Феноменальная граница

      

               
                АЛЕКСАНДР  ЗНАМЕНСКИЙ   

                Ф Е Н О М Е Н А Л Ь Н А Я  Г Р А Н И Ц А

                Повесть в новеллах

               
                Новелла первая

                Ход в неведомое

    
     Он абсолютно  точно помнил старую сосну,  с одного бока обугленную ударом  молнии. Она  возвышалась   над   скалой, придавая ей  своей  кроной вид островерхой шапки.  Да и сама скала напоминала   фигуру   сказочного   гнома,   присевшего на минутку  отдохнуть после дальней дороги в горах.  Именно там, под этой скалой  находился  узкий  лаз,  через который можно было протиснуться в большую пещеру с довольно высокими каменными сводами.

   "Кажется, здесь! - увидев огромные валуны, нависшие над маленькой долиной между  двумя  горными  склонами,  радостно подумал старший лейтенант Алексей Строев.  - Осталось только пройти под этими валунами и повернуть налево..."
Но ни   сосны,  ни  скалы,  ни  лаза  за  поворотом  не оказалось...
Этот лаз показал начальнику заставы, охранявшей один из участков  государственной границы  на  территории   Горного Алтая, местный охотник по имени Ефрем.  Именно он две недели назад пришел на заставу с сообщением о пещере и о  том,  что от нее идет длинный подземный ход.

     Вот тут-то в  голове  офицера-пограничника  и  возникло подозрение,  что  через  этот  ход на нашу территорию могут свободно проникать контрабандисты с китайской стороны. На это были веские  основания:  в последнее время участились случаи появления на нашей стороне  китайских  граждан,  не  имевших никаких  документов,  дававших право на законное пересечение границы. Тогда  же  Строев  и  принял   решение   немедленно проверить пещеру и подземный ход.

    В первый   раз   Ефрем  –  бронзоволицый  здоровяк  лет двадцати трех – отыскал дорогу к пещере довольно быстро.  Да и странно было бы увидеть охотника-алтайца  заблудившимся в хорошо известных  ему местах.  Но даже на непроницаемом лице этого человека,  больше напоминавшем  физиономию  бронзового божка, Строев  заметил  священный ужас,  когда они оказались у входа в пещеру.

     - Это жилище богов!  - с придыханием произнес Ефрем.  - Только теперь это понял.  Туда входить нельзя... Я слышал об этом месте от своего деда, а тому рассказывал его дед, что в наших горах есть обиталище бога Гора.  У него тело великана, а на плечах голова сокола. Это жилище никогда не открывается простым смертным.  Офицера,  туда нельзя ходить!  Гор  убьет всех!
               – Не неси чушь, - отмахнулся старший лейтенант. - Ты же сам говоришь,  что  лаз  в пещеру  узкий.  Значит,  никакой великан туда не пролезет.

     Эти слова несколько приободрили перепуганного  охотника, и он  первым  полез в отверстие под скалой.  За ним пополз и Строев.

     В большой пещере они оказались через каких-нибудь  пять минут.

     - А здесь достаточно светло, - вслух проговорил старший лейтенант, внимательно осмотревшись вокруг,  затем продолжил разговор с самим собой:  -  Пожалуй,  люди  здесь  давно  не появлялись. Никаких следов их пребывания...

     - Здесь только мои следы, - сказал Ефрем. - Я здесь был один раз,  когда нашел вход.  Но дальше пещеры я не ходил... Там начинается ход в царство мертвых! Мне дед говорил...

     - Опять ты за свое! - скривился Строев. - Сейчас я тебе докажу, что нет там никакого царства. Пошли со мной!

     Искусственное освещение   потребовалось   очень  скоро, когда Строев с проводником  прошли  всю  пещеру  и  вышли  к тоннелю, уходившему под острым углом в темень неизвестности.

     Алексей Строев  чувствовал,  что с каждым шагом вглубь им овладевает все больший азарт первооткрывателя.  Вообще-то он был  неплохо знаком со спелеологией и частенько отпускное время проводил  в  подземельях.  А  возникло это увлечение у него еще с детства,  ведь родился он в поселке, находившемся рядом со знаменитыми Аджимушкайскими каменоломнями. Так вот, азарт азартом,  но здравый смысл брал вверх. Он хорошо знал, что в   неизвестные   подземелья   лучше   не  соваться  без соответствующей  амуниции.  Ведь   там   ничего   не   стоит заблудиться  даже  опытным спелеологам,  если они заранее не подготовили снаряжение,  которое очень  напоминает сразу  и альпинистское, и  подводное.  И все же старший лейтенант убедил себя,  что ничего страшного не произойдет, если они проверят хотя бы небольшой участок тоннеля.

     Освещая путь лучом фонаря,  Строев, даже не пригибаясь, осторожно продвигался по  тоннелю  вперед,  слыша за спиной учащенное дыхание Ефрема.  Так продолжалось добрый  час,  а затем... фонарик вдруг мигнул и погас!

     - Что за черт!  - выругался от досады Строев. - Похоже, батарейки сдохли. Но я же только вчера их поменял...

     - Офицера,  смотри туда!  - произнес Ефрем  замогильным голосом. - Там начинается царство мертвых!..

     - Надоел ты мне со своим царством,  как не знаю кто!  - не выдержав,  вспылил офицер.  – Ну, где твое царство?..

     И тут  он  тоже  заметил  какое-то странное  рассеянное  голубое свечение впереди.   При   приближении  оно  становилось  все интенсивнее. А  затем  оно  как-то  сразу  ярко   вспыхнуло, заставив обоих людей прикрыть глаза ладонями.

     - А это еще что?!  - вскричал Строев, с трудом привыкая к яркому свету. - Ни фига себе!..

     Его взору открылась огромная пещера,  ни конца ни  края которой  он  так и не смог разглядеть.  Да и не до этого ему было.  Все его внимание сосредоточилось на  странных ящиках самого разного размера, сделанных из серебристого материала. Подойдя к ним поближе,  Строев  понял,  что  они  абсолютно прозрачны,  как  аквариумы.  И  в  каждом таком "аквариуме" вместо  рыбок  находились  обнаженные  тела  очень  странных существ, каких он себе даже и представить не мог.      "А ведь это действительно царство мертвых, - возникло в голове у  пограничника.  -  Только  совсем не то,  о котором говорил Ефрем. Нет, совсем не то!"

     Пройдя рядом  с несколькими контейнерами,  Строев,  как ему показалось, смог опознать одно из существ, погруженных в вечный сон   какой-то   неведомой  силой.  Определенно,  это существо напоминало  изображения  Будды,  виденные   им   по телевизору. Большая  голова,  раскосые  глаза,  четырехпалые конечности с перепонками между пальцами и трехметровый рост. Именно   так   изображались   восточными   ваятелями  статуи божества, которому они поклонялись.

     "Атланты, - неожиданно возник в голове Строева ответ на незаданные вслух вопросы. - Четвертая раса на планете. Рядом представитель лемурийцев. Третья раса на планете. Рядом..."

     И тут  все  оборвалось.  Возникла жуткая головная боль. Она ударила так неожиданно, что Алексей Строев даже застонал, стиснув зубы.  Потом  голубой  свет померк, как будто резко упало напряжение в цепи.  И в этот самый момент  непонятный, необъяснимый ужас  обуял  незваного  посетителя.  Ноги сами собой стремительно понесли человека к  выходу.  Он  бежал  с закрытыми глазами  и при этом ни разу не наткнулся на стену, не оказался в тупике.

     Очнулся Строев  только  у  входа в пещеру.  Рядом с ним хлопотал Ефрем,  натирая его виски каким-то  дурно  пахнущим снадобьем из фляжки.

     - Что это со мной?.. - спросил офицер. - Что это было?

     - Не  знаю,  - признался проводник.  - Офицера,  быстро пошел вперед.  Ефрем остался сзади.  Потом офицера  исчез  в голубом тумане.  Он  пошел в царство мертвых. Ефрем туда не пошел. Потом офицера выбежал из тумана и побежал к выходу... А в большой  пещере  у  входа  офицера  упал  и стал совсем мертвый! Я дал лекарство... Офицера,  больше туда не  ходи! Это плохое место для живых.

     ...Только через две  недели  старший  лейтенант  Строев наконец собрался  снова побывать  в пещере.  На этот раз он хорошо приготовился,  захватив  с  собой  даже дыхательный аппарат с   запасом  кислорода.  Но  все  его  приготовления оказались напрасными.  Ему так и не удалось больше найти  ту проклятую скалу с обугленным деревом. Не было ее и все! Хоть ты тресни…

     Найти Ефрема  Алексею Строеву тоже не удалось.  Жил тот одиноко в небольшом поселке рядом  с  границей.  Его  соседи сказали, что Ефрем ушел на охоту и больше не вернулся. А тут и приказ подоспел о переводе старшего лейтенанта Строева  на новое место службы. На этом все и закончилось.

     ...Рыбацкий костер догорал,  потрескивая рассыпавшимися в прах, обугленными  сучьями.  У  костра  сидели  мы  вдвоем с подполковником Строевым,  и  он  продолжал   свой   необычный рассказ:

     - ...Так мне больше и не пришлось побывать в тех местах Горного Алтая.  А очень хотелось,  но каждый раз, ты знаешь, что-то мешало.  То дела служебные,  то  личные неурядицы...  Один раз  совсем уж собрался побывать там во время отпуска и облазить все горы в поисках той пещеры.  Но  где  там!  Жена заявила форменный  протест.  Силком утащила  меня  к  нашим старикам в саратовскую деревню...  Скажи мне,  Андрей,  ты как– никак  журналист,    должен   соображать  в  этих  тонких материях, правильно ли я сделал, что не написал  рапорт  по начальству о  тех  событиях прямо по горячим следам?  Может, если бы я все в том рапорте изложил, как было, не пропала бы та пещера,  а?  Начальство  бы организовало туда экспедицию, привлекло бы ученых... Как считаешь?
 
 
    Я молчал, раздумывая над вопросом. Не выдержав, Алексей Иванович махнул рукой:

     - А впрочем, я и сам знаю, что ты скажешь. Скажешь, что меня бы после этого рапорта из кадров поперли.  И  правильно бы сделали!   Зачем,  скажи  на  милость,  нам  на  заставах сумасшедшие?.. И правильно!  Бог  не  захочет  – и  пузырь  не вскочит!

