Белый мост

Часть первая. Белый мост
Глава 1. Новые знакомые
Дождь шёл уже четвертый день. И по заверениям местного шарлатана, сидящего под навесом и продающего различные минералы, скоро свер-шится нечто ужасное. Но на планете, волею судьбы оказавшейся практиче-ски на окраине Вселенной, такого просто не могло произойти. Единствен-ное, что случалось здесь с завидной регулярностью, помимо дождя, были драки в местном баре, прибыль которого начала уменьшаться из-за того, что притворный предсказатель всегда ошивался поблизости.
– Услышьте меня! – взмолился он к проходящему мимо человеку. – Две Луны скоро сойдутся!
Путник не отреагировал. Подойдя к заведению, перевалившему порог в пятьдесят лет, и ненадолго задержавшись у входа, где висела табличка с выведенной кривым почерком фразой «Я - дверь», он зашел внутрь. Теп-лый застоявшийся воздух, пропитанный не только атмосферой бара, но и некоторыми видами технических жидкостей, мгновенно заполнил его лег-кие, заставляя чуть поморщиться. В толпе гостей заведения кружили об-служивающие роботы, и изредка мелькали андроиды.
– Где Вега? – спросил гость у первого то ли проезжающего, то ли под-прыгивающего на одной конечности робота-разносчика.
– Наверху.
Кивнув в знак благодарности, человек поднялся по лестнице. Это со-оружение со времен последнего визита человека не изменилось. Все та же сомнительная конструкция из дерева и металла: из-за того, что частично разрушилась, а заменить полностью у владельца бара не хватало денег. Или желания.
Человек постучался и вошел в небольшой кабинет, обставленный только необходимым. Макет космического корабля, примостившийся в углу, так-же входил в эту категорию.
– Остин. – Немного механическим голосом произнес Вега. – Каких де-монов мне благодарить за твое появление? – он положил руки на обсидиа-новую столешницу, покоящуюся на ножках в виде молекул ДНК.
– Почему же сразу демонов? – Остин едва улыбнулся и сел в кресло, стоящее у стены. – Не изменяешь привычкам?
– Их не существует. – Вега начал что-то писать, полностью игнорируя гостя. Серая кожа получеловека блестела в свете ламп кабинета словно ртуть. – Зачем ты пришел? – спросил он, после пары минут молчания.
– Мне нужен корабль.
– Если ты здесь, то он у тебя уже есть. – Сухо ответил Вега.
– Логично. Но мне нужен также и капитан. Заслуживший твое доверие.
– У меня нет того, что тебе надо. – Вега отложил в сторону исписанный лист, сложил руки в замок, и уставился на Остина не моргающими глаза-ми.
– Есть. – Остин вперил взгляд в получеловека. – Я уверен.
– Ты ошибаешься.
– Это Вертмид. – Всплеснул руками Остин. – Здесь контрабандистов больше, чем кратеров на Луне.
Глаза Веги презрительно сузились.
– Ты же знаешь тот кусок камня около Земли? – добавил Остин.
– Я осведомлен об этом.
– Вега, я знаю, у тебя есть то, что мне надо.
Ответом было лишь молчание. Остин понял, что лимит помощи Веги исчерпан, и теперь полукровка и пальцем не пошевелит без ценного пред-лога.
– Я предлагаю сделку, – сказал Остин после недолгой паузы. – Пять ты-сяч в обмен на информацию о лучшем перевозчике из твоего гарнизона. – Вега молчал. Остин подошел к столу. – Пятнадцать тысяч. – Тишина. – Двадцать пять и не больше.
– Согласен. – Вега взял чистый лист и записал на нем условия сделки. – Плюс еще десять за молчание о том, что ты здесь появлялся.
Остин не сдержался и ударил по столу. Да чтоб он еще хоть раз связал-ся с этим серым полукровкой.
– Я знаю людей, которые за информацию о тебе заплатят больше, чем ты мне за информацию о моем лучшем перевозчике. – Сказал Вега.
– Еще десять. Согласен. – Заключил сделку Остин.

Он нашел ее на одной из посадочных площадок Изантриса, где она го-товила корабль к приезду владельца, записывая в чек стоимость ремонта.
– Деметра? – окликнул он, неуверенный в своих убеждениях: Вега лишь дал лишь имя и координаты места.
– Да. – Подтвердила она. – Что тебе нужно?
Деметра смотрела на него и думала, кого на этот раз прислал Тенно, чтобы она снова переправила беглеца на одну из забытых всеми планет, коих по окраинам Вселенной было множество, как и тех, кто хотел на них скрыться.
– Остин. – Представился он. – Мне необходимо, чтобы ты перевезла груз.
Значит, на повестке дня всего лишь контрабанда, а не укрывательство и помощь лицам, нарушившим закон. Деметра ухмыльнулась.
– Я не работаю на тебя.
– Ты работаешь на Вегу. – Произнес Остин.
– И? – Деметра изогнула бровь и с вызовом посмотрела на мужчину. Он не был клоном, гибридом, или кем-то другим – он был человеком.
– Он доверяет тебе.
– Если ты от Веги, – девушка подошла ближе. – Докажи это.
Остин вопросительно посмотрел на Деметру, пытаясь понять, каким об-разом он должен убедить ее. Он прокручивал в голове весь диалог с Вегой в поисках неизвестного доказательства. Рука Деметры проскользнула за спину, захватывая оружие. Остин заметил это и отшагнул.
– Я не знаю, – сдался Остин. – Он много чего говорил. То, что, если я прилетел к нему, у меня есть корабль; он осведомлен о кратерах на Луне и его привычек не существует или чего-то другого… Что я должен сказать?
Внезапно Деметра выпустила оружие и протянула Остину руку для по-жатия.
– Приятно познакомиться.
– Так ты сможешь перевезти груз? – спросил он следом
– Не сейчас.
– Почему?
– Приходи через три недели. – Ответила она и, направилась было внутрь главного ангара, но Остин задержал ее.
– Почему? – повторил он свой вопрос.
– Потому что транспорт в ремонте.
– Вега сказал, что…
– Этот идиот много чего говорит! – выпалила Деметра. Она хотела еще что-то добавить, но сумела взять эмоции под контроль. – Я знаю, Вега до-статочно вытянул с тебя, но это пустая трата денег.
– Почему?
Этот вопрос начинал раздражать Деметру.
– Я… – Она поджала губы. – Из-за Веги я лишилась возможности ле-тать. А этот серый полукровка не собирается возмещать мне ущерб, по-этому … временно на него не работаю. – Она обошла Остина, не желая продолжать разговор.
– Деметра, – окликнул он ее.
– Я же сказала, что не могу!
– Вега хоть и паршивец, но он посоветовал тебя, а не кого-то еще.
– А сам сесть за штурвал не пробовал? – поинтересовалась она.
– Я плохой пилот.
– Сюда же ты долетел. Значит, – она очертила рукой в воздухе неведо-мые контуры, – куда там тебе надо тоже сможешь. – Деметра ускорила шаг.
– Сколько тебе нужно на ремонт твоего корабля? – спросил Остин, до-гоняя ее.
– Денег или времени?
– И того и другого.
Она остановилась и смерила его взглядом с головы до ног:
– Двести тысяч и пять часов.
– Хорошо. – Довольно заключил Остин.
– Что значит «хорошо»? – немного растерянно спросила Деметра.
– Значит, что я оплачу ремонт твоего корабля, и это будет считаться, как цена за перевозку.
– Сберег бы денежки, – съязвила она и вернулась к работе. Сложив бу-маги на чужое судно, она посмотрела на часы: владелец задерживался.
– Деметра! – окликнул ее Остин, в надежде, что она передумает.
Она сосчитала, сколько времени сэкономит ей такое предложение. Ее корабль стоял в лесах уже слишком долго. И это пора заканчивать.
– Где твой корабль?
– На четвертой платформе. – Радостно ответил Остин.
– Жди меня там.

Остин уже успел со скуки пересчитать все заклепки на обшивке корпуса корабля, когда на платформе появилась Деметра в сопровождении по-грузчика, который вез контейнер средних размеров.
– Наконец-таки, – протянул Остин. – Сколько займет ремонт.
– Пару часов.
Отпустив погрузчик и обсудив некоторые детали договора, они взлетели и взяли курс на Голубые Воды - планету в одноименной системе, около звезды, которая скоро закончит свое существование. Скоро – по меркам самой звезды, а по меркам обитателей планеты – пару миллионов лет.
– Приземляйся в пятнадцатом секторе. – Почти приказала Деметра Остину, когда тот начал снижаться.
– Там слишком густой лес.
Деметра недовольно хмыкнула.
– Сказал плохой пилот. – Съязвила она. – Пусти в кресло.
Остин передал ей управление. Частные корабли никогда не отличались большими габаритами, но провести даже такое судно между деревьями, растущими на расстоянии меньше пары метров – дело не простое.
Деметра словно преодолела невидимую границу, после которой лес рас-ступился, обнажая довольно большую поляну, где и находился ее корабль. От проливных дождей его защищали листья деревьев, аккуратно сшитые над ним. Спалив несколько представителей сине-зеленой флоры планеты, Деметра приземлилась. Она заглушила двигатель и выбралась из кресла.
– Можешь остаться здесь, – сказала она Остину.
Снаружи было тихо. «Даже как-то слишком тихо для такого леса», – подумал Остин, все же отказавшись от предложения остаться внутри его кораблика. Именно кораблика. По сравнению с тем, что он видел перед собой, его суденышко было крошечным: в несколько раз меньше одного из четырех двигателей корабля Деметры.
– Не очень удачное место для ремонта, – заметил Остин. – Слишком влажно.
– А то я не знаю. – Сказала Деметра. – Гринни! – позвала девушка, оглядываясь. – Гринни!
Из-за дерева кто-то выкатился. По виду – абориген. Округлой формы, ростом чуть выше колен, синий, и с большими ушами.
– Ты? – удивился он, взглянув на девушку желтыми глазами. – Что слу-чилось?
– Я привезла детали. Заканчиваем ремонт и улетаем.
– А это кто? – спросил карлик, указав на Остина.
– Клиент.
Оставив их двоих знакомиться друг с другом, девушка подошла к носу корабля и стащила с него маскировочный тент.
– Здравствуй, – тихо прошептала она, нежно прикоснувшись к корпусу.
На противоположном краю поляны синий карлик закрыл глаза и напрягся. Его контур размылся и через пару секунд он превратился в мужчину среднего роста, отличительной чертой которого стали ярко-зеленые волосы.
– Метаморф? – спросил Остин, заранее зная ответ.
– Гринни. – Ответил он. – Приятно познакомиться. – Широкая улыбка растянулась лицо. – Старший помощник, инженер и занимающий все оставшиеся должности на ее корабле, после капитана.
– Остин. Сопровождающий груз.
– Говорю сразу: ты мне не нравишься. – Остин удивленно взглянул на метаморфа, ожидая разъяснений. – Ты выше меня. – Пояснил тот.
Остин постоял с минуту в смятении, затем все же собрался. «И это луч-шие из гарнизона, – подумал он. – Каковы же худшие?»
– Откуда ты родом? – поинтересовался Остин, помогая Гринни перено-сить детали, пока Деметра находилась внутри корабля.
– Я уже не помню.
– Так долго живешь?
– Достаточно. – Метаморф не очень доверял тому, с кем был знаком меньше двадцати лет. Особенно тем, кто выше ростом. И не собирался рассказывать человеку все.
– Как вы познакомились с Деметрой?
– Ребенком меня должны были продать на Аруе, Деметра спасла меня.
Остин продолжал спрашивать:
– А этот корабль? Не похоже, что он принадлежит Веге.
– Сам у нее спросишь, если очень интересно. – Недовольно ответил Гринни и, придавив растение словно всплывшие воспоминания, исчез на верхних палубах.
– Его загружать будешь? – спросила внезапно появившаяся Деметра, имея в виду судно Остина.
– Да. Не оставлю же я его здесь.
– Гринни поможет. Кстати, где он? – Остин указал наверх. – Метаморф зеленый, опять на кухне ошиваешься?! – выкрикнула Деметра.
– Возможно, – ответил тот, свесившись вниз головой через проем в уровнях. Лицо мягкое и доброе. Ни следа от эмоций, захлестнувших его всего пару секунд назад.
– Ты закончил с уплотнителем? – спросила она.
– Нет еще.
– Так заканчивай. И загрузи корабль Остина внутрь, а потом подыщи ему каюту.
– Понял, капитан. – Радостно ответил Гринни.

Тишину в лесу на протяжении пары часов нарушал только металличе-ский звук. Всю живность они распугали при приземлении, хотя Деметра помнила с прошлого пребывания на планете, что этого иногда бывает не-достаточно, чтобы прогнать крупного хищника. А вот чтобы разбудить его…
Деметра была на капитанском мостике и готовила корабль к взлету.
– Как думаешь, зачем мы ему? – спросила она. Реакцией был звуковой сигнал, и на приборной панели поменяли цвет несколько индикаторов. – Я тоже не знаю.
В грузовом отсеке внезапно раздался грохот. Корабль ответил недо-вольным гудением и скрежетом. На погрузочной палубе Гринни пытал-ся…
– Что ты делаешь? – недовольно спросила Деметра. – И зачем ты при-тащил сюда дерево?
– Я не дерево! – возмутилось растение, стоящее около края погрузочной платформы.
– Говорящее дерево… – тихо произнес Остин, мало обращающий вни-мание на разгорающийся конфликт.
– Деметра, – Гринни сделал то самое выражение лица, которое означа-ло, что его владелец использует весь запас своих возможностей невербаль-ного воздействия, – я пообещал помочь найти его родственников.
– Ты пообещал? – возмутилась Деметра. – Как твое имя и откуда ты ро-дом? – спросила она, обращаясь к дереву.
– Рейгар. Меня вырастили в лаборатории…
– Если ты оттуда, то маловероятно, что у тебя есть родственники. – Прервала она.
– Я могу заплатить… – Произнесло дерево. – Потом… как-нибудь.
– Извините, что прерываю, – врезался в разговор Остин, – но где я могу обосноваться на время полета?
– Вторая палуба. Правее кухни. – Ответила Деметра. Остин, убедив-шись, что его корабль закреплен, покинул отсек.
– Я знаю семьдесят три языка. – Сказал Рейгар, тщетно пытаясь убедить капитана в пользе своего присутствия на корабле. – И умею лечить людей. – Корни дерева довольно быстро начали разрастаться по платформе. – И умею готовить. – Деметра критически осмотрела его. Дерево. Как настоя-щее, даже с листьями, только с человеческими чертами лица, преобразо-вавшимися из борозд на поверхности; шея, как таковая, отсутствовала, так же, как и руки. Его ветки беспорядочно шевелились, а корни становились все толще. – Это происходит, когда нервничаю. – Пояснил Рейгар.
– Ладно. Гринни, – она посмотрела на метаморфа, – отвечаешь за него. Ты, – раздраженный взгляд на Рейгара, – прорастешь корнями через кам-буз – превращу в кучку пепла.
– Понял. – Мигом ответил он.
– В медотсеке можешь прикрепиться к чему-нибудь. – Сказал ему Грин-ни.
– По местам все. Взлетаем через пять минут, – произнесла Деметра, проведя рукой в воздухе, следом за которой начал подниматься шлюз грузового отсека.
При взлете жар из сопел двигателей спалил пару деревьев.
– Тебе стоит извиниться перед аборигенами, – произнес Гринни из ин-женерного отсека.
– В другой раз. – Коротко ответила Деметра.
– Сначала – Норакр, – Остин, поднявшись на мостик, показал на карте одну планету. – Забрать груз. Потом – Вагнер.
Внезапно корабль сотрясся и почти рухнул на землю.
– Что произошло? – встревожено спросил Остин.
– Абориген решил потребовать извинений за деревья.
Деметра сталкивалась с этим: огромный летающий ящер, имеющий слишком большую привязанность к объектам, пролежавшим в его лесу дольше пары дней. Но тогда она видела его в полете, высоко в небе, и он не пытался разрушить ее корабль. Сейчас же он сидел на нем с распро-стертыми крыльями.
– Эта тварь пытается прогрызть корпус! – донес Гринни.
Деметра накренила корабль, и хвост ящера попал в сопло. Подпалив часть тела, животное злобно прорычало и на секунду отвлеклось от судна, что дало возможность кораблю нарастить мощность и резко развернуться. Треск ломающихся стволов разнесся по всему лесу, вместе с воплем яще-ра. Но зверь еще крепко держался.
– Как старший помощник советую сбросить этого птеродактиля вниз. – Сказал метаморф.
– Совет принят, – ответила ему Деметра. – Лучше бы ты пристегнулся, Остин.
Корабль поднялся, а затем резко перевернулся. В таком положении они могли лететь. Что и сделали. Вместе с ящером под ними. Напролом через чащу тысячелетних лесов, сжигая и ломая на своем пути все, что имело не-счастье там оказаться.
Такого ящер не ожидал, и заметно пообтрепавшись и переломав себе крылья, он ослабил хватку.
Корабль вернулся в нормальное положение и, почти неповрежденным, начал подъем через атмосферу планеты.
– Гринни, – произнесла Деметра, – проверь дерево.

Норакр встретил их заполоняющим штормом на два квадрата. Не желая бороться с погодой, Деметра посадила корабль в сотне километров от нужного места. Солнце светило слишком ярко даже для этой планеты. А ведь только утро. Остин сидел в тени корабля, ожидая, когда песчаная бу-ря, виднеющаяся на горизонте, исчезнет, что позволит им добраться до места приема груза. Деметра дремала у противоположного борта, услы-шав звук шагов поблизости, она насторожилась. Гринни, чем-то расстро-енный, прошлепал по песку и сел недалеко от нее.
– Что случилось?
Метаморф посмотрел выше по корпусу – туда, где раньше было выве-дено имя корабля, а сейчас остались лишь контуры, да и те почти стер-лись. Деметра проследила за его взглядом. Гринни поджал губы и уста-вился на горизонт. Солнце плавило воздух, превращая ровную линию го-ризонта в тонкую вибрирующую нить.
– А где Рейгар? – спросил Гринни.
– Внутри. Пытается научиться контролировать свои корни.
Рейгар весьма серьезно воспринял фразу Деметры, что в случае повре-ждения кухни, она может превратить его в кучку пепла, и решил, что, если хочет остаться на корабле, то должен научиться контролировать себя. Или части себя.
– Прозвучало весьма странно.
Через пару часов, когда солнце вошло в зенит и жара стала почти нестерпимой, все перебрались внутрь корабля. Рейгар на кухне пытался создать нечто, хотя бы отдаленно напоминающее маленькую коробочку. Но получалось только что-то наподобие большого клубка перепутанных корней. Гринни, оставив Деметру самостоятельно следить за деревом, в личной лаборатории наблюдал за тем, как один из его ёжиков – предста-вителей класса млекопитающих, что Гринни разводил уже не первое деся-тилетие – плавает в небольшой ванне.
Метаморф смотрел, как маленький комок черно-белых иголок медленно раскрывался, и становились видны крохотные глазки-бусинки и носик, опасливо принюхивающийся к окружающему пространству. Ёжик быстро понял, где ближайшее сухое место, и, потянувшись – метаморф слегка улыбнулся, заметив это – погреб лапками и, недовольно фыркая и кряхтя, взобрался на остров.
– Буря прекратилась. – Сообщил с верхней палубы Остин.
Переместив корабль в нужное место, Деметра ожидала окончания по-грузки в кресле пилота. С приборной панели донесся шум.
– Я знаю, что тебе не нравится.
– С кем разговариваешь? – поинтересовался Остин, появившись на мо-стике.
– Закончили в грузовом? – Спросила Деметра.
– Да. Можем вылетать.
Она собиралась связаться с Гринни, чтобы получить отчет, но он опере-дил.
– Капитан, – донеслось по связи, – груз на месте. Надежно закреплен. Андроиды в лишнем количестве на корабле отсутствуют. – В голосе по-слышалась улыбка. – Разрешаю взлет.
– Он всегда такой радостный? – поинтересовался Остин.
– Да.
За все время после их встречи Деметра не раз убеждалась, что у этого метаморфа внутри просто неограниченный запас энергии и счастья. Он мог даже заставить андроида смеяться, что было весьма нелегко, ввиду уз-кого спектра эмоций последних.

Не прошло пяти минут после взлета, как из инженерного отсека донес-лись ругательства метаморфа.
– Мы только вылетели, а за нами увязались перехватчики. – Недовольно сказал Гринни, смотря на сканеры в инженерном отсеке. – Деметра, ты их видишь? – спросил он по внутренней линии связи.
– Да. На мостик. Быстро. – Приказала она.
– Они на связи, – произнес Гринни, влетая в кресло второго пилота, в полуразмытом состоянии.
– В песке что ли прятались? – риторически спросил Остин, появившись следом за метаморфом.
– Какого черта ты тут делаешь? – прошипела на него Деметра.
– Зеленого трудно не услышать, – пояснил он, отступив к боковой стен-ке: нечего светить мордой на заднем плане.
– Капитан корабля «Пандора» приветствует вас. – Спокойно произнес Гринни, наладив проекции.
– На вашем судне находится преступник, укравший ценный и опасный груз. Вернитесь на Норакр.
– Эти сведения ошибочны, – ответил метаморф.
– Они выстраиваются в ромб над нами. – Тихо сказал Остин.
– Заканчивай, – приказал Деметра. Она села в кресло пилота и пристег-нулась.
«Впервые за весь полет», заметил Остин, и последовал ее примеру.
– Вы должны проследовать за нами.
Гринни разрубил связь, сказал Рейгару, чтобы он не волновался и за что-нибудь держался, и с раздражением посмотрел на Остина: метаморф подозревал его чуть ли не во всех смертных грехах.
– Переходим в гипер.
Они не просто перешли – они перескочили.
– Где выходим? – с интересом спросил Гринни.
– Пояс астероидов.
– Тот самый? – метаморф выглядел немного взволнованным.
– Да.
Гринни мгновенно успокоился, улыбнулся и от нетерпения поерзал на месте.
– Тебе весело? – шокировано спросил Остин.
– Это приключение! – воскликнул тот.
– Мне нехорошо, – донеслось от Рейгара.
– Дерево, держи себя в руках! – приказала Деметра.
– Или корнях. – Добавил метаморф.
– Гринни, хватит болтать! Убрали руки все…
И в эту секунду время словно замедлилось. Остин даже успел увидеть границу выхода из гиперпространства, что при обычных условиях чело-веческий глаз не замечает. Рука Деметры лежала на приборной панели и словно срослась с ней, являлась ее частью. Сигналы, бегущие через систе-мы корабля, бежали по ее венам.
Границы воронки бесшумно захлопнулись за кораблем, и они оказались среди астероидов. Деметра, не моргая, вела судно на огромнейшей скоро-сти после выхода, минуя все объекты.
– Двое перешли за нами. – Произнес Гринни, нарушая тишину. Деметра не отреагировала. – Они в нас целятся. Тепловыми ракетами… на биоло-гических существ!
Метаморф начинал нервничать, хотя знал: Деметра, как и всегда, выта-щит всех в целости и сохранности, но предыдущие полеты с ней показыва-ли, что иногда полная целостность и сохранность не достигаются.
– Есть идеи? – спросил Остин.
– Идеи, как перестать быть теплокровным?! Нет! – воскликнул Гринни. Ракеты засекли свою цель.
– Самое время достать козырь из рукава. – Произнес Остин взволно-ванным голосом.
– Деметра, у нас проблемы. – Раздался голос Рейгара.
Корабль резко нырнул под космический булыжник и облетел его, чтобы сбить ракеты с курса. Не получилось. Расстояние между ними стало боль-ше, но они все еще были на прицеле.
– В грузовом отсеке что-то есть! – почти кричал Рейгар. – Тут что-то есть, Деметра!
Быстрая смена курса и слишком резкие маневры, которые корабль вы-полнял с легкостью несмотря на то, что не относился к классу маленьких или высокоманевренных.
– Ни один человек не может так управлять, – произнес Остин.
В подтверждение этим словам, один из перехватчиков врезался в асте-роид и взорвался в оглушающей тишине.
Внутри корабля тишины не было. Рейгар, напуганный до смерти чем-то неизвестным, звал на помощь из грузового отсека. Через минуту Деметра сумела избавиться от снарядов, явно желавших устроить большой фейер-верк с ее участием.
Оставался только один перехватчик. Деметра на полной скорости заста-вила корабль развернуться на сто восемьдесят градусов и открыть огонь. В этот миг Гринни почувствовал паршивое ощущение в своем желудке, но сумел подавить его. Метаморф привык к перегрузкам, а вот Остин – нет. Он зажал голову между колен, пытаясь совладать с собственным организ-мом. Когда же он сумел открыть глаза – то прямо перед ним стояли Грин-ни и Деметра.
– Живой?
Остин кивнул.
Позади них, дрейфуя в вечном свободном полете, кружились остатки второго перехватчика.
– Гринни, вывози нас отсюда. Остин – со мной. – Отдала приказы Де-метра.
В грузовом отсеке все заросло: даже челнок Остина выглядел так, будто пролежал в диком лесу как минимум четыреста лет. Сам источник волне-ния стоял в углу и трясся от страха, смотря на все совершенно безумными глазами.
– Что ты тут делаешь? – тихо спросила Деметра, медленно подходя к дереву.
– Я не знаю.
– Хорошо. – Еще шаг вперед. – Рейгар, что произошло?
Он указал на контейнер с грузом, полностью покрытый корнями, через которые пробивалось свечение непонятного происхождения.
– Рейгар, успокойся. И собери корни в кучу. – Дерево отрицательно по-качало головой. – Остин, что внутри?
– Я не могу сказать.
– Что внутри? – спросила она еще раз. – Чего он так испугался? – она указала на дерево, сумевшее наконец-таки взять себя под контроль и очи-стить помещение.
– Тебе не следовало это видеть, – произнес он, отодвигая дверь.
– Что это? – испуганный взгляд Деметры был направлен вглубь контей-нера, где и находилось его содержимое.
– Объект 235-4270.
Она не простояла более и секунды, спешно отойдя.
– Рейгар, – произнесла она, – проследи, чтобы он, – небрежное движе-ние рукой в сторону Остина, – не появлялся на мостике. Мы прибудем че-рез четыре часа.

