Куколки

До кресеня (июня) Яга постоянно училась всяким чудесам. Научилась оборачиваться не только в других людей, но и принимать обличье зверя любого. Однажды Баюн ушёл на прогулку в лес. Любил он, как и все в этой маленькой семье, прогулки в одиночестве. Возвратившись, увидел, как Кащез на нём скачет по двору. Баюн аж сел, как человек от неожиданности: раскинув задние лапы по земле, а передние прижал к сердцу, округлив глаза. Озорники его не замечали, пока не врезались с визгом и не повалили настоящего Баюна на спину. Тот почему-то разозлился и оскалился, вздыбив шерсть. Яга-Баюн аккуратно спустила Кащеза на ступеньки и приняла мгновенно ту же позу. Как только раздалось рычание, выскочила из избы Кикимака, да и остолбенела тоже. Догадалась, что один из котов, это сестра её, но различить даже она не могла. Хлопнула в ладоши, подросла, чтобы быть выше и сильнее и схватила двух котов за шкирку. Как раз вовремя, те собирались уже броситься друг на друга в драку. Кикимака хорошенько их встряхнула и раздалось жалобное мяуканье.
– Яга, быстро обернись в себя!
Но коты оба оставались котами.
– Прекратите оба! Сейчас же!
– Отпусти, Кикимака, я пойду в дом. Пусть эта дурёха остаётся на дворе котом, если ей так нравится.
– Дурёха?! Я, это я настоящий Баюн! Кикимака, не верь ей!
Кикимака резко бросила обоих и те от неожиданности неуклюже шлёпнулись.
– Избу запру изнутри. Когда уймётесь, тогда пущу!
  Вечером пили чай с кренделями и смеялись тому, как Яга по какой-то неведомой и ей самой причине не хотела возвращать своё обличье и чуть не довела Баюна тем самым до срамного расстройства – слёз.
С лета начала Яга хаживать в дома к людям. В конце травеня (месяц май) она повзрослела до двадцати двух лет. Сама уже не удивлялась, наделённая многими способностями и научившаяся ими пользоваться, прятала ступу на краю леса, Буйный показывал ей вихрями образ, в кого она должна была перевоплотиться и провожал к нужному дому. Уж почти у всех она побывала, а в свой дом боялась идти. Страшно было, что возненавидит дитя, которое полюбили её родители.
  Обернувшись матерью своей Еленой, Яга посмотрелась в тихую гладь реки и расплакалась. Как же она скучала за мамой.
– Мамочка, ты что-то забыла? Отец тоже ушёл, – девочка ринулась и обняла Ягу в облике матери. Та оторопела. Белолица смотрела огромными чёрными глазами с любовью и вопросом. Яга присела и обняла сестру названную:
– Я решила вернуться к тебе, в поле пока не пойду. Ты что делала?
– В деревяшки играла.
– Деревяшки для мальчишек. Давай я научу тебя куколок делать?
– Мама, что такое куколка?
– Куколка – это девочкина и игрушка и помощница. Мы начнём с Простоволоски. Сначала я научу тебя делать мотанку. Где тут у нас тряпочки? Смотри: берём квадратик светлой ткани и в серединку кладём свёрнутую ткань. Вот возьмём этот очес льна. Получается головка. Отделяем её от туловища и намотаем ниточку.– пальцы Яги проворно летали с тканью, ниткой, она улыбалась сестрице. – Из горизонтальных концов делаем руки, на туловище наматываем обережный крест и теперь будем её наряжать.
Пошла в сундук, достала свои детские бусики и, пока Белолица не видела, с помощью волшебства разделила их и повесила на шейку куколки. Некоторые пустила по краю рукава и подола. Куколка получалась нарядная.
– А глазки будем делать? – огромные тёмные, как ночь безлунная, глазищи девочки смотрели с такой любовью на Ягу, той даже показалось на мгновение, что сердце снова забилось.
– Лицо нельзя делать, милая, – Яга ласково погладила малышку по ярким, солнечного цвета, волосам. – В куколке без лица никогда не поселится злая душа, она всегда будет тебе оберегом. А ещё я научу тебя варить кашу по ней.
– Как это? Я сама смогу кашу варить? Мама, ты же говорила, что я маленькая ещё?
  Яга уставилась на ребёнка. "Значит эта маленькая ещё, а я была не маленькая?!" – волшебница почувствовала, как злость разливается по всему телу. Нельзя. Нельзя выдавать себя.
– Не сегодня, так завтра, не в это лето, так в зиму, всё равно учиться, родная.
  Яга подвела маленькую сестру к печке:
– Смотри: куколка ростом с маленький чугунок. По пояс– крупички, по шейку – водички, по головку– кашки. Вот так тебе подруга–куколка и советчица будет, моя птичка.
– Птичка? Мама, ты так никогда меня не называла, – Белолица удивлённо смотрела на маму-Ягу. А у той злости, как не бывало. Снова в груди стало тепло-тепло. Получается, что их мама не называла эту девочку так ласково, как её в детстве с Кикимакой и Суждой. Почему-то стало жалко это дитя. Вдруг налетел ветер в окно, да так сильно, Яга вздрогнула и поняла, что прозевала первые знаки. А это был сговор меж ней и Буйным: значит мать дитя возвращалась. Лесная волшебница вздрогнула:
– Ой, забыла, сейчас вернусь, – Яга присела и крепко-крепко обняла девочку, – Я люблю тебя, милая.
– Ты надолго что ли? – удивился ребёнок, но мама растворилась.
   Яга снова оказалась на берегу реки. Вернула свой облик, смотрела на себя в воду.  Её била крупная дрожь.
– Ты успела себя стереть? – Буйный тепло её обнимал, понимал, что самое пережила самое тяжёлое время.
Яга округлила глаза и прижала руки к груди.
– Плохо дело. Пошли к Баюну, – ветер подхватил девушку и через секунду уже опустил её в конюшне.
В конюшне потому, что там только могла прийти в себя. Расчёсывала гриву любимому коню Златогривому и все мысли выстраивались попорядочку. Взлетала верхом и уносилась вихрем, успокаиваясь и наполняясь силой.
  Вот и сейчас Яга молнией пронеслась по двору, перелетел Златогривый высоченный забор и поскакали они по лесу высушить слёзы на щеках девицы, да вернуться к спокойному состоянию.
  Баюн с удивлением в окно наблюдал, как только златый хвост огромного коня мелькнул над забором. Тут же Буйный постучал в стекло перед его носом. Кот аж вздрогнул от неожиданности и сразу понял, что случилось всё по предначертанной судьбе.