     - А это ты к чему? - не понял я.

     - Да  все  к тому же.  Думаю,  что какие-то высшие силы помешали нам с Ефремом тогда  открыть  тот  ход  для  людей. Видно, не  настало  еще  время узнать человечеству подлинную правду о прошлом, настоящем и будущем нашей планеты…

   Я слушал своего давнего товарища по совместным рыбалкам и охотам  и  никак  не мог  усомниться  в  правдивости  его рассказа.  Фантазиями этот честный служака раньше никогда не отличался…

   С опубликования этой истории в центральной пограничной газете,  в штате которой я состою вот уже добрых десять лет в должности специального корреспондента, все и началось. Мои коллеги сразу же разделились на два лагеря. Одни утверждали, что ничего невероятного в воспоминаниях старого опытного пограничника нет – не такое еще в пограничной жизни случается. Другие напрочь  отвергали саму возможность «невероятной реальности», называя россказни Алексея Строева не иначе, как больной фантазией. И только главный редактор таинственно отмалчивался да усмехался в ответ на развернувшуюся дискуссию в издательских коридорах. Его устраивало, что мой материал наделал шуму и среди наших читателей-пограничников. Теперь дня не проходило, чтобы в адрес редакции не поступило очередное письмо с новой «невероятной историей». Одна из них его особенно заинтересовала.

    - Вот что, капитан Соматов, - сказал он, вызвав меня в кабинет. – Отправляйтесь на северо-западную границу. Дело там серьезное… Письмо оттуда поступило. Вам, как специалисту по «аномальным пограничным проблемам», и карты в руки. Разберитесь  там во всем как следует.

    - Есть разобраться как следует! – ответил я и, развернувшись на каблуках, отправился   собираться в очередную командировку на границу.


                Новелла вторая

                Серебряный туман

     "Не поверите,  но  та  "Тойота",  увязшая  всеми своими четырьмя колесами в болоте,  до сих пор стоит у  меня  перед глазами!.. Но сначала пару слов о себе.  Сержант Гордин. Имя - Максимилиан.  Длинно? Поэтому ребята на заставе чаще зовут меня  просто  - Канада.  Почему  Канада?  Это  мое  любимое словечко.  Повторяю его когда надо и не надо. Так вот,   ту   совсем   новенькую  иномарку  мы  с  моим напарником рядовым Дробышевым,  уволившимся в запас  прошлой осенью, обнаружили, когда возвращались из дозора и проходили по кромке того самого болота,  о котором я  уже  упоминал  в самом начале. – Гляди, тридцать градусов правее срубленной березы!  - неожиданно воскликнул Дробышев, останавливаясь как вкопанный метрах в пяти от меня.

     Я пригляделся   в   направлении,  подсказанном   младшим наряда, и увидел в утренней дымке темный силуэт  автомобиля. Это уже   потом,  когда  мы  подобрались  к нему  вплотную, перепрыгивая с кочки на кочку,  я разглядел синию "Тойоту" в деталях, подметил  даже  то,  что  она здорово накренилась в левую сторону,  а  правая   дверца   со стороны   водителя распахнута настежь. Такая вот хреновая Канада получалась!..

     Пока Дробышев связывался по  рации  с  заставой,  чтобы доложить о нашей необычной находке, я осмотрел кабину машины изнутри. Какого же было мое удивление, когда  я  увидел  на заднем сидении...  лоток  с еще горячими пирожками!  Затем я проверил "бардачок" и нашел там кожаное портмоне,  в котором лежало только  водительское  удостоверение.  С фотографии на документе на  меня  глянули  глаза  лысоватого  мужчины  лет сорока с  двойным  подбородком.  Ну, думаю,  хреновая Канада!

   Никак    этот     облик     не     соответствует     обличию среднестатистического нарушителя, который я себе воображаю.      Пока я так размышлял,  "Тойота" погрузилась  в трясину еще на  несколько сантиметров.  Сообразив,  что оставаться в кабине небезопасно,  я вылез наружу и сделал  это  вовремя. Машина резко стала тонуть, пуская здоровенные пузыри.

     - С заставы уже выслали  тревожную  группу,  -  доложил младший наряда.  -  Нам приказано преследовать нарушителя и задержать его.

     Следы от  мужских  ботинок,  уходящие  в  наш  тыл,  мы обнаружили почти одновременно. Вот тогда-то и началось самое интересное -  ползание по болоту!..  Оба мы вымазались,  как черти, но след не потеряли.  Минут  через  сорок,  когда  до сухой  земли оставалось  каких-нибудь  метров пятьдесят,  я разглядел лысую,  как бильярдный шар, голову,  торчащую  из топи  рядом с мшистой кочкой.  Утопающий даже кричать не мог от страха, только широко разевал рот, цепляясь обеими руками за какой-то хилый кустик.

     Дробышев подбежал к нарушителю первым и сразу  же  взял его на "мушку". Поэтому вытаскивать этого борова из грязюки пришлось лично мне,  хотя, если честно, было такое нехорошее желание дать   нарушителю   возможность   утопнуть.   Меньше мороки... В общем,  вытащил  я  кое-как  толстяка  и  помог перебраться ему в более безопасное место. А тут очень кстати показалась  и   наша   "тревожка",   возглавляемая   старшим прапорщиком Деевым.

     - Что тут у вас?  -  спросил  старшина  заставы,  когда добрался к нам.

     Я, как положено,  доложил, что, мол, так и так – задержан опасный нарушитель, прибывший к нам на собственной иномарке. В наличии  имеется   даже   его   собственное водительское удостоверение.

     - Сержант Гордин,  что это вы  городите?  -  нахмурился старшина.  - Какая такая иномарка? Как она вообще могла сюда проехать? Это же самое гиблое место на территории всей нашей комендатуры…

     Вот тогда и я впервые задумался над  тем  же  вопросом: как эта самая "Тойота" могла проехать по болотам, не оставив при этом  никаких  следов?  Только  если  ее  к  нам  в тыл доставили вертолетом.  Но  никакой вертолет за время несения службы на этом участке границы даже не появлялся.  В этом  я мог поклясться.

     Когда задержанный  несколько оклемался,  то сразу начал истово молиться,  пав на колени и воздев руки  к  небу.  Наш старшина, немного владевший финским языком, перевел:

     - Что-то  у  лысого   с   головой...   Повторяет,   как заведенный, одно и то же:  "Спаси, Господи!" и "Изыди, бесовское отродье…".

     - Товарищ  старший прапорщик,  спросите у него,  как он здесь оказался, - посоветовал мой напарник Дробышев.

     Поговорив несколько   минут   с   нарушителем,  старший прапорщик только развел руками:

     - Не  понимаю!  Он  представляется,  как  Урво Муоннен, кулинар из финского  города  Хюрюнсалмк,  который  находится более чем  в  сотне километров от нашей границы.  Что-то там бормочет о  кознях  дьявола,  наказавшего  его  за  чересчур праведный образ  жизни.  Талдычит  про  какой-то "серебряный туман", который якобы унес его  вместе  с  машиной  прямо  с пригородного шоссе,  ведущего  в его родной город,  когда он вез продукцию  из  своей  пекарни...  Ну  вот,  теперь снова молится...  Как говорится в таких случаях:  молебен  пет,  а толку нет!

     Да, припомнился мне еще такой факт,  пирожки-то были еще горячими, когда я осматривал "Тойоту"!

     Короче говоря,  странного   нарушителя   отправили   на  заставу, а  нам  с Дробышевым было приказано снова облазить это чертово болото из конца в конец…"

     Весь этот рассказ-монолог сержанта Гордина я записал на диктофон, а  по возвращении  в  столицу,  прокрутил  запись своему старинному другу Александру Владимировичу Музылеву  – профессору Московского     государственного    университета, который в  свободное  от  преподавательской  работы   время, активно занимался проблемами уфологии.

     Прослушав запись, профессор совсем не удивился.

     - Про серебряный туман - это здорово подмечено! Об этом тумане  много  пишут в уфологической литературе.  К примеру, автор  Непомнящий  в  своей  книги  "Странники вселенной", упоминает о неком адвокате из Буэнос-Айреса,  который вместе с женой и друзьями проводил время за городом. Когда компания на двух машинах возвращалась в город, одна из машин пропала. Вот она была – и нету!  Обеспокоенные друзья заехали домой  к адвокату.  Но там никого не оказалось.  И только спустя двое суток им поступило сообщение  из  аргентинского  посольства, находящегося  в  Нью-Мексико,  что  адвокат  и его  супруга живы-здоровы и готовы отправиться домой.  Только вот то, как они  попали  в Мексику,  которая  находится  в  добрых пяти тысячах  километров  от  Аргентины,  никто из  них   толком объяснить  так и не смог.  Говорили только,  что попали в какой-то "серебряный  туман".  Их  автомобиль  оказался   в   рабочем состоянии,  но  было  такое впечатление,  что  красный лак, покрывавший  машину,  стал  прозрачным,  как  будто   кто-то прошелся  по  нему  пламенем  горелки  сварочного  аппарата. Случилось это в 1958 году. Такие вот дела творит этот самый "серебряный туман". Что это такое? Хотелось бы и мне это знать…

– Это черт знает что, а не репортаж, товарищ капитан! – сказал мне главный редактор, прочитав мой журналистский отчет о командировке. – Если бы ваш первый материал под названием «Ход в неведомое» не наделал столько шума, я бы ваш «Серебряный туман» близко не пустил на страницы нашего серьезного издания. Но чем черт не шутит!.. Передайте ответственному секретарю, чтобы поставил эту историю в текущий номер на последнюю полосу…

               
                Новелла третья

                Другая Земля

     Тот загранпаспорт  был  оформлен  абсолютно правильно, и контролер отделения пограничного контроля  одного  из  южных аэропортов прапорщик  Нина  Забелина  никак не могла понять, почему все   еще   рассматривает   паспортную    фотографию, сличая ее  с чертами лица,  стоявшего перед ней темнокожего пассажира рейса, прибывшего из Тель-Авива.