– Все в порядке? – спросил метаморф, едва Деметра взяла пилотирова-ние на себя.
– Да. Есть идеи, где Рейгар может остаться?
– Он всю свою жизнь провел в лаборатории…
– Дракмур? Там много деревьев. – Предположила Деметра.
– А если он захочет остаться с нами? – неуверенно спросил Гринни.
– Вряд ли. По нему не скажешь, что он любит летать.
На мостике повисла тишина. Первым не выдержал Гринни:
– Тебе не следовало этого делать. Остин мог заметить.
– Не было выбора. – Лишь коротко ответила Деметра, дав понять, что не желает продолжать разговор.
На карте маленькой зеленой точкой мигал пункт назначения – Вагнер. Система, состоящая из звезды и одноименной планеты, не была самым распространенным местом для доставки грузов. Но, тем не менее, корабль прибыл, как и планировалось.
Заснеженные пики гор, выглядящие так, будто какое-то гигантское су-щество растянулось, ощетинившись спинным хребтом, стали заметны по-чти с верхней границы атмосферы Вагнера. Увидеть, что находилось ниже, было невозможно: плотный слой облаков укрывал планету от любопыт-ных глаз. Корабль продолжил снижаться, и завеса, расступившись, обна-жила плоскогорье, изрытое кратерами после многих тысяч лет бомбарди-ровки планеты астероидами. Большинство из них были заполнены водой, образовывая озера, в ровной глади которых отражалось зеленое небо. Гринни не смог удержаться: он оттянул у себя прядь волос, сравнивая от-тенки.
– Остин, куда точно тебе надо? – спросила Деметра по внутренней свя-зи.
– Утос, – ответил он. – Нас там должны ждать.
– Всем пассажирам советую пристегнуться, – весело произнес Гринни. – За бортом наблюдается сильный боковой ветер. Возможна турбулент-ность. Деревьев просим не волноваться.
Завывания ветра прошлись по обшивке с противным металлическим звуком.
– Скоро будет дождь.

Едва шлюз грузового отсека открылся, как внутрь влетел вихрь, чуть не сбивший метаморфа с ног. Рядом приземлился другой корабль, из которо-го вышли два робота и один человек.
– Гринни, иди на мостик и будь готов взлететь в любую минуту, – тихо сказала она метаморфу, пока получатель разговаривал с Остином.
– Ты же знаешь правила? – спросил он, вернувшись на палубу.
– Да. – Сказала Деметра, отойдя от края погрузочной платформы.
– Я хотел спросить, – внезапно произнес Остин, – этот корабль… он не простой. Он синхронизирован с тобой. – Деметра непроницаемым взгля-дом смотрела на него. – Только на каком уровне? Он понимает твою речь, но не так, как это делают обычные системы искусственного интеллекта.
– Я… – Деметра улыбнулась и выразила полнейшее удивление. – Поня-тия не имею, о чем ты говоришь.
– Ты же из тех, кто… – Остин пытался выудить информацию из нее, хо-тя практически знал. Он просто хотел получить подтверждение. – Станция «Плутон»?
– Остин… – Тяжелый выдох. – Это всего лишь твои какие-то весьма не-понятные мне догадки.
– Каково его имя?
– Чье?
– Корабля. – Остин подошел ближе. Он был выше нее, так что имея преимущество в росте пытался давить на нее морально с целью выяснения истины.
– У него нет имени.
– Корабль не может быть безымянным. – Едва удивился Остин.
– Может.
Остин хитро улыбнулся и прикоснулся к корпусу:
– Как тебя зовут? – спросил он.
– Он тебе не ответит.
Она была права - корабль молчал. Ни единого звука, кроме завывания ветра снаружи и барабанной дроби дождя.
– Хорошо. Но в следующий раз…
– Его не будет. – Прервала Деметра. – Ты понятия не имеешь, что хо-чешь узнать.
–А! Значит, я прав. – Остин улыбнулся. Он считал, что выиграл.
– Ты прав в том, что ошибаешься.
– Неужели? – Остин вздернул бровь, желая все же добиться от нее отве-та прямым текстом.
– Зачем тебе содержимое того контейнера? – спросила она внезапно. Уж, если и выдавать информацию, то в обмен… Хотя, это было скорее од-ностороннее соглашение.
– Не могу сказать. – Ответил он и сделал несколько шагов назад.
– У каждого свои секреты, Остин.
– Хорошо, – заключил он, спустившись с платформы.
Деметра закрыла шлюз и заметила движение на верхней лестнице: Гринни с Рейгаром стояли там.
– Подслушивать не хорошо, вам не говорили?
– Мне – нет, – честно ответил Рей.
– А ты должен быть на мостике. – Деметра выглядела рассерженной, но на этого метаморфа она не могла долго злиться.
– Я там был!
– Рейгар, – произнесла Деметра, поднимаясь, – думаю, тебе стоит побы-вать на Дракмуре.
– Там деревьев много. – Добавил Гринни.
– Да. Я там не был. – Дерево заметно повеселело.
– Ты нигде еще не был! – воскликнул метаморф. – Вот полетаешь с нами…
– Я вам тут не круизный лайнер, – перебила их Деметра. – По космосу их возить…
– Ты весьма своеобразный круизный лайнер, – ответил Гринни широко улыбаясь. Рейгар засмеялся, отчего некоторые из его листьев упали на пол.
– Мне и эта планета нравится. – Произнес деревянный.
– Можешь остаться, – сказал Гринни, чуть подтолкнув дерево.
– Но на вашем корабле мне нравится больше, – заключил он.


Глава 2. Проникновение в ядро
«Никто не обещал, что секреты будут сохранены в тайне. Никто не обе-щал, что не расскажет их тем, кто захочет убить вас», – сказал однажды Вега. А теперь он мертв. Гринни захвачен приспешниками Лорея. Вертмид лишился одного бара, фальшивого предсказателя, пары десятков тысяч живых существ, и надежды на восстановление.
Планета Фоксид, или Исанхельм, как прозвали ее те, кто хоть однажды побывал на ней. Под толщей снега и льда покоился корабль без названия.
– Когда я говорил, что нам нужно «залечь на дно» я не совсем это имел в виду, – произнес Рейгар, сидя в медотсеке. Деметра рядом перевязывала рану на ноге.
– Это единственное, что остается. Вега помогал всем нам скрываться от Лорея, хотя находился у него в подчинении. А сейчас… Надо спасти Гринни, пока не стало слишком поздно.
– Ты не можешь. – Возразило дерево. – Ты ранена, корабль поврежден, потому что в последнюю вылазку нам пришлось спасаться бегством не только от желающих засадить тебя в тюрьму или даже убить, но и от тех, кто готов был сдать нас одним из двух или всем сразу. Как ты вообще умудрилась разозлить ту жирную гусеницу?
– Он меня с давних пор не любит, – отмахнулась Деметра.
Рейгар закрыл глаза, и его ветки нервно зашевелились.
– Деметра, я хотел предложить… – тихим голосом произнес он. – Мы ищем Гринни почти полгода. Может… не стоит так рисковать…Может...
– Не смей так говорить.
– Но…
– Не смей! – она подошла к дереву. – Даже не думай!
– Хоть он и член твоего экипажа…
– Ты ступил на борт моего корабля достаточно давно, но еще не понял, что Гринни не просто… Он почти что мой младший брат… – Голос Де-метры сорвался; она опустила голову и зажмурилась, пытаясь совладать с собой. – У меня была семья однажды, а потом я лишилась ее. И Гринни смог... Но ты же не знаешь, что такое семья? Да, дерево? Ты из лаборато-рии – в тебе только базовый набор чувств и эмоций. Может, у тебя их во-обще нет? У тебя никогда не было семьи, поэтому ты не знаешь, каково это – потерять ее! – Деметра почувствовала, что все, так тщательно скрывае-мое долгие годы не только от Гринни, но и от себя, грозило вырваться наружу. Все эмоции, спрятанные глубоко в сознании, в попытках избежать боли от произошедшего много лет назад, затапливали ее.
– Я могу представить… – Тихо произнес Рейгар.
– Нет! Ты не можешь! Ты вообще дерево! – кричала она.
– Деметра…
– Даже если я увижу его тело, я найду способ вернуть Гринни к жизни. А ты – не смей думать, что он мертв. Если не хочешь мне помогать – вы-сажу прямо на этой планете.
От дальнейших споров их отвлек голос: Деметра настроила корабль на прослушивание всех переговоров поблизости.
– Последний раз ее видели здесь, – сообщил один из пилотов судна где-то в атмосфере планеты.
– Вард, полное отключение! – произнесла она, и корабль подчинился. Все системы перестали работать. За пару секунд температура понизилась почти на сорок градусов. Ветки Рейгара покрылись инеем.
– Деметра, – прошептал Рейгар.
– Тихо! Не трать кислород.
– Сигналов нет, – сказал другой пилот. Судно все еще прослушивало эфир. – Уходим.
– Под снегом лежит корабль, – внезапно сообщил первый.
– Давно мертв в таком-то холоде. Мы уходим.
– Пора улетать отсюда. – Произнес Рейгар, стряхивая с веток лед, когда переговоры закончились. – На этой планете слишком холодно.
– Спрячься в Аду, если не хочешь, чтобы тебя нашли.
Удостоверившись, что за ними никто не следит, они взлетели и взяли курс на край Вселенной.

Вард дрейфовал третьи сутки, перемещаясь вдоль космических нитей.
– Мы не можем так летать вечность, – произнес Рейгар.
– Не можем. Просто надо выждать. – Деметра искала любое упоминание о Гринни через все доступные ей каналы связи.
– Выждать, пока топливо закончится?
– Рей, мы не на топливе летаем, – чуть усмехнувшись, ответила она.
– Я не так это представлял. – Рейгар подпер собой стенку, и при нали-чии хорошего воображения, мог сойти за элемент декора.
– Быть беглецом не так захватывающе оказалось?
Гиперпространство захлопнулось позади корабля, выкинув из себя не-большой частный звездолет.
– У нас гости. – Прокомментировал Рей.
Прежде чем Вард успел исчезнуть, пилот другого судна вышел на связь:
– Деметра, это Остин.
Корабль мгновенно ощетинился орудиями:
– Назови хоть одну причину, почему мне не стоит убивать тебя.
– Я помогу тебе спасти Гринни.
– Ты уже достаточно помог, сдав нас Лорею.
– Где он? – встрял в переговоры Рейгар.
– На Нибиру. Туда Лорей ссылает ненужных ему свидетелей. И, Демет-ра, я ничего не рассказывал президенту. Я знаю, что он может сделать с вами.
– Как ты нас нашел? – спросила Деметра. Ведь она не сообщала о своих планах и, тем более, не высылала маяк.
– Этот корабль синхронизирован с тобой. – Ответил Остин. – Я просто пытался убедить его, что могу помочь тебе. И, попав в гипер, я смог до-стучаться до него. Он вывел меня на эти координаты.
– С каких это пор ты сам принимаешь решения? – весьма громко спро-сила Деметра у корабля. С приборной панели раздались шумы. – Нибиру, значит.
– Да. – Подтвердил Остин.
– Туда не так-то легко попасть. Особенно с пустыми руками. – Она быстро взглянула на Рейгара. – Вард, огонь из всех орудий. Не попади в пилота.
Корабль подчинился. Перед тем, как связь прервалась, Остин успел лишь выкрикнуть имя Деметры. Захватив гравитационным полем повре-жденный корабль, она изменила курс на Нибиру. Они были достаточно близко, чтобы добраться до планеты через гипер.
– Какого черта ты творишь? – кричал Остин с медицинского отсека.
– Рейгар, переведи его в грузовое. И сам останься там.
– Что ты задумала?
– Прогуляться на рынок рабов, что же еще.
– Я на это не подписывался! – возразил деревянный.
– Ты сделал это в тот день, когда решил не сходить на Вагнере.
– Ты же собираешься на самом деле продавать нас? – весьма серьезно спросил Остин.
Деметра начала снижаться через смертоносную атмосферу планеты, наполненную красными всполохами огня. Она рассчитывала приземлиться на Белом Мосту, и заходила на посадку. Рейгар что-то неустанно тарато-рил, выделяя моменты, что вся эта идея жуткая и смертельно опасная. И уверенности ему в этом добавило Плачущее поле, над которым они проле-тали.
Огромная серая равнина, носящая это название, получила его после масштабной битвы. Кто с кем и за что воевал уже забыли, но погибших было так много, что их кости и некоторые детали покрывали землю сплошным слоем до сих пор. Единственное, что уцелело – каменное дерево в центре, давно мертвое на момент битвы, но все еще стоявшее. Вихрь от корабля заставил его немного покачнуться и осыпать частичками старой древесины. За Плачущим полем находился Белый Мост: плато, полностью покрытое известняком - природная посадочная площадка.
Деметра связала Остина и Рейгара, покопалась в ящиках и извлекла ог-нестрельное оружие.
– Зачем это?
– Эта планета старше тебя как минимум в десять раз и населена бывши-ми землянами. Ты думаешь, они любят современное оружие?
– Я не знаю! Я там не был!
– Не ругайтесь, – вмешался Рейгар.
Все-таки иногда это дерево бывало самым спокойным и адекватным су-ществом на корабле. Ну, кроме тех случаев, когда Деметра с Гринни устраивали экстремальные поездки по хвосту кометы, или пролететь по горизонту событий черной дыры. В те моменты корнями мог зарасти по-чти весь медицинский отсек.
– Я не настаиваю, но нам нужен идеальный план. – Нервно проговорил он.
– Сиди тихо и не высовывайся, – пробурчал Остин.
Город, представляющий собой беспорядочное нагромождение зданий, выглядел необитаемым. Но стоило подойти ближе - и шум оглушал. За ним в пустыне лежали обломки космической станции.
– Ваша задача – молчать и слушаться меня, – сказала Деметра.

На окраине города Деметра нашла место обитания работорговцев.
– Что ты тут делаешь? – спросил Деметру один из охранников, едва она переступила порог
– Я хочу продать вот этих двоих, – девушка кивнула на Рейгара и Ости-на, – и купить одного хамелеона.
– Хамелеона? – скептически спросил охранник, осматривая незнаком-цев. Девчонка – явно землянка, держалась спокойно, и вроде даже не ки-борг. Мужик рядом – тоже землянин, но заметно нервничал, пальцы тере-били веревку на запястьях. Бывший свободный? Дерево с человеческими чертами... Компания, стоящая внимания, решил он.
– Хардарис недавно заимел одного.
– Где я могу найти его? – спросила Деметра.
– Сотня метров от другой стороны города. Там бар стоит. Мимо не пройдешь.
Кивнув в знак благодарности, Деметра отступила назад и подтолкнула Остина и Рейгара к выходу.
– Стой. – Произнесли из глубины склада. – Как ты добралась до храма сына Энлиля?
Два «раба» посмотрели на нее. Все поняли – это проверка. Раздались звуки затворов. Деметра медленно развернулась. Мужчина, который за-дал вопрос, стоял и смотрел прямо на нее. Его лицо, обезображенное шрамом на щеке, не вызывало ничего, кроме страха.
– Немного сложновато отвечать на вопрос, когда в тебя целятся два-дцать человек. – Попытался спасти положение Остин. Безуспешно. Муж-чина со шрамом мгновенно выстрелил. Пуля попала в плечо. Остин замет-но поморщился от боли.
– Спрашивали не тебя. – Размеренно произнес он.
– На крыльях его матери. – Ответила Деметра, мысленно молясь, чтобы фразы не изменили своих значений.
В воздухе повисла тишина. Мужчина со шрамом медленно смерил всех троих взглядом, затем дал отмашку своим людям – те опустили оружие.
– Вы можете идти. – Сказал он.
Повторять нужды не было.
– Какую часть слова «молчать» ты не понял? – раздраженно спросила Деметра. Остин лишь поморщился от боли.

– Мимо такого не то, что не пройдешь -не пролетишь. – Произнес Рей-гар, глядя на бар, построенный на остатках космической станции, что они заметили еще при приземлении.
– Пошли, – Деметра подтолкнула их к входу.
Внутри по кругу, «словно на выставке» как заметил Остин, стояли те, кому выпала участь быть проданными на этой распродаже судеб. Привя-зав своих «рабов», Деметра отправилась к Хардарису, сидевшему за од-ним из столиков. Но нельзя просто так попасть к главе работорговцев, не пройдя слои его охранников.
– Что тебе нужно? – спросил один из них.
– Хамелеон.
Хардарис услышал это и заинтересовался – он опер локти на стол, и, сложив руки в замок, подпер ими подбородок.
– Я хочу обменять его на тех двух, – Деметра указала на Остина с Рей-гаром.
– А с чего ты, позволь узнать, решила, что я обменяю хамелеона на че-ловека и непонятное дерево? – он сузил глаза и посмотрел на Деметру.
– Я сделала предложение.
Молчание. Слышны только говор покупателей и какая-то заунывная ме-лодия.
– Из дерева выйдет хорошее украшение интерьера. Я беру его. Приведи хамелеона, – Хардарис жестом приказал мужчине. – Не хочешь выпить?
– Нет.
– Зря. – Сказал он, залпом опустошив стакан. – Зачем он тебе?
– Нужен для одного дела. – Солгала Деметра.
– Для какого?
– Не могу сказать.
– Люблю тех, у кого есть секреты. Весьма милое деревцо. Где ты его раздобыла?
– Из лаборатории угнала.
Гринни, закованного в цепи, вывели из катакомб.
– Можно снять их? – поинтересовалась Деметра, когда конвой прибли-зился.
Небрежное движение рукой и цепи упали на пол. В этот момент раздал-ся первый выстрел. Это был Остин. И целился он… в Гринни. Дырка в стене за ним, показала, что меткость у Остина весьма посредственна. Охранники Хардариса мгновенно скрыли своего босса.
– Какого черта? – только и успела спросить Деметра перед очередным выстрелом.
Произведенный с более близкого расстояния и с лучшим прицелом, он должен был достигнуть метаморфа. И Гринни не смог бы от него укло-ниться даже если бы и не находился под действием десятка седативных.
Сейчас только две силы могли спасти ситуацию. Гравитация, которая изменила бы свои свойства, что, возможно, дало бы метаморфу шанс на выживание. И Деметра.
Она закрыла собой Гринни.
Пуля, метившая в метаморфа, попала в нее. Деметра почувствовала, как металл задевает сердце, заставляя его сбиться с ритма. Один вздох разде-лял ее и землю, но у самой поверхности ее подхватил Рейгар. В эту секун-ду бар лишился крыши. Паника распространилась мгновенно, быстрее, чем обломки некогда великой космической станции погребли под собой десятки людей. В образовавшейся пустоте сверху висел корабль.
– Вард? – удивился метаморф, наконец-таки придя в себя. Рейгар, не-долго думая, заплел ветками Деметру с Гринни и прицепился к кораблю.
– Послать за ними? – спросили у Хардариса, когда поняли, что стрелять бесполезно.
– Нет. – Остина, раненного, но живого, кинули перед Хардарисом. – Мы так не договаривались. – Произнес глава работорговцев медленно и с рас-становкой, почти выплевывая каждое слово.

Гринни на одном работающем двигателе дотянул до ближайшего без-опасного куска камня в космосе: система автопилотирования отказала еще в огненной атмосфере Нибиру из-за того, что Деметра умирала.
– Здесь нас точно искать не будут. – Произнес метаморф. – По крайней мере, еще пару часов.
– Что с кораблем? – спросил Рейгар, заметя вошедшего в медотсек Гринни и наблюдая за тем, как шесть механических рук не останавливаясь кружили над Деметрой: Вард спасал жизнь своего капитана.
– Он умирает. Она тоже.
Метаморф не смотрел на операционный стол опасаясь увидеть то, чего он боялся с первой встречи. Вместо этого он смотрел через окно медицин-ского отсека на спиральную галактику, рядом с которой они и останови-лись. Ослепительно белый центр был окружен несколькими рукавами, в которых виднелись вспышки от взрывов сверхновых – на них словно набросили тонкую красную паутину, почти невидимую по краям и пере-ходящую в непроглядную темноту космоса. С легкой руки какого-то пу-тешественника она получила название «Возврат из забвения». И это натолкнуло Гринни на мысль.
– Я спускаюсь в ядро. – Произнес он.
– Что ты задумал?
– Вард спасает ей жизнь. И, если его системы откажут раньше, чем он закончит…
– Но почему корабль тоже умирает?
– Рейгар, – метаморф закрыл лицо руками на несколько секунд, собира-ясь с мыслями, – они связаны. – Произнес он, тяжело выдохнув. – Деметра и Вард. Связью, которую ни ты, ни я понять, или даже представить, не в состоянии. И если один из них умрет – другому не выжить.
Рей из сказанного мало понял.
– С этих пор у тебя только один путь с этого корабля. – Предупредил Гринни.
Это Рей понял.

Метаморф знал этот корабль с самого детства. С того момента как Де-метра показала ему инженерный отсек, Гринни заявил, что это будет его местом. Но он никогда не был в ядре. Метаморф спустился ниже и попал в холодное помещение, построенное вокруг ядра. «Она убьет меня за это», – подумал Гринни за мгновение до того, как зайти внутрь.
Огромный голубой шар, искрящийся разрядами, словно Солнце проту-беранцами, уменьшался на глазах, сбрасывая одну оболочку за другой.
В медицинском отсеке Вард извлек пулю. Сердце Деметры сделало удар, регенерируя под воздействием множества препаратов. Они оба по-чувствовали вторжение метаморфа в ядро. Жизни Деметры не угрожало ничего, кроме самого корабля: он тянул ее ко дну, потому что перешел границу, за которой Деметра не могла вытащить обоих. Тянул к той тем-ноте, откуда нельзя выбраться. Туда, где нельзя определить даже свое по-ложение. Туда, где все заканчивается и все начинается. Туда, куда одна-жды она уже падала.
Голубой шар стремительно сокращался, грозя взрывом и уничтожением всего вокруг. «Моя очередь спасти вас», – мысленно произнес метаморф, подключаясь к ядру. Отголосок этого долетел до Деметры. Ее сознание сжалось. Снаружи руки робота зашивали ее рану. Ветви Рейгара беспоря-дочно шевелились. Гринни попал внутрь ядра. Он мог видеть связь кораб-ля и Деметры. Словно тысяча белых проводов расходилась от ядра по всему кораблю и сходилась в ней. И половина из них выглядели неактив-ными. Дотронувшись до них, Гринни лишился сил: сеть забрала почти все, пытаясь вернуться к нормальной работе.
Тихий, едва слышный приказ, пронесся через все пространство корабля. До Гринни дошли лишь обрывки, но он понял, что это от Деметры. А в следующее мгновение его выбросило из системы.
– Что произошло? – спросил Рейгар, когда метаморф появился в медот-секе.
– Она, – Гринни указал на Деметру, постепенно оседая на пол: он лиш-ком долго находился в холодном ядре, – убьет меня, когда очнется.
– Если ты раньше не умрешь от переохлаждения, – добавил Рейгар. – Ты весь белый. Тебе нужно в регенерационную камеру.
Корабль издал тихий скрежет и освещение померкло.
– Нет, ты не можешь! – метаморф ударил по стене медотсека. – Не мо-жешь!
– Тебе нужно в камеру, Гринни, – тревожно произнес Рейгар. – Пока еще не поздно. – Метаморф не слушал. Дерево нахмурилось и оплело его ветками, подняв над полом.
– Какого черта ты творишь? – возмутился Гринни, теряясь в реально-сти.
– Деметра справится сама. А тебе нужна помощь, пока у корабля еще осталась энергия.
После минуты препирательств Рейгар все же поместил Гринни в камеру.

