы. Только рамки.
ПАРОВОЗ (почти беззвучно)
— Будущее ещё не произошло...
Он закрывает альбом. Смотрит на свои руки. Молодые.
________________________________________
СЦЕНА 6. 1941. КИЕВ. УПРАВА. СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ. УТРО.
ИНТ. УПРАВА — КОРИДОР — УТРО
Паровоз идёт по коридору. Находит дверь с табличкой «Спортивный отдел». Заходит.
ИНТ. УПРАВА — СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ — УТРО
На дальнем столе — РУДЕНКО. Поднимает голову.
РУДЕНКО
— Новенький.
РУДЕНКО
— Фамилия.
ПАРОВОЗ
— Швецов.
Руденко сверяет с чем-то в папке.
РУДЕНКО
— От Крауза.
Кивает на стол в углу.
РУДЕНКО
— Садись туда.
Паровоз садится. Руденко пододвигает стопку бумаг.
РУДЕНКО
— Сортировка по алфавиту. Ничего не терять.
Он возвращается за свой стол.
РУДЕНКО (не поднимая головы)
— Ты здесь надолго.
ПАРОВОЗ
— Я не знаю.
РУДЕНКО
— Теперь знаешь.
Он поднимает глаза.
РУДЕНКО
— Работай.
________________________________________
СЦЕНА 7. 1941. КИЕВ. УПРАВА. СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ. ДЕНЬ.
ИНТ. УПРАВА — СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ — ДЕНЬ
Паровоз сидит за столом, перебирает карточки. Рядом — девушка. Они работают молча.
Он перебирает карточки машинально. Лица мелькают.
Потом — одна карточка. Мужчина. Молодой. Аккуратный. Хороший костюм.
Паровоз останавливается. Смотрит на лицо. Долго.
ДЕВУШКА (не поднимая головы)
— Знакомое лицо?
ПАРОВОЗ
— Нет. Просто показалось.
Он кладёт карточку в другую папку. Берёт следующую. Работает.
Камера задерживается на лице на мгновение дольше.
________________________________________
СЦЕНА 8. 1941. КИЕВ. УПРАВА. СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ. ПОЗЖЕ.
ИНТ. УПРАВА — СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ — ДЕНЬ
РУДЕНКО
— Швецов. Подойди.
Паровоз встаёт, подходит.
РУДЕНКО
— Отнесёшь в архив. Сдашь. Расписку принесёшь.
Протягивает стопку папок. Верхняя — чуть выдвинута. На обложке — фотография, приклеенная к верхнему углу. Того же мужчины.
ПАРОВОЗ
— Понял.
Берёт папки. Выходит.
________________________________________
СЦЕНА 9. 1941. КИЕВ. УПРАВА. КОРИДОР. ДЕНЬ.
ИНТ. УПРАВА — КОРИДОР — ДЕНЬ
Паровоз идёт по коридору. Смотрит на верхнюю папку. На фотографию.
Он останавливается. Оглядывается — никого.
Открывает папку. Достаёт первый лист.
Крупный план: текст. Выцветшие чернила. Разобрать можно не всё:
«...объект XVII... проход... переброска... стабильность...»
Он переворачивает лист.
Фотография. Тот же мужчина. Но старый. Седина. Морщины. Глаза — те же.
Паровоз смотрит на неё. Долго.
Он знает это лицо. Из 1961 года.
Он смотрит на молодую фотографию. Потом на старую.
Он понимает.
ПАРОВОЗ (тихо, себе)
— Это он...
Он закрывает папку. Идёт дальше.
________________________________________
СЦЕНА 10. 1941. КИЕВ. УПРАВА. АРХИВ. ДЕНЬ.
ИНТ. АРХИВ — ДЕНЬ
Паровоз сдаёт папки. Ставит расписку. Выходит.
________________________________________
СЦЕНА 11. 1941. КИЕВ. КВАРТИРА ШВЕЦОВЫХ. НОЧЬ.
ИНТ. КВАРТИРА — НОЧЬ
Клава спит. Паровоз сидит за столом.
Он пишет.
«Клава. Я понял, почему я здесь. Меня послали. Человек, которому я доверял, знал, что здесь есть проход. Я нашёл доказательства. Он существует в обоих временах — здесь и там. Я не знаю, что ему нужно. Но я знаю, что теперь я не смогу вернуться, пока не пойму, что здесь происходит. Если я не вернусь — не ищи меня. Ты меня не найдёшь.»
Кладёт в конверт. Надписывает: «КЛАВЕ».
Подходит к книжному шкафу. Берёт книгу Шевченко. Вкладывает конверт между страниц. Ставит обратно.
Смотрит на Клаву. Долго. Выходит.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
СЦЕНА 12. 1961. ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА. ДЕНЬ.
ИНТ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА — ДЕНЬ
Литвинов сидит за столом, перебирает бумаги. Перед ним — пожелтевшие документы городской управы. Сентябрь 1941 года.
Он листает. Останавливается на одном листе.
Это рапорт украинской полиции. На бланке — печать, подпись. Написано по-русски, коряво, но разборчиво.
Крупный план текста:
«19 сентября 1941 года на Сырецкой, 27, в подвале дома задержан неизвестный мужчина. Вёл себя странно. Одежда нездешняя. При задержании сопротивления не оказывал. На допросе утверждал, что прибыл из будущего. Передан немецкому командованию.»
Внизу — подпись: Начальник участка.
Литвинов смотрит на дату — 19 сентября 1941 года. Тот же дом. Тот же подвал.
Он переворачивает лист. На обороте — приписка. Другим почерком. Немецким. Аккуратным:
«Объект XVII. Наблюдать. Не вмешиваться.»
Подпись — Крауз.
Литвинов смотрит на неё. Долго.
Записывает в блокнот: «Сырецкая, 27. Сентябрь 1941. Объект XVII.»
________________________________________
СЦЕНА 13. 1961. СТАДИОН «ДИНАМО». КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА. ДЕНЬ.
ИНТ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ
Большой, светлый кабинет. На стенах — фотографии футболистов, кубки, грамоты. За столом сидит ДИРЕКТОР СТАДИОНА — мужчина лет пятидесяти, в хорошем костюме, гладко выбрит. Спокойный, очень корректен. Говорит ровно, без эмоций.
Напротив него — СЛЕДОВАТЕЛЬ ЛИТВИНОВ. Молча показывает удостоверение. Директор кивает.
ДИРЕКТОР
— Чем могу помочь?
ЛИТВИНОВ
— Я ищу информацию о Швецове. Георгии Дмитриевиче. Он работает у вас в хозотделе.
ДИРЕКТОР (кивает, без удивления)
— Швецов. Да, знаю. Работает у нас несколько лет. Тихий, ответственный.
ЛИТВИНОВ
— Он пропал. Несколько дней назад. Не возвращался домой.
ДИРЕКТОР (пауза, лицо не меняется)
— Сожалею. Я не знал.
ЛИТВИНОВ
— Вы знали, что он был судим?
ДИРЕКТОР (спокойно)
— Десять лет, при немцах работал в управе. Вышел в пятьдесят пятом. На работе был чист.
ЛИТВИНОВ
— Вы не боялись брать такого человека?
ДИРЕКТОР
— Он отсидел. Вернулся. Работал. Я не судья.
ЛИТВИНОВ
— Кем он работал?
ДИРЕКТОР
— Хозотдел. Заведовал инвентарём.
ЛИТВИНОВ
— Перед исчезновением он куда-то собирался?
ДИРЕКТОР (задумывается)
— Просил разрешения съездить на Куренёвку. Сказал, дом родственницы. После селя нужно было вывезти вещи. Как раз тогда сняли оцепление.
ЛИТВИНОВ (пишет, потом останавливается. Ручка замирает)
— Сырецкая?
Пауза. Он поднимает глаза на директора.
ЛИТВИНОВ
— Точно Сырецкая?
ДИРЕКТОР (чуть наклоняет голову, не понимая вопроса)
— Да. Обычная просьба.
ЛИТВИНОВ
— Спасибо.
Закрывает блокнот, встаёт.
Уже на выходе замечает на стене фотографию. Молодые рабочие, строители.
ЛИТВИНОВ
— Вы давно здесь работаете?
ДИРЕКТОР (ровно)
— С войны.
Литвинов кивает. Выходит.
Директор смотрит ему вслед. Потом переводит взгляд на окно. Ничего не выражает на лице.
________________________________________
СЦЕНА 14. 1961. ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА. ВЕЧЕР.
ИНТ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА — ВЕЧЕР
Литвинов сидит за столом. Перед ним — рапорт Крауза и телефон.
Он снимает трубку. Набирает номер.
ЛИТВИНОВ
— Архив? Литвинов. Мне нужна информация по фамилии Крауз. Немец, офицер, 1941 год.
Слушает. Его лицо становится всё более неподвижным.
ЛИТВИНОВ
— Как нет? А в спецкартотеке?
Ещё пауза. Он крепче сжимает трубку.
ЛИТВИНОВ
— Понял. Спасибо.
Кладёт трубку. Смотрит на рапорт. На подпись внизу.
ЛИТВИНОВ (тихо, себе)
— Ты кто такой, Крауз?
________________________________________
СЦЕНА 15. 1961. ОТДЕЛЕНИЕ МИЛИЦИИ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА. ПОЗЖЕ.
ИНТ. КАБИНЕТ ЛИТВИНОВА — ВЕЧЕР
Литвинов разбирает трофейные архивы 1941 года. Пачки бумаг, скреплённые ржавыми скобами. Он откладывает одно дело, берёт другое. Натыкается на тонкую папку без обложки. Внутри — один лист.
Крупный план: текст на пожелтевшей бумаге. Разобрать можно только отдельные слова:
...компрометация подтверждена...
...мера — окончательная...
...исполнитель — Артист...
Литвинов замирает на слове «Артист». Смотрит на дату — 23 октября 1941 года.
Переворачивает лист. На обороте — почерк. Другой. Русский. Одно слово:
«Смотреть.»
Литвинов смотрит на слово. Потом на дату. Потом на фамилию Крауза.
ЛИТВИНОВ (тихо, себе)
— Ты не один, Крауз. У тебя были люди.
________________________________________
СЦЕНА 16. 1961. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.
ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ
Темно, сыро. Капает вода.
Литвинов спускается в подвал. Зажигает фонарь.
Свет скользит по стенам. Он подходит к дальней стене.
На бетоне, на уровне глаз — старая, почти стёртая отметина. Меловая.
XVII.
Он проводит пальцем по отметине. Стирает часть мела. Под ним — цифра, выцарапанная в бетоне. Края царапины свежие. Недавние.
Литвинов смотрит на стену. Вглядывается в глубину бетона.
И вдруг слышит.
Тихий, низкий гул. Из-под земли. Едва слышный.
Литвинов замирает. Прижимает ладонь к стене.
Гул продолжается. Не громче. Не тише.
Он медленно убирает руку. Отступает на шаг.
Поворачивается. Выходит из подвала.
________________________________________
СЦЕНА 17. 1961. УЛИЦА У СЫРЕЦКОЙ. ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР.
ИНТ. УЛИЦА — НОЧЬ
Литвинов выходит на улицу. Останавливается. Достаёт пачку сигарет.
Закуривает.
И только тогда замечает — между пальцами.
Серая глина.
Он смотрит на неё. Пытается стереть. Не стирается.
Он поднимает глаза на дом. На подвал.
И впервые за всё время — не злится, не напряжён, не анализирует.
Он боится.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
ЗАСТАВКА «ТИР 5» (КОНЕЦ)
Темно.
Почти ничего не видно.
Только слабый свет лампочек в глубине тира.
Прилавок.
На нём лежит винтовка.
Пристёгнутая цепью.
В кадр входят руки.
Руки берут винтовку.
Поднимают.
Долгая пауза.
Дыхание.
Выстрел.
...
Тишина.
...
Щёлк.
Падает футбольный мяч.
Черный экран.
Надпись.
Т И Р
5
________________________________________
КОНЕЦ СЕРИИ 5.