     Самый обыкновенный      представитель      африканского континента с  толстым носом  и   чуть   ли   не   наизнанку вывернутыми губами.  Ничего особенного!  Но почему же тогда профессиональная интуиция  подсказывает  ей,  что  с   этими документами не все в порядке?

     Решив, что паспорт жителя Туадора  необходимо  показать старшему контролеру, Забелина  вызвала  опытного  старшего прапорщика Воронцова,  который тоже не смог выявить  никаких погрешностей. Тогда-то дело и дошло до начальника ОПК майора Сергея Кубатова.

     - В  какой стране,  говорите,  выданы эти документы?  - переспросил он Воронцова.

     - В Туадоре,  - ответил старший прапорщик. - Это где-то в Африке...

     - Пригласите   ко  мне  обладателя  этого  паспорта!  - потребовал майор.  - А на будущее  учтите,  что  нет  такой страны ни  в  Африке,  ни  на  одном другом континенте нашей Земли-старушки. Лучше географию надо изучать!

     Вошедший пассажир  сносно  объяснялся  на  английском, и Кубатов, владевший  этим  языком  в   совершенстве,   быстро выяснил, что  господин  Нуари  Тхакубо  прибыл  в Россию для ведения переговоров с партнерами по бизнесу.

     - Будем  поставлять  в вашу страну маринованных червей, питательный морской планктон  и  суфле  из  медуз,  которые водятся только в Туадорском проливе, - пояснил пассажир.

     - Значит,  медузы из Туадорского пролива? – переспросил майор, хитро щурясь и теребя щеточку черных усов над верхней губой. - И где же этот ваш Туадорский пролив располагается?

     - На старом месте в Индуизском океане, - чувствовалось, что африканец начинает раздражаться.  - Я не  понимаю  ваших странных намеков!

     - Перед вами на  стене  карта  мира,  -  вставая  из-за стола, произнес Кубатов.  - Укажите мне место, где находится ваша страна.

     - Да  вот же она!  Между Танзанией и Мозамбиком!  А вот здесь Туадорский пролив!  - африканец, почти не  глядя,  ткнул пальцев в какую-то точку на карте.

     - Нет там никакого Туадора и никогда не было! – повысил голос и  начальник ОПК.  - А вместо Туадорского пролива есть Мозамбикский пролив,   отделяющий   остров   Мадагаскар   от Африканского континента. Да и с Индуизским океаном вы что-то напутали. У нас имеется Индийский океан!..

     - Констримо салаветти!  - вскрикнул африканец, хватаясь за голову. - Это просто какой-то дурной сон! - перевел он на английский свое предыдущее высказывание. - Я совсем ничего не понимаю. Куда я попал?..  Я что,  уже  умер  и  оказался  на изнанке Земли? Констримо салаветти! Можете взглянуть на мою карту... Она другая!

     И действительно,  на  карте,  предъявленной  пассажиром авиарейса из Тель-Авива, была другая Земля. Очень похожая, но другая.  О  чем мог подумать в такой ситуации начальник ОПК? Да о том,  что все это происки разведок каких-то неизвестных стран,  а  Нуари  Тхакубо агент  этих  разведок.  Так  он и подумал.

     Особенно эта мысль укоренилась в нем  через  два  часа, когда задержанный гражданин  несуществующей страны Туадор бесследно исчез из закрытого помещения в аэропорту, временно оборудованного под изолятор…

     - ...Все в мире творится не нашим умом, а божьим судом! - так сказал ветеран пограничных войск полковник в  отставке Петр Алексеевич    Кубатов,    с    которым   мне   довелось познакомиться в длинной очереди у кабинета  врача-терапевта.

    - Эту историю мне поведал мой младший сын Сергей,  который и служит сейчас начальником ОПК в аэропорту.  А  вы  говорите, что все в этом мире изучено и изведано. Это далеко не так! А в подтверждение этой  мысли  готов  поведать  вам  еще  одну историю, происшедшую  с  моим  старшим  сыном  полковником Андреем  Кубатовым.  Тем  более, что  впереди  еще  большая очередь. Так вот…

     ...Полковнику Кубатову в ту февральскую ночь совсем  не спалось. Ворочаясь на диване,  он думал о том,  что еще один отпуск бездарно пропадает.  А он-то так мечтал отправиться в далекую  Бразилию на всемирно известный ежегодный карнавал в Рио-де-Жанейро. С этой целью он даже с отпуском подгадал  на февраль–месяц.  Но  нет,  в последний  момент  дела  службы потребовали отменить отпуск.  И вот теперь  Андрею Кубатову оставалось только  надеяться,  что  хоть  во  сне  он сможет увидеть красочный карнавал,  спляшет  самбу  с   темнокожей красоткой…

     Наконец он уснул  и  увидел  себя  там,  на  карнавале!

     Как говорится  в таких случаях,  сон в руку.  Какого же было удивление Кубатова, когда через два дня, вернувшись со службы, он  услышал  рассерженный  голос  жены, сидевшей  у телевизора вместе с детьми.

     - Смотрите-ка,  детки,  да  это  же  ваш  родной  папка пляшет!..

     - Где пляшет?.. - не понял Кубатов, вбегая в гостиную. - Кто пляшет?

     И он увидел на экране цветного телевизора самого себя в парадной офицерской форме танцующего самбу с  полуобнаженной красавицей. И  самое  ужасное  -  он  даже вспомнил,  как ее зовут! Инес…

     Семейный скандал назрел моментально.

     - Так-то ты отдаешься делам службы!  - кричала  супруга полковника Кубатова.  - Ни  я,  ни  дети не видим его почти круглые сутки!  А он,  стало быть, по всяким Бразилиям шастает да с неприличными женщинами танцует!..

     Что мог ответить на эти упреки Кубатов? Ни-че-го.

     -...Вот  так  они  и  поссорились.  Нам  с бабкой даже пришлось специально слетать на Дальний Восток, чтобы помирить старшего сына   с  невесткой.  Ну и  как  подобное можно  объяснить? Не знаю,  - развел руками ветеран. - Правда, один очень ученый человек,  когда  я  все  это  ему  рассказал, пояснил, что в случае со старшим сыном имело место  какое-то "мен-таль-ное про-е-ци-ро-ва-ние",   -  медленно  по  слогам проговорил Кубатов-старший.  - А в случае  с  "заблудившимся пассажиром"  мой  младший  сын столкнулся с самым настоящим жителем  другой  Земли,  которых,  как  оказывается,   целых семь!..  Но, думаю, что все это досужие интеллигентские выдумки… Ну, все! Моя очередь подошла.

    …После опубликования этой истории меня вызвал «на ковер» руководитель контрольно-пропускной службы всей страны.

    - Нехорошо,  товарищ капитан, наводить тень на плетень, -  попенял он мне. – Из ваших писаний получается, что у нас только начальники отделений пограничного контроля в совершенстве знают географию. Ошибаетесь! Наши контрактники и контрактницы тоже сведущи в географии. И уж способны, поверьте мне, сразу определить, что никакой такой страны под названием Туадор на нашей Земле не существует. Так что подготовьте опровержение. А заодно напишите и о том, что наши полковники по ночам о бразильских карнавалах даже и не мечтают.  У них сил на это не остается. А думают они только о делах  службы!
      
    Пришлось написать, но не опровержение, а положительный репортаж о хорошем, просто отличном знании географии всеми пограничными контролерами.


               
                Новелла четвертая

                Таблетки бессмертия

     - До  сих пор не могу поверить во всю эту историю...  - так начал  свой  рассказ майор  медицинской   службы   Петр Владимирович Сергунов.

     Еще десять  минут  назад,  когда  мы  познакомились   с опытным   военным хирургом  в  ординаторской  одного  из окружных пограничных  госпиталей,  майор Сергунов  даже  не собирался предаваться воспоминаниям, поскольку только-только закончил операцию,  а через полчаса его ожидала  новая,  еще более сложная. Но все же…

     - ...Верите ли,  я всегда считал себя человеком  сугубо прагматичным, далеким от всяких там фантазий и вымыслов,  но с недавних пор, а именно два года назад, понял, что на нашей планете еще много всяческих загадок и тайн. Впрочем, ближе к делу. Служил я тогда в небольшом военном госпитале  рядом  с армянско-турецкой границей.  Однажды ко мне на прием привели пожилого армянина - отца начальника заставы капитана Аветиса Матевосяна. Он  был совсем плох.  И хотя ему необходимо было оперативное вмешательство по поводу застарелой язвы желудка, я сразу  понял,  что  мой  пациент  операции  этой просто не перенесет. Да и вообще его организм был  настолько  изношен, что  мне,  как опытному медику,  не составляло труда составить самый пессимистичный  прогноз.  Этому  человеку оставалось жить   считанные   недели,   о   чем   я   честно  и  сказал офицеру-пограничнику…

     Обычные врачебные дела как-то затушевали воспоминания о том неприятном разговоре,  но когда  через  пару  месяцев  я вновь встретился с капитаном Матевосяном,  то припомнил свой печальный прогноз в отношении жизни его  престарелого  отца.

   Разумеется,  я  сразу  же  попытался  принести капитану свои соболезнования, ни на минуту не сомневаясь, что его отец уже распрощался с земным существованием. Можете представить себе мое недоумение, когда улыбающийся Аветис Матевосян произнес:

   - Мой отец жив и чувствует себя превосходно!

   Тут я очень засомневался в здравом рассудке капитана  и уже   совсем  собирался вызвать  для  срочной  консультации врача-психиатра,  как  вдруг  припомнил  старинную горскую поговорку,  гласившую: не дав договорить, не спеши колотить.