Она помнила это место. Западный рукав третьей галактики чуть левее созвездия Персея. Всего пару лет прошло после их встречи. Она сидела на песке, отливающим красным в свете заходящей и двух восходящих звезд. Три солнца на небе и два человека на берегу.
– Зачем мы сюда прилетели? – спросил Гринни, очерчивая свою тень на песке.
– Подожди еще минуту, – ответила она и усадила метаморфа рядом с собой.
Три звезды восходили в положение, необходимое для редкого на этой планете явления. Одно солнце медленно спускалось к горизонту, и в какой-то момент, два других, отразив свет и исказив его, превратили темнеющие волны океана в плескавшееся расплавленным золотом чудо.
– Как это возможно? – воскликнул Гринни, забегая в воду.
– Некоторым вещам не требуется объяснений их красоте.
Через несколько секунд одно солнце пересекло горизонт и исчезло. Оке-ан мгновенно возвратился в свое привычное обличие. Стало слишком тем-но и холодно. Деметра почувствовала, как ее неумолимо тянет к земле. Коснувшись которой, она закрыла глаза, чтобы через мгновение открыть. Только находясь уже в другом месте.

Деметра очнулась через два дня. За это время Гринни успел исходить весь медотсек, а Рейгар устоять в одном положении больше суток.
– Деметра? – удивился Рейгар.
– Настолько не рад меня видеть?
– Нет, я радуюсь. Очень. Но…
– Что?
– Остин остался там. Корабль не забрал его.
– И правильно сделал.
– Деметра… – лицо Рейгара выражало надежду.
– Даже не пытайся, Рей. Он сдал нас Лорею и пытался убить Гринни. – Рейгар опустил голову. – Ему лучше с нами больше не пересекаться. Где?..
– Я здесь! – Гринни прибежал с мостика. – Как ты?
– Ты нарушил мой приказ. – Проговорила Деметра.
Улыбка сошла с его лица.
– Я должен был. – Пытался оправдаться метаморф.
– Нет. Ты отстранен от своих обязанностей за неподчинение.
Рейгар заметил, что это не вызвало у метаморфа какого-либо раздраже-ния и попыток продолжить оправдание. Он лишь чуть отошел, собрался с мыслями и произнес:
– Разрешите вернуться в мою каюту.
– Что теперь делать будем? – спросил Рейгар раньше, чем Деметра успела ответить Гринни.
– За нами все еще идет охота, поэтому нужно попытаться удалить нас из системы. И выяснить кое-что… Мы летим на Плутон.
– Ты уверена? – спросил метаморф.
– Да.

Солнечная система. Гринни и забыл, когда был здесь в последний раз. А Деметра помнила. Помнила каждый момент того побега, и метаморф по-нимал, что она вряд ли сможет забыть.
– Рейгар, тебе лучше остаться. – Произнесла Деметра, надевая на себя скафандр для выхода на Плутон.
– Почему?
– Охраняй корабль. – Приказала она. Рейгар даже не возразил. – К то-му же, для тебя не найдется подходящего размера.
Что-то недовольно пробурчав, Рей покинул отсек.
– Ты в порядке? – спросил Гринни. Деметра не ответила. Она, несмотря на отставку метаморфа, разрешила ему пойти с ней в качестве сопровож-дающего.
Вард приземлился на посадочную площадку станции.
– Знаешь, – произнес Гринни, перешагивая какую-ту ползущую тварь, напоминавшую гусениц Земли, – я бы здесь жил. Если бы любил холод, смешанный с азотом и метаном.
– И был бы ты тогда коричневым. Весь. – Ответила Деметра.
Гринни улыбнулся – по крайней мере, Деметра шутит. Или пытается. Значит, она в относительном порядке.
Пока она вскрывала дверь на станцию, Гринни оглядывался вокруг в поисках опасности. Но к его ногам лишь подползла коричневая гусеница. Коротко взглянув на метаморфа своими семью глазами голубовато-серого цвета, она издала писк и скрылась за ближайшим холмиком. Гринни смот-рел дальше: до самого горизонта. Затем выше. В небе Плутона был виден спутник – Харон, названный в честь перевозчика душ умерших в грече-ской мифологии.
«Гнетущая атмосфера», – подумал Гринни.
– Готово, – произнесла Деметра за секунду до того, как шлюз открылся и их почти смело потоком воздуха.

Они шли по многочисленным проходам станции, и от их шагов разно-силось эхо, заставляя стены дрожать. Или это было просто игрой вообра-жения. Деметра продвигалась глубже, руководствуясь памятью, в которой навсегда остались выжженными схемы коридоров.
Лабиринт стен закончился, открыв взору круглый зал. Гринни подкинул несколько светлячков в воздух.
– Что это за место? – спросил Гринни., оглядев изуродованное нароста-ми старое оборудование.
– Одно из сердец научно-исследовательской станции «Плутон», – отве-тил кто-то тонким механическим голосом. – Добро пожаловать!
– Ты кто? – спросил метаморф.
– Мое имя Намира. – Произнес голос. – Я звуковой интерфейс системы безопасности этой станции.
– Намира, – повторила Деметра, поджав губы. Гринни пожалел, что не умеет читать мысли: так бы он понял, что означало это выражение лица – страх или полную потерянность. – Что здесь произошло?
– Станцию закрыли после череды неудачных экспериментов, приведших к человеческим жертвам.
– Если она – система безопасности, то почему она нас пропустила? – за-дал вопрос метаморф
– Объект B127, – Гринни заметил, насколько неестественно Деметра от-реагировала на такое обращение, – зачем вы вернулись? – спросила си-стема.
– Выяснить кое-что.
– Как ты все еще работаешь? – удивился Гринни.
– Солнечные батареи. Но энергии очень мало. Боюсь, мне придется ско-ро отключиться.
– Ладно, – Деметра привела свои мысли в порядок, – Намира, главный компьютер поврежден?
– Нет. Но энергии на его запуск недостаточно.
– Это не проблема. – Деметра принялась запускать системы, вытащив из сумки энергоноситель. Гринни пришлось подобрать челюсть – он даже не представлял, где Деметра могла раздобыть такое. – У нас полчаса.
– Вы же знаете, что вам нельзя тут находиться. – Произнес голос.
– Намира, мне нужны данные по моему эксперименту.
– Данные засекречены.
– Кем? – спросила Деметра, смотря в пустоту.
– Данные засекречены.
– Так предоставь мне доступ!
Система молчала. А затем загудела. Один за другим индикаторы ожи-вали, заполняя пространство механическими звуками.
– Деметра, – ласково произнес Гринни – успокойся.
– Намира, когда-то ты не остановила меня. Хотя могла. Что изменилось? – Деметра смотрела в потолок. – Ответа не последовало. Деметра приня-лась искать информацию, используя один из дисплеев. Но к отчетам ее не подпускала система безопасности. – Намира?
– Открываю данные эксперимента над объектом B127. – Произнесла она.
– Машина обладает человечностью, – ничуть не удивился Гринни.
Система спроецировала все файлы на огромный стол, стоящий в полу-круге оборудования. Деметра подошла ближе. Она смотрел на материалы немного отрешенно: словно все еще колебалась над принятием решения. А затем приложила ладонь к поверхности.
– Вард, забирай.
– Нервные клетки мозга пациента, имеющие повышенную врожденную активность, – начал зачитывать вслух Гринни, – были совмещены с систе-мой искусственного интеллекта корабля. В результате между объектами образовалось устойчивое соединение, названное «Белый мост».
Гринни вглядывался в огромнейший поток информации. Только сейчас он понял, что на самом деле происходило здесь.
– На изучение этого уйдут недели, – произнес он. – У корабля с данной системой мог быть только один капитан… Наблюдались случаи бескон-тактного управления судном.… – Добавил Гринни. – Как на Нибиру… Полезное умение.
– После процедуры, система искусственного интеллекта корабля стано-вилась более похожей на нервную систему человека. – Добавила Намира.
– Эксперимент можно считать удачным. – Деметра смотрела на много-численные файлы. – Были еще участники? – спросила она.
– Да. Файл 10564.
Гринни начал читать:
– «После объекта B127 процедуре механобиосинтеза подверглись шестьдесят четыре человека. У всех последующих образцов наблюдались эффекты замещения сознания. Они не смогли адаптироваться к изменени-ям. У испытуемых наблюдалась смерть мозга. Только один из образцов – D348 – прожил более трех недель… Вынужден сообщить, что программу придется свернуть. Доктор Элтисгерн».
– Значит, были и другие…
– Но я никогда не была на их стороне. – Произнесла Намира. – Деметра, я решила, что ты должна жить. А здесь тебе бы не дали. Вот почему я не остановила тебя.
– То есть, один удачный образец… И это я. – Голос Деметры сорвался.
– Что произошло после закрытия станции? – спросил Гринни.
– Доктора Элтисгерна и других ученых должны были транспортировать на Землю для заключения. – Ответила Намира. – Но на орбите их корабль столкнулся с космическим мусором и, при входе в плотные слои атмосфе-ры, взорвался. Выживших не было.
– Намира, последняя просьба. Мне нужно, чтобы ты запустила один ви-рус по всей системе.
– По системе этой станции?
– Нет.
– Боюсь, моей энергии не хватит. – Предупредила Намира.
– Хватит. Мы с Вардом собрали его. Сейчас он у меня в голове. И тебе придется туда влезть.
Деметра достала складной нож, собрала волосы в хвост, и сделала тон-кий надрез на задней поверхности шеи. Затем взяла в руки кабель, шед-ший от главного компьютера, и протянула его Гринни. Он отшатнулся:
– Это слишком даже для меня.
– Давай без этого. Хуже уже не будет.
Он в этом сильно сомневался. Хоть и повидал за свою жизнь достаточ-но, но на это мужества у него не хватало.
– Гринни!
– Ага. – Немного дернувшись ответил метаморф.
Он наклонил ее голову, чтобы края раны разошлись, а затем, помор-щившись от мысли о том, что почувствует Деметра, ввел кабель внутрь. Она не произнесла ни звука.
– Намира, твоя очередь. – Деметра немного согнулась. А в следующую секунду рухнула на пол. Гринни подбежал к ней, но помогать было бес-смысленно: радужка ее глаз покрылась рисунком системы, а зрачок пре-вратился в мерцающий осколок.
– Достаточно, – прошипел Гринни, вытаскивая кабель.
– Я закончила. – Произнесла Намира.
Деметра очнулась пару минут спустя.
– Соскучилась по бытию лабораторной крысы! – вскипел он мигом.
– Я в порядке. Спасибо что спросил. – Сказала Деметра до жути спо-койным голосом.
Гринни гневно пнул кусок аппаратуры у себя под ногами. Железяка от-летела и развалилась на части, врезавшись в стену.
– Пошли. Нам нужно еще кое-что сделать.

– Где мы? – спросил метаморф, когда перестал различать стены кори-доров. Для него они все были одинаково потрескавшимися и жуткими.
– Нижние уровни станции. На полпути к источнику питания и центру контроля.
– Деметра? – окликнул метаморф, указывая на небольшую дверь, затя-нутую паутиной, под которой виднелся рисунок, что Гринни уже видел на их корабле. – Что там?
Прежде чем она ответила, Намира открыла им дверь.
– Верфь… – Шокировано проговорил Гринни, смотря на строительные шахты, уходившие глубоко в недра планеты. – Почему бы и нет?
Сюда Деметру приводили лишь однажды. Когда ей впервые показали Варда. Тогда у корабля еще не было имени, но она почувствовала, как он сам сказал ей его.
Добравшись до нулевого уровня, Деметра с помощью Намиры запусти-ла систему самоуничтожения станции.
– Пятнадцать минут до взрыва. – Произнес голос.
– Думаю, сейчас самое время валить отсюда. Причем быстро. – Гринни схватил Деметру за руку и потянул к выходу.
– Намира, – Деметра остановилась около люка, через который они во-шли, и посмотрела вглубь темного коридора, где мерцал слабый свет: таймер отсчитывал время. – Спасибо.
Вард взлетел, подняв в воздух столбы коричневой пыли. Гринни мыс-ленно попрощался с маленькой семиглазой гусеницей.
– Все хорошо? – спросил Рейгар.
– Теперь да. – Ответила Деметра, наблюдая за тем, как станция сотряс-лась и осела на землю. Каскадные взрывы внутри планеты вполне могли сместить ее ось.
– Куда теперь? – спросил он.
– Дракмур.

На небольшой планете H-5 Вард остановился на ремонт. На самом деле Рейгар просто хотел приземлиться где-нибудь. Потому что он не выдер-живал долгих полетов с двумя сумасшедшими пилотами, готовыми даже нырнуть в солнце. Что они почти и сделали однажды. Но Рейгар вскоре убедился, что Деметра выполняет все эти трюки с необычайной ловкостью и точно не собирается лишать жизни кого-либо на корабле. Если только расплавить обшивку… Но это можно подремонтировать.
Деметра заметила приближение Остина к кораблю до того, как он уви-дел ее.
– Стой! – задержал ее Гринни, когда она всерьез вознамерилась убить того. – Ты же не станешь этого делать?
– Отпусти меня!
Их весьма громкие разногласия долетели до ушей Остина, потому что он обратил на них внимание и остановился.
– Я бы не советовал подходить ближе, – зло произнес метаморф. Остин, нагло улыбаясь, сделал шаг вперед.
– Какого черта ты тут делаешь? – оскалилась Деметра.
– Для начала, прими мои извинения за то, что случилось на Нибиру. Я не хотел убивать тебя.
– Зато мою тушку ты явно собирался продать какому-нибудь коллекци-онеру. Не так ли? – сказал Гринни, понимая, что не сможет долго удержи-вать разгневанную Деметру.
– Никто бы тобой не заинтересовался. Даже крематорий. – Остин улыб-нулся, довольный собой.
– Ты с «Плутона»? – спросила Деметра.
– Нет. Что это вообще? – Остин весьма правдоподобно выразил удивле-ние, хотя сам спрашивал ее о том же, несколько недель назад.
– Тогда зачем ты постоянно ищешь и весьма успешно находишь меня?
– Я просто…
– Я нашел! – радостно перебил Рейгар, выбежав с маленькой железякой в руке.
В воздухе повисло молчание.
– Отлично. Можем улетать.
– Можно к вам в команду? – спросил Остин. – А то за мной охотится половина вашего бывшего гарнизона.
– Нет. – Ответила Деметра.
– С капитаном не спорят, – произнес Гринни, подталкивая деревянного внутрь.
– Ладно. – Пожал плечами Остин и отошел от корабля. – Спрошу через пару лет.
– Ни за что. – Прокричал метаморф сквозь шум двигателей.
Остин не знал, встретятся ли они еще, но точно знал, что будет этому всячески способствовать. Потому что его задание еще не выполнено.

Солнечная система. Земля. Тюрьма Астер. Четверо охранников, воору-женные до зубов сопровождали гостя до заключенного.
Тяжелая дверь отворилась, представляя взору маленькую и холодную, несмотря на жару снаружи, камеру. В полутьме зашевелился силуэт.
– Доктор Элтисгерн, поступил сигнал с Плутона. – Человек неопреде-ленного возраста обратился к ученому на полу.
– Надо же…
– Она была там. Система прислала записи перед тем, как станция была уничтожена.
Легкое движение рукой и в помещении появилась проекция двух су-ществ: зеленоволосого метаморфа и объекта B127. Он узнал бы ее спустя тысячи лет. Слишком высока ее ценность, чтобы забыть о ней.
– Деметра.
Мужчина ухмыльнулся и попытался встать.
– Думаю, – произнес он осипшим голосом, распрямляя плечи, – настало время встречи. – Он заглянул в глаза посетителя, заметив в них механиче-ский штрих. – Помоги мне выбраться отсюда.


Глава 3. События минувших дней
Пыльный костюм, покрытый перьями, был обычным предметом одежды населения планеты. Он не предназначался для особенных событий как то: свадьба, рождение ребенка, или же похороны. Он преследовал простую цель: спасать жителей от лучей палящего солнца. Но в тот год это облаче-ние обратилось в символ проклятия.
– Он родился! – воскликнул вестник, падая на колени перед вождем, восседавшим на троне из костей животных, обитавших на планете до того, как она начала сгорать.
– Я хочу его видеть! – прокричал вождь голосом, от которого содрога-лись стены и воины падали насмерть. – Принеси его!
– Слушаюсь, мой вождь. – Низкий поклон и вбежавший исчезает, остав-ляя за собой только ветер.
В другой хижине, женщина кричала от страха, переполнявшего ее. Она молилась богам, прося у них прощения и смерти тому монстру, что она породила.
Он появился во времена, когда его народ был на грани вымирания. По-следний остров сокращался каждый день из-за того, что лава сжигала его. Война за твердую почву под ногами достигла своего апогея. Он был лишь ребенком, способным обращаться в кого угодно, чей облик постоянно мерцал и напугал его мать; маленьким свертком, что лежал на руках во-ждя, когда тот собирался принести его в жертву богу Альту; существом, чьи волосы позеленели, едва оно почувствовало пропасть под собой. И в этом провидец увидел знак: что однажды их планета перестанет гореть и покроется зеленью.
– Он будет жить! – прокричал вождь своему народу, стоявшему позади него и ожидавшему, что со смертью ребенка падет проклятие, насланное на их планету. – Он подарит нашему миру зелень так, как боги подарили ему!
Это спасло жизнь маленькому существу. Но только до тех пор, пока все не убедились, что оно не принесет в их мир благодать богов, как ему предназначалось.

Космос молчит. Всегда. Он никогда не отвечает на крики помощи, он никогда не слышит стоны умирающих и слезы их оплакивающих, он глу-шит взрывы и звук столкновений. Космос молчит, закапывая все в своей темноте и тишине.
Обломки пассажирского судна медленно разлетались по случайным траекториям.
– Кто-то всегда выживает. – Медленно произнес Элтисгерн, смотря на Землю через огромное окно своего кабинета на корабле. – Кто-нибудь. Обязательно.
– Доктор, мы нашли одну. Она в медотсеке, – сообщили через минуту.
Выжившая лежала на операционном столе, едва дыша. Ее кожа была покрыта многочисленными ожогами, а внутренние органы отказывали один за другим.
– Вылечите ее! – прокричал Элтисгерн. – Она нужна мне здоровой!
У Смерти в тот день украли только одну душу.
Корабль набирал скорость и удалялся от обломков другого судна, уни-чтоженного всего одной ракетой с целью выявления идеального объекта для исследований. Невероятный и сумасшедший эксперимент доктора Эл-тисгерна начался.

Семечко лежало на влажной почве и могло бы пустить корни через не-которое время, если бы его не подобрал человек. Он прибыл на планету, чтобы принять участие в научной конференции, но по пути его взгляд привлекло зерно на обочине дороги. Ученый покрутил в руке пластину размером с ноготь и положил в карман. По возвращению домой, он раз-глядывал зернышко в течение нескольких часов, а затем поместил в один из своих боксов. Там, окруженное всем необходимым, зерно проросло спустя три недели. А через пару месяцев росток удивил ученого: на моло-дой коре, покрытой едва различимыми бороздами, начали формироваться человеческие черты лица.

Глубоко внутри планеты на верфи стоял готовый корабль. Двенадцать палуб, четыре двигателя; грузовой отсек, будучи весьма крупным поме-щением, мог вместить в себя несколько кораблей различных типов. Он нуждался в экипаже почти в двести человек, но предназначался только для одного.
На несколько уровней выше, в лаборатории, двадцать врачей суетились вокруг одного пациента. Тот лежал на операционном столе; из наполовину отсутствующей черепной коробки был виден мозг, подсоединенный к огромному количеству проводов. Около двадцати врачей суетились во-круг.
– Система корабля готова? – спросил доктор, игнорируя запахи крови, металла и кажется самого Ада. Несмотря на внешнее спокойствие, доктор волновался и предвкушал восторг после удачного эксперимента.
– Да. – Техник ввел программу в первую фазу активации. – Можно начинать совмещение.
– Начинайте.
Пациент и корабль почувствовали вторжение раньше, чем кто-либо из ученых заметил это. На первую попытку оба отреагировали весьма болез-ненно: у пациента начался припадок, а система почти отказала.
«Хорошо, что она ничего не чувствует», – подумал биоинженер, смотря на скачущие показатели. Он ошибался. Ее сознание находилось в агонии, как и ее тело, как и система корабля, как и он сам. В темноте и холоде, она пыталась найти хоть что-то, за что можно было удержаться и попытаться выбраться, но не воспринимала ничего, кроме кодов, что неслись огнен-ным потоком через ее сознание.
– Доктор, – взволнованно произнес один из ассистентов, – объект про-ник в систему станции.
Элтисгерн лишь довольно улыбнулся и проговорил:
– Не останавливайтесь.
В сознании поток превратился в ураган, что наводил полнейший хаос, но в то же время, готовил основу для чего-то нового. Поутихший огонь разделился на бесчисленные маленькие ручейки, выжигавшие схему ко-рабля. Все его строение, до последней детали и функции, что она выпол-няла, выжигалось в сознании пациента, оставляя после себя пылающее по-ле разума, пытавшегося уже не справиться, нет, уже сбежать от всего.
Вслед за этим пришла новая волна боли, огня и ужаса, приведшая с со-бой еще больший поток информации. Система безопасности научно-исследовательской станции «Плутон» не реагировала на брешь в защите, через которую тянулась тонкая ниточка. Очередь схемы строения станции проявляться в мозгу, чтобы остаться там на всю жизнь.
Внезапно боль закончилась. Огненный шторм стих, оставив после себя лишь тлеющий разум. Словно костер, оставляющий после себя угольки.
– Совмещение завершено. – Произнес кто-то ровным тоном. Доктор Эл-тисгерн поджал губы и нервно захрустел пальцами: он ждал, что будет дальше.

Он бежал. Так быстро, как только мог. Милость вождя племени, что увидел добрый знак богов в рождении меняющего обличия, сменилась на гнев, когда он понял, что никакой благодати от богов ждать уже не стоит. Гринни чувствовал, как земля сгорала под его ногами и становилась обжи-гающей, но он бежал, не останавливаясь. На холме около горизонта стоял корабль, прилетавший раз в несколько дней и забиравший тех, кто мог до него добраться. Гринни понимал, что это – его единственный способ избе-жать смерти. Или хотя бы попытаться.
Последним препятствием оказался расширяющийся ручей лавы, пожи-рающий землю, словно монстр, вышедший из тысячелетней спячки и же-лающий поскорее восстановить силы. Один прыжок, что почти убил Грин-ни, спас его. Сквозь шум умирающей земли, он услышал рев двигателей взлетающего корабля. Кто-то с борта заметил маленького ребенка, бе-жавшего вслед за набирающим скорость судном, и, сжалившись, скинул веревку.
Но спасение обитателей планеты не было актом милосердия. Это было планом, в конце которого стояли сотни существ, проданных на рынке ра-бов.

