Злобное семя. Повесть. Фрагмент 2

У шлюзовых ворот столпились и смотрели чёрными бусинами больших глаз любопытствующие. В основном дети, которые были уже законными обитателями ковчега. Им не запрещалось смотреть. Даже те из них, кого миновал печальный опыт лицезрения смерти в детстве (а таких были единицы) должны были "любоваться" на неё как можно чаще, дабы привыкать к реалиям жестокой хилийской действительности.
 
Обычно в таких случаях молодь не подходила близко, только смотрела издалека. Бывали случаи, что подростки проявляли более интенсивный интерес, но это случалось редко. Но, именно на такой на такой случай и натолкнулась в этот раз Хелль. Для неё он был примечателен по трём причинами, каждая из которых представляла из себя напоминание и здесь же было то самое во-вторых, из-за которого Хелль запомнилась та самая гибель подростка от рук пары ишемов.

Над одним из зависших над полом гравитационных столов с мёртвым телом стоял любопытствующий юнец. Но он только поначалу показался Хелль любопытствующим, а потом уже она поняла, что подросток в ишем - фазе, а не так, как ей показалось вначале. К своему удивлению начальница отдела возрастной адаптации узнала в хийле гостью ревваха - ту самую, что была на днях в жилом блоке тёмного служителя. Увидев её, Хелль слегка опешила и несколько секунд пристально рассматривала подростка, который со сдержанной грустью смотрел на тело. Хелль никак не ожидала увидеть здесь именно этого подростка и не понимала что это дитя вообще здесь делает.
 
Заложив за спину руки и подойдя ближе, начальница отдела возрастной адаптации с верхотуры своего роста начала с прямого вопроса:
 
— Как твоё самочувствие? Боли после лекарства остались?
 
Подросток подняла на Хелль грустный взгляд, и, узнав её ответила почти сразу:
 
— Обычно самочувствие. Болит но не так сильно.
 
— Что ты здесь делаешь?
 
— Смотрю.
 
— Зачем?
 
— Мне интересен их путь.
 
— Что? Путь? - с непониманием переспросила Хелль снисходительно усмехаясь, — Какой путь? Ты хочешь знать, куда их повезут дальше?
 
— Не их тела. Куда они пойдут.
 
Этот ответ поразил и испугал Хелль одновременно своей непонятностью и вместе с тем глубиной.
 
— Тебе грустно смотреть на них?
 
— На многих да...им еще долго идти. На эту нет. Чёрный Господь отпустил её. Она рада.
 
У Хелль в мозгу сразу же вспыхнули недоуменные вопросы:
 
"Куда идти, если они уже умерли? Как она может быть рада, если мертва? Как отпустил?" — но подавив этот мысленный каскад Хелль просто подошла к подростку и нависнув над ним сказала:
 
— Их скоро начнут увозить, тебе нужно отойти вот туда — за ворота.
 
Едва сообразив в чём дело, Хелль с испугом посмотрела сверху вниз на черноволосую макушку, прижавшуюся к её животу и ощутила, как подросток обнял её руками за талию - совсем по детски, еле ощутимо.
 
— Мне грустно. — услышала Хелль тихое признание, — Грустно из-за того, что из-за этого никому здесь не грустно. — подросток указала на тела, и чуть сильнее обняла хийлу. На секунды Хелль показалось, что её будто бы всё отпустило: вся тяжесть, боль, усталость, куча роящихся мыслей. Ей стало до жути свободно и легко. Так легко, что она даже испугалась этого ощущения, и тут же услышала:
 
— А у тебя там кто-то живёт.
 
Посмотрев вниз хийла увидела устремленный на неё взгляд подростка. Очень странный, какой-то добрый взгляд:
 
— Он тебя уже любит, хотя и сам еще этого не знает.
 
— Господь Всеведущий, — выдохнув от неожиданности вместе с воздухом заодно и обращение к Чёрному Отцу, хийла спешно развернула подростка к выходу из шлюза и решила немного проводить его туда от греха подальше. Мысли о том, откуда это дитя знает о её беременности — срок которой был меньше 2 недель, и что внешне невозможно было распознать, Хелль гнала от себя подальше и даже не пыталась размышлять об этом. О странной грусти юнца по почившим Хелль так же старалась не думать. В таком возрасте у детей еще случались вредные приступы жалости и сострадания, и на это часто закрывали глаза. Со временем проходило само.
 
Чуть - чуть не доведя подростка до ворот Хелль легонько подтолкнула его в спину, сказав торопливо: — Иди, иди, — мельком взглянула на толпившихся у ворот наблюдающих, и на то, с каким презрением они смотрели на идущую к ним юную хийлу. Их внимание, как у охотящийся стаи резко переключилось, и они, еще минуту назад издалека разглядывающие мёртвые тела теперь все смотрели на тонкую фигуру подростка, внешне такого же как и они, но чем-то кардинально от них отличающегося. Это отличие почувствовала и Хелль - еще тогда, в жилом блоке чёрного служителя. Просто у неё, как у умудренной жизнью и частично научившейся сдерживать свои инстинкты ненависть к непохожим уже не проявлялась так резко выражено как у нетренированной пока молоди.

Толпа встретила подростка злобными взглядами. Некоторые почти что в открытую огрызались. Хелль видела, как уголки их ртов сами ползут к ушам, обнажая острые скошенные зубы, словно в оскале. Некоторые издевательски улыбались, тыкали пальцами, делали попытки больно ущипнуть юнца за плечо или бок, но в последнее мгновение отдёргивали руки, словно от раскалённого металла.
 
Начальник отдела возрастной адаптации была по-настоящему удивлена, и не могла взять в толк, как этот подросток выжил и дотянул до своего нынешнего возраста. При таком отношении его должны были уже раз 50 убить, причём зверски, но, как сама увидела Хелль — желающих это сотворить что-то останавливало. Сначала хийла подумала, что, возможно дело было в чёрном служителе и его интересе не терять пока что приглянувшийся ему объект. Когда же хийла уходя бросила взгляд на ворота и встретилась взглядом с глазами подростка, устремленным на него, к ней пришло другое понимание. Этот взгляд был слишком глубоким, смотрел будто в самое нутро и читал там всё так же просто, как начальное учебное пособие. Вместе с тем он был спокоен, умиротворен и в нём сидело какое-то всеобъемлющие понимание всего, что происходило вокруг него. Хелль уловила это лишь на мгновения, что-то поняла, но тут же забыла и испытала чувство неподдельного страха.

"Злобное семя" Отрывок