   Поэтому я решил несколько повременить с вызовом психиатра…

     Вот о чем дальше поведал мне капитан Матевосян:

     - После  вашего  диагноза  я  решил  отвезти отца в то горное селение,  где он родился.  Подумал,  что  ему  будет приятно в  последний раз увидеть родные горы.  Всего три дня мне удалось побыть с ним, а потом... Понимаете, я уже совсем было собрался уезжать к себе на заставу, как вдруг на третий день в  наш  дом  пришел  странный  человек, больше   всего напоминавший монаха-отшельника.  Да  он  и на самом деле был отшельником, ютился в одной из пещер на горе Арарат. Об этом мне потом  сказали местные старики.  Так вот!  Этот странный человек осмотрел отца,  находившегося без памяти,  и  сказал, что поможет  излечить его.  Все равно терять моему отцу было уже нечего, и я дал свое согласие. Тогда отшельник приготовил какой-то странный   отвар   из  двух  крупинок,  похожих  на муравьиные яйца.  Затем  произнес  слова  длинной   молитвы, которые я  даже  не смог запомнить,  хотя с детства гордился своей хорошей памятью.  "Вот и все,  - сказал он.  -  Через сорок дней   я   дам   вашему  отцу  третью  крупинку –  и  он поправится". Конечно, все это больше напоминало обыкновенное знахарство, и  я не особенно доверился этим обещаниям.  Через сорок дней я всеми правдами  и  неправдами  выхлопотал  себе небольшой отпуск  и снова навестил отца.  Каково же было мое удивление, когда я  увидел  отца  совсем  здоровым.  Он  работал по дому и сделал столько,  что можно было только диву даваться. А отблагодарить монаха-отшельника мне так и не удалось.  Он пробыл  с  отцом  ровно  сорок  дней,  а  потом удалился в свою пещерную келью…

     Выслушав этот   рассказ,  больше  похожий  на  бред,  я осторожно попенял чересчур доверчивому капитану:

     - Нельзя так безоглядно доверяться всяким шарлатанам... Вы же просвещенный человек!  А что касается  вашего  отца... Бывают, знаете  ли,  случаи  временного  улучшения здоровья. Особенно часто это случается перед самой  кончиной…  Поэтому не стоит слишком уж надеяться на...      И тут,  поверите ли,  у меня рот открылся от изумления! На пороге  моего  кабинета  стоял отец офицера,  нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.  И  это  был  совершенно  другой человек, быстрый, подтянутый.

     - Сколько  можно сидеть в приемной?  - спросил он.  – У меня сегодня еще много дел в городе.

     - Вот мой папа!  - с гордостью сказал капитан. – Совсем здоровый! Прибыл на контрольный осмотр.

     Я бросил все свои дела  и битых  два  часа  осматривал  необычного пациента. У него  были свои,  новые зубы!  Черные как смоль волосы.  Да такие густые и жесткие,  что зубья расчески ломались. И при всем при том абсолютно никакой язвы желудка! Даже след ее отсутствовал   на   рентгеновском   снимке...   Было   такое впечатление,  что мой пациент скинул в одночасье  сразу  лет пятьдесят,  если  не  больше.  А может быть,  это был совсем другой человек?..      Перед тем,  как распрощаться с отцом и сыном Матевосянами, я упросил  их  дать  мне  адрес  монаха-отшельника.  Он  был следующим: "Гора Арарат. Восточный склон.  Пещерный город".

    Искать  отшельника по такому адресу было занятием совсем несерьезным. Однако  я попытался  найти  этого  отшельника   и выведать у  него секрет его крупинок,  похожих на муравьиные яйца…

     Договорить Сергунову  не дали.  В ординаторскую зашла медсестра и позвала врача в операционную.      Так и   не   удалось   мне   узнать,   нашел  ли  майор таинственного отшельника или нет.  Впрочем,  даже если бы  и нашел, то  вряд  ли монах передал бы ему рецепт таинственных "таблеток бессмертия".   Впрочем,   кто   знает?   Мне    же припомнилась другая,  похожая  история,  которую я услышал  во время своего недавнего путешествия по Индии. У местных йогов существует древняя  практика  омоложения организма.  Очистив организм, залепив  себе  уши  и  нос  пчелиным  воском,  они погружаются в  состояние  "самадхи".  В  этом  состоянии "ни жизни, ни смерти" они пребывают по сорок дней. После чего их возвращают  к  нормальной  жизни  с  помощью горячей воды и массажа.  У них это называется "кайя-калпа"  -  возвращением молодости. По крайней  мере,  индийцу  по имени Тапасвиджи,  годы жизни которого составляют с 1770-го по 1956-й,  удалось в совершенстве овладеть этой самой "кайя-калпой". Но и он не самый закоренелый  долгожитель  на   Земле.   Некий   немец Папалиус,  проведя  много лет в плену у сарацин,  научился с помощью тайного снадобья продлевать себе  жизнь.  Прожил  он добрых  пятьсот  лет!  Об  этом пишет средневековый ученый и философ Роджер Бэкон.

   Но и  это,  оказывается,  не  предел!   Тот   же   индиец Тапасвиджи оставил воспоминания о неком старике-отшельнике, встреченном им в Гималаях, прожившем пять тысяч лет...

   Жаль, что обо всем  этом  я  не  успел  поведать  доктору Сергунову. Может   быть, узнав   о   других   исторических прецедентах  долгожительства,  он  не   так   удивлялся   бы необычайному    выздоровлению,   скорее   даже   воскрешению престарелого армянина. Кто знает?..

   …На следующий день после того, как «Таблетки бессмертия» вышли в свет, в мой кабинет постучался наш фотокорреспондент старший прапорщик Петраков. Честно говоря, ничего хорошего от этого визита я не ожидал, поскольку знал Петракова как человека, яростно ненавидящего «всяческую неправду». Он являлся самым язвительным критиком моих «феноменальных историй» на редакционных летучках. Но сейчас он был «тише воды, ниже травы»…

    - Мой прадед, Федор Андреевич, прожил нелегкую боевую жизнь, - начал он прямо с порога. - Смерть подстерегала его на каждом шагу, ведь он был участником  трех  войн. Умер он совсем недавно. Знаете, сколько ему было лет? Сто пять! А моя прабабка все еще жива!.. Прадед называл ее колдуньей и вещуньей. Она знает секретные заговоры, которые, по мнению Федора Андреевича, спасали его в самых безнадежных ситуациях. Мне кажется, что и у моей прабабки имеются какие–то секретные таблетки. Только она молчит про них. Но я обязательно добьюсь правды от нее и… расскажу об этом на страницах нашей газеты.
    
    Прошел уже  целый год, но пока еще старший прапорщик так и не расколол свою прародительницу, которая разменяла уже одиннадцатый десяток лет жизни…


                Новелла пятая

                Крошка Кюсю

   Эту историю до сих пор передают из уст в уста на одной из погранзастав в Якутии.

   А началось  все  с  того,  что  старшина   заставы   Иван Алексеевич  Кругликов  как-то  отправился  на  подледный лов рыбы.  Клевало в тот день на озере просто отвратительно. За все  хмурое  утро  старшина выудил пару небольших окуньков и десяток ершей.  Наконец, вспомнив из рыбацкой  теории,  что существует   такое  понятие,  как  "январский  замор рыбы", старшина решил плюнуть на бестолковое занятие и  отправиться на заставу.  Он уже смотал зимние удочки,  спрятал их в свой ящичек,  как вдруг оторопел  от  неожиданности. Из  большой лунки, находившейся метрах в десяти от места рыбалки, на лед выскочила довольно крупная щука. Попрыгав на январском морозце с минутку, она затихла.

   Хозяйственный старшина, разумеется, тут же решил прибрать дармовую   хищницу  к своим  рукам,  но  опоздал  всего  на мгновение.  Из лунки выбросило фонтан  воды,  а  за ним  на поверхность выметнулась длинная шея с маленькой птичьей головкой неизвестного Кругликову животного.    Честно говоря,   испугаться  старшина  просто  не  успел, потому что монстр в считанные секунды ухватил щуку за бок и вместе с ней был таков, сгинув в пучине.

   С тех самых пор  Кругликов  потерял  покой.  Все  у  него валилось   из   рук. Обратив  на  это  внимание,  тогдашний начальник заставы даже пригрозил отправить сверхсрочника  на заслуженный отдых несколько раньше положенного срока. Но все это кончилось к весне  как-то  само  собой.  Старшина  снова повеселел и стал справляться со своими нелегкими обязанностями лучше прежнего.

   Первым на заставе, кто заметил, что со старшиной творится что-то  неладное,  был ефрейтор   Пономарчук.   Он  исполнял обязанности каптерщика на заставе и  потому особенно  приглядывался к начальнику.  Именно он обратил внимание на то,  что старшина повадился  носить остатки пищи из столовой на озеро.  Больше того,  когда  в  солдатском меню  значились  гороховая  или перловая каша,  то Кругликов выдавал повару двойную,  а то и тройную  норму  исходного  продукта.   Это   было   особенно подозрительно.

    Разобраться в странностях  поведения старшины-сверхсрочника    Пономарчук   смог только   через несколько  дней.   Возвращаясь  из   дозора,   он   приметил человеческую фигуру  в  сгущающихся сумерках,  тащившую два полных ведра каши в сторону озера. Проследив за  действиями Кругликова  (а это  был именно он!) в бинокль, ефрейтор увидел такое,  от чего чуть ли не стал заикой.  Старшина скармливал кашу какому-то чудищу, которое брало пищу чуть ли не из его рук!.. Больше того! После этой странной кормежки благодарная животина бросала к ногам старшины здоровенных рыбин.  Только теперь до ефрейтора Пономарчука дошло,  почему все  последнее время  на  заставе  не переводилась свежая рыба самых разных сортов.