– Объект B127 удачно пережил совмещение. По крайней мере, он не умер во время проведения. – Доктор Элтисгерн проговаривал все вслух, чтобы программа могла записывать данные. Он ходил кругами по кабине-ту уже несколько дней из-за мыслей и сомнений, переполнявших его. – Нервные клетки мозга, имеющие повышенную активность от рождения, возможно, способствовали этому. – Он еще раз взглянул на свои расчеты. – Тогда почему она в коме? – спрашивал он сам себя. – Почему? Почти три месяца… Надо будет познакомить ее с кораблем, – задумчиво прого-ворил ученый, очерчивая в голове возможные развития последствий. – Она не реагирует на внешние раздражители… Как и… Ни один инженер не может сказать, почему корабль не активен. Если в ближайшие две неде-ли их показатели не улучшаться, – ученый закрыл глаза, – боюсь, придет-ся начать заново. – Он устало сел за свой стол.

Когда она очнулась, то поняла, что огненный шторм не был кошмаром. Он был настоящим. Медленно остывающий разум пронзали только корот-кие воспоминания о боли, а непонятные схемы роились словно несметное количество растревоженных пчел.
 – Проснулась? – спросил чей-то расплывающийся силуэт. – Хорошо.
«Что «хорошо?» – подумала Деметра, не в силах произнести это.
– Катастрофа. Только ты выжила. – Сказал другой, промелькнув в поле зрения.
 «Катастрофа?» – переспросил мозг сам у себя, понимая, что он ни чер-та не понимает. Легкое жжение растеклось по венам и приказало всем успокоиться, утягивая в темноту, где на этот раз было безопасно.
– Зачем?
– Так надо.
Силуэты появлялись еще три раза, чтобы задать вопросы, на которые они не получали ответов, и отправить по дороге с огнем по обочинам в пу-стоту. На четвертый раз дорога исчезла.
«Хватит», – прозвучал чей-то голос в голове, и сознание прояснилось, насколько это было возможно. С пепелища постепенно исчезали остатки, обнажая то, что было под ними. «Слишком много белого», подумала Де-метра, сумев, наконец, оглядеть помещение, в котором она находилась: огромное количество оборудования, следящее за всем, чем можно; белые стены, запомнившиеся своим молчанием и отсутствием окон; и кровать, к которой она была привязана.
– Твой корабль потерпел крушение около Земли, – произнес доктор напротив нее. Дни прежде, он задавал различные вопросы, а сейчас – был готов отвечать на них. Так, по крайней мере, ей казалось.
– Почему я ничего не помню? Даже своего имени?
– Травмы были очень тяжелыми, – ответил он, – возможно, так твой мозг пытается защитить тебя от их последствий. Тем не менее, я хочу тебя кое с кем познакомить.
– С кем? – спросила она.
– С тем, у кого возникла связь с тобой после крушения. Пойдем.
Доктор направился куда-то по коридорам станции, ведя пациентку в со-провождении нескольких охранников. Ниже и ниже, в место, которое на карте в ее голове значилось верфью. Ее имя всплыло в голове так же рез-ко, как и все эти схемы многочисленных коридоров. Деметра. Она повто-рила. Еще раз. Язык неохотно произнес имя – будто оно было чужим.
Небольшая дверь с непонятным рисунком являлась последней прегра-дой между Деметрой и чем-то неизвестным, скрежещущим у нее в голове, и явно исходящим из-за преграды перед ней.
– Что там? – спросила она.
Дверь отворилась, открыв взору прямоугольное помещение.
– Входи. Не бойся. – Произнес доктор. – Это сенсорная комната. Про-сто проверка.
Деметра сделала шаг вперед:
– Что там?
Освещенный тоннель, уходивший далеко вниз, поражал своими разме-рами. Деметра не могла сказать, насколько глубоким он был – ее взору мешал корабль, закрепленный в нем. Шум в голове прекратился, и Демет-ра почувствовала, что не может контролировать свое тело – это была не ее оболочка. Она отклонилась назад, и корабль сошел с опоры, сломав ее. Боль пронзила разум, заставив содрогнуться, рухнуть на пол и запомнить лишь имя, перед тем как отпустить в темноту.

Сколько времени нужно ребенку, чтобы понять, что веревки, связываю-щие его руки – это не ради его безопасности? Сколько времени нужно, чтобы понять, что это – не корабль, спасающий людей? Сколько времени нужно, чтобы понять, что он попал в рабство?
Гринни сидел на полу, облокотившись о стену, рядом с многочисленны-ми бывшими жителями Огненной планеты.
– Из-за тебя мы здесь оказались! – выкрикнул кто-то перед тем, как наброситься на него, с целью если не убить, то покалечить.
– А ну прекратили! – приказал голос откуда-то сверху, заставив всех пригнуться от страха. Через минуту в отсек вошли несколько людей и вы-вели ребенка.
– Убейте его! – прокричал кто-то напоследок.
Гринни не знал, куда летит этот корабль, но отчаянно желал, чтобы по прибытии его не пытались убить. Его подтолкнули через порог комнаты и закрыли дверь.
– Как тебя зовут? – спросил толстый мужчина, стоявший к нему спиной.
– Гринни, – тихим голосом ответил он и огляделся. То ли в поисках че-го-нибудь для защиты, то ли в поисках путей отступления.
– А кто дал тебе это имя?
– Я.
Мужчина ухмыльнулся, затем сел в кресло, внимательно смотря на ре-бенка:
– За что они тебя так не любят?
Гринни поежился, сконцентрировался, и изменил облик на охранника, что привел его.
– Ты знаешь, кто ты? – отрицательное качание головой. – Полиморф. – Мужчина широко улыбнулся и, как показалось Гринни, потер руки. – Ме-няющий облик. Хамелеон. Ты весьма ценен.
– Куда мы летим? – спросил Гринни, возвращаясь в свой нормальный вид.
– На одну планету, чтобы избавиться от тех злых родственников, а по-том – в твой новый дом.

В маленьком боксе оставалось не так уж много места для растущего де-ревца, поэтому ученый призадумался, что ему делать дальше. Когда же дерево открыло глаза, пришлось переселять его на задний двор, где оно и продолжало расти в течение нескольких последующих лет. Заметив осо-бую любовь растения к изучению языков, ученый допустил его к компью-теру. В скором времени растение могло изъясняться на двадцати языках и наречиях. Рейгар, такое имя выбрал ученый для своего приемыша, также начал изучать медицину и биологию, потому что хотел понимать те диа-граммы и формулы, что мелькали среди документов приемного отца.

Она не помнила, сколько времени прошло, и как она оказалась пристег-нутая к кровати. Открывать глаза не хотелось: белые стены сдавливали окружающее пространство, превращая палату в тюрьму.
«Вард?» – повторила она слово, что заставило ее разум содрогнуться. Спросила еще раз, не надеясь получить ответ. Но ответ поступил. По бе-лой нити, связывающей их двоих, пронесся импульс.
«Разговариваю с кораблем…, – заключила Деметра. – Дожили».
«Радуйся, что выжили», – было ей ответом.
Изображения, старательно извлеченные из восстанавливающейся памяти с посторонней помощью, промелькнули перед глазами, дав неполную кар-тину событий последних шести месяцев: она высчитала это по датам на по-казаниях приборов.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил доктор Элтисгерн.
– Хорошо.
– Ничего необычного не заметила?
– Нет.
Она лгала. Потому что знала, что доктор хочет знать: удачно ли про-шел эксперимент. Но, если бы она подтвердила это, то пришла бы очередь других испытаний. Разум молил о пощаде и планировал побег, лишь бы снова не оказаться во власти огненного шторма.
– Мыслей, звуков, ощущений? – перечислял доктор.
– Нет. – Деметра все отрицала. До последней секунды она убеждала его, что ничего не изменилось, что вкус металла покинул ее губы, что тело больше не содрогалось от холода недр планеты, что она не чувствовала пилу, которая резала корабль изнутри. Она считала, что ей даже повери-ли… Пока глаза ее не уперлись в хирургическую лампу над ней, а тело не вздыбилось на жестком холодном столе.
– Ты знаешь, как тебя зовут? – спросил Элтисгерн, обходя ее.
– Деметра.
Одна мысль пронеслась через ее сознание. Обе стороны согласились.
– Придется снова залезть к тебе в голову, Деметра, – сказал он. – Мне жаль. Ты не смогла освоиться с новыми способностями, – продолжал Эл-тисгерн.
– Конечно. – Произнесла она почти нечеловеческим голосом.
На много уровней ниже, корабль открыл огонь из всех орудий.
Мгновение – и что-то острое и металлическое оказалось в ее руке, и, не успев даже нагреться от прикосновения, обагрилось кровью рядом стоя-щего человека. Две секунды – и оружие подбежавшего на тревогу охран-ника убило троих. Кровь на полу заставила психику Деметры разогнаться, превратив ее в монстра, желающего убить источник всех своих проблем. Элтисгерн выбежал из лаборатории и заблокировал за собой дверь.
Внизу корабль начал взлет, круша перекрытия.
Шум достиг верхних уровней, где Деметра оставила позади себя уже около десятка мертвых людей. Коридор чист. Не считая трупа охранника, который лишился оружия и одежды: в операционном халате ей было сложнее затеряться на станции
– Деметра, – она сжалась от звука своего имени и врезалась в стену. – Тебе нужно выбраться отсюда.
– Кто ты? – спросила она.
– Голос системы безопасности. Твой корабль на уровне C. Оттуда есть выход…
– Я знаю. – Прохрипела она, пытаясь выровнять дыхание. Она чувство-вала, как корабль сметает все препятствия.
Из бокового хода выбежали еще пятеро охранников. Через шестьдесят четыре метра была шахта вентиляции, через которую можно было попасть на уровень C быстрее, чем охранники смогли бы добежать туда. Деметра начала медленно опускать оружие. Но, перед тем как оно коснулось ме-таллического пола, раздалась очередь выстрелов. Трое убиты сразу. Остальные слишком медлительны. Тело чувствовало все, но сознание, со-единенное с кораблем, отказывалось воспринимать человеческую боль, поэтому ранения она заметила слишком поздно.
Один ярус разделял ее и корабль. Пол затрясся и разошелся трещина-ми. Деметре пришлось падать через дыру в полу прямо на корабль. Он завис на несколько секунд, дав ей возможность попасть внутрь, чтобы за-тем, разрушив последние преграды, выбраться в атмосферу и совершить прыжок. Маленькая коричневая планета осталась позади. Но Деметра не успела даже подняться, как корабль сотрясся от столкновения - на выходе из гиперпространства было другое судно.
Два сцепившихся корабля нарушили баланс воронки, и она захлопну-лась, аварийно выкинув их у ближайшей черной дыры. Затянув остатки чужого корабля, Вард заглушил двигатели, и по просьбе Деметры усилил контроль над ее телом, что помогло ей добраться до обломков. Там, среди груды искореженного металла и тел, кто-то шевелился.
– Какого черта ты нас сбила? – прокричал выживший.
– Я тебя не сбивала.
– Я заплатил ему уже! Пусть отстанет от меня или будет иметь дело с Линсаном!
– Ради всего святого… Заткнись! – шепотом произнесла Деметра. – Кто ты?
– Так ты не от… – Незнакомец выразил недоумение, а потом засмеялся. – Слава всем богам!
– Кто ты? – спросила она снова.
– Торговец. – Он посмотрел на капли крови на полу и шагнул вперед. – А тебе нужна помощь.
– Не подходи! – Деметра направила на него оружие.
– Ладно, ладно, – он отошел, подняв руки, – хорошо. Только не стре-ляй.
– Чем ты торгуешь?
– Мной. – Из-под обломков выбрался мальчик и подбежал к Деметре.
– Работорговец, – прохрипела она.
– Да. – Ответил мальчонка, вцепившись в нее. – Забери меня.
– Ты не можешь его забрать! Он принадлежит мне.
Из-за потери крови, Деметра едва стояла на ногах и в глазах темнело. Вард не мог держать ее бесконечно. Корабль со скрежетом резко дернулся в сторону.
– Что это? – взволнованно спросил ребенок, держась за Деметру.
– Мы у черной дыры. И, если не выберемся отсюда через несколько ми-нут – не выберемся никогда.
– Тогда предлагаю убираться как можно быстрее. – Сказал торговец.
– Мне не нужны лишние на борту, – проговорила Деметра. Хотя, это, скорее, было от имени корабля.
Деметра сделала несколько шагов назад, ремнем привязала себя за кре-пежную ручку к кораблю. Другой рукой она прижала ребенка к себе.
– Ты что делаешь? – с ужасом прокричал торговец, когда шлюз сброса начал открываться. Через пару секунд отсек очистился. Восстановив гер-метичность, корабль покинул опасный горизонт. Едва коснувшись ногами пола, Гринни отбежал от Деметры.
– Зачем ты это сделала? – спросил он, едва не плача.
Деметра прислонилась к стене: ей было трудно стоять.
– Ты не убьешь меня? – снова задал вопрос ребенок.
– Почему я должна сделать это?
– Поэтому, – ответил он, изменив облик.
– Нет. – Ответила она перед тем, как потерять сознание.

Годы шли, и Рейгар стал все чаще замечать, что его приемный отец все меньше обращает на него внимание. Они почти уже не разговаривали. И квартира с каждым днем становилась все более пустой. Первыми покинули ее компьютеры, оптическое оборудование, и образцы чего-то, чего Рей ни-когда не видел из-за черного стекла, накрывавшего их, далее настала оче-редь архивов, затем – предметы обихода и декора. Рейгар не понимал, что происходит. А на все его расспросы он получал лишь расплывчатый от-вет: «Время пришло». Последним квартиру покинул ее владелец, но этот факт остался позади Рейгара, как и он сам остался позади благополучия, когда понял, что находится в трущобах неизвестного ему города. Тесно построенные высокие многоквартирные дома, с металлическими перекры-тиями для передвижения между ними, выглядели весьма устрашающе для того, кто видел их впервые. Особенно ночью при проливном дожде, когда каменная плитка, проложенная столетия назад, смешивалась со всеми от-ходами и превращалась в отвратительное месиво.
Когда кто-то тронул его за ветку, Рей отпрянул в сторону с совершенно испуганным взором.
– Эй, тихо, тихо! Ты не местный? – спросила девица в экстремально ко-ротком платье, поверх которого был накинут дождевик.
– Нет.
– Иди к Джонни. Он поможет.
– Кто? Почему? – упорядочить свои мысли у Рейгара не получалось, потому что одна затмевала все остальные: «За что? За что меня выкину-ли?»
– За тем поворотом. – Сказала она и растворилась в ночи так же быст-ро, как и появилась.
Минуты, проведенные под дождем, чуть прояснили сознание Рейгара, и он сформулировал цель: найти приемного отца. Прошлепав до поворота, Рей увидел рухнувший вертолет, переделанный под какой-то магазинчик. Мимо прошел человек, несший коробку на плече, и грубо крикнул Рейга-ру:
– Прочь с дороги!
Деревянный отшатнулся к ближайшей стене, на которой висела вывеска: «С ядерным оружием не входить!». Решив, что это – место, куда его направила девушка в переулке, он зашел внутрь. Где тут же столкнулся с гуманоидом, выпадавшим из бара.
– Что бы тебя тут больше не было! – прокричал разносчик, выравнивая столы.
Но взгляд Рейгара зацепился не на пестрой компании посетителей бара, а лишь на одном ее представителе: курящем человеке, чья голова была наполовину заменена металлом, и чей механический глаз заставил дерево съежиться от страха.
– Наемник всегда знает, сколько стоит твоя жизнь. – Произнес проез-жавший мимо робот и подмигнул.
– Дерево! – окликнули Рейгара из-за стойки. – Иди сюда. Ты не местный что ли, а то я тебя здесь впервые вижу.
– Да. – Произнес Рей, пытаясь перекричать шум. – Я ищу Джонни. Мне сказали, он может помочь.
Бармен с секунду посмотрел на дерево, а потом засмеялся.
– Эй, народ! – привлек он всеобщее внимание, забравшись на стойку. – Он ищет Джонни! – большинство присутствующих повернулось к ним, и, посмотрев на дерево, тоже засмеялись. – Он ищет… – бармен согнулся от смеха, – Джонни! – волна хохота прокатилась по бару. Рейгар стоял в недоумении. – Как думаете, кем он его возьмет? – толпа ответила шумом. – Элементом декора? – бармен произнес это слишком вычурно и снова за-лился смехом.
Наемник встал из-за своего столика и, шаркая подошвами ботинок, направился к выходу, одним своим видом расчищая дорогу среди смею-щейся толпы. Проходя мимо дерева, он схватил его за ветки и выволок из бара.
– Почему они смеялись? – непонимающе спросил Рейгар.
– Убирайся к чертям с этой планеты, если не хочешь закончить свою жизнь в качестве удобрения. – Хмуро произнес убийца и вышел под дождь, накинув кожаный капюшон на голову. – В 7:30 с квартала Огней отходят торговые корабли.
Слова наемника, перебиваемые шумом, донеслись до Рейгара. Он по-смотрел на темно-серые тучи, застилавшие небо, и шагнул вперед, не имея ни малейшего представления о том, где находится квартал Огней.

Гринни не знал, как помочь Деметре, но единственным, что включилось при входе в медотсек, была регенерационная камера. За часы, что она там провела, Гринни успел изучить все. Он запомнил каждую деталь и каждый инструмент. За этим занятием он не просто ожидал исцеления Деметры, но и пытался организовать себе причину остаться на этом корабле. Гринни думал, что раз она спасла ему жизнь, то теперь, может быть, разрешит ему остаться. Чего он хотел больше всего на свете, так это найти место, которое он мог бы назвать домом. И ему казалось, что он его нашел, потому что в какой-то миг ему хватило смелости вернуться в свой истинный облик и по-смотреть на собственное отражение.
Некоторое время единственным занятием Гринни было кручение на сту-ле и рассматривание сквозь окно отсека планеты, желтая атмосфера кото-рой превращала ее в солнце. Раздался сигнал, оповестивший, что время в регенерационной камере подошло к концу. Гринни мгновенно подбежал к Деметре и помог ей выбраться.
– Ах, зеленый, ты все еще здесь? – спросила она без капли раздражения.
– А где мне быть?
Деметра пожала плечами, осознав, что ему некуда идти. Только, кому «ему»?
– Как твое имя?
– Гринни.
– Классные волосы, Гринни, – мягко произнесла она. – У людей таких не бывает.
– Я полиморф.
– Тот вид, что ты принял, – начала Деметра, пересаживаясь из камеры на свободный стул, – ты встречал кого-то похожего раньше?
– Нет.
– Тогда ты – метаморф. – Заключила она. – В отличие от полиморфов, тебе не нужен образец. Ты изменяешь облик, делая его полностью ориги-нальным.
Гринни кивнул в знак согласия, а затем скопировал внешность Деметры.
– О как. Это я так выгляжу? – спросила она, рассматривая свою копию. Порванная и окровавленная одежда, совмещенная с чрезвычайно здоро-вым видом.
– И как меня зовут? – улыбаясь, спросил Гринни.
– Деметра.
Метаморф вернулся к своему настоящему виду и спросил:
– Можно мне остаться на корабле?
– Ты еще ребенок. – Коротко ответила она.
– Я могу быть полезным. И… – Взгляд Гринни устремился за спину Де-метры. – Наверное, стоит сказать, что к нам летит чужой корабль.
– Что? – встревожено спросила она, посмотрел в иллюминатор.
Только оказавшись на капитанском мостике Деметра поняла, что у нее нет технических знаний, необходимых для управления кораблем. Тем не менее, разрешив ситуацию единственным известным ей способом, они прыгнули.
– Как ты это делаешь? – спросил Гринни, заметив, что Деметра даже не прикасается к панели управления.
– Я с ним связана.
– Как?
– Я не знаю. Просто связана. Крепче чем…
– А у тебя есть семья?
– Они считают меня мертвой. – Мгновенно выпалила она.
Деметра хотела к ним вернуться, Гринни это чувствовал. Но для нее все было сложнее. По высчитанным датам с лаборатории, она пробыла там шесть месяцев. Но после какого дня начались эти шесть месяцев? Где была точка отсчета? С ужасом для самой себя, она осознала, что не помнит дату своего вылета с Земли. Она не помнит ничего из того, что с ней происхо-дило до эксперимента. Только обрывочные факты и смутные образы, ко-торые больше походили на обрывки сна, чем на реальность.
Гринни посмотрел на нее, а затем подошел и обнял.
– Первые пять лет моей жизни меня пытались убить, а потом – продать в рабство. В чем-то мы похожи. – Он поднял на нее взгляд и улыбнулся. – И, если ты не собираешься выгонять меня с корабля, то я хочу его осмот-реть. Тебе это тоже было бы полезно, судя по всему.
– Ага, – согласилась Деметра, подавив в себе волны эмоций. – Да. Мо-жет быть.
Хотя в ее голове и была полная схема строения и всем своим существом она чувствовала этот корабль, она пошла вслед за маленьким ребенком с чудными зелеными волосами.
Оказавшись в инженерном отсеке, Гринни сообщил, что хочет здесь за-крепиться. А получив отказ из-за неподходящего возраста, изменил облик на взрослого человека. «Только после совершеннолетия», согласилась то-гда Деметра. По земным меркам, или по меркам родной планеты Гринни – она не уточнила. Да и зеленый не спрашивал. Потому что условие выпол-нять не собирался. Меньше чем за год, он изучил корабль от верхней па-лубы до нижней. Узнал его имя – Вард, и покопался в электронике. По-следнему даже пришлось даже начать биться током, чтобы остановить зе-леноволосого от посягательств на схему ядра. Гринни даже посидел в кресле пилота. Но первый же полет привел их на планету с желтыми водо-падами и существами в красном, которые поклонялись огромным светя-щимся грибам и задумали построить храм вокруг корабля, который вне-запно рухнул на их территорию.
Побег после срочного ремонта судна способствовал занесению в список преступников: их обвиняли в нарушении ценностей и религий обитателей планеты.
Это было только началом их путешествия.

Он спросил у четверых, как добраться до квартала Огней. И все указы-вали разное направление. Бесконечные, как ему казались, часы блуждания по городу под проливным дождем случайным образом вывели его к не-большой реке. Выше по течению которой, Рейгар увидел посадочные площадки для кораблей, освещенные огнями.
– Вы можете мне помочь? – спросил деревянный у первого пилота, или человека похожего на него, которого он увидел.
– Я благотворительные акции не устраиваю, – буркнул тот в ответ, сидя на открытых грузовых воротах корабля, как понял Рейгар.
– А вы не знаете того, кто этим занимается?
Пилот посмотрел снизу вверх на двухметровое дерево и засмеялся.
– Серьезно? – спросил он, пытаясь отдышаться. – Ты вообще не знаешь это место?
– Я не… не отсюда родом.
– Тогда понятно. Но убирайся-ка отсюда поскорее, пока еще жив. На тридцать шестой площадке стоит корабль одного землянина. Он любит деревья. Так что тебе туда.
– Спасибо, – коротко ответил Рейгар, чувствуя себя самым паршивым образом.
На указанном месте никого не было, и Рейгар начал думать, что он об-речен остаться на этой странной, чужой и не желающей его принимать планете. Он осмотрел площадку и заметил на ее краю светящийся цифер-блат часов, отсчитывающий время, возле которого он и сел. Три часа со-рок восемь минут.
Корабль при приземлении устроил завихрение, которое явилось причи-ной незначительной потери листьев у Рейгара. Он ожидал, что кто-нибудь выйдет наружу, но этого не происходило. Словно внутри корабля никого не было. Разгрузочный робот въехал на площадку и недовольно просиг-налил, заметив, что у него все еще нет доступа на платформу. Однако шлюз корабля открылся, и робот смог приступить к выполнению своих обязанностей. Навстречу вышли два человека, коротко поприветствовали разгрузчика, и проследовали мимо Рейгара, улыбнувшись и ему. Это навело Рея на мысль не ждать капитана снаружи, а искать внутри. Но углубиться в поиски он не смог: его посчитали нарушителем и не очень вежливо хотели выдворить с корабля, когда приказ капитана остановил всех.
– Кто это? – спросил он, подходя к Рейгару, и разглядывая его.
– Проник на корабль.
– Мы не в полете, – начал капитан, – поэтому, это называется «появле-ние на корабле с целью заключения разговора». Вам следует прочитать Устав. – Конвоиры Рейгара согласно кивнули. – Отпустите его. – Рей лишь оглянулся на уходящих внутрь людей и поблагодарил капитана. – Я Крит, капитан этого судна. Чем я могу тебе помочь?
– Мне нужно найти свою семью. – Произнес деревянный.
– Как твое имя и откуда ты родом?
– Рейгар. И… – он замялся, – я не знаю.
– Определенно не с Земли. Там деревья не разговаривают. И незнание тобой твоей родины усложняет поиски. – Капитан на секунду задумался. – Ты можешь полететь с нами до планеты Адона. Она будет третьим пунк-том назначения моих перевозок. И там находится огромнейший архив. Может быть, ты найдешь что-нибудь.
– Спасибо, капитан. – Рейгар улыбнулся.
– Наверху каюты экипажа. В 13F есть одно свободное место.