________________________________________
СЕРИЯ 6. «АРТИСТ»
ФИНАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ
________________________________________
ЗАСТАВКА «ТИР 6» (НАЧАЛО)
Темно.
Почти ничего не видно.
Только слабый свет лампочек в глубине тира.
Прилавок.
На нём лежит винтовка.
Пристёгнутая цепью.
В кадр входят руки.
Руки берут винтовку.
Поднимают.
Долгая пауза.
Дыхание.
Выстрел.
...
Тишина.
...
Щёлк.
Падает танк.
Черный экран.
Надпись.
Т И Р
6
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ ВИТЯ):
Я тогда не знал, что мёртвые могут приходить. Я думал, что это только в сказках. Но дед перестал улыбаться. И я понял — это не сказка.
________________________________________
СЦЕНА 1. 1961. ДВОР НА КУРЕНЁВКЕ. ДЕНЬ.
ИНТ. ДВОР — ДЕНЬ
Обычный двор. Серая Куренёвка. Женщина развешивает бельё. Мальчишки гоняют мяч. Где-то играет радио.
ЛЁНЧИК метёт улицу. В телогрейке, без маски. Лицо в шрамах.
Слышны шаги. Кто-то идёт по двору.
Лёнчик поднимает голову.
В поле зрения — мужчина. Плечи, край пальто, рука. Лица не видно.
Лёнчик смотрит на него.
Метла застывает в руке.
Лицо медленно меняется. Узнавание.
Он не говорит ни слова.
Человек проходит мимо. Не останавливаясь. Сворачивает за угол. Исчезает.
Лёнчик стоит. Долго. Молча.
Потом медленно опускает глаза. Машинально начинает мести. Чистый асфальт. Пустое место. Не замечая.
________________________________________
СЦЕНА 2. 1961. ТИР. НОЧЬ.
ИНТ. ТИР — НОЧЬ
Тир работает. Из динамиков играет «Лили Марлен». На линии огня — несколько посетителей. Стреляют. Мишени падают. Кто-то смеётся.
Борисыч за прилавком. Перед ним — кружка чая.
Дверь открывается. Входит Литвинов.
ЛИТВИНОВ
— Когда Лёнчик был здесь в последний раз?
БОРИСЫЧ
— Минут десять назад. Заходил. Сказал, завтра придёт.
ЛИТВИНОВ
— Он был в маске?
БОРИСЫЧ
— Конечно. Только сегодня что-то с горлом. Еле говорил.
Литвинов берёт кружку. Проверяет — тёплая.
ЛИТВИНОВ
— Лёнчика нашли. У себя в дворницкой. Мёртв. Горло перерезано. Жена уехала к матери. Три дня никого не было. Соседи почувствовали запах. Вызвали милицию.
Борисыч смотрит на кружку. Она горячая.
Медленно, автоматически тянется ко второй кружке. Начинает наливать чай.
Льёт почти полную кружку.
Потом останавливается.
Смотрит на кружку.
На дверь, в которую вышел «Лёнчик».
На горячую кружку.
Держит чайник в руке. Не опускает.
На линии огня — выстрел. Кто-то смеётся.
Борисыч не двигается.
Потом медленно, очень медленно, выливает чай обратно в чайник.
Ставит пустую кружку на место.
Поднимает глаза на Литвинова.
БОРИСЫЧ (тихо)
— Кто это был?
ЛИТВИНОВ (пауза)
— Я не знаю.
БОРИСЫЧ
— Он говорил про горло... чтобы я не узнал голос...
Литвинов молчит. Поворачивается и выходит.
Дверь закрывается.
Тир продолжает стрелять. «Лили Марлен» играет дальше.
Борисыч остаётся один. Смотрит на пустую кружку.
________________________________________
СЦЕНА 3. 1961. ДВОРНИЦКАЯ. НОЧЬ.
ИНТ. ДВОРНИЦКАЯ — НОЧЬ
Маленькая комната. Беспорядок. Стол, кровать, пустые бутылки.
Литвинов осматривает помещение. Подходит к столу. Перебирает вещи — пустая кружка, окурки, газета. Ничего особенного.
Он уже хочет уйти. Опускает глаза.
На полу — следы. От обуви. Серые, липкие. Глина.
Литвинов наклоняется. Проводит пальцем по следу. Поднимает руку — серая глина на пальце.
Он смотрит на неё. Молчит.
Потом достаёт из кармана спичечный коробок. Открывает. Внутри — засохший комочек серой глины. Он сохранил его после первого похода на Сырецкую.
Он прикладывает к свежей глине на пальце. Сравнивает.
Одинаковая.
Литвинов смотрит на коробок. Потом на следы на полу. На них, ведущие от тела к двери.
ЛИТВИНОВ (тихо, себе)
— Не может быть…
Он закрывает коробок. Прячет в карман.
Стоит. Молчит.
Потом встаёт. Выходит.
Идёт на Сырецкую.
________________________________________
СЦЕНА 4. 1961. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.
# СЕРИЯ 6. «АРТИСТ» (ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ)