   Объясниться с  Кругликовым  Пономарчук  решил  в  тот  же вечер.  К сожалению, этого разговора на заставе  не  слышал никто.  Поэтому  никто  так  и  не  узнал,  о  чем говорили начальник с подчиненным. Только после этого уже два человека регулярно таскались на озеро с полными ведрами помоев.    Кончилась же вся эта идиллия тем, что однажды летом, когда старшина отбыл в очередной отпуск,  а каптерщик сломал ногу и угодил в лазарет, кто-то напал на служебную собаку по кличке  Тимур.  Ефрейтор  Собяко  - проводник  Тимура – так рассказывал потом о случившемся:

   - Иду я, стало быть, вдоль озера, возвращаясь после наряда, любуюсь вечерним закатом солнца и вдруг чую неладное...  Мой бесстрашный  Тимур  гавкает  и  бросается  к самой воде.  Но оттуда высовывается  огромная  пасть  и  хватает  Тимура  за ухо!..  Я среагировал  мгновенно!  Схватил  автомат  и  дал очередь поверх головы  Тимура.  Чудище обиженно  взвыло  и, отпустив ухо моего верного пса, ретировалось восвояси. Потом мне долго пришлось вместе  с  нашим  ветеринаром  залечивать рваную   рану   на  левом  ухе Тимура,  оставленную  зубами неизвестного чудовища…

   Когда же старшина Кругликов вернулся из отпуска и узнал о случившемся от ефрейтора Собяко, то долго переживал. А потом решил  провести  с  личным  составом заставы беседу на тему «Правильные взаимоотношения человека с животным  миром».  На этой   беседе   он   сделал  выговор  ефрейтору  Собяко  «за неуставное применение огнестрельного оружия во время встречи с  домашним  животным».  На  что  ефрейтор ответил следующим образом:

   - Это  было  неизвестное  науке  чудовище!  Оно  хотело сожрать Тимура, и  я  никак  не  мог  пройти  мимо  подобного вопиющего факта...
   - Может,  науке  это  животное  пока  еще  неизвестно,  - ответил старшина.  - Зато оно хорошо известно мне! Его зовут Кюсю.  Он еще маленький.  Весит всего несколько тонн. Мы  с ефрейтором  Пономарчуком специально его прикармливали,  чтобы изучить его повадки получше.  За это он снабжал  нас  свежей рыбой.  Кстати сказать, у нашего Кюсю очень гордый нрав... И так  небрежно  оборвать  выстрелами  сложившиеся   дружеские отношения, подорвать доверие животного к человеку мог только очень некультурный человек.  Кюсю  наверняка  хотел просто поиграть  с  песиком.  Теперь  же  он  смертельно обиделся и больше к нам не вернется…

   Последние слова старшины стали пророческими. Крошка Кюсю, как стали называть монстрика все на заставе,  больше в озере не появлялся.  Наверное, уплыл в устье Лены, а оттуда в море Лаптевых.

   И только  через  два года пришло известие о крошке Кюсю. Километрах в трехстах от заставы  кто-то  напал  на  лагерь геологов,  разбитый  на  берегу  озера  Лакбынкар.  При этом пострадала  только  лошадь.  Ее  останки  были  найдены   на следующее утро у самой кромки воды.

   - ...А вы  мне  про  какое-то  там  лох-несское  чудовище упоминаете,    -   заканчивая свой   рассказ,   проговорил подполковник  Федюнин,  представитель   штаба   пограничного отряда,  сопровождавший меня в поездке по якутским заставам. - Да у нас своих монстров хватает!  Просто  нет  надлежащей рекламы.  А  то  бы в наше припограничье столько туристов из разных стран понаехало,  что только деньги собирай...  Это к вопросу о достаточном финансировании нашей погранслужбы!

   Как говорится, тайну слово выдает.

   Давно уже уволились с границы старшина Кругликов, ефрейторы Пономарчук  и Собяко,  но история их  «отношений»  с крошкой Кюсю - младшей сестрой всем хорошо известной Несси - все еще живет среди пограничников нового призыва.  И тут  уж ничего ни прибавить, ни убавить.     Хотя еще   можно    сказать    вот    о    чем.    Пока ученые-криптозоологи  многих  стран  безуспешно  бьются  над разрешением научной загадки о том, существуют на самом деле динозавры  или нет,  ушлые бизнесмены делают огромные деньги на   естественном   интересе   простых   людей   ко    всему таинственному и неизвестному,  в том числе и к Несси.  Но не только  к  Несси.  Оказывается,  братья   и   сестры   этого динозаврика  все  еще живут и благоденствуют в озере Теле на территории африканского Конго,  где местные жители зовут их Мокеле мбембе. Водится свой монстрик и в озере Науэль-Уапи в курортном районе городка Барилоче на  территории  Аргентины, там местные жители ласково зовут его Науэлито.  У норвежцев своя «Несси», и зовут ее Сельма. Обитает она  неподалеку  от  городка   Сельорд.  И  это  далеко  не  полный  список  всех динозавров, живущих на нашей планете. Но больше всего их, по утверждению подполковника Федюнина,  проживает на территории России, в самых труднодоступных местах. Вот только относимся мы к этим  богатствам очень уж бестолково…

   …А вот какое письмо получила редакция газеты после опубликования «Крошки Кюсю».

   «Пишет вам капитан-лейтенант Чуб с базы пограничных катеров на Каспии. Однажды мы задержали браконьерское судно с грузом осетровых рыб и черной икры на борту. Лично меня поразило необычное поведение капитана этого судна. Он был страшно напуган. Сказал, что перед самым задержанием самолично наблюдал в дельте Волги огромного динозавра, лакомившегося стокилограммовым сомом… После этого он даже не мог отдавать четкие команды своим матросам, так у него дрожал голос и дергалась левая щека.

    - Если бы не эта  чертова Кюсю,  - сказал он в самом конце,  - вам бы  сроду не догнать мое судно со сверхмощным двигателем.
      
    Видать, даже браконьеры читают ваши удивительные истории из цикла «Феноменальная граница».


                Новелла шестая

                Вечные отметины


     Старшина заставы, откашлявшись, произнес:

     - Эта ворона нам не оборона!

     Такой присказкой старший прапорщик Пантюхин начинал все свои истории,  которые  рассказывал  в   свободные   минутки молодым пограничникам.

     - Как вы знаете,  рядовой Матюхин сегодня отличился  во время несения   службы на  наблюдательной  вышке.  Заметив нарушителя аж на полуострове Ялта,  он в течение всей  смены усиленно наблюдал за ним,  пока в конце концов не догадался: "Да это же памятник!". Все  правильно,  товарищ  Матюхин.  Вы в самом  деле  обнаружили постоянного "нарушителя" на нашем полуострове Средний,   который    российские пограничники оберегают и  защищают аж с двадцатых годов прошлого века.  А во время Великой Отечественной войны  на  полуострове  Ялта, названном так  из-за  того,  что настоящая  солнечная  Ялта расположена черт знает  в  какой  дали,  здесь  базировались катерники-североморцы. Да  и  вообще,  скажу  вам,  товарищи пограничники, в этих местах шли  такие  жестокие  бои,  что земля до  сих пор хранит здесь множество свидетельств ратных подвигов наших воинов.  Одно то,  что горные егеря -  особые немецкие части - не прошли дальше финской границы, говорит о многом... Но  вернемся  к  рядовому  Матюхину, -  продолжал старшина заставы.  - Хоть он и молодец, но самым первым, кто обнаружил нарушителя на Ялте был не он.  Это был я.  Честное слово... Правда, тогда я был еще таким же зеленым погранцом, как и вы сейчас...  Однако нарушителя заметил с вышки сразу. Как положено  в таких случаях, доложил дежурному по заставе.

   Глядь,  через несколько минут к Ялте на  всех  парах  мчится наша  тревожная  группа... А  тогда,  надо  знать,  на Ялте никакого памятника еще и в помине не  было...  Понимаете,  в чем  загвоздка?  С  тех  самых пор на Ялте чуть ли не каждый божий  день  появлялась таинственная   фигура   нарушителя, которого нам не удавалось задержать даже с помощью служебных собак.  А потом у нас в гостях побывала делегация  ветеранов Северного  флота. Они-то  нам и разобъяснили,  что на месте бывшей базы  катеров-торпедоносцев,  куда  не вернулось  из боевых   походов  много  военных  моряков,  могут  и  сейчас появляться туманные  силуэты  героического  прошлого...  Вот после  этой  встречи  с ветеранами и решено было воздвигнуть памятник героям-катерникам на берегу  залива  Саренмутка.  И все же  по  сей  день молодые пограничники видят там фигуру "нарушителя"…

     Сделав паузу, Пантюхин снова заговорил:

     - Олень  быстр бывает,  да от смерти не утекает.  Это я уже перехожу  к  другой истории...  А   произошла   она   в восьмидесятых годах   совсем   недалеко   от   места нашей дислокации. Там  находится  величественный   горный   хребет Муста-Тунтури, который  и  стал  линией обороны наших воинов против горных егерей. Как-то в один из самых обычных дней на заставу примчался   геолог   с  сообщением  о  том,  что  он обнаружил "действующий штаб противника".  Ему,  конечно,  не поверили... Ну,  какой может  быть "действующий" после того, как минуло почти сорок лет после окончания войны?  И все  же начальник заставы   дал   команду:   "Проверить   агентурное сообщение!". Мы - туда! И что же видим? Ровным счетом ничего. Облазили указанное место,  а никакого "штаба" не обнаружили. И только в  самом  конце,  когда  уже  собирались  убыть  на заставу, слышу я сперва визг собаки по кличке Джек, а за ним голос ефрейтора Дроздова,  раздававшиеся откуда-то снизу, из каменной толщи.  Меня  аж в холодный пот бросило.  Но я свой страх пересилил и,  ухватившись за  автомат,  как  за  оружие возмездия, полез  в  узкую  каменную щель,  которую поначалу даже не заметил. И вот когда я туда совсем уже залез, то...

     - Строиться на боевой расчет!

     Команда прозвучала несколько не вовремя, но бойцы сразу повскакали с  мест, успев  взять слово со старшины,  что он расскажет им о "штабе" потом.

     И, надо отдать должное Пантюхину, он сдержал слово.

     - Два одному рать,  - сказал он в тот же вечер. - Это я к тому,  что  в  пещере  нас двое  оказалось  с  ефрейтором Дроздовым. А уж с Джеком нам и вообще сам черт не  брат! Но тут наш задира Джек хвост поджал... Включил я фонарик и вижу всамделишный штаб: стол с картами, керосиновая лампа, стул, на спинке  которого кобура с пистолетом,  а на самом стуле - немецкий офицер в парадном  мундире  эсэсовца...  Тут  уж  я не выдержал и начал стрелять!