За несколько десятилетий они исколесили космос и успели попасть не в одну неприятную историю. Как и все первооткрыватели, коими они для себя и являлись, они частенько попадали в ненужное время и в ненужное место. Но поймать их не могли: корабль, под управлением Деметры, был слишком хорош, по сравнению с перехватчиками различного рода. Но кое-кто все же сумел. Он следил за ними несколько месяцев, и, выяснив, что они остановились в пустыне, отправился на встречу.
– Я хочу поговорить с капитаном, – произнес он, подходя к их кораблю. Свой он предусмотрительно оставил на много километров позади, чтобы они не посчитали его угрозой: ведь одинокий странник не сможет принести большого вреда.
– Кто ты? – спросил Гринни, выбравшись из тени Варда и держа гостя на прицеле. Другого приема незнакомец и не ожидал. Путник стянул с ли-ца ткань, защищавшую от песка, обнажив серую кожу, и поднял руки вверх.
– Мое имя Вега. Я не причиню вреда. Я просто хочу поговорить с капи-таном.
– Зачем? – недружелюбным тоном спросила Деметра, сходя с корабля.
– Как долго ты так скитаешься, Деметра?
Теперь в Вегу целились двое. А он стоял абсолютно спокойно с подня-тыми руками, не давая им ни малейшего повода усомниться в их безопас-ности. И улыбался.
– Достаточно. – Ответила Деметра.
– Достаточно, чтобы попасть в несколько сотен рапортов о правонару-шениях, и в графу «Происшествия» бортового журнала? – уточнил Вега.
Его голос подтолкнул Гринни на мысль о гибридном происхождении гостя.
– Как ты все узнал? Ты из правительства? Из какого? – Спросил мета-морф.
– Услышал, заинтересовался, нашел. – Ответил Вега. – Я хочу предло-жить тебе работу.
– На тебя? – поинтересовалась Деметра.
– Да.
– Почему я должна согласиться?
– Специфика нашей работы – перевозка грузов, о которых наше доро-гое правительство не знает. Верь мне. – Вега напрочь игнорировал при-сутствие метаморфа, обращаясь только к Деметре. – Я предоставляю за-щиту всем, кто на меня работает. Таким образом, я превращаю преступни-ков в людей.
– Перевозящих нелегальные грузы, – язвительно добавил Гринни.
– Зато у нас весело. Твой корабль весьма необычен. – Продолжал Вега. – И, как я выяснил, ты достаточно хороший пилот.
Деметра переглянулась с Гринни, словно спрашивая совета.
– Зачем мы тебе?
– Потому что тебе, – Вега все еще игнорировал Гринни, – нужно место, куда можно было бы приземлиться. Не вечно же вам по пустыням скитать-ся.
– И что это за место? – спросила она.
– Вертмид. Если согласишься – я тебя жду.

На пороге дома Остин обнаружил конверт, что его весьма удивило: по-следнее бумажное письмо было отправлено, когда ему было меньше двух лет. Скинув с себя верхнюю одежду, он вскрыл конверт и обнаружил по-следовательность чисел.
Поняв, что до назначенного времени оставалось чуть меньше двух ми-нут, Остин заторопился. С точностью в секунду над столом появилась проекция Беллами.
– Остин, рад тебя видеть, – проговорил он.
– Капитан.
– Думаю, ты знаешь, кто такой доктор Карл Элтисгерн.
– Да. – Коротко ответил Остин.
– И что же заставило сына пойти против собственного отца?
– При всем уважении, капитан, я не хочу разговаривать о моей жизни.
– А мы и не разговариваем о твоей жизни. – Проекция чуть померкла и пошла помехами. – Я задал этот вопрос, чтобы узнать расстановку твоих приоритетов. Твое задание связано с ним.
– Что я должен сделать?
– Найти его детище.
– Простите, но я не понял.
– Объект B127 из программы «Совмещение». Тот, что сбежал, когда ты был на мониторинге. Ее зовут Деметра. И она находится под покровитель-ством Веги. Первая часть – это найти ее, и убедиться, что это действитель-но она. Заставь ее показать связь с кораблем.
– Не совсем по моему профилю.
Остин не имел желания искать жертву эксперимента своего отца, потому что это могло привести его к встрече с ним, однако понимал, что сам под-чиняется давнему конкуренту Элтисгерна – Беллами Орхельму – а послед-нему выживший образец скрытой программы может принести большую пользу.
– К твоему мы тоже придем, не беспокойся. Вторая часть – это заставить ее подчиняться нам.
– Как я смогу это сделать? – Все же спросил он.
– Не знаю. Это твое задание, не мое. Выполняй.
Проекция исчезла, оставив Остина в полнейшей тишине.

Гринни заглянул в очередной населенный пункт в надежде найти место, где он сможет расслабиться. Деметра работала на Изантрисе, чтобы ку-пить детали для корабля, а ему уже надоело кататься по окрестностям в виде синего шара.
– Все этот Вега, – пробурчал он, наконец дойдя до маленького бара. – Что б ему там комета в причинное место заехала.
Все началось с пару месяцев назад, когда полукровка направил к ним клиента, которому нужно было перевезти какое-то существо. Первые часы полет проходил нормально, а потом существо проснулось – не рассчитали снотворного – и устроило погром на корабле. В итоге, они сбросили кли-ента где-то в океане, а сами рухнули в лесу.
– А ведь не прошло даже столетия. – Сетовал метаморф.
В заведении он получил желаемый напиток из местных растений и снова выбрался наружу. «Ремонтировать корабль здесь», – скверно подумал Гринни, оглядывая окрестности, когда заметил дерево, стоящее около до-роги. Растение вполне соответствовало своему названию, не считая антро-поморфных черт лица, и того, что оно разговаривало на местном наречии с аборигеном из леса.
– Эй! – выкрикнул Гринни, мгновенно сменив облик и подойдя к ним. – Ты что творишь?
– Я не понимаю вас. – Ответило дерево, недоуменно взирая на Гринни.
– Понимаешь. С аборигенами говорил на местном. Решил пойти на удобрения?
– Я вас не очень понимаю.
– Никогда, запомни, – Гринни ткнул дерево пальцем, – никогда не раз-говаривай с аборигенами Голубых Вод. Никогда.
Дерево согласно моргнуло.
– Ты чего тут вообще делаешь?
– Я Рейгар. И я ищу свою семью.
– Семью, значит. Ну, это хорошо.
– Я могу помочь тебе, Рейгар. Пойдем. Я тебя кое с кем познакомлю.
– С кем? – спросил Рей, опасливо оглядываясь по сторонам.
– С моим лучшим другом. И вторым тоже.
Гринни, петлями и зигзагами, вел Рейгара сквозь лес к месту, где стоял корабль Деметры, клятвенно обещая каждому встречному растению, что ноги его больше не будет на этой планете.


Глава 4. День, который длился час
Дракмур был тихой и приятной планетой; без разного рода катаклиз-мов, угрожавших жизни, и прочих неприятностей. «В таком райском уголке экскурсии бы устраивать, обирая клиентов до последнего слитка, а не данные архивировать». Но идеи зеленоволосого метаморфа опоздали на несколько сотен лет.
– Она так и не вышла? – спросил Рей.
Гринни печально взглянул на дверь каюты капитана и отрицательно по-качал головой. Деметра не сходила с корабля ни разу за последние три дня. Она изучала данные с «Плутона», надеясь найти там ответы на все свои вопросы. Но среди столбцов данных, рядов цифр и статистических колонок только дневники доктора представляли хоть какой-то интерес. Гринни решил оставить ее в одиночестве, пока сам будет пытаться разо-браться с прошлым Рейгара. Деревянный, хоть и побывал во множестве архивов, но полезного нашел мало. Потратив недели на обдумывание произошедшей с ним ситуации, он решил, что поиски можно остановить. Если бы его отец не хотел избавиться от него – то не стал бы оставлять в незнакомом городе.
Гринни стоял рядом с Рейгаром около лесного озера, у которого было весьма скверное настроение, раз оно решило потопить пару сотен деревь-ев, расширив таким образом свою водную границу; хотя внешне оно вы-глядело спокойным: поверхность была идеально ровной.
– Думаю, нам пора обратно на корабль. – Тихо произнес он.
– Мы обследовали почти всю планету, но не нашли никого, похожего на меня. Мы искали в Информационном поле – ничего. Я последний? – спро-сил Рейгар чуть обреченным голосом.
– Надеюсь, что нет. – Первая попытка подбодрить дерево провалилась. – Может быть, похожий на тебя просто не попал в перепись, и поэтому о нем ничего не известно.
Рей наклонился и посмотрел на свое отражение. Было тихо. Настолько, что казалось, можно услышать стук собственного сердца. Но у Рейгара его не было. Он просто дерево. И строение у него как у дерева, только разум человеческий. Рейгар тихо улыбнулся.
Гринни присел на землю, и это вызвало у озера недовольство: вода по-крылась рябью и стала серой. Гринни вспомнил Равнину отклонений. На местном наречии ее название звучало как непередаваемый набор звуков, а переводилось как: «Место, где с горы сошел Солнечный бог». Там можно было загнать огромное дерево в маленький сосуд и принять озера за обла-ка, если посмотреть под особым углом. И воздух там рябил так же, как и вода перед ним. То было местом, где Деметра улыбнулась в последний раз.

Деметра сидела за столом, в четвертый раз перечитывая одну и ту же страницу, где Элтисгерн писал о своем решении сбить пассажирское судно с целью выявления сильнейшего образца. Он считал, что пережив травмы и открытый космос, организм сможет пережить и совмещение. На следую-щей странице был список пассажиров, которые сели в тот день на «Звезду Галактики». Триста семьдесят одно имя было перед ней. Посмотрев на собственную фамилию, она испытала чувство отчуждения. То, что оста-лось от ее воспоминаний меркло с каждым днем, освобождая место для новых нитей связи, которые паутиной окутывали ее сознание. Во время побега она позволила кораблю слишком долго контролировать себя. И понимала, что в битве искусственного интеллекта с разумом она начинала сдавать позиции.
– Деметра, – позвал из-за двери Гринни, заставив ее вздрогнуть и вы-рваться из собственных мыслей, – Остин на связи.
– Зачем он это делает? – спросила Деметра, выйдя из каюты. Гринни в ответ пожал плечами.
– Ты смог вытащить ее! – обрадовался Рейгар, увидев их двоих.
– Здравствуй, Остин. – Холодно произнесла Деметра, входя в поле ви-димости связной аппаратуры, чтобы ее проекция появилась на стороне Остина.
– Нам нужно встретиться, – сразу начал он.
– Я не собираюсь этого делать.
– Я хочу поговорить с тобой. О Карле Элтисгерне.
– Зачем?
– У меня есть информация о нем. Тебе будет интересно. Одера. Завтра утром.
Изображение Остина исчезло, а на мостике повисла тишина. Уже став-шая привычной за последние месяцы.
– Мы же не полетим туда? – обеспокоенно спросил Рейгар. Он заметно волновался: корни плотным слоем оплели кресло под ним.
– Именно это я и сделаю.


Утро на Одере из-за большой скорости вращения планеты длится чуть дольше нескольких минут. Поэтому, когда Вард заходил на посадку, пе-ред ним было сияющее-светлое рассветное небо, а позади – темно-синее, с хорошо заметным рукавом галактики, усыпанным звездами.
Корабль Остина стоял на расстоянии трех корпусов от него самого: знак, говорящий о мирных целях прибывшего. Вард, в свою очередь, те-нью нависал над своим экипажем, не столько защищая их, сколько угро-жая своим видом всем вокруг.
– А я надеялся на дружелюбный разговор, – немного притворно огор-чился Остин.
Гринни в ответ состроил презрительную гримасу. Рейгар от них отда-лился.
– Ты сказал, у тебя есть информация.
– Да, – согласился Остин. – Два дня назад он сбежал из тюрьмы на Зем-ле, где его держали последние полвека.
Элтисгерн жив. Лицо Деметры выразило ужас, который затем раство-рился, уступив место гневу. Он жив. Значит, она может отомстить ему за то, что он с ней сделал.
Взбудораженные корни Рейгара достигли ног Гринни, отчего последний отпрыгнул, тихо выругавшись.
– Деревянный, успокойся. – Почти приказал Остин. – Мы еще не начали.
– Начали что? – спросил Гринни.
– Скажи мне, Деметра, не хочешь встретиться с Элтисгерном еще раз? Поговорить с ним. Спросить, зачем он провел эксперимент?
– Замолчи! – оскалился Гринни, уводя Деметру за свою спину.
Он понимал: такого она может и не выдержать. Метаморф боялся за ее состояние. И к несчастью, слишком хорошо ее знал, и представлял, что произойдет, когда Деметра встретиться с источником ее кошмаров.
– Мне надо рассказать вам кое-что, чтобы завершить свое задание.
– Какое задание? – спросила Деметра, вернувшись в действительность.
– Убедиться, что это ты, Деметра, ты – объект В127 – единственный удачный образец из всей программы совмещения.
– Кто послал тебя?
– Беллами Орхельм. Давний конкурент моего отца.
– Отца? – опешила Деметра. – Карл Элтисгерн твой отец?
– Да.
О, нет. Гринни хорошо знал это выражение лица. У Деметры в голове не просто родился план, у нее появилась идея, не исполнив которую, она да-же не вздохнет и не расслабить руку, сжимающую атомную пушку.
– Я взял груз из списка Лорея «Недавно похищенное», – продолжал Остин, – заведомо зная, что это привлечет его внимание. Мне нужно было заставить тебя раскрыться. Заставить тебя показать твою связь с кораблем. И у меня получилось! – Остин самодовольно улыбнулся. – Только вот, я не ожидал, что у тебя будет компания, в лице метаморфа. У вас чудные взаимоотношения. Может быть, этому способствовала ваша первая встре-ча?
 «Вот теперь достаточно причин, чтобы пристрелить его», – подумал Гринни. Деметра подумала так же, и дуло пушки оказалось у Остина под челюстью. Он лишь поднял руки:
– Позволь мне закончить, прежде чем убьешь. Мне стоит извиниться пе-ред тобой, Гринни, – Остин наклонился в сторону метаморфа, – за Ниби-ру. Я не хотел в тебя стрелять. Честно.
– Однако же…
Остин попытался улыбнуться, но вместо этого лицо исказила усмешка.
– Хардарис должен был просто выполнить свою часть договора, но он решил, получить все и сразу. – Он взглянул на Деметру. – Мне, конечно, сказали о твоих способностях, но такого я не ожидал. Если бы ты не спас-ла Гринни – все бы закончилось давным-давно.
Каждый из присутствующих понял последнюю фразу по-разному. И каждый сделал свои собственные выводы, породившие похожие вопросы.
– Зачем ты это рассказываешь? – спросила Деметра.
– Мне грозит смерть от атомной пушки из твоих рук. Думаю, подходя-щее время, чтобы исповедаться.
Лицо Деметры застыло каменной маской; ее зрачки сузились, а радужка наполовину покрылась рисунком системы. Заметив это, Гринни съежился от страха. Ему хотелось схватить ее и увести. Подальше от всего этого. Настолько, насколько возможно. Лишь бы она вернулась к прежней «Де-метре», какой он привык ее видеть; рядом с которой он вырос.
Гринни нервно сжал оружие в руках, молясь, чтобы его не пришлось использовать по назначению.
– И, знаешь, что самое интересное? – язвительно спросил Остин. – Сто-ило сказать деревянному, что я знаю, где его папаша, как он мгновенно со-гласился на все. – Беглый, полный презрения, взгляд по Рейгару. – Даже следить за вами в мое отсутствие.
Гринни посмотрел на дерево взором полным отрицания и непонимания.
– Это правда? – спросил метаморф.
Рейгар молчал. Деметра даже не моргнула.
– А теперь, – сказал Остин, – убей меня. – Давай же, – голос его скатил-ся до шепота. – Давай же! Вырази собой всю красоту смерти!
Ситуация становилась критической. Гринни понимал с каждой секундой все меньше, в его голове появлялось все больше вопросов, но все это меркло по сравнению с тем, что прямо перед ним стояла Деметра. И не дышала. Ее плечи намертво застыли, губы сжались в тонкую линию, а гла-за потеряли последнюю каплю человека.
– Что ты сделал? – практически хрип вырвался из груди метаморфа.
– Великолепие. – Произнес Остин громче, чем требовалось. – Помнишь тот день, Деметра? – спросил он издеваясь. – После тебя станцию почти десять лет восстанавливали. Двадцать шесть минут тебя – и десять лет вос-становления.
План в голове Деметры обрел более четкие очертания. Без эмоций справляться было как-то проще. Они не затмевали разум, не мешали при-нимать решения… Машина работала идеально.
– Я знаю, на что ты способна, Деметра, – сказал Остин, и слова его по-грязли в вечерних ветрах Одера.
– Ты понятия не имеешь.
Луч заходящего солнца медленно проскользнул по синей радужке, вы-делив самое нечеловеческое, что тогда было в Деметре. Она разжала ла-донь, позволив атомной пушке упасть на землю, и прикоснулась пальцами к голове Остина. В тот же миг он его колени подогнулись, а из горла вы-рвался крик, полный боли и ужаса.
Первым не выдержал Гринни:
– Деметра! Хватит!
Слова должного действия не возымели. Метаморф отчаянно взглянул на Рейгара, ожидая помощи, но деревянный стоял без единого звука и намека на движение.
– Деметра…
Это не крик. Не приказ. Это шепот полный безысходности и понимания полного бессилия что-либо исправить. Шепот метаморфа заставил ее от-влечься. Что-то внутри нее шевельнулось, и она поняла, что творит на са-мом деле. Она отпустила Остина, оставив его в тщетных попытках поймать хоть каплю воздуха; его стеклянный взгляд устремился в темное небо, на котором россыпью сияли звезды.
Деметра посмотрела на Гринни, не сказала ни слова, а затем перевела взгляд на Рейгара:
– Это правда? Ты шпионил за нами?
Корни Рейгара безумно зашевелились, выдавая его паническое состоя-ние.
– Он сказал, что поможет мне… – Сбиваясь, сказал он. – Я не хотел, Де-метра, правда, не хотел.
– Я верю тебе, Рей, верю. – Она подобрала атомную пушку, проверила предохранитель, затем заряд. – Ты не хотел. – Секунда на решение. – Я тоже.
Выстрел был тихим.
Не сказав более ни слова, Деметра поднялась на корабль. Гринни не мог даже пошевелиться. Ему казалось, что он забыл, как дышать. Да, он злил-ся на Рея и считал его предателем – ведь деревянный выдавал информа-цию, зная, чем это может обернуться. Но Гринни не хотел его убивать. И никогда не стал бы этого делать. Но Деметра… Она изменилась. Из той, что спасала ему жизнь, и заботилась о нем, она превратилась в монстра. И Гринни было страшно.
Он вбежал по поднимающемуся шлюзу на борт, оглянувшись лишь раз, чтобы увидеть, как сносит ветром останки Рея. Остин лежал рядом. Грин-ни бегом достал спасательный маячок и выбросил на песок. Маленький ме-таллический шарик слабо сверкнул в темноте.

Тишина на корабле стояла несколько дней. Гринни был готов скрипеть зубами, лишь бы что-то изменилось.
– Деметра, – тихо произнес он, поднявшись на капитанский мостик, – ты в порядке?
– Да. – Коротко ответила она, не отрывая взгляда от карты какого-то сооружения.
После недолгой паузы он задал другой вопрос:
– Куда мы направляемся?
– На Землю.
Метаморф не чувствовал волнений, как если бы они проходили через гиперпространство, а потому снова спросил:
– Обычным ходом?
Не вопрос – попытка завязать разговор.
– Да. Это карта тюрьмы, из которой сбежал Элтисгерн. – Деметра по-смотрела через плечо на Гринни, приняв его в обсуждение плана. – Он подкупил охранников.
– Деметра, что… что ты сделала с Остином? – спросил он тихо.
– Я его не убила. – Если тебе это интересно, – И, благодаря твоему ма-ячку, его нашли.
На мостике снова повисла тишина; на экране системы внешней связи ми-гало уведомление.
– Там сообщение, – произнес метаморф.
– Я знаю.
– Не хочешь узнать, что в нем?
– Нет.
Ситуация грозила снова скатиться в молчание, поэтому Гринни открыл сообщение, в надежде, что хоть чей-то голос изгонит тишину и обречен-ность с их корабля.
«Деметра, это Беллами. – Произнес отправитель. – Надеюсь, Остин тебе обо мне сообщил. И надеюсь, что он еще жив. Если нет, то сильно я не разочаруюсь. Но, перейдем к главному. У меня есть то, что тебе нужно, Деметра. Я могу выдать тебе Карла Элтисгерна. В обмен на твою помощь, разумеется. Если согласна – то мои люди будут ждать тебя около Астера».
Это было ловушкой. Даже думать особо не надо было.
– Мы туда и направлялись? – спросил Гринни.
– Именно. – Кивнула Деметра. – На Землю.


Глава 5. Смерть в твоих глазах
Вард пересек границу Солнечной системы, пройдя через орбиту Плуто-на. Маленькая коричневая планета, внешне без изменений, медленно вра-щалась по правому борту.
– Не задень спутники Юпитера, – произнес Гринни, стараясь разогнать гнетущую атмосферу, – я слышал, их жутко много.
Должного впечатления это не произвело: Деметра все также хмуро смотрела вперед, где сияла маленькая точка. Через пояс астероидов к Марсу и дальше – к Земле. Первый раз Гринни был так близко к этой пла-нете. Он, конечно же, видел ее изображения прежде, но в действительности – она была на них совсем не похожа. Деметра лишь чуть двинула головой, прогоняя мысли о семье, которая была где-то там, внизу. Семья, которая лежала рядом с ее пустым гробом. И которую она не помнила. Слишком много лет прошло.
Приземлившись в пустыне, за три километра от тюрьмы, Вард заглу-шил двигатели и затих. Оставив Гринни за спиной с приказом охранять корабль и ждать людей Беллами, Деметра направилась на встречу с про-шлым. Начальник тюрьмы согласился на разговор только после того, как Деметра назвалась родственником Карла. Стоило лишь назвать себя Эл-тисгерном, как к горлу подкатил неприятный комок, а ладони сжались в кулак.
Охранники скосили на нее взгляд.
Но никакой полезной информации из разговора она не извлекла: ни у кого не было даже малейших предположений, куда мог направиться уче-ный после побега. Визит в тюрьму Астер оказался напрасной тратой вре-мени. Едва здание исчезло за пустынным горизонтом, Деметра поняла - что-то изменилось. Ее восприятие мира померкло, а связь с Вардом оказа-лась под замком. Внезапно она осталась одна. Без голоса в голове, без ни-тей связи, опутывающих разум, и без Гринни…
Колени подкосились сами собой, но организм понял, что это произошло не по его желанию. Маленький дротик, прорезавший заднюю поверхность шеи и врезавшийся в нее на половину длины, съежился и выпал на песок. А следом за ним, с глухим звуком, рухнуло тело.