---

## СЦЕНА 3. 1961. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.

**ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ**

Темно. Сыро. Капает вода. Ритмично, как метроном.

**ЛИТВИНОВ** спускается по деревянной лестнице. Доски скрипят под его тяжелыми ботинками.

Он зажигает фонарь. Луч света режет темноту, выхватывая из мрака ржавые трубы, кучи битого кирпича и мокрую паутину.

Он идет вглубь. К дальней стене. К той самой заплатке, которую нашел в прошлый раз.

Подходит. Светит на бетон. Свежий серый цемент. Он проводит пальцем по краю. Под ним проступает желтая глина.

Литвинов проводит ладонью по стене. Холодная. Мокрая.

И вдруг...

В конце длинного коридора, в самом краю света фонаря, стоит человек.

Спиной.

Неподвижно.

На нем старое, мешковатое пальто. На голове — деревянная маска. Целая. Та самая, которую разбили в щепки наверху.

Литвинов замирает. Медленно, без резких движений, достает из кобуры пистолет.

**ЛИТВИНОВ**
— Эй!

Никакой реакции. Фигура не шевелится. Только капает вода.

**ЛИТВИНОВ** (громче, твердо)
— Руки! Повернуться!

Тишина.

Фигура медленно делает шаг вперед. В темноту.

Не убегает. Не бежит. Просто идет. Очень медленно, словно ей некуда спешить.

Литвинов делает шаг за ней. Пистолет направлен в спину.

**ЛИТВИНОВ**
— Стоять! Я стрелять буду!

Фигура делает еще шаг. И еще.

Литвинов идет за ней. Они проходят поворот. Еще поворот. Коридор становится уже. Стены меняются: гладкий бетон сменяется старым, мокрым кирпичом.

Фигура исчезает за углом.

Литвинов ускоряется. Почти бежит. Заворачивает за угол.

Никого.

Совсем никого.

Только глухая кирпичная стена в конце тупика.

Литвинов подходит к стене. Дышит тяжело. Проводит свободной рукой по кирпичу.

Мокрый. Холодный.

Он светит фонариком вверх, вниз. Никого.

Вдруг фонарь моргает.

На секунду гаснет свет.

...

Меняется звук.

Пропадает гулкое эхо подвала.

Появляется ветер. Холодный, резкий. Свистит в пустых оконных проемах.

Где-то вдалеке лает собака. Скрипят деревянные колеса телеги по булыжнику.

Литвинов моргает. Обертывается.

Подвала нет.

Он стоит в узком, продуваемом переулке. Над ним серое, низкое небо. Вокруг — полуразрушенные дома, но вдалеке виднеются целые крыши. Пахнет гарью, пылью и... печеным хлебом.

Он смотрит на свои руки. На пистолет. На фонарь.

**ЛИТВИНОВ** (про себя, шепотом)
— Кино... Снимают кино...

К нему приближается женщина в платке. Она тащит тяжелую хозяйственную сумку. Смотрит под ноги.

Литвинов делает шаг к ней. Опускает пистолет.

**ЛИТВИНОВ**
— Простите... Какая это улица?

Женщина останавливается. Смотрит на его странное пальто, на фонарь в руке, на пистолет. В ее глазах нет любопытства. Только животный страх.

**ЖЕНЩИНА** (тихо, быстро)
— Сырецкая.

Она резко отворачивается и уходит, почти бежит, прижимая сумку к груди.

Литвинов стоит. Сырецкая. Та самая Сырецкая.

Слышит тяжелые шаги. Сапоги по брусчатке. Лязг металла.

**ГОЛОС**
— Стой.

Литвинов оборачивается.

Из тумана выходят двое. Украинские полицаи. Винтовки наперевес. Овчарка на поводке натягивает ремень, тихо рычит.

Полицай подходит ближе. Смотрит на Литвинова. Оценивающе, без злобы. Как на скотобойне.

**ПОЛИЦАЙ 1**
— Документы.

Литвинов в ступоре. Его мозг отказывается принимать реальность. Автоматически, по многолетней привычке, он лезет во внутренний карман. Достает кожаное удостоверение. Раскрывает. Протягивает.

Полицай берет его. Смотрит.

**Крупный план удостоверения:** *Министерство Внутренних Дел УССР. Следователь. 1940 год.*

Полицай хмурится. Переводит взгляд на Литвинова. На его лицо. На пальто.

**ПОЛИЦАЙ 1**
— Где взял?

Литвинов молчит. Он не может выдавить ни слова.

Полицай передает удостоверение второму. Тот тоже смотрит. Долго. Водит грязным пальцем по синей печати.

**ПОЛИЦАЙ 2** (равнодушно)
— Забирай.

Они хватают Литвинова за руки. Заламывают их за спину. Грубо, привычно.

Литвинов не сопротивляется. Его уводят в туман.

Камера остается на лице первого полицая. Он держит в руке раскрытое удостоверение.

Фотография Литвинова. Советская символика.

Полицай медленно поднимает глаза. Смотрит прямо в камеру.

**ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.**

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 6» (КОНЕЦ)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **деревянная маска**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 6

---

**КОНЕЦ СЕРИИ 6.**

СЕРИЯ 7. «ДВАДЦАТЬ ПЯТОЕ СЕНТЯБРЯ»

Принято. Пересобираю 7-ю серию полностью с исправлением.

---

# СЕРИЯ 7. «ДВАДЦАТЬ ПЯТОЕ СЕНТЯБРЯ»
**ИСПРАВЛЕННАЯ ВЕРСИЯ (ПАРОВОЗ НЕ ЗНАЕТ ЛИТВИНОВА)**

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 7» (НАЧАЛО)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **мишень с мирным городом**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 7

---

**ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.**

**ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ ВИТЯ):**

> Я не знаю, что чувствует человек, когда понимает, что его время кончилось. Может, ничего. Может, просто смотрит вокруг и не верит.

---

## СЦЕНА 1. 1941. КИЕВ. СЫРЕЦКАЯ. УТРО.

**ИНТ. УЛИЦА — УТРО**

Литвинова ведут двое полицаев. Он в наручниках. Пальто грязное, измятое.

Улица. Обычная.