     И только через какое-то  время  мы  узнали,  что  этого фрица застрелили еще до меня,  в сорок четвертом.  С тех пор его тело   му-ми-фи-ци-ро-ва-лось   и,   даже   сказал бы, за-баль-за-ми-ро-ва-лось, -   по   слогам  произнес  старший прапорщик трудные слова и даже пот со  лба  утер,  как  после  непосильной работы. А потом добавил: - Это еще что! Однажды у нас старая немецкая пушка сама стрелять стала, и не по кому-нибудь, а по проверяющим!..  Но  об этом расскажу в другой раз…

   …Как ни странно, но эта история прославила меня по-настоящему. Кто бы ни прочитал о замечательном рассказчике с северной границы старшине учебной заставы старшем прапорщике Пантюхине, сразу норовил поделиться со мной воспоминаниями о своем старшине. Так что в конце концов меня достала эта начальная фраза у многих моих читателей-почитателей: «Это что! А вот у нас был старшина…». Ох уж эти мне старшины!


                Новелла седьмая

                "Как я открыл Атлантиду"

     - Вся  эта  история началась года два назад,  когда наш ПСКР "Кунашир" дрейфовал в районе Северных  Курил,  ближе  к проливу Крузенштерна со стороны океана, - начал свой рассказ капитан-лейтенант Валерий Смирновский.  - Не  буду  утомлять пересказом  всех прелестей  той  самой вахты,  что зовется среди моряков  "собачьей",  но  только  именно  в те  самые предрассветные часы я в первый раз и увидел большой огненный шар,  совершенно беззвучно выскочивший из  воды  по  правому борту.

     "Заметил?.. - спросил я у вахтенного  радиометриста.  - Цель сопровождаешь?"

     "Никак нет! - отрапортовал матрос Вобчук. - Приборы цель не фиксируют..."

     Что за притча?  Должно быть  померещилось, подумалось тогда мне. Но  все  же  в вахтенном  журнале  я сделал положенную запись,  отметив время и координаты  подобной невидали.  За что, надо сказать, и получил от командира на орехи: "Служить надо на вахте, а не фантастику читать!".


     Все бы  ладно,  да  только  ровно  через год тютелька в тютельку в том же самом  районе  безбрежного  Тихого  океана снова я  сподобился увидеть тот же проклятый шар.  И на этот раз прямо средь бела дня на траверзе острова Кетой... Но что за напасть,  снова,  кроме  меня,  никто  на  судне  ничего не заметил, как будто все на какое-то время ослепли.  Но ведь и  техника "ослепла" - вот в чем беда-то!

     Потом, ближе к вечеру,  мы  задержали  японскую  шхуну, нахально промышлявшую в наших территориальных водах "морские биоресурсы". И пошло-поехало. За те  сорок  суток,  что  мы проболтались в  океане,  было  обнаружено  сорок  судов,  из которых на  восемнадцать  пришлось  высаживать   досмотровые группы. Но это для нас дела привычные. А вот НЛО...

     С этим  самым  НЛО  я  решил   разобраться   во   время очередного отпуска.  И  вот когда  он  пришел,  мы вместе с приятелем Виктором Майковым - счастливым обладателем катера и водолазного снаряжения - отправились путешествовать. И что же? Мы битых десять  суток  крутились  как  заведенные,  у пролива   Крузенштерна,   то  и  дело  ныряя  в неспокойные океанические воды.  И вот, когда все это занятие нам  надоело хуже горькой редьки и мы засобиралась "дать задний ход", я в третий раз увидел огненный шар, который на этот раз вынырнул рядом с  островом  Расшуа.  И  снова увидел его только я,  а Виктор даже носом не повел…

     "Иду под  воду  в  последний  раз!"  - предупредил меня Виктор, когда я рассказал ему о своем видении.

     И вот он нырнул, оставив меня изнывать в ожидании чуда. А на поверхности он объявился минут через пятнадцать с таким лицом, что...

     "Там что-то сверхъестественное! - выдохнул он. – Скорей надевай акваланг!.."

     То, что  я  увидел  под  водой,  не  поддается  никаким описаниям. На   глубине   тридцати   метров   мы  совершенно определенно наткнулись на  развалины  какого-то  древнейшего города. Там  находились  постройки  из  камня  циклопических размеров, стены которых были облицованы изразцовыми плитками и медными   пластинками.   А   еще  мне  попались  бронзовые скульптуры, изображавшие каких-то жутких монстров  с  двумя парами глаз, ушами, как у слонов, и птичьими крыльями.

     "Надо поднять  со  дна  хоть  одну   скульптуру..."   - предложил я, когда мы вновь оказались на поверхности.

     "Не получится,  - мрачно заметил Виктор.  - Ты глянь на небо... Тучи сумасшедшие. И ветер усиливается. А штормовать на моей посудине - дело безнадежное.  Как пить дать пойдем на корм рыбам…"

     Шторм мы переждали на ближайшем острове,  обсуждая  то, как нам повезло.

     "Это Атлантида,  десять каракатиц  тебе  в  глотку!"  - уверял я приятеля.

     "Вряд ли,  - не  соглашался  Виктор.  -  Атлантиду  уже находили то в Атлантике,  то в Средиземноморье, а однажды ее обнаружили даже в устье Оби..."

     "Нет! Вот  она – всамделишная Атлантида!  - убеждал я.  - Иначе на кой хрен тут загнездились летающие тарелки?  Может, они каким-то боком связаны с цивилизацией атлантов, которые, как известно, обладали высокими технологиями…"

     В общем, спорам не было конца.

     Когда же океан немного успокоился, мы вновь отправились на разведку.  И  что же вы думаете?  Наша Атлантида исчезла, испарилась, словно ее тут никогда и  не существовало!..  Не было больше на дне ни величественных развалин, ни уникальных статуй. Не было ни-че-го!

     Вернувшись на большую землю, Виктор произнес всего одну фразу: "Ключ сильнее замка".

     Хорошенько поразмыслив,  я  с ним полностью согласился. Верна эта поговорка.  К сожалению, нет у меня такого "ключа" к подобному   "замку",   каковой   стала   для  нас загадка Курильской Атлантиды.  И все же я на сто  процентов  уверен, что Атлантиду  надо  искать у нас,  на Курилах!  Вот где она могла процветать одиннадцать тысяч лет назад…

     Этими самыми    словами   и   закончил   свой   рассказ заместитель командира пограничного   сторожевого   корабля "Кунашир", с   которым  мы  оказались  попутчиками в  одном вагонном купе поезда Владивосток – Москва.

   …Как-то в моем редакционном кабинете прозвучал телефонный звонок.

    - Вас приветствует писатель-фантаст Илья Стальнов, - проговорил сочный баритон в трубке. – На днях прочитал ваш материал под названием «Как я открыл Атлантиду». Дельно. Забирает. Большое спасибо герою рассказа капитан-лейтенанту Смирновскому. Но у меня имеются еще более веские доказательства нахождения Атлантиды в наших территориальных водах. И совсем эта самая Атлантида не мифическая. Она была. И найти ее было бы просто здорово. Я бы даже сказал: необыкновенно! Об этом я написал в своем новом романе под названием «Ночь пяти стихий». Недавно он вышел в одном крупнейшем коммерческом издательстве. Хотелось бы поделиться с читателями вашей газеты моими поисками и находками. Вы готовы взять у меня интервью?

      
    - Всегда готов! – ответил я.

    Это интервью с известным писателем-фантастом увидело свет в следующем номере нашей газеты. А вот с публикацией очередной новеллы из цикла «Феноменальная граница» произошла основательная задержка. И вот почему…

      
                Новелла восьмая

                Ненормальная "Мушка"

     ...Край узкого карниза обрушился в  тот  самый  момент, когда я,  полный впечатлений от трудного подъема на вершину "Мушки", глянул в пропасть,  откуда доносились слабые  звуки бесновавшейся внизу  горной  реки.  Лучше бы я не подходил к краю карниза!  Лучше бы я вообще не  пошел  в  горы  в  этот несчастный день!..  Но  жалеть о чем-нибудь вообще было уже поздно - впереди меня ждала верная гибель на  дне глубокого ущелья…

     Очнулся я рядом с  неказистой  постройкой,  в  которой, предположительно, и должен   был   находиться   тот  самый временный пограничный  пункт,  носивший  странное название "Мушка", куда  я  и  направлялся  вместе с начальником поста капитаном с  вкусной фамилией  Масло  и  старшим  сержантом контрактной службы Фомиком.

     Убедившись, что я все еще нахожусь на этом свете и  что на моем  теле  не  имеется ни одной ссадины,  я обратил свой ничего не понимающий  взор  на  капитана  Масло, который, выдержав паузу, неторопливо пояснил:

     - Этот карниз, на котором вы оступились, носит название "Карниз летающей  лошади".  Горцы  давно  подметили странную особенность этой  узкой  каменной  тропы,  ведущей  к  самой вершине: с  нее невозможно упасть...  Лошадь по кличке Мушка первой испытала это на себе,  попытавшись сигануть с карниза вместе с  поклажей  вниз.  Это  было очень давно...  Местные жители долго искали кости бедного животного внизу,  но нашли Мушку на  этом самом плато,  где мы сейчас расположились,  в полном здравии.

     - И  как  это  можно  объяснить?  - спросил я,  все еще пребывая в некотором сомнении относительно  того,  а не пытаются ли меня одурачить.

     - А черт его знает,  - честно признался капитан.  – Вас ведь предупреждали  в  штабе отряда о некоторых странностях ВПП "Мушка"?

     И тут  мне  в самом деле припомнилось,  что перед самым выходом в  горы  офицер отделения   воспитательной   работы пограничного отряда   долго   пытался   отговорить меня  от восхождения на "Мушку",  употребляя такие фразы, как "там не все спокойно" и "там творится что-то особенное"...  Но разве могут остановить подобные предостережения военного журналиста,  который всю свою жизнь только и делает,  что лезет туда, куда его не пускают...      Короче говоря,  на  следующий  день  я  уже  ползал  по склонам гор, одетый, как "заслуженный горец Дагестана".

    Через полчаса  после  моего "вознесения" на "Мушку",  сидел у жарко натопленной железной печурки и, обжигаясь, пил огненный чай  из  солдатской  кружки.  Рядом со мной, шумно отдуваясь после каждого глотка, чаевничал Масло, рассказывая об этой ненормальной "Мушке"…

     - Все началось с доклада ефрейтора Кобца,  вернувшегося из очередного  наряда.  Он бодро  отрапортовал,  что  лично наблюдал неопознанный летающий объект как раз в  этом самом месте. Ему  удалось  даже  обнаружить  следы  на  заснеженном склоне, по которому якобы  поднималась  та  самая  "летающая тарелка". При  этом у него часы отстали на целых два часа... За все  эти  "художественные  россказни"  ефрейтор   получил выговор от начальника  и предупреждение,  чтобы в следующий раз придумал что-нибудь  более правдоподобное.  Но...  -  капитан  сделал паузу, которой   сразу  же  воспользовался старший  сержант Фомик, неслышно возникший за спиной начальника минуту назад.