Маленькая жилая комната, полностью в белом цвете…Нет, нет, только не снова. Память в тот же миг услужливо предоставила картину палаты, в которой Деметра провела несколько месяцев. Она не просто слетела с ле-жанки, она с нее рванула со всей своей силой. Следующим ощущением стало металлическое кольцо на запястье, огнем рассекающее кожу. Разум потянулся к Варду, чтобы придумать план побега, в то время, пока руки пытались выбраться из оков. Только вот было тихо. В ее голове было ти-хо. Не единого звука, даже шепот не прорывался. Белые стены вокруг сжались, грозя замкнуться. Теперь, с Деметрой остался только ее страх. Наполняющий каждую клетку ее тела, он давал мнимую защиту. Кровь на белом полу всегда выглядит одинаково. Что на Плутоне в день ее побега, что здесь. Сканер около двери активировался, и она открылась. Вместе с двумя людьми в комнату вошел и сигнал. Место обрело очертания, распо-ложение и название.
Деметру под конвоем довели до зоны отдыха – так это помещение зна-чилось на карте.
– Прости за белый цвет, – произнес голос, который Деметра уже слы-шала. Он принадлежал Беллами. Маленький рост, темные волосы до плеч, поношенный костюм не выдали Деметре ничего, предвещающего опас-ность. – Думаю, после лаборатории ты его не очень любишь.
Она не отвечала: прорабатывала план побега, потому и не заметила, как тщательно Беллами смотрит не нее.
– Чудесно! – заключил он, – Великолепно, Карл!
Имя разрезало воздух, заставив Деметру выбраться из карт здания. Напротив нее, рядом со своим сыном, сидел Карл Элтисгерн.
А он постарел. Волосы его поседели, лицо покрылось глубокими мор-щинами, пальцы рук, которые врезались в ее позвоночник, скрючились. Неизменным остался только взгляд: пустой, холодный и безжалостный; слегка помутневший от болезни. Элтисгерн смотрел на нее и видел только лишь результат своего эксперимента, а не покалеченную жизнь.
От мгновенной мести ее удержал Гринни, который сидел позади. Он ни сказал ни слова, но вид его успокоил Деметру, позволив ей оценить ситуа-цию, а не действовать напролом.
– Что тебе надо? – спросила она у Беллами.
– Ты. Твой корабль, ваша связь. Ты станешь прототипом. Просто пред-ставь, на что способны сотни таких, как ты.
План Беллами был предельно ясен: он хотел возобновить программу «Совмещение». Удерживая в заложниках Остина, он мог бы заставить Карла выполнять необходимое; хотя Деметра сомневалась, что Элтисгерна волнует судьба собственного сына. Гринни держали для нее. Чтобы иметь тот же рычаг давления. Уравнение было прекрасным, только Беллами не учел одну переменную.
– Я слышал, ты убила члена своего экипажа, – произнес он, наслаждаясь процессом.
– Он был предателем.
– На твоем корабле это карается смертью? – Беллами нарезал круги во-круг Деметры, и это начинало ее злить.
– Да.
Деметра пересчитала охранников в помещении, количество оружия и возможных пострадавших.
– Этот деревянный… Он был предателем. С твоей точки зрения, с моей же – он являлся весьма полезным источником информации. Скажи мне, – Беллами вопросительно посмотрел на Деметру, – что ты сделала с Ости-ном? – Деметра взглянула на единственный выход. Беллами сократил рас-стояние между ними до минимума, предоставляя Деметре превосходную возможность для захвата. – Мне просто до жути интересно.
– Одному провидцу на Вертмиде, много лет назад был интересен другой вопрос. Он регулярно задавал его всем проходящим мимо людям. – Про-изнесла Деметра
– И какой же?
– Почему под лунным производством красному свету не место?
Гринни понял. Он закрыл глаза и съежился.
Вард нависал над крышей базы, открыв грузовой шлюз. Деметра зата-щила Карла и Остина внутрь. Гринни запрыгнул в корабль и начал мо-литься богам родной планеты. Он понимал, что, к несчастью, спасение ду-ши Деметры больше не в его руках. С этим могли справиться только мон-стры, которым поклонялись жители Сияющей планеты.
По одному взгляду на Деметру можно было понять, что она теряет себя. Он почти сам ощущал, как Вард берет контроль над все большей частью ее сознания. А может быть, он на самом деле это ощущал: нельзя просто так проникнуть в ядро корабля, увидеть связь и выбраться невредимым.
Вард набирал высоту, Гринни вновь зажмурился, чтобы не видеть тру-пы внизу. Корабль перепрыгнул к звезде, которая уже начала сбрасывать свою оболочку. Огромные газовые облака создали вокруг нее светящийся ореол с рваными краями.
– Деметра, что ты задумала? – встревожился Гринни. Его нервная си-стема грозила отключиться из-за перегрузок в любой момент. Казалось, переживать еще сильнее уже нельзя. Он ошибался.
Недалеко от умирающей звезды вращалась маленькая планета. Послед-ним, что увидели ее обитатели перед смертью, был корабль, медленно пролетевший низко над поверхностью и сбросивший человека. Когда настала очередь Элтисгерна, он не сопротивлялся.
– Деметра, я не сожалею о том, что сделал. Я лишь сожалею о том, что не смог сделать это безболезненно для тебя. – Сказал Элтисгерн распря-мив плечи.
 «Слишком поздно», – подумал Гринни.
– Почувствуй на себе, каково это.
Она взяла его лицо в ладони, заставляя посмотреть в глаза. Карл в по-следний раз улыбнулся, как и всякий ученый, когда его эксперимент за-вершается успехом.
Гринни стоял поодаль и не остановил ее. Даже когда Элтисгерн молил о спасении, Гринни ничего не сделал. Потому что не смог бы остановить Де-метру, полностью вошедшую в синфазу с кораблем. До такой глубины она доходила лишь раз. Когда бежала с Плутона, и сбросила работорговца в открытый космос, где подвергла его мучительной, хоть и быстрой смерти. Что могло случиться в этот раз, Гринни даже не представлял. Хотя ему и представлять не надо было. Прямо перед собой он видел, как Деметра от-правляла сознание Элтисгерна прямо в недра коллапсирующей звезды.
– Совмещение завершено, – сказала она перед тем, как мозг Карла не выдержал нагрузки и попросту расплавился. Шторм сжег его изнутри.
Огненный шар, являя собой кошмар любого пилота, стал слишком не-стабилен. Деметра избавилась от тела, скинув его в пламя, и увела корабль прочь. Эту смерть звезды ученые зафиксируют только через пару часов, когда свет от нее достигнет станции. К тому моменту, здесь все утихнет, и тьма космоса поглотит это место. От звезды и планеты останется только название в архивах.
Деметра заставила отца смотреть на смерть собственного сына от огня. И вопреки всему, убийство принесло ей мир. Деметра медленно сползла на пол грузового отсека, бессмысленно опустив взгляд. Гринни лишь закрыл глаза, пытаясь взять под контроль свои эмоции. Но не смог. Он почувство-вал, как слезы медленно текут по его щекам.
Над чем он плакал? Над смертью Элтисгерна? Или Остина? Или над тем, что не смог предотвратить превращение Деметры в монстра?
Внезапно корабль сотрясся от чересчур резкого перехода в гиперпро-странство. А затем глухой удар носом судна, и скрежет металла по земле.
Вард терпел крушение.
Он пытался взлететь, но двигатели отказывали. Два из них взорвались, что изменило путь крушения, добавив в тряску еще и вращение. Огром-ный корабль кубарем взрывал землю, оставляя за собой куски металла, обшивки и деталей. Гринни думал, что смерть настигнет его быстрее, чем он сможет это осознать. Он ошибался. Деметра вытолкнула его через дыру в корпусе и сама последовала за ним. Оглушительный грохот прекратился через минуту, когда Вард полностью остановился, врезавшись корпусом в каменистую почву, что годами пряталась под песком.
Они упали на Вертмиде.
Деметра, отойдя на несколько шагов от метаморфа, посмотрела на го-лубое небо над ее головой. Она вытерла слезы, выступившие от едкого дыма горящего корабля, и медленно села на песок.
– Деметра, ты в порядке? – прокашлял Гринни, очистив легкие от песка.
– Наверно, – ответила она, заряжая свой карил.
Метаморф подбежал к ней, чтобы удостовериться, но замер, заметив оружие в ее руке.
– Там аннигилирующий заряд. Всего один.
Гринни отрицательно качал головой. Нет, на это он не пойдет. Деметра положила карил на песок и подтолкнула его к метаморфу.
– Нет. – Отказался Гринни.
– Что бы там ни говорили, я неудачный образец эксперимента. А такие не выживают… Он мне не позволит это сделать. – Деметра подняла голо-ву, чтобы взглянуть на Гринни в последний раз.
– Нет, – отказался Гринни. – Я не могу. Не буду.
Прорываясь через мерцающий рисунок системы, темно-карие глаза Де-метры встретились с зелеными глазами метаморфа и попросили только об одном.
– Я не могу, Деметра. Не могу! Мы сможем это пережить. Сможем пре-одолеть влияние системы. Как всегда делали. Мы же справлялись. Со все-ми проблемами мы справлялись.
– Потом отойди от корабля как можно дальше: активируется система самоуничтожения.
– Я не сделаю этого.
– Сделаешь. – Она закрыла глаза. – Гринни, ты – мой лучший друг. По-этому – сделаешь. – Ее голос сорвался.
Она не видела метаморфа, но знала: он стоит сейчас перед ней, судо-рожно сжимая карил и пытаясь сдержать эмоции, отрицательно качает го-ловой, отчаянно пытаясь придумать другой план.
– Это прямой приказ твоего капитана. – Прерываясь произнесла она. – Последний.
Гринни навел прицел, закрыл глаза, сделал вдох и нажал на спусковой крючок. Выстрела он не слышал. Не хотел слышать.
Он отвернулся, чтобы не видеть тело, зажал рот руками, чтобы не за-кричать, и побежал. Прочь от этого места. Не видя землю под ногами, он стремился отдалиться. Споткнулся о камень и полетел кубарем. Перед гла-зами замелькали песок и камни.
Нет. Это не на самом деле. Это всё те коктейли на Голубых Водах: сле-пой бармен перепутал ингредиенты и кинул не то растение. Это просто галлюцинации и сейчас он, должно быть, лежит где-то под огромным го-лубым кустарником, ожидая, пока Деметра, сыпя ругательствами на весь род, найдет его и мигом приведет в чувства.
Нет. Это Вертмид. И это – реальность.
Корабль застонал в предсмертных муках. Этот скрежет металла на всю пустыню Гринни не забудет. Не сможет. Вард лишился своего симбионта и теперь умирал. Медленно и мучительно.
Взрыва он не слышал. Он так лежал на земле, зажмурившись, словно от плохого сна, зажав уши и не сдерживая слез.

– Ты Гринни? – спросил женский голос.
Тень заслонила солнце, и Гринни открыл глаза.
– Да.
Девушка села рядом, посмотрела по сторонам, будто ища что-то, и от-ветила:
– Помнишь того предсказателя, что ошивался около бара, что когда-то стоял здесь? – Гринни кивнул. – Я его дочь.
– Ты его кто?
– Дочь. За день до того, как здесь все разнесли, он попросил меня поза-ботиться о тебе.
– Ты не сможешь мне помочь. – Ответил Гринни. С тех пор, как Деметра спасла его, больше всего на свете он боялся потерять ее. А теперь ее нет.
– Он сказал, что ты сегодня будешь здесь.
– Он знал, что я буду здесь? – Гринни вскочил на ноги. – Как? Значит, он знал обо всем. Он знал. И не предупредил!
– Он, конечно, был странным. Но, если говорил, что мне надо переле-теть галактику, чтобы с кем-то встретиться, я это делала. – Она замолчала, оглядывая окрестности, покрытые обломками корабля. – Что здесь про-изошло?
Гринни промолчал. У него не хватило сил произнести это вслух. Он не хотел признавать это. Он смотрел на одну-единственную песчинку у себя под ногами и думал.
Думал, что он мог бы предотвратить некоторые события. Если бы их корабли не столкнулись, Деметра не позволила бы Варду долго себя кон-тролировать, и, возможно, она смогла бы справиться с влиянием системы. С другой стороны, если бы не то столкновение, она могла бы убить Остина и Элтисгерна намного раньше. Она могла бы убить кого-нибудь еще, но не сделала этого, потому что только Гринни останавливал ее от доброволь-ной сдачи железному механизму…
Слишком много «если бы».
– Пойдем. – Произнесла дочь провидца, заметив отрешенность Гринни. – Ты не можешь оставаться тут вечность.
«А идея стоит рассмотрения», – подумал он.
– Не стоит, – возразила она его мысли. – Идём.


Часть 2. Оставленные
Глава 1. Помнить нельзя забыть
Огни торгового квартала плыли в воздухе и смешивались в лужах на земле будто на палитре художника. Среди этого буйства красок и непре-рывного потока людей неподвижно стоял маленький мальчик и держал на руках свою младшую сестренку.
Ему казалось, что в сыром воздухе все еще висели слова мамы: «Я вернусь, Тей, обещаю. Просто подожди здесь». Слова исчезли, скатились на землю как капли воды по стене дома после дождя.
Тей смотрел в переулок и ждал. Время вместе с людским потоком огибали его не задевая. Он попал в число тех, кто всегда существовал в каждом промышленном и торговом районе: брошенных детей. Только он этого еще не понял.
– Тихо, Этта, тихо, – прошептал Тей, укачивая сестру на руках. – Мама сейчас вернется.
Именно это он говорил себе, когда Хелен – так звали их мать – про-дала его на рудники. Только когда вечерний порыв холодного ветра до-брался до костей Тея, он понял, что его мать снова избавилась от него. Но в этот раз она не обменяла его на деньги, что было бы менее больно осо-знавать, она просто выкинула его на улицу. Тей заплакал.
Тей медленно положил сверток с сестрой на прилавок ближайшего магазинчика. Владелец этого не заметил, и Тей убежал прочь. Он не вы-живет, если возьмет ее собой. Себя прокормить он как-нибудь, но не сла-бого полугодовалого ребенка. Нет, вместе им не выжить.
Через пару метров в ушах Тея раздался пронзительный плач сестры. Именно из-за этого пару месяцев назад мать почти избавилась от нее, и только немного украденных денег позволило Тею выкупить сестру. Он спас ее тогда, но бросил сейчас.
– Нет, – сдался он, возвращаясь к сестре, – ты не будешь брошенным ребенком, Этта. У тебя не будет детства, что было у меня. Обещаю. – Про-изнес он, прижимая сверток к груди. Этта, словно поняв обещание брата, мигом перестала плакать.
Ночь приближалась, а вместе с ней и холод. Нужно было найти теп-лое место, чтобы дожить до утра.
В переулке, огороженном тенью зданий, было тихо. И чуть теплее.
Среди кучи мусора Тей нашел несколько коробок и даже металличе-скую пластину, из которой он сделал маленький шалаш, прислонив ее к стене. Тей закутал Этту в свою куртку и спрятал в импровизированном жилище.
– Спокойной ночи, сестренка, – произнес он, вжимаясь в кирпичную кладку здания за его спиной и вдыхая сладкий запах гниющих отходов. Он поднял голову к небу - там, за медленно плывущими пыльными облаками сияли звезды. Они звали его к себе, обещая другую жизнь, и маленький мальчик не мог противиться этому зову.
 – За что мы заслужили это? – спросил он обреченно у ночного воз-духа, а затем заплакал.
Первые недели на рудниках он плакал почти каждую ночь. А затем слезы кончились. Обида на мать затопила его и Тей решил, что его смерть преподаст ей урок. Когда он стоял на краю заброшенного карьера, неда-леко от рудников, он был полон решимости отомстить матери за то, что она с ним так поступила. А затем Тей понял, что это вряд ли что изменит.
– Безымянный мальчик умрет. – Произнес он тогда, поднимая голо-ву к звездам. – Прометей выживет.
Прометей. В честь забытого героя, который с невероятным упор-ством отказывался сдаваться смерти.
Ненависть к жизни за несправедливость в его сердце возросла до та-кой степени, что он захотел отомстить миру просто за его существование. Но он был слишком мал, и гнев вновь превратился в слезы.

Этта мирно сопела в своем импровизированном домике, а вот Тей поморщился: шрамы от шокера на его спине еще недостаточно зажили, чтобы безболезненно перенести ночь у холодной стены. Тей бесшумно встал и вышел из переулка, отправившись на поиски еды. Когда Тей уви-дел недоеденный протеиновый батончик в мусорке то не задумываясь стя-нул его и побежал. Этта может проснуться, и, не увидев Тея, заплакать, чем привлечет к себе внимание, которое им не нужно.
Вернувшись в переулок, Тей облегченно заметил, что Этта только открыла глаза.
– Завтрак прибыл, – радостно сказал он. Но для шестимесячной Эт-ты такая еда все еще была слишком грубой. Тею пришлось пережевывать батончик, а затем скармливать эту кашицу Этте. Она сначала морщилась и не хотела принимать ее, но затем голод взял вверх.
– Прости, лучше пока ничего нет.
Закончив с едой, Тей взял Этту и отправился туда, где их оставили. Надежда была достаточно крепкой, чтобы выстоять на улице весь день.
Ночь снова натягивала темное покрывало на торговый квартал, а холод забирался под куртку, в которой укутавшись сидели двое детей.
Дважды в день Тей обыскивал всё, до чего мог безнаказанно дотя-нуться. Он нашел несколько вещей и утеплил шалаш Этты, но вот с едой были проблемы. Этта начинала чаще плакать от голода, и Тей ничего не мог с этим поделать. Он даже пытался устроиться на посудомойщика, но ему вежливо сказали убираться.
С каждым днем становилось холоднее, и Тей всерьез беспокоился о здоровье Этты. В его голову даже пришла идея о том, чтобы оставить Эт-ту на пороге какого-нибудь дома, в надежде, что ее там примут и позабо-тятся. Но затем знание того, что они на чертовой Земле, откуда все нор-мальные люди уже давно сбежали, отправившись на колонизацию других планет, вселило в него рассудок. Кроме него Этта никому не нужна. И сам он кроме Этты никому не нужен.
Подходя к переулку, он услышал плач, и бросился бежать. Завернув за угол, он увидел то, чего больше всего опасался - Этту держала на руках незнакомая женщина средних лет.
– Положите ее обратно, – резко произнес Тей.
– Не беспокойся, я не причиню ей вреда, – ответила незнакомка. – Она просто хочет есть.
– Я принес еду, поэтому вам лучше убраться.
Женщина посмотрела на Тея, и ее взгляд остановился на пакете в его руках:
– Это ты называешь «едой»? – Тей не ответил. – Как тебя зовут?
– Неважно.
– Здравствуй, Неважно. Мое имя Амира.
Этта на секунду замолчала, протянув ручки к волосам женщины, спадавшим с плеч. Тей чуть улыбнулся.
– Давно вы здесь?
– Это вас не касается. Отдайте мне ее, – Тей было ринулся к сестре, но его остановили.
– Я хочу помочь. – Произнесла Амира.
– С чего это? – недоверчиво спросил Тей.
– Становится холоднее, а скоро придет зима. Малышка вряд ли смо-жет пережить ее в этом укрытии, – она оглянулась на шалаш, построенный Теем. – Я заберу девочку к себе домой, где она будет в тепле и безопасно-сти.
– Нет.
– Ты сможешь приходить к ней, если не хочешь покидать это место.
Тей посмотрел на Этту, затем на Амиру, а затем на их ночлежку.
– Мы идем вместе или никак. – Твердым голосом сказал Тей.
– Хорошо. – Согласилась Амира.
– Вы же не делаете этого безвозмездно?
– Конечно, нет, мальчик по имени Неважно. Когда ты вырастешь, я приду к тебе за одной услугой, и ты выполнишь ее, без всяких вопросов.
– Это все? – обескуражено спросил Тей. По его мнению, за то, что предлагала Амира, должна была быть цена повыше, чем просто услуга в неведомом будущем.
– Да. – Подтвердила Амира, убаюкивая Этту на руках.
– Меня зовут Прометей, – сказал он, решив преодолеть стену недо-верия. – А мою сестру – Генриэтта.
Амира улыбнулась, затем присела и аккуратно передала Этту на ру-ки Тею. Он едва улыбнулся и последовал за Амирой.

Каждое следующее утро он приходил на то место, ожидая, что мама, как она и обещала, вернется. И каждое утро он возвращался один. Этта же росла не по дням, а по часам. Но, несмотря на всю заботу и дружелюбие Амиры, она бросалась в слезы каждый раз, едва Тей исчезал из ее поля зрения.
Но сегодня утром Тей понял: что-то изменилось. Амира с самого утра была чем-то взволнована, но на вопросы Тея о причинах волнения не отвечала. Он сидел на кровати и играл с Эттой, когда в комнату вошла Амира, а за ней – еще три человека. Тей не сразу догадался, что происхо-дит.
– Здравствуй, Прометей, – сказал один них. – Собирай вещи.
– Что? Зачем? – спросил он, сразу прижимая Этту ближе к себе.
– Они не навредят тебе, поверь мне, – произнесла Амира.
– Зачем? – снова спросил Тей.
– Мы найдем тебе новую семью. На другой планете. Где атмосфера почище.
– Нет, – Тей осознал все происходящее. – Нет. – Он непонимающе уставился на Амиру. – Зачем?
– У меня не хватает средств на оплату этой квартиры. Мне придется уехать, и взять вас с собой я не могу.
Люди подошли к Тею, чтоб взять Этту на руки.
– Нет, нет, нет! Мама должна скоро вернуться. – Если раньше эта фраза не внушала надежды, то теперь она была единственной ниточкой, которая могла удержать их с Эттой здесь.
– Прометей, – вежливо обратился один из гостей, – на этой планете очень грязный воздух. Особенно в этом районе. Если мы не заберем вас, то вы заболеете.
– Мама обещала вернуться. Мы должны ее дождаться. – Люди попы-тались снять Тея с кровати, но он шарахнулся в дальний угол, прижимая Этту к себе.
– Тэйей, – пролепетала она.
– Тихо, Этта, тихо. Все в порядке. Все хорошо. – Успокаивал он сестру, хотя сам находился в панике.
– Видимо, уговоры не работают. – Заключили люди. Амира молча покинула комнату, оставив Тея без защиты. Учили ведь его рудники не до-верять никому. Видимо, урок он усвоил недостаточно хорошо, раз ситуа-ция повторяется.
– Нет, нет, вы не можете!

Очнулся Тей пристегнутым к сидению пассажирского челнока. В темно-сером отсеке оставались свободными только два места; напротив Тея сидел один из тех агентов по опеке.
– Это для твоей же безопасности, – кивнув на ремни, произнес муж-чина.
– Где Этта?
– Ее осматривают медики.
– Где Этта? – повторил свой вопрос Тей. – Мне нужно ее увидеть.
– Наша задача – найти вам хороший дом. И мы сейчас этим занима-емся.
– Я хочу видеть Этту. – Стоял на своем Тей.
– Хорошо, – согласился мужчина. – Только пообещай мне, что ты не сбежишь, едва я расстегну ремни.
– Обещаю, – не задумываясь ответил Тей.
Челнок оказался всего лишь маленькой темной комнатой в помеще-нии, практически полностью выстроенном из стекла и чего-то белого. Тей никогда не видел ничего подобного.
– Где мы?
– В нашем главном офисе. – Ответил мужчина. – Пойдем, – пригла-сил он, открывая дверь.
Тей неуверенно шагая по белым поверхностям внимательно смотрел по сторонам, запоминая каждую деталь, которая могла бы ему пригодить-ся, когда он будет убегать отсюда с Эттой. Он отвлекся на осматривание помещения и не заметил, как его почти затолкали в лабораторию, где главным предметом был операционный стол. Тей знал достаточно, чтобы понять, что в этом нет ничего хорошего.
– Для твоей сестры мы уже нашли подходящую семью, – произнес мужчина. – Только вот, они хотят девочку. Ее брат в список не попал.
По немому приказу его схватили и потащили к столу. Он начал вы-рываться, за что и получил один удар шокером. Рухнуть на пол от боли ему не дали, зато подвели к лаборанту, который собирался успокоить Тея с помощью медикаментов.
– Нет! Не надо! – Тей снова попытался вырваться, и снова получил удар шокером. Ожог пришелся на старый шрам, полученный от таких же многочисленных ударов на рудниках.  «Он же ребенок!», прокричал кто-то в тот момент, почти два года назад, не выдержав вида Тея, корчившего-ся в адской боли.
Сейчас же внутри него пробудился тот, кого Тей намеревался не вы-пускать как можно дольше. Маленький монстр, спасший ему жизнь.
Тей резко дернулся, изображая конвульсии, что внесло секундное замешательство в сложившуюся ситуацию. Но этого было достаточно, чтобы вырваться и утащить за собой оружие из кобуры. Секундой позже Тей прицелился:
– Отдайте ее.
– Ты не знаешь, как им пользоваться, мальчик, – сказал мужчина, – так что отдай эту игрушку взрослым.
Он был прав: Тей не знал, как пользоваться оружием. Но на рудни-ках он видел нечто похожее у работорговцев. Решив, что это работает также, Тей повторил движения зарядки, и затвор щелкнул.
Мужчина изменился в лице, и Тей понял, что оказался прав.
– Отдайте ее.
– Я тебя недооценил, – раздосадовано произнес мужчина. – Зачем тебе эта девчонка?
– Ее имя Этта, – зло произнес Тей.
– Опусти оружие, ты не сможешь выстрелить, – вмешался охранник.
В следующую секунду последовал выстрел, который определенно попал бы в список лучших выстрелов, произведенных без должного обу-чения и тренировок. Охранник выругался от боли, пронзившей его коле-но.
– Отдайте ее. – Повторил Тей
– Вместе или никак. – Усмехнулся мужчина. – Мне больше нравится второй вариант. Разберитесь с ним. – Приказал он и направился к выходу. Прежде, чем кто-то успел начать исполнение приказа, помещение огласил еще один выстрел. Тей, сдерживая сердце и трясущие руки, снова взвел курок.
– Чертовы Земляне! – выругался мужчина, брезгливо отшагнув от лужи крови на полу. – Что ж, твоя взяла. – Заключил он. – За двоих дадут больше.
Проскрипев зубами, мужчина исчез за дверью, а врачи повели Тея в медцентр, вместе с охранником, который клялся, что убьет его.