Женщина выносит ведро. Ставит его на землю. Поворачивается — и на секунду встречается с Литвиновым взглядом. В её глазах нет ни любопытства, ни сочувствия. Только привычная усталость.

Она закрывает дверь.

Мужчина чинит забор. Дети гоняют мяч. Старуха сидит на лавочке. Запах домашнего хлеба из открытого окна.

Литвинов смотрит по сторонам. Не понимает. Мозг отказывается верить.

**ПОЛИЦАЙ 1**
— Чего вылупился? Иди.

Литвинов идёт.

---

## СЦЕНА 2. 1941. КИЕВ. УЧАСТОК. КАМЕРА. ДЕНЬ.

**ИНТ. КАМЕРА — ДЕНЬ**

Тёмная камера. Литвинов сидит на полу. Один.

За дверью — голоса, шаги. Где-то лает собака.

Он смотрит на свои руки. На пальцах — серая глина. Въелась. Он трёт пальцы о штанину — и на ткани остаётся серый след. Будто это не пыль, а что-то вязкое.

Он трёт сильнее. Не стирается.

---

## СЦЕНА 3. 1941. КИЕВ. УЧАСТОК. КАБИНЕТ ПОЛИЦАЯ. ДЕНЬ.

**ИНТ. КАБИНЕТ — ДЕНЬ**

Литвинов стоит перед столом. За столом — **УКРАИНСКИЙ ПОЛИЦАЙ** (лет 45, усталый, безразличный). Рядом — удостоверение Литвинова.

**ПОЛИЦАЙ**
— Твои документы. Советские.

**ЛИТВИНОВ**
— Я следователь.

Полицай читает удостоверение.

**ПОЛИЦАЙ**
— Здесь написано: родился в 1925. Сейчас 1941. Тебе должно быть шестнадцать.

Он поднимает глаза. Смотрит на Литвинова.

**ПОЛИЦАЙ**
— А здесь сидит мужчина под сорок.

Литвинов молчит.

**ПОЛИЦАЙ**
— Или ты врёшь. Или документ врёт.

Он кладёт удостоверение на стол.

**ПОЛИЦАЙ**
— Сиди пока. Разберутся.

Он выходит. Закрывает дверь.

---

## СЦЕНА 4. 1941. КИЕВ. УЧАСТОК. КАБИНЕТ РУДЕНКО. ВЕЧЕР. (ДВА ДНЯ СПУСТЯ)

**ИНТ. КАБИНЕТ РУДЕНКО — ВЕЧЕР**

Литвинов сидит на стуле. Напротив — **РУДЕНКО**. Чиновник. Усталый. Перед ним — удостоверение Литвинова.

**РУДЕНКО**
— Из участка прислали. Говорят, документы странные.

Он смотрит на Литвинова. Потом на удостоверение.

**РУДЕНКО**
— Ты будешь работать. В управе. Но ты не свободен. Ты задержанный под надзором. Каждый вечер возвращаешься сюда. Если попытаешься сбежать — тебя найдут.

**ЛИТВИНОВ**
— Я следователь. Я не...

**РУДЕНКО** (перебивает)
— Ты никто. Пока я не решу, что с тобой делать. Ты умеешь писать — значит, будешь писать. Этого достаточно.

Он протягивает Литвинову лист с адресом.

**РУДЕНКО**
— Завтра утро. Управа. Спортивный отдел. Никаких вопросов. Никаких разговоров. Если ты попытаешься кому-то рассказать, кто ты, — я не смогу тебя защитить.

**ЛИТВИНОВ**
— Зачем вы это делаете?

**РУДЕНКО** (поднимает глаза)
— Мне нужны руки. Всё.

Он отворачивается к окну.

**РУДЕНКО**
— Свободен.

---

## СЦЕНА 5. 1941. КИЕВ. УПРАВА. СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ. УТРО.

**ИНТ. УПРАВА — КОРИДОР — УТРО**

Литвинов идёт по коридору. Находит табличку «Спортивный отдел». Заходит.

На дальнем столе — **ПАРОВОЗ**. Он перебирает бумаги. Не поднимает головы.

**ПАРОВОЗ** (не поднимая головы)
— Новенький?

**ЛИТВИНОВ**
— Да.

**ПАРОВОЗ**
— Фамилия?

**ЛИТВИНОВ**
— Литвинов.

Паровоз поднимает голову. Смотрит на него.

Никакого узнавания. Просто новый человек.

**ПАРОВОЗ**
— Садись за тот стол.

Литвинов садится.

Литвинов смотрит на Паровоза. Он знает это лицо. С фотографий из 1961 года. С папки Борисыча. Здесь оно молодое.

Он не говорит ни слова. Просто смотрит.

Паровоз замечает его взгляд. На секунду.

**ПАРОВОЗ**
— Что?

**ЛИТВИНОВ**
— Ничего. Просто... показалось.

Паровоз возвращается к работе.

---

## СЦЕНА 6. 1941. КИЕВ. УПРАВА. СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ. ДЕНЬ.

**ИНТ. УПРАВА — СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ — ДЕНЬ**

Литвинов перебирает карточки. Паровоз работает в другой части комнаты. Они не говорят.

Литвинов периодически смотрит на Паровоза. Тот не поднимает головы.

---

## СЦЕНА 7. 1941. КИЕВ. УПРАВА. КОРИДОР. ВЕЧЕР.

**ИНТ. УПРАВА — КОРИДОР — ВЕЧЕР**

Литвинов выходит из комнаты. В коридоре сталкивается с Паровозом.

Они проходят мимо друг друга. Литвинов смотрит на него. Паровоз смотрит на Литвинова. Просто мимолётный взгляд двух незнакомцев.

Никакого узнавания. Никаких слов.

Они расходятся.

---

## СЦЕНА 8. 1941. КИЕВ. УПРАВА. СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ. ВЕЧЕР.

**ИНТ. УПРАВА — СПОРТИВНЫЙ ОТДЕЛ — ВЕЧЕР**

Литвинов заканчивает работу. Паровоз уже ушёл.

Литвинов встаёт. Идёт к выходу.

Из коридора доносится радио. Голос диктора.

**РАДИО (за кадром)**
> ...сегодня, двадцать пятое сентября. В Киеве продолжаются работы по наведению порядка. Комендантский час с десяти вечера...

Литвинов замирает. Смотрит на часы на стене.

Двадцать пятое сентября. 1941 год.

---

## СЦЕНА 9. 1941. КИЕВ. УЛИЦА. НОЧЬ. (СО СЛЕЖКОЙ)

**ИНТ. УЛИЦА — НОЧЬ**

Литвинов выходит из управы. Идёт по пустой улице.

За ним, на расстоянии — **МОЛОДОЙ ПОЛИЦАЙ**. Не вмешивается. Не разговаривает. Просто идёт следом.

Литвинов замечает его. Понимает: это надзор.

Он останавливается у деревянного дома. В окне горит свет. Слышен детский смех.

Он долго стоит. Хочет постучать. Поднимает руку. Опускает.

Потом всё-таки стучит.

Дверь открывается. На пороге — **РЕБЁНОК**. Лет пяти. Смотрит на него.

Литвинов открывает рот. Ничего не может сказать.

Он смотрит на ребёнка. Потом оборачивается. Полицай стоит в тени, наблюдает.

Из глубины дома — голос мужчины:

**МУЖЧИНА (за кадром)**
— Кто там?

Литвинов молчит. Смотрит на ребёнка.

Потом:

**ЛИТВИНОВ** (тихо)
— Простите... ошибся.

Он отворачивается. Уходит.

Полицай продолжает идти за ним.

---

## СЦЕНА 10. 1941. КИЕВ. УПРАВА. КОРИДОР. НОЧЬ.

**ИНТ. УПРАВА — КОРИДОР — НОЧЬ**

Литвинов возвращается в управу.