     - Разрешите   сопроводить  товарища журналиста  по  территории?  - спросил усатый служака.

     - Разрешаю,  - кивнул капитан. - Только очень осторожно и деликатно ТАМ,  - добавил он, сделав ударение на последнем слове.

      Мне очень не хотелось выбираться из теплого  помещения на  высоте в две тысячи восемьсот метров над уровнем моря, но я переселил себя.

  Пока мы поднимались вверх, пограничник, шедший впереди, то и дело останавливался, поворачивался ко мне, поясняя:

     - Вот  здесь "Ведьмино кольцо"!..  Сначала мы построили наш пост на этом самом  месте,  -  Кобец  показал  рукой  на небольшую возвышенность,  рядом  с  которой  валялась  груда камней, напоминавшая остатки дома после взрыва.  - В  первую же ночь  под  сводами  строения  нам такое привиделось,  что ой-ей-ей! Об это и  говорить-то  неприлично...  Наш  капитан жене рассказал,  так та его чуть совсем не бросила,  заявив: "Вот, значит,  чем вы там  занимаетесь,  на  вашей  чертовой "Мушке"?!". После  этого  мы  построили  пост  в сотне метров отсюда. Там хорошо!  Спим просто отлично...  А вот тут, сами видите, находятся  три  пирамидки,  сложенные из неизвестных науке камней.  Это нам один геолог сказал,  пытавшийся взять кусочки минералов  из этих пирамидок на анализ.  Он так и не смог отколоть  даже  крошки!..  Видите,  все  три  пирамидки расположены как  бы на вершинах равнобедреного треугольника, из которых,  как признался  один  секретный  физик,  также побывавший у   нас,   бьют  неведомые  энергетические  лучи, направленные строго вверх.  Но и это еще не все.  Видите эту отвесную стену размером восемь на восемь метров? Это "экран"!

     - Что еще за "экран"?  - изумился я,  пытаясь подойти к абсолютно ровной будто отшлифованной поверхности стены.

     - Близко  подходить  нельзя!  -  предупредил  Кобец.  - Радиация!.. Смотрите-ка!  - крикнул  он  тут  же,  указывая пальцем на какие-то геометрические  фигурки,  возникавшие и исчезавшие на   необычном   "экране".  Треугольники,  круги, квадраты замелькали  перед моим   взором,   складываясь   в какую-то очень  важную информацию,  воспринимаемую на уровне подсознания…

     А через час мы снова пили чай вместе с капитаном Масло, который неожиданно проникся ко мне доверием.
   
   - Понимаете,  -  говорил  он,  -  этот самый "экран" на склоне горы чувствует хорошего человека сразу.  Если уж  вам была показана   "исходная  формула",  как  мы  ее называем, значит, хозяева "Мушки" приняли вас за Достойного. Тут к нам как-то прилетали иностранные телевизионщики,  хотели рекламу снять, так "Мушка" их не приняла... Останки вертолета вместе с телевизионщиками  до сих пор никто найти не может...  А мы живем тут и даже выполняем  служебно-боевые  задачи.  Кстати сказать, "экран"   помогает   нам, показывая   нарушителей границы, пытающихся пройти с сопредельной стороны... Недавно с его  помощью захватили целый бандитский караван с оружием и наркотиками.  А все почему? Да потому что уважай других и сам уважаем будешь. Недаром  же  среди  горцев издавна  бытует  такая поговорка: "Уважать  уметь,  -  во  всем  преуспеть". Вот мы  и уважаем тех,  кто  обосновался  на  "Мушке" еще до нас –  в  незапамятные времена.

    …Как я уже сообщал, восьмую новеллу наш главный редактор снял прямо из номера. И не по цензурным соображениям. Была другая причина, для меня не менее важная. На одном  из совещаний в издательстве ко мне подошел главный редактор нашего профессионального журнала и заявил:

    - Читатели нас письмами завалили с просьбой напечатать всю подборку ваших новелл из цикла «Феноменальная граница». Это понятно? Мы пойдем на это, но с одним условием - все оставшиеся новеллы, которые еще не опубликованы в газете, там не должны больше появляться.

    - Но ведь… - попытался я отстоять право «первой ночи» на публикацию моих произведений издания, в котором работал до сего времени.

    - Это обязательное условие! – сразу пресек мою попытку главный редактор журнала. - Поймите, у нас с газетой одна и та же читательская аудитория. Это понятно? Им интересно прочитать в нашем журнале что-то новенькое, свеженькое… Так сказать, с пылу  с жару!  Это понятно? И мы напечатаем! А потом оформим ваш перевод в наш журнал. Это понятно?

    От таких предложений мы, журналисты, редко отказываемся…

    И  большая подборка моих новелл из цикла «Феноменальная граница» была опубликована на страницах журнала, который давно уже стал для меня не менее любимым, чем наша газета. Правда, произошло это только через несколько месяцев, в мае, когда  отмечался День пограничника.


                Новелла девятая

                Кассандра в погонах

     На лесную полянку  рядом  с  небольшим  озерцом  в  тот погожий осенний день я набрел совершенно случайно. И первым, что  бросилось  мне  в  глаза,  были  крепенькие боровики, усеявшие всю  поляну.  Правда,  несколько настораживало то, что все  они обладали   какими-то   подозрительно   белыми шляпками,  а  ведь  я,  считавший себя настоящим экспертом в деле "тихой охоты",  хорошо знал,  что  шляпки  у  боровиков просто обязаны  быть  коричневыми.  И  все  же, отбросив все сомнения,  я,  забыв про все на свете, принялся ползать  на коленях   по  земле,  собирая  грибы  в  корзинку.  За  этим увлекательным занятием я даже не заметил, как ко мне подошел  давний   приятель,   капитан Андрей  Мурзаков,  служивший  в отделении погранконтроля на  автомобильном  пункте пропуска недалеко от Санкт-Петербурга.

     - Ты что делаешь?! - ужаснулся он.

     - Грибы собираю.  Тут и на супчик будет, и на жареху,  - ответил я, поднимая на приятеля по-идиотски счастливые глаза.

     - Но это же поганки! - поумерил мой азарт Мурзаков. – У нас их  никто  не  собирает.   Их   называют   по-разному: сатанинские,  ведьмины или желчные грибы...

     - Ну,  коне-ечно,  - недоверчиво протянул я.  - Сам-то, небось, ничего не насобирал, кроме лисичек,  а мне повезло. И нечего завидовать чужому успеху!  К тому же,  есть  эти  грибы нам все равно придется вместе...

     - Лена!  - позвал Андрей свою супругу, собиравшую грибы в этот выходной день неподалеку от нас,  надеясь на нее, как на третейского  судью  в  споре.  -  Ты  только  глянь, чем собирается нас попотчевать этот отравитель!..


     Лена Мурзакова,  служившая вместе с  мужем  в  соседнем подразделении в    чине   прапорщика,   подойдя   к   нам, внимательно рассмотрела содержимое моей корзинки.

     - Мужчинам  ведьмины  грибы  есть  ну  никак нельзя!  - безапелляционным тоном заявила она.  - От них они сильно глупеют.  А вот женщины...  - Лена хитро прищурилась,  глядя на мужа.  - Андрей, помнишь Тоню Люляку из твоей смены?  Ты на нее  одно время сильно заглядывался...

     - Ну,  это когда было,  - покраснел капитан Мурзаков. - Еще до нашей с тобой свадьбы...

     - Было,  было!  Не спорь, - продолжала Лена. - Так вот, эта самая  прапорщик Люляка  или,  как ее называли все наши  контролеры, "белокурая бестия",  однажды угостила меня этими самыми грибочками,   приготовленными  по  какому-то  особому рецепту. Ведьмины  грибы,  надо  отдать  ей  должное,   были вкусными... Вот только в себя я пришла после потери сознания далеко не сразу.  А тут Антонина мне и заявляет:  "Из  тебя, подруга, выйдет  отличная  прорицательница!  Порадовала ты меня сегодня добрым словом. Значит, говоришь, произойдет все на очередном дежурстве?..  Подкатит ко мне на шикарном белом "Мерседесе" богатенький    иностранец     с     неисправными документами. Блеск!  Тут-то я его и подловлю. Да так, что он от моих чар голову потеряет... Я все правильно поняла?.."

     Ну как  я могла такое наплести,  находясь фактически в полной отключке?..  Но только   на   очередном   дежурстве прапорщик Люляка    на   самом   деле   задержала высокого атлетически сложенного датчанина,  направлявшегося через наш пункт пропуска  в Финляндию.  И у него действительно имелся новенький "мерс"...  Но и это еще  не  все! Через  три  дня датчанин  вернулся  к нам с полностью исправными документами на выезд. Тогда же он предложил Антонине руку  и  сердце…

    Так что  недаром  в народе говорят:  "У богатого и из кривой трубы дым прямо подымается".  Увез тот датчанин  нашу  самую красивую контролершу  прямо,  можно сказать,  с  ее боевого поста... А я для себя навсегда решила, что больше никогда ни для кого не буду вещей Кассандрой!..

     Сказав последнюю фразу,  Лена отобрала у меня корзину и безжалостно высыпала грибы  прямо  в подернутую ряской воду лесного озерка.

     А жаль,   ведь  грибки-то  выглядели  точь-в-точь  как боровики!..

    …Ох уж эти вещуньи, прорицательницы женского пола! Иногда они такого нагадают,  хоть стой - хоть падай. Это доказывалось и в следующей истории, которую в редакции получили от военного летчика с помощью электронной почты.  И называлась она…   


                Новелла десятая

                Заморочки вертолетчика

     - ...Нападут - отобьешься,  упадешь - не разобьешься,  а жену себе найдешь на другой  планете!  -  закончила  вещать бабка Мотря из далекого сибирского села Замочалье.