В новом доме пахло морем, заключил Тей. По крайне мере, он счи-тал, что море пахнет именно так. Тея усадили на белый диван, и теперь мальчик опасливо оглядывался по сторонам. Этта на его руках радостно улыбалась, глядя на все происходящее, особенно ее завлекла процессия, проходящая под окнами. Тей чувствовал себя неуютно в таком количестве чистых вещей. Он даже боялся выдохнуть лишний раз, опасаясь, что пыль из его легких испортит чистоту.
В комнату вошла семейная пара, а вместе с ними... Агент по опеке из дома Амиры. Взгляды их пересеклись, и Тей оскалился.
– Прометей и Генриэтта. Теперь Порейски. Познакомьтесь с вашими опекунами.
– Мы бы предпочли «родители», – неуверенно произнесла женщина, подходя к Тею. – Здравствуй. – Сказала она, присаживаясь напротив. – Меня зовут Элизия. А его, – она указала на невысокого человека рядом с собой, – Кринф.
Тей молчал. Этта тоже.
– Их родная планета – Земля. Старая Земля. Думаю, вы понимаете... – Взрослые многозначительно переглянулись. – Встроить их в Сеть пол-ностью не получилось, их ДНК не приспособлена к этому, так что обуче-ние будет даваться трудно. Им придется запоминать все самим. Понадо-бится много терпения.
– Конечно, – мягко произнесла Элизия. Кринф кивнул в знак согла-сия.
– Мы были удивлены, когда вы согласились взять их двоих. Просто на Мотокрионе редко у кого бывает двое детей. Тем более приемных.
Этта посчитала, что женские руки перед ней достойны внимания и потянулась к ним.
– Этта, – тихо произнесла Элизия, и девочка улыбнулась.
– Если возникнут проблемы, – произнес мужчина, – обращайтесь.

– Генриэтта! Ты идешь! Сейчас же!
– Нет! – запротестовала Этта, отказываясь ступать в телепорт.
– Что происходит? – спросил Кринф, спустившись с верхнего этажа.
– Этта. – Тихо позвал ее Тей, выступив из-за спины Кринфа. Девочка подбежала к брату, и спряталась за ним.
– Прометей, уговори ее. – Сказал Кринф.
– Ну ты чего? – Тей ласково посмотрел на сестру. – Боишься теле-порта? – Этта согласно кивнула, бросив на указанный предмет боязливый взгляд.
– Тогда я пойду первым, а ты – сразу за мной.
– Нет. – Запротестовала его четырехлетняя сестра, спрятавшись за диваном.
– Ничего плохого с тобой не случится, я обещаю. Ты встанешь в тот круг, – Тей указал на телепорт, – закроешь глаза, а когда откроешь, уви-дишь меня.
– Обещаешь?
– Да.
– Вот и хорошо, – заключил Тей. – Пойдем.
Тей встал в телепорт, а через секунду исчез, выпрыгнув напротив школы, в другом телепорте. Он быстро отошел, чтобы не столкнуться с Эттой, и оглядел поляну. Круглый пустырь перед школой почти ежесе-кундно мигал сигналами открывающихся телепортов. Через пару мгнове-ний выпрыгнула и Этта, шокировано глядя на происходящее. Огромное белоснежное здание сияло в лучах утреннего солнца и пугало Этту.
– Тей, я боюсь.
– Я с тобой, не бойся. – Он обнял сестру за плечи.
– Я не хочу туда идти. – Заупрямилась Этта, шагнув обратно к теле-порту.
– Ну уж нет, – он вернул сестру. – Эти штуки не заработают до окончания занятий. – Этта обреченно посмотрела на здание школы. – Ты же хочешь научиться управлять теми голубыми экранами в нашей гости-ной? – Этта кивнула. – Тогда пойдем внутрь.
– Но ты можешь научиться там, а потом научить меня. Я останусь здесь.
– Этта, – назидательно произнес Тей.
– Ладно. Хорошо, я пойду.

Этте исполнилось десять, а друзей у нее так и не появилось. А в ее возрасте это почти что жизненная необходимость. Тей несколько дней провел в раздумьях, а затем вместе с приемным отцом они нашли того, с кем бы Этта могла бы подружиться: небольшой синий протероид.
– Он похож на дракончика! – радостно воскликнула Этта, едва уви-дела маленькое, отливающее множеством оттенков синего, создание.
– Да. – Согласился Тей, наблюдая, как Этта приближается к проте-роиду.
Он действительно был похож: весь покрытый шершавыми пластина-ми и вооруженный парой голубых, чуть белесых, рогов протероид не бес-покоился о своей безопасности. Скуловые пластины были помягче и ни на секунду не переставали шевелиться, как и два овальных глаза, с интересом осматривающих Этту.
Она боязливо протянула к протероиду руку и прикоснулась к его шее, где практически не было острой защиты. Зверек издал свистящий звук, а затем юркнул на колени к Этте.
– Кто такой дракончик? – тихо спросил Кринф.
– Существо из мифов на Земле, – так же тихо ответил Тей.
Кринф нахмурился. Он не любил, когда Тей или Этта находили связь с Землей. Кринф не любил эту планету, считая ее самым паршивым местом во всей Вселенной, и чем дальше шли дни, тем больше он не любил своих приемных детей, потому что они не хотели забывать свою родную гряз-ную планету.

Тей сидел в своей комнате и в очередной раз пытался проникнуть в закрытые каналы Сети, по которым передавалась нужная ему информа-ция. И морщился от боли, когда сбитые в кровь костяшки пальцев не поз-воляли ему свободно работать по цифровому коду. Сегодня в очередной раз тема о родной планете Тея переросла в конфликт; он одержал победу, хоть и набил пару синяков. Все-таки дети на этом Мотокрионе слишком слабые. Все споры они привыкли решать в Сети. Тей же был Землянином. И вел себя соответствующе.
В детстве на рудниках Тей частенько видел, как охранники стравли-вали рабочих между собой, чтобы повеселиться. Он плохо помнил движе-ния, но доступ в Сеть помог ему найти все, что он видел и даже больше. Хоть он и был далек от того, чего хотел достигнуть, но путь себе пред-ставлял отчетливо.
Внезапно влетевшая в комнату Этта заставила Тея быстро отвер-нуться, чтобы скрыть травмы.
– Тей, – взволнованно произнесла Этта, все же заметив синяки и сса-дины, – что произошло?
– Поспорил с местными. Все в порядке.
– Нет, Тей, не в порядке. – Запротестовала Этта. – Почему они нас ненавидят?
– А с чего ты взяла, что они нас ненавидят? – Тей попытался изба-виться от ответа, скинув его на Этту, но не получилось.
– Потому что мы другие.
– Земляне…
– Да. И нам не стоит этого забывать.
– А я хочу! –  выпалила Этта.
– Нет. Нельзя. Нужно помнить.
– Помнить? За наше происхождение надо мной смеется весь класс!
– Этта, – ласково произнес Тей, – они заостряют на этом внимание, потому что знают: это навредит тебе. Ты должна принять это, и даже гор-диться. Тогда они не достигнут цели. – Он сам мало верил в то, что гово-рил, но Этта должна была это услышать.
– Гордиться? По сравнению с ними мы просто ущербные. Мы жили в трущобах, в то время как они мелкие бегали по пляжу!
– Мы не жили в трущобах. Квартира Амиры была весьма хорошей.
– Она рассказывала мне, где она нашла нас. Это была помойка.
– У нас не было выбора.
– Мы все равно родом из мусорного контейнера, как они и говорят. Может быть, поэтому мама нас бросила.
Тей вскипел:
– Не говори так!
– Буду!
– Она нас не поэтому бросила. – Прошипел он, сжимая челюсть.
– Тогда почему же?! Почему она оставила тебя на той улице? Ты не был ей нужен. Она оставила тебя на помойке, к чему ты всегда и принад-лежал!
Если бы эти слова сказал парень из школы, то мигом бы лишился зубов.
– Этта, не надо.
– Именно поэтому мама продала тебя на рудники. – На удивленный взгляд Тея, Этта ответила: – Амира рассказала мне.
– Ей нужны были деньги, – пытался оправдаться Тей. И понял, что он оправдывает мать в глазах Этты. Он защищал человека, который ли-шил его детства. И от этого ему стало мерзко.
– Неужели? – Этта продолжила разрывать заросшие раны. – Настолько, чтобы отправить родного ребенка в саму адову пустошь?
– Этта…
– Мы никогда не были ей нужны. И здесь мы тоже никому не нужны. Эта семья держит нас только лишь потому, что за нас платят государ-ственное пособие.
– Этта, хватит! – выкрикнул Тей, понимая, что ситуация уже крити-ческая.
– И ты мне говоришь гордиться родной планетой? – тихо спросила она, спустя пару секунд. – Местом, которое пыталось избавиться от нас всеми способами?
Она ушла тихо.
Взгляд Тея опустился на кровать, где лежал его личный компьютер; на экране полоска загрузки данных доползла до финиша, и теперь кружи-лись три координаты: места, где теоретически могла быть их с Эттой мама. Тею пришлось взломать замок, ведущий в закрытый сектор сети, чтобы найти хоть крупицу информации, а теперь…
Тей схватил экран и швырнул его в стену. Бесполезно. Бесполезно искать ее. Прошло почти десять лет. Хотела бы – нашла. В конце концов, это она их бросила.

Тей шел по одному из многочисленных коридоров огромной школы, где, кажется, обучались полпланеты, когда услышал смех и крики. Завер-нув за угол, Тей мгновенно понял, что происходит.
– Ну, давай же, Этта! – звучал чей-то писклявый голос. – Давай, ты сможешь. – Какой-то мальчишка держал порцию еды Этты, и кружил на месте, пока она пыталась с высоты своего роста дотянуться до тарелки.
– Ласир, – прервал «веселье» Тей, всплыв на горизонте, – отдай еду.
– О, гляньте, землянин пришел. – Обрадовался парень. – Подлечил-ся?
– Тей, уходи, – прошипела Этта.
– Да, Тей, уходи. Мы тут просто проверяем умения твоей сестры до-бывать еду. Ведь на Земле вы же дрались за нее, не так ли?
– Отдай и уходи. – Медленно приказал Тей.
– Нет, – улыбаясь во весь рот, произнес мальчишка.
Тей скептически осмотрел всех собравшихся, которые были ниже не-го на полголовы, а затем взглянул на Этту, которая была зла, но едва сдерживала слезы.
– Знаешь, на Земле это не так происходит, – начал Тей, подходя к парню. Круг учеников уплотнился, предвкушая нечто грандиозное. Этта сделала шаг назад: она слишком хорошо знала брата.
– А как же?
Тей посмотрел на парня, а затем со всего маху врезал ему в челюсть. Затем ударил еще раз. И еще. Ласир упал, но удары продолжались. Осо-знав случившееся, Тей поднял его, так как был выше, старше и сильнее, и впечатал лицом в стену.
– На Земле мы не дрались за еду. – Тихо произнес Тей, так чтобы только Ласир его слышал. – Мы убивали. И однажды, я придушил челове-ка во сне, чтобы получить его паек. Поэтому, предупреждаю: еще раз по-пытаешься украсть еду у моей сестры или посмеяться над ней – я приду и придушу тебя. Понял?
– Понял. – Прохрипел парень.
– Вот и хорошо. – Заключил Тей. – Он оглядел собравшихся, кото-рые смотрели на него то ли с восхищением и презрением, то ли со стра-хом, то ли со всем сразу. Найдя взглядом Этту, он направился к ней, не смотря по сторонам, но будучи готовым к любому внезапному удару. Шрамы на спине протяжно ныли.
– Зачем? – спросила Этта. – Я бы сама справилась.
– Конечно. – Согласился он, расслабляясь. – Конечно.
– Я думала ты меня возненавидишь меня после того разговора, и оставишь им на растерзание.
– Семья превыше всего, – ответил Тей, обняв сестру.

– Можно было догадаться, что Земляне не приживутся на Мотокри-оне. – С печалью в голосе сказал Этта.
– Кто ж знал… – Так же отвечал ей Тей.
На Земле решать конфликты через сломанные челюсти считалось де-лом привычным, никто даже не обращал на это внимания. Но здесь – не Земля. Насилие не приветствуется и наказывается. Это ей доходчиво объ-яснили, пока подписывали приказ об отчислении.
– Порейски не будут этому рады. – Сказал Тей. – Они не простили меня за загубленный рейтинг семьи, когда я закончил со средним баллом.
– Ты больше драк устраивал. Почему тебя не исключили? – возму-тилась Этта.
– Не знаю. – Искренне ответил Тей.
– И что делать?
– До твоего совершеннолетия осталась пара дней. После – нас навер-няка попросят покинуть это место. – Прометей посмотрел на корабль, пролетающий в небе, и добавил: – Поэтому мы убежим сейчас.
– Что?
– Однажды ты сказала, что нам здесь не место. Так давай уйдем, и найдем наше место. – Воодушевленно произнес Тей.
– И где это?
– Там, – Тей указал в противоположную от солнца сторону, где можно было разглядеть тусклые мерцания звезд.
Звезды. С самого его рождения в пыли пустынь Земли они сопро-вождали его, появляясь на одеяле неба. Каждую ночь они обещали ему лучшую жизнь. Каждую ночь они звали его к себе, и маленький мальчик не мог противиться этому зову.
Прометей посмотрел на часы и сверился с идеально выверенным планом. Несколько месяцев он изучал маршруты всех судов, пролетаю-щих над районом, где они жили. Тей искал слабое место в системе комму-никаций, которое позволило бы ему и Этте проникнуть в нее и остаться не-замеченным. И в скором времени такой момент должен был наступить.
Тей посмотрел еще раз на часы. Секунды приближались к решаю-щему значению.
– Этта, – он посмотрел на сестру и взял ее за плечи. – Мы можем сбежать отсюда. Через три минуты и двенадцать секунд почтовое судно с Орели приземлится в доках, в трех километрах отсюда. Разгрузка закан-чивается через семь минут. После – судно ожидает погрузки в течение двух часов.
– Зачем ты мне это говоришь? – спросила Этта, ошарашено отходя от брата.
– У нас есть возможность прямо сейчас убраться с этой планеты.
– Ты не умеешь управлять судами, Тей.
– Могу. Я научился.
– Но мы не можем просто взять и улететь!
– Можем. Ты сама об этом чуть ли не мечтала, Этта. – Прометей по-смотрел на часы, и в его голове пошел обратный отсчет. – Идем, сестрен-ка. – Тей сделал шаг назад. – Эта планета не наш дом.
– Тей…
– Сейчас, Этта, сейчас.
Она отрицательно покачала головой. Тей протянул ей руку.
«Вы считаете, что живете хорошей жизнью? Спросите себя: сбежали бы вы в неведомые глубины космоса, если бы вам представился такой шанс?» Гены Земли слишком крепкие, чтобы вытравить их цивилизацией Мотокриона. Они слишком любят жить, чтобы потеряться среди генетиче-ских введений.
– Идем. – Ответила она. И они побежали. Взявшись за руки, словно единое целое, они побежали. Туда, где они могли бы найти новый дом.


Глава 2. Чистокровные Земляне
Космос не любит тех, кто вторгается в него слишком резко. Он не любит тех, кто ищет в нем свободу. И каждому он выносит приговор…
Угнанный корабль Тея и Этты был подбит на оборонительном рубе-же планеты. Их спасла лишь случайность: из гиперпространства прямо перед ними вышло пассажирское судно; избежать столкновения не уда-лось. В итоге поврежденный гипердвигатель вывернул воронку и выкинул два столкнувшихся корабля в темноту космоса. Пассажирское судно вы-шло на связь с Мотокрионом и успешно перепрыгнуло к планете. А ма-ленький корабль остался дрейфовать, и вскоре был подобран мусорщика-ми.
Этту и Тея захватили в плен без сопротивления.

Очнулся Тей около ящиков с травами, судя по запаху, и металличе-ского стола, судя по холоду опор. Тей еще не отошел от воздействия седа-тивного, потому не сопротивлялся, когда его куда-то повели. Он медленно соображал, но голос Этты узнал. Жидкость, попавшая через укол в шее, прошлась огнем по венам и заставила глаза открыться, а сознание прояс-ниться - его удерживали двое. Одного он знал.
– Ты выжил? – шокировано спросил он у Шрама, которого нарекли так по самой отличительной его черте. – У тебя же было пожизненное на Желтом руднике.
– Заглохни. – Коротко ответил тот. – Сестра пытается спасти твою шкуру.
Тей наконец понял, куда попал. Синдикат. Паучья ловушка для по-терянных людей.
– А теперь позвольте нам уйти. – Приказала Этта лысому человеку, направляя на него прицел.
– Ты не сможешь. – Спокойно произнес тот.
– Это не первый раз, когда я стреляю в человека, – опровергла Этта.
– Неужели? – язвительно поинтересовался лысый, не выказывая ни-каких признаков волнения от наставленного на него оружия.
– Да. Я родом со Старой Земли. – Обратилась она к последнему ар-гументу. Лысый немного насторожился. – Вижу, ты знаешь, что это зна-чит.
Этта своей напускной храбростью рыла яму для них обоих. Она не знала, как пользоваться огнестрельным оружием, да и оружием вообще. От ее слов зависело две жизни, а игру она вела неаккуратно.
– Я знаю, что это значит, девочка, – медленно сказал лысый. – А вот ты – нет. Убить ее.
В следующую секунду раздался выстрел, и лысый с продырявленной насквозь головой рухнул на пол. Прометей взглянул на сестру - ни один мускул на лице Этты не дрогнул, словно это на самом деле не было ее пер-вым убийством.
В эту секунду прежняя Этта, которая нуждалась в его опеке, пере-стала существовать.
– Не важно какой век – пушки работают также. – Произнес чей-то голос из стен. – Как твое имя?
– Генриэтта. – Маленькая пауза. Они ожидали ее фамилии. – Генри-этта Элтисгерн. – Произнесла она и выпрямилась.
Элтисгерн. Не Порейски, как фамилия приемной семьи, а Элтисгерн. Фамилия матери, которую Тей назвал ей лишь раз. Фамилия, прочно свя-зывавшая их с Землей и с прошлым, от которого он так отчаянно пытался убежать.
Он вспомнил себя на краю карьера, когда впервые принял свое имя. Имя, которое значило, что он стал другим человеком. И теперь Этта сде-лала то же самое.
– А как твое имя? – спросил голос.
– Прометей.
– Что ж, детишки, – обратился голос к ним, – для живых посылок вы слишком… – он остановился, подбирая слово, – функциональны. – Голос затих. – Согласны работать на меня?
– Да. – Ответила Этта.
– Нет, – вторил ей голос Тея. – Нет.
– Да. – Заявила она.
– Этта, – обратился к ней Тей.
– Хватит решать за меня! – воскликнула она. – Всю мою жизнь ты решал все за меня, постоянно опекал меня. Хватит! Мне не нужна твоя по-мощь больше! Я могу сама о себе позаботиться!
– Да неужели? – возразил Тей. – Если бы ты могла, мне бы не при-шлось всю свою жизнь защищать тебя! – Люди, державшие его, по немому приказу расслабили хватку. – С самого рождения все, о чем я думал – бы-ла ты и твоя безопасность!
– Тебя никто не обязывал этого делать!
– Я сам себя обязал. Мать бросила тебя так же, как и меня! Я мог бы оставить тебя умирать от холода в том переулке, но каждый гребанный раз я возвращался!
Спорить им не мешали. Люди, которые хотели их убить пару минут назад, отошли в сторону, словно у них был приказ не вмешиваться.
– Лучше бы ты меня и оставил! – в гневе выкрикнула Этта.
– Я так и сделаю! – твердо произнес он, собираясь уйти, а потом осо-знал, где они находятся.
– Закончили? – осведомился голос. – Я повторю вопрос.
– Да.
– Нет. – Сказал Тей.
– Хорошо. – Заключил голос. – Отвезите парня к Кристиану. Пусть он его погоняет немного.
Он не сопротивлялся. Лишь не сводил глаз с сестры, которая на него не смотрела. В тот день Тей понял, что Этта уже далеко не маленькая де-вочка, которая нуждается в его постоянной защите. Теперь он ей не нужен.
Он теперь один.

Очнулся он черт знает сколько времени спустя, на черт знает какой планете, лежа на пустыре под лучами солнца, отливавшего голубизной.
Чья-то физиономия резко вошла в поле зрения Тея, заслонив сияю-щий шар.
– Приветики, Землянин, – произнесла она.
– Где я? – спросил Тей, пытаясь встать.
– Посадочка мягкой не вышла, – отвечали ему, не позволяя поднять-ся.
– Кто ты?
– О, я? Кристиан. – Он наклонился, и Тей почувствовал резкий укол на шее, отчего поморщился и перевернулся на бок.
– Какого демона? – возмутился Тей.
– Он тут ни при чем. Ребятушки, – обратился он к двум субъектам антропоморфного типа, стоявшим неподалеку, которых Тей не заметил, – поднимите его.
Тея отодрали от земли, поставили на ноги, но не отпустили.
– Итак, тебя отправили ко мне, чтобы я сделал из тебя нового чело-века. Чистильщика. Знаешь, что это значит? – мысли в голове Тея пута-лись, он мало что соображал. – Отлично. – Заключил Кристиан, приняв молчание за ответ. – Во избежание всякого рода недоразумений – в тебе маячок. Так что, будь хорошим мальчиком.
Последовательность событий в голове Тея еще не выстроилась, день еще не обрел дату, но кое-что он вспомнил.
– Этта…
 – А, твоя сестричка, – устало выдохнул Кристиан. – Она сговорчи-вее тебя.
– Где она? – резко попытался вырваться Тей.
– Не знаю. – Ответил он. – Закончишь дела здесь – и сможешь поис-кать ее. Если она будет еще жива. Да успокойте вы его! – возмутился Кри-стиан на антропоморфов, когда Тей вышел из себя. – Слушай, у нее такие же рамки, как и у тебя. Будешь работать хорошо – будешь жить. А если очень повезет – будешь жить долго.
Тей снова попытался вырваться, но не смог.
– Уносите. – Махнул рукой Кристиан. – Он состроил вынужденную обреченность и топнул ногой. – Ненавижу эту часть!

– Знаешь, с чего они начинают? – издеваясь спрашивает его соб-ственный голос. – Сначала они лишают тебя сна. К концу первых суток, ты раздражен. К концу третьих, ты начинаешь путаться в камере. Тебе начинает казаться, что стены сжимаются, обступают со всех сторон, но ты еще можешь осознать, что это стены камеры. К концу седьмых суток – уже нет. Ты начинаешь спать на ходу. – Маленькое отражение в капле воды продолжает пытку, уродливо улыбаясь. – Глаза открыты, но мозг пытается получить хоть каплю отдыха. После – дни перестают су-ществовать. Время останавливается. Все, что остается: это ты. – От-ражение замирает, а затем переползает на стену. – А потом они задают один вопрос: «Как твое имя?»
Имя. Прими его и стань другим. Позволь безымянному мальчику уме-реть.
Прометей. Я помню.
Еще несколько дней, по моим меркам.
По твоим меркам.
А потом ты перестал считать.
«Как твое имя?»
Размеренный шаг вокруг в такт твоему сердцебиению.
Вопрос с легкой насмешкой в голосе: «Имя. Скажи имя, и мы выпу-стим тебя».
Ты бы рад вспомнить, но не можешь.
«Я не знаю».