В коридоре стоит **ПАРОВОЗ**. У окна. Спиной к Литвинову.

Литвинов останавливается.

Паровоз не оборачивается.

Они не говорят.

Литвинов смотрит на него. Понимает: этот человек не знает, кто он. И не должен узнать.

Он проходит мимо.

Паровоз остаётся у окна.

---

СЦЕНА 11. 1961. ТИР. НОЧЬ. (ПАРАЛЛЕЛЬ)

ИНТ. ТИР — НОЧЬ

Пусто.

Тир закрыт. Лампы погашены. Только тусклый свет из подсобки падает на прилавок.

Борисыч сидит один за прилавком.

Прилавок пустой.

Он смотрит на пустой прилавок. Долго. Потом встаёт. Подходит к стене.

На стене — фотография. Чёрно-белая, в простой деревянной рамке. Сделана в 1961 году, в день награждения. На ней Борисыч в тёмно-синем костюме, с орденом на лацкане. Рядом с ним — Витя. Маленький, в курточке. Борисыч держит руку у него на плече. Витя смотрит в камеру испуганно, но улыбается.

За их спинами — прилавок тира. На заднем плане видны линии огня. Мишеней не видно — только свет и темнота.

Борисыч смотрит на фотографию.

Долго.

Потом отворачивается.

Идёт к двери.

Останавливается.

Оборачивается.

Пустой прилавок. Пустой тир.

Борисыч смотрит на фотографию последний раз.

Поворачивается.

Выходит.

Дверь закрывается.

Темнота.

ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 7» (КОНЕЦ)

Темно.

Почти ничего не видно.

Только слабый свет лампочек в глубине тира.

Прилавок.

На нём лежит винтовка.

Пристёгнутая цепью.

В кадр входят руки.

Руки берут винтовку.

Поднимают.

Долгая пауза.

Дыхание.

Выстрел.

...

Тишина.

...

Щёлк.

Падает **мишень с мирным городом**.

Черный экран.

Надпись.