     "Баба бредит - черт ей верит",  - думал будущий военный летчик Василий  Кондаков, приехавший  на  побывку  в родное село.

     С тех пор прошло двадцать лет. За этот срок у командира экипажа пограничного вертолета  "Ми-8"   майора   Кондакова напрочь поменялось  отношение  к  давним пророчествам старой Мотри, которую в деревне  иначе  как  "убогой"  никто  и  не называл.

     "Нападут - отобьешься..."

     Был такой   случай  в  послужном  списке  вертолетчика. Произошел он в самом начале профессиональной карьеры,  когда его винтокрылую  машину  попытались  захватить сбежавшие  с лесоповала «зэки».  Они  понадеялись,  что   смогут   запугать "летуна" и заставить его перебросить их через границу. Но не тут-то было!  Кондаков голыми руками скрутил обоих бандюков, вооруженных ножами. Силушкой-то сибиряка Бог не обидел.

     "Упадешь - не разобьешься..."

     Это произошло  на  северо-восточной  границе,  когда  у "Ми-8" отказали сразу оба двигателя и он вместе с грузом рухнул  на  землю,  не  долетев до отдаленной заставы километров сорок.

     Очнувшись, Кондаков  обнаружил себя в снежном сугробе у подножия сопки.  При всем при том ни единой царапины на  теле! Зато родная   "вертушка"  превратилась  в  гору обломков  и погребла под  собою  всех,  кто  в  ней   находился.   Кроме самого командира…

     На заставу  майор  вышел  только  через   двое   суток. Голодный, но готовый к несению дальнейшей воинской службы.

     "Жену себе найдешь на другой планете..."

     А вот  с  женами  пограничному  вертолетчику катастрофически не везло с самого начала.  Невеста  Люся,   прознав,   что   лейтенанта Кондакова после   учебы  "ждут не дождутся  дальневосточные севера", срочно выскочила замуж за  военного  финансиста  из местной КЭЧ, «которая дает течь».   Первая   жена  Марина,  увлекшись  директором продовольственной базы   в   Певеке,   ушла   от   Кондакова "по-английски", не  прощаясь. Вторая  жена  Катя умерла при родах. Что же касается третьей жены, то ее, как твердо решил для себя Кондаков, не будет вообще.

     Но куда же денешься  от  судьбы,  предсказанной  бабкой Мотрей?

     Как-то командир эскадрильи  приказал  майору  Кондакову перебросить из  Певека в Айон группу киношников со всем их оборудованием. Что же,  путь по чукотским меркам недалекий. Вскоре киношники были на месте и занимались своим делом.

     А что же наш майор?  Ему бы пора на материк, но тут, на тебе, погода   испортилась, хотя  неверное  чукотское  лето стояло в полном разгаре.  Туман выдался такой, что подняться в небо и думать было нечего.

     Вот тогда-то Кондаков  и  познакомился  с  девушкой  по имени Иоланта,  да  еще где,  прямо  на  съемочной площадке фантастического фильма.

     Действие того фильма,  как понял майор,  происходило на далекой планете, названной в сценарии Энна.  А Иоланта исполняла роль  местной красавицы-аборигенки   с пронизывающими,  как  рентгеновские лучи, глазами.

     Кондаков, как   только   увидел  Иоланту  в  полном  ее инопланетном гриме,  так  и очумел.   Выскочил   прямо   на съемочную площадку и,  недолго думая, сделал ей предложение стать его женой.

     - Уберите  этого  сумасшедшего летуна!  - орал очкастый режиссер-постановщик. - Ну  нет у меня  в  сценарии  такого эпизода!..

     А Иоланта  почему-то  взяла   да   и   согласилась   на предложение майора. Может, хотела соригинальничать и всех этим удивить?..

     Свадьбу сыграли прямо на следующий день,  чтобы молодые не передумали. При этом все жители Айона, как стало известно в региональном пограничном управлении, так "напоздравлялись", что забыли о рыбалке…

     Когда же погода нормализовалась, туман рассеялся, майор увидел рядом  с собой обычную земную женщину по имени Настя.

     И все-таки он  по-прежнему  называет  ее  Иолантой.  Правда, только тогда,  когда  с ней  встречается.  А бывает это,  к сожалению, крайне редко. 
    Киноактриса навещает мужа только  тогда, когда у  нее  появляется  "окно"  во  время  съемок.  Но это почему-то не мешает   обоим   супругам   чувствовать   себя  счастливыми.

     Вот и получается, что бабка Мотря дело говорила...


                Новелла одиннадцатая

                Круги на КСП

     Лейтенант Игорь  Онучкин,  находясь в секрете,  старался не подавать признаков жизни. И это удавалось ему настолько, что его "засидку"  не  обнаружил  даже  старший сержант Колосов, когда проходил дозорной тропой рядом  с  контрольно-следовой полосой. А  ведь  Илья Колосов славился на весь пограничный отряд, охранявший большой участок дальневосточной  границы, как лучший следопыт.  "Значит, умение маскироваться я еще не утратил", – с удовлетворением  отметил  про  себя  заместитель начальника заставы,  еще совсем недавно получавший поощрения лично от  начальника  пограничного  института  за отменное умение "исчезать на ровном месте".

     Но совсем  не  для  проверки  собственного   мастерства затаился в секрете молодой офицер.  На этот раз причина была куда более важная.  На  прошлой  неделе  рядовой Трохимчук, несший службу на наблюдательной вышке,  доложил дежурному по заставе, что обнаружил  какие-то  странные  следы  на  КСП, проходившей в  районе  слияния  речушки Шустрой с великаном Амуром. Тогда же прозвучал сигнал тревоги,  а  возглавивший "тревожку" лейтенант  Онучкин  собственными  глазами увидел странные круги   прямо   на вспаханном    песке,    чем-то напоминавшие по виду музыкальный ключ, который обычно рисуют в нотных тетрадях.

     Этот необычный  случай  стал  предметом  обсуждения  на заставе среди свободных от несения службы пограничников.

     Старший сержант Колосов авторитетно заявил, что читал о подобных "кругах" в специальном журнале,  изучающем проблемы уфологии.

     - В  основном,    геометрически    правильные    фигуры появляются на полях,  где произрастают злаковые растения,  - пояснил он.  - Называют их криптограммами, а  форма  у них бывает самая   разнообразная,   от  простейших  кругов  до  сложных снежинок и даже кристаллов...

     Все пограничники  с  уважением  посмотрели  на старшего сержанта. И только старшина заставы старший прапорщик Сивков несогласно покачал головой.

     - А я слышал совсем другое.  Недавно по телеку выступал известный летчик-космонавт.  Так  он прямо сказал:  "Все эти круги на полях - чушь и провокация!  На самом деле  подобные фигуры рисуют некоторые бездельники,  чтобы запугать местных фермеров...". И я с ним полностью согласен.

     - Ну  а  кого  хотят  запугать  у  нас  на границе?  - поинтересовался рядовой Трохимчук - здоровяк под  два  метра ростом.
     - Да уж не вас,  товарищ рядовой,  - усмехнулся старший прапорщик, почтительно смерив  взглядом  богатырскую фигуру Трохимчука с ног до  головы.  -  Такого,  как  вы, пожалуй, запугаешь!..

     Лейтенант Онучкин, слышавший весь этот разговор, твердо вознамерился проверить "шутников"    из   припограничного населенного пункта  Выселки,  где,  как  он  точно  знал, в сельской школе   существовал  клуб  любителей  отечественной фантастики.

     "Это они хулиганят,  - подумалось лейтенанту.  – Больше некому…"

     Весь следующий  день  лейтенант  Онучкин,  действуя  по принципу: "Ходить - жить, не ходить - башку сложить", изучал оперативную обстановку   в   Выселках.   Он побеседовал  с директором школы,  переговорил со школьниками - завсегдатаями клуба и даже  встретился  с  родителями  председателя клуба семиклассника Феди, который с гордостью носил ту же фамилию, что и известные писатели-фантасты братья Стругацкие.

     Но все  эти  беседы-разговоры  оказались  бесполезными, так как и учитель,  и родители ученика, да и сами школьники в один голос заявили,  что никаких кругов на границе они  не рисовали, поскольку им некогда и надо грызть гранит науки. В свободное же время все они только читают увлекательные  книжки по фантастике и "криминалом" не занимаются…

     И все же Игорь Онучкин очень сомневался  в  правдивости слов школьников  и потому  засел в секрет,  чтобы застукать хулиганов на месте преступления.

     И вот,  когда  совсем  уже  стемнело,  лейтенант услышал странный звук,  отдаленно напоминавший  шипение  выходящего воздуха из  пробитой  камеры  футбольного  мяча,  а потом…

Потом просто не было.  Потому  что  Онучкин  просто-напросто заснул, заснул моментально и проспал до самого рассвета.  А когда проснулся,  то прямо перед собой увидел новую картинку на песке, напоминавшую на этот раз ноты на нотном стане.

     Гораздо позже  Игорь  не  мог  себе  простить,  что  не срисовал тот   рисунок   в  свой  блокнот,  потому  что  мог поклясться чем угодно,  "картинка" заключала в  себе  нотные строчки некогда популярной песенки с такими словами:
 
     "Заправлены в планшеты космические карты,

     И штурман уточняет в последний раз маршрут.

     Давайте-ка, ребята, споемте перед стартом,

     У нас еще в запасе четырнадцать минут…"

     Вся беда  была  в  том,  что  эта   нотная   "картинка" просуществовала ровно десять минут. А когда на место прибыла тревожная группа, вызванная лейтенантом Онучкиным, то на КСП никто ничего уже не обнаружил,  как будто "ноты" истаяли под воздействием жаркого июньского солнышка.

     Так ничем  и  закончилась  вся  эта история,  поскольку больше никаких подобных "кругов на КСП"  на  участке  данной погранзаставы не наблюдалось...

     А  истории о необычайных и загадочных  происшествиях на границе продолжают поступать в адрес нашей редакции бесконечным потоком. И я уже подумываю на досуге, а нет ли смысла собрать их все под одной обложкой  и выпустить в свет отдельной книгой. Может быть, в конце концов у меня это и получится…