Кто распял Христа?

Прозвучал вопрос:
"На ком вина осуждения, казни и крови Йешуа (Иисуса Христа)? На иудеях или на римлянах, совершивших казнь?"

Мой ответ.
Если коротко, то я бы ответил так: в духовном смысле всё человечество распяло Христа в себе.
Потому что на Голгофе лишь было показано миру, что падшая человеческая природа делает с рожденным свыше духом в себе.
Живущие по плоти во все времена гнали живущих по духу. Но начинается это преследование не с другого человека. Прежде всего мы гоним дух в самих себе — не даём ему проявиться, заглушаем его голос, не позволяем ему вести нас.
А когда человек не даёт места духу в себе, он начинает гнать и проявление духа в других. Поэтому внешнее преследование духовного человека — лишь следствие того, что человек прежде распял Христа в себе.
Падшей плоти противоестественно поклоняться Богу. Ей противно всё, что обличает её, лишает её власти и призывает человека жить не по плоти, а по духу.
Я часто привожу в пример известную ещё во времена Союза песню в исполнении Александра Малинина. Там были слова:
«Но я Христа не предавал
И Иудин грех не на мне!»
Очень многие люди мыслят именно так. Они легко говорят: «Это Иуда предал Христа. Это те иудеи требовали Его распятия. Это римляне казнили Его. Но я тут ни при чём».
Но разве не так же мыслили и те иудеи, о которых Христос говорил:
 «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, и говорите: если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков; таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков; дополняйте же меру отцов ваших».
(Мф. 23:29–32).
Обратите внимание: Христос говорит, что "они сами свидетельствуют против себя".
Почему?
Потому что они не увидели в себе того же духа, который когда-то гнал пророков. Они отделили себя от своих отцов: «Мы бы так не поступили».
Но человек, живущий по плоти, может осуждать чужое преступление и при этом не замечать, что тот же источник живёт в нём самом.
Именно поэтому я думаю, что Голгофа была не только историческим событием двухтысячелетней давности. Голгофа стала свидетельством всему миру о том, что человечество делает с Христом в себе с самого начала грехопадения.
Христос приходит к человеку. Дух Божий хочет ожить в нём и проявить Себя через него. Но человек часто не даёт Ему места. Он подавляет духовное в себе, заглушает совесть, выбирает ложь вместо истины, гордость вместо смирения, себялюбие вместо любви. Человеку хочется земного, а не небесного.
А затем, встретив человека, в котором этот дух начинает проявляться, он может начать гнать уже его.
Так было с пророками. Так было со многими праведниками. Так было и со Христом.
Поэтому, как вижу я, очень легкомысленным обвинять только тех иудеев и римлян, которые две тысячи лет назад участвовали в распятии Христа.
Мы все там были.
Не в том смысле, что каждый из нас лично участвовал в исторической казни. А в том, что в каждом из нас есть та падшая человеческая природа, которая, если её не распинать и не дать места Христу, способна отвергнуть Его.
Когда я живу гордостью — я распинаю Христа в себе.
Когда вместо любви выбираю себялюбие — я распинаю Христа в себе.
Когда лгу, блуждаю во тьме, боюсь истины и ради собственной безопасности отрекаюсь от неё — я распинаю Христа в себе.
А если я распял Его в себе, то неизбежно начинаю преследовать и то, что напоминает мне о Нём в других.
Когда-то, ещё в начале своего пробуждения к жизни по духу, я написал стихи на эту тему, а потом сделал из них песню.

Взвалив свой крест, под ликование толпы,
Уничижён, изведав розги и шипы,
Я за Тобой, я за Тобой, мой Бог, иду,
чтоб разделить не только радость, но й беду.

Венец из слёз, терновых слёз, вместо корон,
А вместо славы - участь убийцы и позор,
Участь раба - Царя царей, о Крепкий Бог,
чтоб каждый смог склониться у пронзённых ног.

Как царь на трон, вознёсся в славе Ты на Крест,
Распят грехом, в сердцах людских не найдя мест,
Отвержен мной, - не только той одной толпой,
И желчь испить я подносил своей рукой.

Когда Тебя своей гордыней распинал,
В Твою любовь я самолюбием плевал,
Когда блудил - своей рукой вбивал я гвоздь.
"Кесарь - мой бог!" - из уст моих тогда неслось.

То не Иуда Тебя в саду там целовал,
Не Пётр то, - "Не знаю я Его!" - кричал,
То не Нейрон сжигал в кострах Твоих детей,
То был мой грех, столь ненавидящий людей.

Ему служил, когда в безмолвии стоял,
Своим молчаньем я беззаконье поощрял,
Под страхом смерти, - рабом покорным её был,
И свою жизнь я больше Правды возлюбил.

Неверья дух - вонзал без жалости копьё.
И без Тебя я тщетно строил бытиё.
Ложь возлюбив, я обольстителям внимал.
Отвергнув Правду, себе огонь я разжигал.

Своей любовью Ты моё сердце сокрушил,
Терпя прощал, поток Святой Крови излил,
чтобы забыть, чтобы не вспомнить никогда
Моих грехов, загладить раны навсегда.

Дай, Боже, сил своих врагов мне всех простить,
И научи - как не роптать, благодарить,
Терпя плевки, идти по жизни за Тобой,
Вести войну, не с ближним, а с самим собой.

Взвалив свой крест, под ликование толпы,
Уничижён, изведав розги и шипы,
Я за Тобой, я за Тобой, мой Бог, иду,
Чтоб разделить не только радость, но й беду.

Вот почему для меня вопрос «кто распял Христа?» в конечном счёте должен привести человека не к обвинению иудеев, римлян или кого-либо ещё, а к самому себе.
Не: «Кто это сделал?»
А: «Не делаю ли я это сейчас сам? Не распинаю ли я Христа в себе? Не гоню ли я дух, которому Бог хочет дать во мне жизнь?»
Потому что Голгофа была не только тем, что произошло тогда.
Она стала свидетельством миру о том, что человек делает с Христом в себе, с времён грехопадения.
И потому Голгофа обращена к каждому из нас.

2026.08.08