# Т И Р

## 7

---

**КОНЕЦ СЕРИИ 7.**

---
СЕРИЯ 8. «НЕ ВМЕШИВАЙСЯ»
ФИНАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ (С ДОРАБОТКАМИ)
________________________________________
ЗАСТАВКА «ТИР 8» (НАЧАЛО)
ТЕМНО. ПОЧТИ НИЧЕГО НЕ ВИДНО. ТОЛЬКО СЛАБЫЙ СВЕТ ЛАМПОЧЕК В ГЛУБИНЕ ТИРА. ПРИЛАВОК. НА НЁМ ЛЕЖИТ ВИНТОВКА. ПРИСТЁГНУТАЯ ЦЕПЬЮ. В КАДР ВХОДЯТ РУКИ. РУКИ БЕРУТ ВИНТОВКУ. ПОДНИМАЮТ. ДОЛГАЯ ПАУЗА. ДЫХАНИЕ. ВЫСТРЕЛ. ТИШИНА. ЩЁЛК. ПАДАЕТ МИШЕНЬ С ЧЕЛОВЕКОМ, КОТОРЫЙ СТОИТ НА ПОРОГЕ. ЧЁРНЫЙ ЭКРАН. НАДПИСЬ: Т И Р 8.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ПОЖИЛОЙ ВИТЯ):
Я не знаю, что чувствует человек, когда понимает, что его время кончилось. Может, ничего. Может, просто смотрит вокруг и не верит.
________________________________________
СЦЕНА 1. 1961. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.
ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ
Темно. Сыро. Капает вода.
Борисыч стоит у стены. Один.
Он смотрит на метку XVII. На свежую заплатку. Долго. Молча.
Прижимает ладони к бетону. Давит. Плечи напряжены. Он не верит, что это сработает. Давит сильнее, будто пытается продавить стену.
Гул. Низкий. Тяжёлый.
Стена становится мягкой.
Борисыч делает шаг вперёд. Исчезает.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
СЦЕНА 2. 1941. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.
ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ
Тишина.
Борисыч выходит из стены. Пошатывается. Останавливается.
Прислушивается.
Нет привычных звуков. Ни трамвая, ни гудков, ни далёкого шума города.
Только где-то далеко — немецкий грузовик.
Борисыч смотрит на руки. Глина. Серая, липкая.
Он понимает: он здесь.
________________________________________
СЦЕНА 3. 1941. КИЕВ. ДОМ ШВЕЦОВЫХ. НОЧЬ.
ИНТ. ДОМ ШВЕЦОВЫХ — НОЧЬ
Борисыч стучит. Дверь открывает Клава. Смотрит на него, не узнаёт.
КЛАВА: Вам кого?
БОРИСЫЧ: Жорку.
Она оглядывает его. Зовёт, не оборачиваясь.
КЛАВА: Жора! Тут до тебя.
Из глубины комнаты выходит Паровоз. Молодой. Без седины. Останавливается, увидев Борисыча.
ПАРОВОЗ: Борисыч?..
БОРИСЫЧ: Жорка.
Паровоз подходит. Обнимает. Крепко. Молча.
Отстраняется. Смотрит в глаза.
ПАРОВОЗ: Зачем ты здесь?
БОРИСЫЧ: Я ищу внука. Он здесь.
ПАРОВОЗ: Я не видел его.
БОРИСЫЧ: Что ты знаешь?
Пауза. Паровоз смотрит в пол. Потом поднимает глаза.
ПАРОВОЗ: Я видел папку. В управе. Там была фотография директора стадиона. Молодого.
Клава ставит на стол чайник, кружки, хлеб. Садится в угол, берёт вязание. Не смотрит на них.
Они пьют чай. Говорят о старых знакомых, о тире, о погоде. Клава улыбается. Борисыч тоже.
Паровоз смотрит на чашку. На секунду его рука дрожит. Он ставит чашку, чтобы не звякнула.
Пауза.
ПАРОВОЗ: Я каждый день жду, что придут за мной.
БОРИСЫЧ: Не придут.
ПАРОВОЗ (усмехается): Ты не знаешь, как это бывает.
Борисыч молчит.
Борисыч встаёт.
БОРИСЫЧ: Мне пора.
КЛАВА: Береги себя.
БОРИСЫЧ: Спасибо, Клава.
Выходит на улицу. Паровоз за ним. Идут по тёмной улице. Останавливаются у калитки.
БОРИСЫЧ: Почему ты не возвращаешься?
Паровоз молчит. Смотрит вдаль.
ПАРОВОЗ: У меня там ничего не осталось. Клава не моя. Дома нет. Здесь я ещё нужен.
БОРИСЫЧ: Жорка...
ПАРОВОЗ: Иди. Забирай своего следователя. И не возвращайся.
Паровоз хлопает его по плечу.
ПАРОВОЗ: Если увидишь там... кого-то из наших — скажи, что я жив.
Борисыч кивает. Поворачивается и уходит в темноту. Паровоз стоит у калитки. Смотрит ему вслед.
________________________________________
СЦЕНА 4. 1941. КИЕВ. УЧАСТОК. НОЧЬ.
ИНТ. УЛИЦА — НОЧЬ
Борисыч идёт по тёмной улице. Быстро. Подходит к зданию участка. Не идёт к главному входу. Обходит.
ДВОР. Тёмный, заваленный мусором. Бочка, ржавая арматура, дрова.
Борисыч видит подвальное окно. Решётка старая, одна прутина отогнута. Он дёргает. Прутина не идёт. Он упирается ногой в стену, тянет. Металл скрипит. Он тянет сильнее. Наконец прутина сгибается ещё на сантиметр.
Он просовывает руку, шарит по раме. Находит щеколду. Тянет. Щеколда не идёт. Борисыч матерится тихо. Снова тянет. Слышен скрежет. Щеколда щёлкает.
Теперь он протискивается. Падает вниз. Встаёт.
ИНТ. ПОДВАЛ УЧАСТКА — НОЧЬ
Темно. Воняет сыростью, гнилым деревом. Мусор, паутина. Борисыч встаёт. Видит лестницу. Поднимается. Останавливается у двери. Слышит голоса.
ИНТ. КОРИДОР УЧАСТКА — НОЧЬ
Дверь приоткрыта. Борисыч видит кусочек коридора. Голоса из дежурки.
ГОЛОС 1: Холодно сегодня.
ГОЛОС 2: К утру дождь будет.
ГОЛОС 3: А нам завтра... Приказ есть приказ.
ГОЛОС 2: Говорят, всех сразу. Детей тоже.
ГОЛОС 1: Слышал. Немцы сказали — полная очистка.
Пауза.
ГОЛОС 3: Я такое не видел ни разу.
ГОЛОС 1: Мы не командуем. Мы сопровождаем.
Пауза. Ложка звякает о кружку.
ГОЛОС 1: А тот, с документами странными, всё сидит?
ГОЛОС 2: Руденко сказал не трогать.
ГОЛОС 1: Сходить проверить?
ГОЛОС 3: Пойди. Только быстро.
Стул. Шаги к двери. Борисыч отступает в тень.
Из дежурки выходит ПОЛИЦАЙ. Идёт по коридору. Борисыч ждёт. Идёт за ним.
Полицай доходит до двери в конце коридора. Достаёт ключи. Открывает замок. Заходит.
Борисыч выжидает секунду. Толкает дверь — и заходит следом.
ИНТ. УЧАСТОК — КАМЕРА — НОЧЬ
Литвинов сидит на нарах. Не спит.
ПОЛИЦАЙ: Всё ещё не спишь?
ЛИТВИНОВ: Не спится.
Полицай усмехается. Поворачивается — и видит Борисыча в дверях.
Борисыч бьёт его в лицо. Полицай падает.
БОРИСЫЧ (шёпотом): Пошли.
Литвинов встаёт. Выходит.
________________________________________
СЦЕНА 5. 1941. КИЕВ. УЛИЦА. НОЧЬ.
ИНТ. УЛИЦА — НОЧЬ
Борисыч и Литвинов идут по тёмной улице. Быстро. Молчат.
Литвинов оглядывается. Пусто.
ЛИТВИНОВ: Как ты меня нашёл?
БОРИСЫЧ: Паровоз сказал. Я был у него.
ЛИТВИНОВ: Он знает, что я здесь?
БОРИСЫЧ: Он знает, что ты в участке.
Пауза.
ЛИТВИНОВ: Что он ещё сказал?
БОРИСЫЧ: Паровоз видел папку. Там был директор стадиона.
ЛИТВИНОВ: Какого директора?
БОРИСЫЧ: Того самого.
Литвинов останавливается. Смотрит на Борисыча. Молчит. Переваривает.
ЛИТВИНОВ: Это многое объясняет.
БОРИСЫЧ: Я знаю.
Они идут дальше.
________________________________________
СЦЕНА 6. 1941. КИЕВ. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.
ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ
Темно. Сыро. Капает вода.
Борисыч и Литвинов спускаются. Борисыч подходит к стене. Прижимает ладонь. Гул. Стена становится мягкой.
БОРИСЫЧ: Ты идёшь один.
ЛИТВИНОВ: А ты?
БОРИСЫЧ (смотрит на стену): Мне тут ещё надо кое-что доделать.
Литвинов смотрит на него. Молчит.
БОРИСЫЧ: Директор. Начни с него.
Литвинов кивает.
БОРИСЫЧ: Если на тебе глина — она останется. Она всегда остаётся.
Литвинов смотрит на свои руки. Глина уже есть. Въелась в кожу.
ЛИТВИНОВ: Я запомнил.
БОРИСЫЧ: Теперь они увидят глину. А где глина — там проход.
Литвинов замирает. Усваивает.
ЛИТВИНОВ: Я понял.
Литвинов делает шаг к стене. Останавливается.
ЛИТВИНОВ: А ты? Как ты найдёшь Витю?
БОРИСЫЧ: Я пойду в Яр.
ЛИТВИНОВ: Ты знаешь, что там будет.
БОРИСЫЧ: Понимаю.
Пауза.
БОРИСЫЧ: Иди.
Литвинов входит в стену. Исчезает. Стена снова становится твёрдой.
Борисыч стоит один. Смотрит на пустую стену. Потом поворачивается и уходит в темноту.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
СЦЕНА 7. 1961. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ.
ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ
Темно. Сыро. Капает вода.
Литвинов вываливается из стены. Падает на колени. Кашляет. Весь в глине.
Он поднимает голову. Оглядывается. Заплатка на месте. Мусор. Сырость. Он один.
Из темноты — голос. Глухой, спокойный.
ГОЛОС: Значит... всё-таки вернулся.
Литвинов резко оборачивается. Перед ним — АРТИСТ. В маске. Стоит в углу. Не двигается. Смотрит.
ЛИТВИНОВ: Что тебе нужно?
Артист смотрит на его руки. На глину. Долго. Пауза.
АРТИСТ: Теперь они увидят глину. А где глина — там проход.
Он отступает в темноту. Исчезает.
Литвинов стоит один. Смотрит на свои руки. На глину.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
СЦЕНА 8. 1961. КВАРТИРА РУДЕНКО. ДЕНЬ.
ИНТ. КВАРТИРА РУДЕНКО — ДЕНЬ
Маленькая квартира. Книги, пыль, табак. Руденко сидит за столом.
Литвинов входит без стука. Руденко поднимает голову. Не узнаёт. Но что-то в нём заставляет его насторожиться.
РУДЕНКО: Кто вы?
ЛИТВИНОВ: Вы меня не помните.
РУДЕНКО: Не хочу знать.
Он уже хочет закрыть дверь.
ЛИТВИНОВ: Сентябрь сорок первого. Кабинет Крауза. Вы тогда сказали: «С такими документами долго не живут».
Руденко замирает. Рука на ручке двери застывает. Он медленно поднимает глаза. Вглядывается в лицо.
Секунда. Две.
Руденко резко отшатывается, будто его ударили.
РУДЕНКО (тихо): Ты...
ЛИТВИНОВ: Да.
Руденко молчит. Отходит от двери. Литвинов заходит. Дверь закрывается.
Руденко садится. Литвинов остаётся стоять.
ЛИТВИНОВ: Почему вы отпустили его?
РУДЕНКО: Кого?
ЛИТВИНОВ: Человека со стадиона. Он не постарел.
Руденко смотрит на него. Долго. Молчит. Пауза. Очень долгая.
РУДЕНКО: Ты не должен был вернуться.
ЛИТВИНОВ: Вернулся.
РУДЕНКО: Чего ты хочешь?
ЛИТВИНОВ: Имена.
Руденко не шевелится. Долго. Потом встаёт. Подходит к шкафу. Достаёт папку. Кладёт на стол.
РУДЕНКО: Здесь те, кого не должно быть.
Литвинов открывает папку. Внутри — список фамилий. Он смотрит. Листает. Молчит.
ЛИТВИНОВ: Это... они?
РУДЕНКО: Проверь сам.
ЛИТВИНОВ: И это всё?
РУДЕНКО: Вторая часть у Директора.
ЛИТВИНОВ: Зачем вы отдаёте это мне?
РУДЕНКО: Ты всё равно не остановишься.
Литвинов берёт папку. Идёт к двери. У порога останавливается. Не оборачивается.
ЛИТВИНОВ: Почему вы не ушли?
Руденко не отвечает. Медленно переводит взгляд на свои руки. На пальцах — серая глина.
Литвинов выходит. Дверь закрывается.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
СЦЕНА 9. 1961. СТАДИОН «ДИНАМО». КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА. ДЕНЬ.
ИНТ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ
Большой, светлый кабинет. Директор сидит за столом. Не поднимает головы.
Литвинов входит без стука. Кладёт папку на стол.
ДИРЕКТОР (не поднимая головы): Руденко дал тебе папку.
ЛИТВИНОВ: Мне нужна вторая.
Директор поднимает голову. Смотрит.
ДИРЕКТОР: Ты не знаешь их. А я знаю. И я не хочу, чтобы ты их трогал, пока не поймёшь, кто они.
ЛИТВИНОВ: Завтра?
ДИРЕКТОР: Когда поймёшь.
Литвинов забирает папку. Выходит. Дверь закрывается.
Директор медленно переводит взгляд на дверь. Прислушивается. Убеждается, что Литвинов ушёл.
Встаёт. Подходит к окну. Смотрит вниз. Литвинов выходит из стадиона с папкой в руках. Открывает её прямо на ходу, не останавливаясь.
Директор смотрит на это. Очень тихо, почти неслышно:
ДИРЕКТОР: Рано...
Возвращается к столу. Открывает верхний ящик. На краю — фотография. Мы видим только угол: школьный воротничок, часть плеча. Подпись обрезана — видно только конец: «...ТЯ».
Директор закрывает ящик.
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
СЦЕНА 10. 1941. БАБИЙ ЯР. НОЧЬ.
ИНТ. ОВРАГ — НОЧЬ
Темно. Ветер. Тишина.
Борисыч стоит на краю оврага. Один.
Смотрит вниз. Ничего не видно.
Из темноты — голос. Детский. Тихий.
ГОЛОС: Деда...
Борисыч резко оборачивается.
Ветер. Листья шуршат.
Голос не повторяется.
Борисыч смотрит в темноту. Долго.
Потом тихо, почти шёпотом:
БОРИСЫЧ: Витя...
________________________________________
ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.
________________________________________
ЗАСТАВКА «ТИР 8» (КОНЕЦ)
ТЕМНО. ПОЧТИ НИЧЕГО НЕ ВИДНО. ТОЛЬКО СЛАБЫЙ СВЕТ ЛАМПОЧЕК В ГЛУБИНЕ ТИРА. ПРИЛАВОК. НА НЁМ ЛЕЖИТ ВИНТОВКА. ПРИСТЁГНУТАЯ ЦЕПЬЮ. В КАДР ВХОДЯТ РУКИ. РУКИ БЕРУТ ВИНТОВКУ. ПОДНИМАЮТ. ДОЛГАЯ ПАУЗА. ДЫХАНИЕ. ВЫСТРЕЛ. ТИШИНА. ЩЁЛК. ПАДАЕТ МИШЕНЬ С ЧЕЛОВЕКОМ, КОТОРЫЙ СТОИТ НА ПОРОГЕ. ЧЁРНЫЙ ЭКРАН. НАДПИСЬ: Т И Р 8.
________________________________________
КОНЕЦ СЕРИИ 8.


СЕРИЯ 9. «ДИРЕКТОР»
ЗАСТАВКА «ТИР 9» (НАЧАЛО)

ТЕМНО. СВЕТ ЛАМПОЧЕК В ГЛУБИНЕ ТИРА. ПРИЛАВОК. ВИНТОВКА НА ЦЕПИ. РУКИ БЕРУТ ВИНТОВКУ. ПОДНИМАЮТ. ДЫХАНИЕ. ВЫСТРЕЛ. ТИШИНА. ЩЁЛК. ПАДАЕТ МИШЕНЬ С ЧЕЛОВЕКОМ, КОТОРЫЙ СТОИТ У ДВЕРИ, НЕ ЗАХОДЯ. ЧЕРНЫЙ ЭКРАН. Т И Р 9.

ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.

ГОЛОС ПОЖИЛОГО ВИТИ:

    Я тогда не знал, что дверь можно закрыть только изнутри.

СЦЕНА 1. 1961. КИЕВ. УЛИЦА. ДЕНЬ.

ИНТ. УЛИЦА — ДЕНЬ

Литвинов идёт по городу. В руках — папка с именами, которую дал Руденко.

Первый адрес.

ИНТ. КВАРТИРА — ДЕНЬ

Маленькая комната. Старая женщина, завхоз из школы. Она перебирает книги. Смотрит на Литвинова без удивления.

ЛИТВИНОВ:
— Ваше имя в списке.

Она молчит.

ЛИТВИНОВ:
— Вы родились в 1895 году. Сейчас вам должно быть 66. Но вы выглядите на сорок.

Молчание.

ЖЕНЩИНА:
— Присядьте.

Он садится.

Она ставит чайник. Не смотрит на него.

ЖЕНЩИНА:
— Вы не первый, кто приходит. И не последний.

ЛИТВИНОВ:
— Что здесь происходит?

ЖЕНЩИНА:
— Я не знаю. Я просто живу.

ЛИТВИНОВ:
— Как вы не стареете?

ЖЕНЩИНА (смотрит на него):
— Я не знаю.

Пауза.

ЖЕНЩИНА:
— Я просто не умираю.
СЦЕНА 2. 1961. КИЕВ. УЛИЦА. ДЕНЬ.

ИНТ. УЛИЦА — ДЕНЬ

Литвинов идёт дальше. Второй адрес. Третий. Четвёртый.

Все одинаково. Они не знают, почему не стареют. Они просто живут. Молчат. Не задают вопросов.

Он не получает ответов. Он понимает только одно:

это не заговор. Это люди, которые застряли.
СЦЕНА 3. 1941. БАБИЙ ЯР. НОЧЬ. 27 СЕНТЯБРЯ.

ИНТ. ОВРАГ — НОЧЬ

Темно. Ветер.

Борисыч идёт по краю оврага. Один.

Слышит голос. Детский.

Он идёт на звук.

Находит отверстие в земле. Спускается.

ИНТ. ПОЛОСТЬ В ОВРАГЕ — НОЧЬ

Темно. Пахнет землёй.

В углу — дети. Трое. Маленькие. Молчат.

Рядом с ними — МИЛА. 16 лет. Молодая. Живая. Она смотрит на Борисыча.

БОРИСЫЧ:
— Ты...

МИЛА:
— Я знаю, кто вы. Вы из будущего.

БОРИСЫЧ:
— Как ты...

МИЛА:
— Я видела таких. Они приходят, а потом уходят. Я прячу детей. Пока есть место — я прячу.

Борисыч смотрит на детей.

БОРИСЫЧ:
— Витя здесь?

МИЛА:
— Нет. Витя будет через два дня. Его приведут к Сырецкой.

БОРИСЫЧ:
— Откуда ты знаешь?

МИЛА:
— Я видела.

Пауза.

БОРИСЫЧ:
— Тогда я буду ждать.

Садится рядом. Закрывает глаза.
СЦЕНА 4. 1961. СТАДИОН «ДИНАМО». КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА. ДЕНЬ.

ИНТ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ

Литвинов входит. Без папки. Просто садится.

ДИРЕКТОР:
— Ты понял.

ЛИТВИНОВ:
— Вы не пускаете. Вы держите дверь закрытой.

Директор смотрит на него. Долго.

Встаёт. Подходит к сейфу. Достаёт папку. Кладёт на стол.

ДИРЕКТОР:
— Здесь те, кто пытался спасти.

Он открывает её. Десятки фотографий. Все — босые. Все — в глине. Все мертвые. В разных годах.

Литвинов смотрит на них.

ЛИТВИНОВ:
— Это...

ДИРЕКТОР:
— Пролом не любит, когда меняют. Он забирает компенсацию. Одного за одного.

ЛИТВИНОВ:
— Тогда почему вы живы?

Директор смотрит на него.

ДИРЕКТОР:
— Потому что я не пытался никого спасти.
СЦЕНА 5. 1961. ТИР. НОЧЬ.

ИНТ. ТИР — НОЧЬ

Литвинов входит в тир.

Тир закрыт. Прилавок пустой.

На прилавке — лошадка. Та самая. С отбитым ухом.

Рядом — записка. Детским почерком.

«Я В ЯРУ. НЕ ХОДИ ЗА МНОЙ.»

Литвинов берёт лошадку. Сжимает в руке.

Сидит за прилавком. Один.

Темнота.

ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.

НАДПИСЬ: ТИР 9

---

# СЕРИЯ 10. «ТИР»
**ФИНАЛ СЕЗОНА (ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ ВЕРСИЯ)**

---

## ЗАСТАВКА «ТИР 10» (НАЧАЛО)

ТЕМНО. СВЕТ ЛАМПОЧЕК. ПРИЛАВОК. ВИНТОВКА НА ЦЕПИ. РУКИ БЕРУТ ВИНТОВКУ. ПОДНИМАЮТ. ДЫХАНИЕ. ВЫСТРЕЛ. ТИШИНА. ЩЁЛК. ПАДАЕТ МИШЕНЬ. НА МИШЕНИ — ПУСТО. ЧИСТЫЙ ЛИСТ. ЧЕРНЫЙ ЭКРАН. Т И Р 10.

---

**ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.**

**ГОЛОС ПОЖИЛОГО ВИТИ:**
> Борисыч говорил — тир никогда не закрывается. Просто иногда в нём стреляют в другую сторону.

---

## СЦЕНА 1. 1961. ТИР. НОЧЬ.

**ИНТ. ТИР — НОЧЬ**

Литвинов сидит за прилавком. Молодой. На вид 25 лет. Перед ним — лошадка и записка «Я В ЯРУ. НЕ ХОДИ ЗА МНОЙ».

Он не спит. Вторые сутки.

Дверь открывается. Заходит Директор. Без пальто. Садится напротив.

Долго молчит. Смотрит на Литвинова.

**ДИРЕКТОР:**
— Ты не ешь.

**ЛИТВИНОВ:**
— Где они?

**ДИРЕКТОР:**
— Там, где ты их оставил.

**ЛИТВИНОВ:**
— Я их не оставлял.

Пауза.

**ДИРЕКТОР:**
— Ты уверен?

Литвинов молчит.

Директор смотрит на него.

**ДИРЕКТОР:**
— Я тоже не помню, как сюда попал. Просто однажды проснулся здесь. И понял, что не могу уйти.

**ЛИТВИНОВ:**
— Почему?

**ДИРЕКТОР:**
— Я перестал вмешиваться.

Он встаёт. Идёт к выходу. На пороге оборачивается.

**ДИРЕКТОР:**
— Иди домой, Литвинов. Ты уже заплатил своё время.

Уходит.

Литвинов остаётся один. Смотрит на лошадку.

---

## СЦЕНА 2. 1941. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. НОЧЬ. 28 СЕНТЯБРЯ.

**ИНТ. ПОДВАЛ — НОЧЬ**

Борисыч сидит у стены. Той самой, которую он замуровал. Слушает.

Тишина.

Сверху — голоса. Немецкая речь. Лай собак.

Борисыч встаёт. Берёт кирпич. Хочет размуровать стену.

Останавливается.

Кладёт кирпич на место.

Садится.

Из темноты — шаги.

Борисыч оборачивается. В конце коридора — тень. Силуэт. В темном пальто.

Артист.

Борисыч встаёт.

**БОРИСЫЧ:**
— Ты...

Артист не оборачивается. Идёт дальше. За угол.

Борисыч идёт за ним.

Заворачивает. Пусто.

Только стена. Мокрая. Холодная.

Борисыч прижимает ладонь.

Стена становится мягкой.

Он входит.

---

## СЦЕНА 3. 1961. СЫРЕЦКАЯ, 27. ПОДВАЛ. ДЕНЬ. 13 МАРТА.

**ИНТ. ПОДВАЛ — ДЕНЬ**

Сель. Вода по колено. Крики сверху. Сирена. Куренёвская трагедия.

Литвинов ломает стену XVII ломом.

Вода льётся.

За стеной — полость. Пустая.

На полу — пять пар маленьких стоптанных башмаков.

Ровно стоят.

И деревянная лошадка.

Детей нет.

Литвинов падает на колени. Берёт один башмак. Маленький. Внутри — сухая глина. Двадцатилетней давности.

Сзади — вода прибывает.

**ГОЛОС СВЕРХУ:**
— Литвинов! Выходи!

Он не слышит. Смотрит на башмаки.

---

## СЦЕНА 4. 1961. ТИР. ДЕНЬ.

**ИНТ. ТИР — ДЕНЬ**

Дверь открывается.

Заходит **ВИТЯ**. Взрослый. 25 лет. В телогрейке Борисыча. Босой. В глине по колено. В руке — лошадка.

Литвинов поднимает голову.

Молчат.

**ЛИТВИНОВ:**
— Витя?..

Витя смотрит на него. Долго. Взгляд у него другой. Он видел что-то, чего никто не видел.

Он кладёт лошадку на прилавок.

Садится на пол. Снимает башмаки. Вытряхивает глину.

Смотрит на Литвинова.

Молчит.

**ЛИТВИНОВ:**
— Борисыч?

**ВИТЯ:**
— Он остался. Сказал — будет держать дверь.

**ЛИТВИНОВ:**
— Где ты был?

**ВИТЯ** (смотрит в пустоту):
— Темно было. Но я там не один был.

Он смотрит на свои руки. На глину.

**ВИТЯ:**
— Можно я теперь тут буду?

**ЛИТВИНОВ:**
— Где?

**ВИТЯ:**
— За прилавком.

Литвинов кивает.

---

## СЦЕНА 5. 1961. ТИР. ВЕЧЕР. ФИНАЛ.

**ИНТ. ТИР — ВЕЧЕР**

Тир работает. Очередь пацанов.

За прилавком — Витя. Чинит винтовку. Рядом — Литвинов. Молодой.

Витя работает молча. Литвинов смотрит на него. Иногда Витя замирает на секунду, смотрит в одну точку. Потом продолжает работать.

В дверь заходит мальчик лет пяти.

**МАЛЬЧИК:**
— Дядя, можно стрельнуть?

Витя поднимает голову. Смотрит на него. На секунду замирает.

**ВИТЯ:**
— Как тебя зовут?

**МАЛЬЧИК:**
— Миша.

Витя смотрит на Литвинова. Тот не понимает.

Витя достаёт чистую мишень. Вешает.

**ВИТЯ:**
— Можно. Три копейки.

Мальчик стреляет. Попадает. Мишень падает.

Витя смотрит на свои руки. На пальцах — свежая серая глина.

Поднимает глаза.

В глубине тира — тень. Силуэт в темном пальто. Стоит спиной.

Витя не двигается.

Тень уходит в темноту.

Исчезает.

Витя смотрит туда. Долго.

Потом кладёт винтовку на прилавок.

Встаёт.

Подходит к стене.

Берёт новую мишень. Чистую. Вешает на трос.

Смотрит на неё. Долго.

Не стреляет.

Поворачивается.

Выключает свет.

Выходит.

Камера остаётся в тире.

Пустой.

Тишина.

Где-то в глубине — **щёлк.**

Будто сама собой упала мишень.

Без выстрела.

Снова тишина.

---

**ЧЁРНЫЙ ЭКРАН.**

**ГОЛОС ПОЖИЛОГО ВИТИ:**
> Борисыч всё-таки оказался прав. Тир никогда не закрывается.

**НАДПИСЬ:**

# Т И Р

**КОНЕЦ 1 СЕЗОНА.**

---