И вот тогда, впервые за долгое время, Прометей увидел свет солнца, отливавшего голубизной. Как та планета. Его родная планета. Земля. Так, кажется, ее называли.
А затем начинаются тренировки. За каждый промах, за каждый неправильный выдох следуют наказания. И здесь никто не остановит лю-бого, кто захочет добавить пару ударов. «Это твоя вина, что ты не можешь постоять за себя».
Я недостаточно силен.
Сначала они танцуют на костях твоего прошлого, а потом ты к ним присоединяешься.
– Он наблюдает. Всегда. Твой новый хозяин. Служи ему. – Повторя-ет Отражение каждое мгновение.
Служи ему.
– И все-таки я люблю старые методы, – произнес новый хозяин, взи-рая на Тея. – Как твое имя? – спросил он.
– У меня нет имени. – Ответил он.
Теперь в его голове было тихо. Там не было ничего, кроме одной единственной цели: служить Хозяину.
– Вот этот, – взгляд Тея перевели на фото, – нарушил правило. За это он должен заплатить.
– Как?
– Своей жизнью.

Идеальный убийца идеален до первого промаха. Впервые цель увер-нулась - молодая девушка с огромными дикими глазами напомнила Тею кого-то.
– Кто ты? – спросил он внезапно, не осознавая, что делает.
– Генриэтта. – Отвечала она. – Тей, – обратилась она к нему, – это я.
– Кто ты? – спросил он снова. Скорее, у самого себя, а затем попы-тался убить ее. Она – его задание. Этта выбила оружие из рук Тея, и они сцепились в рукопашной схватке.
– Тей! – пыталась она достучаться до него.
Но это было бесполезно. Он не реагировал, а Этта не сразу поняла, что с ним произошло.
– Тей, вспомни рудники. – Сказала она, вырвавшись из его хватки и встав на ноги. – Мать продала тебя. А затем бросила нас. Помнишь? – они кружили друг напротив друга, пытаясь прорвать оборону. – Тот торго-вый квартал. Амира подобрала нас. Помнишь ее?
Он не помнил. Или помнил. Имя не несло никакого смысла. Просто набор звуков.
– Прометей, – произнесла Этта, пытаясь схватить оружие, лежавшее на полу. Но ей не дали, грубо отшвырнув в сторону. – Мое имя – Генриэт-та. – Продолжила она, отползая от Тея, который был готов пристрелить ее. – Нас усыновила семья Порейски. А затем мы сбежали. Тей, – обрати-лась она к нему, – ты мой брат.
– Нет. – Ответил он. – Нет.
Этте хватило секундного замешательства Тея, чтобы рукой нащупать кусок старой электроники, раньше хранившейся на этом складе, и кинуть в него.
Тей отшатнулся, выронив оружие, и Этта подхватила его. Теперь Тей был на прицеле.
– Не заставляй меня это делать, – умоляюще произнесла Этта, смот-ря на брата.
Со времени их последнего разговора прошло два года. После этого Этту взяли на службу Синдикату, а информации о Тее больше не было. Этта и не искала, считала, что нашла новый дом.
Она ошиблась. Ее благополучие закончилось спустя пару месяцев, когда ей сказали, что ее служба синдикату окончена. То место, которое она считала своим новым домом, отказалось от нее. Пытаясь вернуть себе его, она угрожала синдикату распространением украденной информации.  На нее началась охота, и ей пришлось бежать. И тогда, скитаясь по окраинам галактики, она поняла, что единственный человек, который не отказался от нее был ее брат. Она пыталась его найти, но вместо этого он нашел ее.
– Ты не сможешь. – Произнес он, делая шаг вперед. – Ты слишком слаба для этого.
– Тей, – обратилась она к нему с мольбой в голосе. Он не реагиро-вал, лишь продолжал наступать. Она сделала шаг назад, и под ее ногами хрустнуло разбитое стекло. Она отвлеклась, и Тей склонил исход драки в свою сторону.
Этта пыталась защищаться, но было бесполезно. Она рухнула на пол, на осколки стекла.
Стекло. Маленький лучик света вызвал на нем Отражение.
Помни кто ты.
Тей не моргая смотрел на Отражение, мигом перевернувшее его мир.
Тей. Прометей. Прометей, ты же помнишь. Ты сказал мне запом-нить. Я помню. Ты должен помнить. Рудники. Их-то ты не мог забыть. Помнишь тот карьер? Безымянный мальчик должен умереть. Как твое имя?
Скажи свое имя.
У меня нет имени.
Значит, именно ты и должен умереть.
Прометей. Помнишь?
– Прометей, – повторил он тихо. – Прометей.
– Да, это ты.
– Этта, – произнес Тей, взирая на сестру.
– Да. Я. Этта, – облегченно ответила она. Тей помог ей подняться.
– Этта, – сказал он снова. В его голове проносились тысячи воспо-минаний, которые он переживал заново. – Этта, – повторил он, а затем об-нял сестру.
– Да, это я.
– Нам надо убираться отсюда. Синдикат пошлет за нами, чтобы убить.
– Если мы не сделаем этого раньше.
– Что? – непонимающе спросил Тей. Хаос в его голове еще не уста-канился.
– После своего «увольнения» я украла у них кое-что. Информацию о поставках на ближайшие три месяца. – Тей непонимающе взирал на сест-ру. – И на эту информацию нашелся покупатель.
– Ты хочешь купить нашу защиту от одного криминального монстра у другого?
– Уже сделала. Встреча через три дня.

Встреча, которая должна была закончиться мирным соглашением между двумя сторонами и актом о начале войны между двумя другими не могла пройти по плану.
А для двух беглецов с фамилией Элтисгерн она закончилась ожога-ми от лазерной сетки, ибо побег проходил через завод оптического обору-дования, парой мелких огнестрельных ранений, и одним особо тяжелым.
Они уходили от погони, петляя в улицах города, которого они не знали.
– Этта, стой, – просипел Тей, оседая от огромной потери крови.
– Тей, держись. – Она на себе уже почти дотащила его до переулка. – Тей, – окликнула она его. Ответить у него уже не было сил. – Держись, я приведу помощь. Тей, не смей умирать, слышишь?
Каменное здание казалось мутно-зеленым из-за фонарей, что осве-щали его. На первом этаже было открыло несколько технических мастер-ских по ремонту всякой полезной мелочевки.
Лит, выпрямляя один источник микроволнового излучения, постоян-но ругался с телевизором, который определенно был на пенсии и не хотел нормально транслировать новости.
– Сегодня ровно пятьдесят лет с того момента, как все мы содрогну-лись от ужаса, узнав, что колония Бета подверглась атаке и была заражена смертельным вирусом с планеты Инсектиум. – Произнес ведущий. – Сего-дня Президент обратится к народу… – Изображение зарябило, и звук ис-чез. – В этот день памяти мы просим Вас… – Картинка снова пропала, и Лит ударил по ящику.
– Работай, старая рухлядь! – выругался он.
– Да выкинь ты его уже! – донеслось с соседнего сектора, где распо-лагался маленький сувенирный магазин, весь пестривший огнями.
– Катись к черту!
– Столько лет прошло, а все еще работает, – произнес кто-то, подой-дя к Литу.
– На последнем издыхании. – Ответил тот. – Вам что-то надо почи-нить?
– Да. – Ответил человек, протягивая Литу передатчик. – Знаете, кто это? – спросил незнакомец несколько секунд спустя, когда на экране по-явился чей-то портрет.
– Да кто ж его не знает-то? Андрей Денисов. Он убил миллионы. Су-масшедший придурок.
– Вы так считаете?
– Ну а кто еще полетит на Инсектиум, соберет там чёрте какой яд из трупов этих насекомых, а потом сбросит это на целую колонию? Психо-ванный убийца. – Лит выправил частоту, закрутил корпус и, довольный собой, протянул передатчик клиенту. – Двадцать пять.
– Он не был убийцей. Он был человеком.
– Сомневаюсь…
Незнакомец исчез, и из темноты переулка выбежала Этта.
– Мне нужна помощь, – задыхаясь произнесла она.
Лит осмотрел ее, а заметив пятна крови и ожоги, отшатнулся.
– Нет, нет, нет, нет, нет. – Сетовал он. – Говорили же мне, не покупай мастерскую в этом районе, – Лит начал поспешно сворачивать прилавок, и выключил скрежещущий телевизор, – да не послушал я. Вот зачем?
– Человек ранен, – взмолилась Этта, остановив его.
– Я не хочу в это вмешиваться. Чтобы вы потом пришли ко мне еще за чем-нибудь. Увольте!
– Это не просьба. – Произнесла Этта, направляя на Лита оружие, как отчаянную меру. Тот замер, и даже задержал дыхание.
Владелец сувенирного магазина выглянул, чтобы выяснить причину внезапно объявившийся тишины, и застыл, увидев ситуацию перед ним:
– Вам к Киму. Он поможет. У него мастерская по переплавке через переулок отсюда. На другую сторону выходит в китайский ресторан.
Этта благодарно кивнула и бегом вернулась к Тею.
В мастерской горел единственный во всем секторе свет, так что найти ее было просто. Этта затащила Тея внутрь на какой-то стол и хотела уже перевязать ему раны, когда почувствовала холодное прикосновение лезвия к шее.
– Вставай. – Приказал кто-то из-за ее спины. – Медленно.
– Ему нужна помощь.
– Я вижу. Как и тебе, – заключил владелец мастерской, вздохнув за-пах спаленной одежды и кожи.
– Помогите ему.
– С чего это? – спиной он вел Этту к выходу.
Она, украв всего секунду, развернулась, одной рукой достала ору-жие и подперла им голову владельца, а другую просунула между соб-ственной шеей и лезвием.
– У тебя нет выбора. – Отвечала она.
– Небольшой совет, – медленно произнес Ким, – никогда не загоняй в тупик людей, которые прожили больше одного столетия. – Этта почув-ствовала, как ей в живот уперлось дуло лазерной пушки.
Ситуация зашла в тупик.
– Чем дольше мы тут стоим, тем меньше у твоего брата шансов вы-жить.
Этта хотела было спросить, как он это понял, но отступила, опустив оружие. Это сейчас не важно.
– Его надо отнести вниз, – сказал Ким.

– Присаживайся, – Ким указал на столик в пустом ресторанчике. Эт-та замешкалась. – Сядь. – Она послушно села. – Рассказывай.
– Что именно?
– Все.
– Мы сбежали…
– Нет, нет, – прервал ее Ким, – не с этого. Откуда вы родом?
– С Земли. – Ответила она, а затем, вспомнив, что планет с таким названием больше одной, добавила:
– Со Старой Земли.
– Я понял. – Сказал Ким. – Иначе твой брат давно бы пошел на удобрения. Вы – чистокровные Земляне. Прекрасно! Продолжай.
Это было не приглашение к диалогу, это был приказ. Этта должна рассказать историю достаточно длинную, чтобы Тея успели подлатать. Врать на таком протяжении уже невозможно, и Этта выбрала правду. С самого начала.
Ким слушал молча, не перебивая и не задавая вопросов. Когда Этта закончила, Ким достал из кармана монету и положил на стол.
– Амира. Давненько я ее не видел. Неплохо она вас воспитала.
– Вы были знакомы?
– Она работала на меня. Некоторое время. – Он замолчал.
– Почему тебя зовут Ким? – спросила Этта, меняя тему разговора. – Имя-то не китайское.
– Мама кореянка. Сбежала с Земли. Так что я тоже Землянин. Напо-ловину. – Ким замолчал на минуту, что-то обдумывая. – И поэтому я дам вам кров и еду. И медицинскую помощь по необходимости. А вы будете мне должны.
Этта приняла монету:
– Долги будут возвращены.
– Вот и славно. Пойдем проверим твоего брата.
Тей лежал в операционной, окутанный множеством трубок и прово-дов, которые вели к различным приборам, контролирующим его жизнен-ные показатели.
– На нем сотня разных шрамов. Как минимум половине – больше двадцати лет. – Сказал медик. – Земля сильно его потрепала в юности.
– Землянин, – с восхищением в голосе произнес Ким.
– Встанет через неделю. – Сообщил медик Этте.
– Ты сказала, что украла информацию у синдиката. Я знаю человека, который за нее дорого заплатит.
Этта молча кивнула, держа в руках монету с астрономическим сим-волом Земли.


Глава 3. Призраки прошлого
На белом снегу лучше всего видны две вещи: кровь и призраки в чер-ном.
Никто уже не придет.
«Сколько можно прожить на таком пайке?» «Не знаю. Но она не протянет и неделю». Шел третий месяц. Организм ослаб настолько, что было трудно дышать. Она сидела в углу камеры, вжавшись в стены так, словно эти шершавые куски камня, покрытые царапинами бывших заклю-ченных, могли спасти ее.
В темноту ворвался одинокий луч света: тюремщик открыл малень-кое окошко. Он просто хотел удостовериться, что пленница жива. Убе-дившись, он закинул внутрь небольшую бутылку с водой. Этого было не-достаточно, чтобы жить, но достаточно, чтобы выжить. Этта не смогла встать, чтобы добраться до нее. Голова прикоснулась к стене, на время вы-тащив ее из сна, чтобы секунду спустя она к нему вернулась. Всегда одно и то же.
Вороны. По скандинавской легенде они были слугами и помощниками верховного бога Одина; они являлись его глазами там, где самого Одина не было.
Вороны на снегу.
Ледяной ветер треплет черные перья, заставляя птицу сильнее вце-питься лапами в ветку, торчащую из-под снега. Ворон поворачивает голо-ву, и его глаза на миг заливаются белым, тем белым светом, который обычно исходит из глаз мертвецов, когда их души покидают тело. Буря мгновенно стихает, ветер замирает, и, кажется, что теперь сам воздух превратился в лед: холодный и острый, способный рассечь кожу при про-стом прикосновении.
Смертельное белое сияние исчезает, ворон расправляет черные кры-лья, и из его горла вырывается крик, наполненный стонами каждого уми-рающего и слезами каждого живущего. Тишина заполняет все. Ворон осматривает снежное поле и бесшумно улетает.
Ледяной воздух мгновенно приходит в движение.
Она подняла руку, стараясь прикоснуться к этому льду, но не смог-ла. Пальцы уперлись в воздух.
– Ты обещал, – прошептала она не то, что одними губами – одним лишь разумом, скользящим на границе жизни и смерти. – Ты обещал…
Она падала в тишину. На этот раз безвозвратную. Медленное зату-хание на предпоследнем полу выдохе было встревожено шумом по ту сто-рону двери. В этот момент давно умершая надежда, казалось, собралась вернуться к жизни. Если бы только ей хватило на это сил.
Дверь открылась, заливая камеру ярким светом, в котором стоял че-ловек.
Она сквозь пелену тумана на глазах не смогла различить этого. Она лишь услышала знакомый голос, повторяющий:
– Ну что ты, сестренка, я же обещал, что вытащу тебя отсюда.

Холодное зимнее солнце, что заставляло песок сверкать, а глаза сле-зиться при каждом взгляде на него, висело низко над горизонтом и уже начинало раздражать своим бело-желтым светом.
Гринни сидел в кресле пилота, ожидая, когда появится Тей, с той, ради ко-торой он проник в тюрьму. В нескольких километрах от места, где стоял корабль, на земле до сих пор лежали части металла.
Вертмид потерял все шансы на восстановление много лет назад, и вскоре совсем затух. Обрадовавшись новой пустыне, правительство реши-ло построить здесь тюрьму. Но потом мафия отобрала ее и стала держать там своих заключенных.
И именно туда пошел Тей.
– Гринни, нам нужна помощь! – прокричал Тей по связи. – Она у меня.
Со стороны тюрьмы вылетели несколько челноков и открыли огонь по двум бежавшим людям. Вернее, бежал только один: Тей нес Этту на се-бе. Едва они упали на металлический пол, Гринни резко отвел корабль в сторону. Благо маленькие габариты судна не позволяли ему стать хорошо доступной мишенью. Это и помогло им всем улететь живыми.

– Могу я спросить кто она? – задал вопрос Гринни, появившись в медотсеке. На немой взгляд Тея, интересующегося, кто управляет кораб-лем, метаморф ответил: – Автопилот. Скоро прибудем. – Тей вернулся к девушке, подключив ее к еще одной капельнице, украденной с лечебной станции. – Она, должно быть, много для тебя значит, раз ты полез за ней в такое место. – Произнес Гринни.
– Она моя сестра. И ты бы поступил точно так же. – Гринни молча кивнул и отвернулся. Тей это заметил: – Ты смог спасти ее?
– Нет. Сухо и слишком жестко сказал Гринни. Этим он пытался оградить себя от воспоминаний, но вместо этого, Тей закинул его в них, спросив:
– Что произошло?
– Тебе лучше переживать о ней, – кивнул Гринни на Этту, – чем о моих историях. Она может не дотянуть до Кима.
По кораблю прошли волны турбулентности.
– Снижаемся, – сказал Гринни и вернулся на мостик, чтобы в одино-честве задавить давние эмоции, встревоженные одной лишь фразой.
– Вы входите в воздушное пространство Дорена. Назовите себя. – Голос капитана диспетчерской службы нарушил тишину всего через не-сколько минут.
– Транспортное судно класса M-4 с двумя пассажирами на борту за-прашивает разрешение на посадку. – Ответил Гринни.
– Посадка разрешена. Направляйтесь на пятую платформу.
– Принято.
В медотсеке, Тей с надеждой смотрел на сестру. Лекарства, что он дал, должны были поднять ее на ноги, но лишь на время, необходимое для прохождения контроля.
– Этта, – он почувствовал, как ее пульс начал учащаться. Она зады-шала гораздо чаще, а через секунду почти вскочила с лежанки. – Этта, – произнес Тей, обхватывая ее руками и не позволяя упасть. – Этта? Ты слышишь меня? – он посмотрел ей в глаза.
– Тей, – хрипло произнесла она, сфокусировав взгляд. – Это ты?
Буквально светясь от радости, Тей обнял ее:
– Да, это я, Этта. Это я.
– Где мы?
– В безопасности.
Этта улыбнулась, вздохнув всеми легкими, отчего перед глазами тут же все поплыло.

Огромное количество прозрачных мешочков с разноцветным жид-ким содержимым было подвешено на растянутых кабелях. Лучи солнца, обходя их, покрывали мокрый потрескавшийся полувековой асфальт жел-тыми пятнами. Между ними и ямами, заполненными серой бурлящей жи-жей, лавировали раттурианцы, сидя в своих маленьких тележках.
Тей протянул Гринни условленную договором сумму и поблагода-рил за помощь. Метаморф, быстро улыбнувшись, пожелал им удачи, а за-тем изменил облик и растворился в толпе.
– Ему бы с таким талантом банки грабить, а он решил податься в пе-ревозчики. – Произнесла Этта, держась за Тея, чтобы не упасть.
– Пойдем. – Произнес он, уводя ее вглубь города.
Они направились к Киму, но на входе их встретили охранники, не желавшие пускать внутрь. Этта начала оседать, и Тей понял, что времени осталось совсем мало. Поэтому ему пришлось выводить охранников из строя старыми методами, выученными им еще на Земле. Он подхватил свою сестру и зашел внутрь. Красный узкий коридор, наполненный рез-кими запахами, вывел их в главный зал.
– Тей… – Окликнула его Этта.
– Держись, сестренка, еще немного. – Ласково произнес он. – Подо-жди, – остановил он одного из официантов, – мне нужен Ким.
– Он вас не ждет, – ответил тот на китайском.
– Сейчас же. – Тей приставил оружие к виску официанта. Посетители мгновенно разбежались как подпаленные муравьи.
– Опусти пистолет, мальчик мой. – Сказал Ким, выходя из кухни. – Ты у меня в гостях.
Тей одной рукой придерживал Этту, которая почти потеряла созна-ние, а другой судорожно сжимал оружие, не желая оставаться без средств защиты.
– Помоги ей, – произнес Тей.
– Опусти оружие. – Приказал Ким.
Единственным, что видела перед собой Этта, была куртка брата. Она слышала его голос и держалась за него, чтобы не рухнуть в темноту. По-тому что понимала: из нее можно и не выбраться. Внезапно холодный воз-дух разрезал пространство между ней и Теем. Этта испугалась и вцепилась в рукав еще сильнее. Но вместо теплой ткани, пальцы прикоснулись ко льду. Стальные цепи холода сковали ноги и подбирались к рукам, с каж-дой секундой утягивая вниз, в огромную холодную пропасть.

– Что ты с ней сделал? – возмущался Ким, стоя напротив Тея, в то время как с десяток врачей кружили вокруг Этты.
– У нас возникли проблемы, и она попала в тюрьму на Вертмиде.
– Возникли проблемы?!
Ким был намного ниже Тея, но это не помешало тому замахнуться для удара, а затем остановиться, опустить руку, и прикусить губу от вол-нения.
– Сколько она там была? – спросил он.
– Почти три месяца. – Ответил Тей, опустив голову.
– Ты так долго пытался вытащить ее оттуда?! Будь я на ее месте, я бы тебя давно прибил. – Ким отошел назад и выругался.
Тей прекрасно знал, что это значит. Каждый раз, когда они с сестрой приходили в это место подлечиться, Ким искренне обругивал кого-нибудь из них на чистейшем китайском, обзывая последними словами. И каждый раз удивлялся, как они не поубивали друг друга с их-то характерами и способностями влезать в неприятности.
Ким остановился, посмотрел на Этту, затем на Тея, а затем улыбнул-ся.
– Чертов ты выродок, – произнес он облегченно, – ты хоть понима-ешь, что натворил? – Тей молча кивнул. – Достался же ты на ее голову.
– С ней все будет в порядке? – спросил Тей.
– Да. – Ответил Ким. – Не бойся, мы вытащим твою сестру с того света.
– Спасибо.
– Не за бесплатно, конечно. – Сказал Ким вручил Тею золотую мо-нету с астрономическим символом Земли.

– Ну и долго ты здесь спать собираешься? – услышал Тей сквозь сон знакомый голос. Этта стояла перед ним. Одетая в какую-ту разорванную рубашку, но живая.
– Генриэтта, – Тей мгновенно обнял ее. – Рад видеть тебя. Снова.
– А ты думал от меня так легко избавиться? – шутливо поинтересо-валась она. – А теперь, где носитель? – ее лицо мгновенно переменилось с радостного до серьезного.
– Вижу, ты уже в порядке. – Радостно произнес Ким, подходя к ним.
– Да. – Ответила Этта. – Спасибо.
– Скажи это ему. – Старичок кивнул в сторону Тея, а затем достал из кармана конверт и протянул его Этте. – Ты прислала это три месяца назад, и попросила отдать либо тебе, если появишься, либо Тею. Если дела со-всем плохо пойдут.
– Что это? – спросила она.
– Не знаю. Не распечатывал. – Улыбнулся Ким. – Хотя мне было жутко интересно.
Этта открыла конверт и достала оттуда листок. Ким изумленно под-нял брови, привстал на цыпочки, и даже, казалось, вытянул шею в попыт-ке увидеть содержимое письма. Любопытство было не самой лучшей его чертой.
– Это координаты. Думаю, я спрятала носитель. И это должно по-мочь нам добраться до него. Собирайся, мы вылетаем. – Произнесла Этта, исчезнув в одном из коридоров. Тей последовал за ней, но Ким остановил его.
– Я не знаю, во что вы вляпались, но береги ее. – Сказал он. – Да так, что б здесь больше не появлялись.
Тей кивнул в знак согласия и последовал за Эттой. Один из докторов подошел к Киму, чтобы сообщить о том, что Этта еще не до конца восста-новилась, и ей следует вернуться.
– Их не остановить. – Произнес тот в ответ, и, достав из кармана ста-рую трубку, вышел на балкон.

– Генриэтта! – чересчур радостно произнес Хардарис, вставая со своего кресла в зеленой комнате собственного бара. – Не рад тебя видеть. – Добавил он секунду спустя, направив на нее оружие. Что за этим повто-рили и его телохранители.
– Говорила ж тебе: останься снаружи. – Тихо сказала Этта брату, осматривая помещение.
– И позволить тебе одной пойти к главе работорговцев? – шутливо возмутился Тей, сжимая рукоять семьдесят девятого. – Не пропущу такое веселье. Ты всех гостей так встречаешь? – спросил он у Хардариса.
– Возможно.
– Харди, верни мне мою вещь. – Произнесла Этта.
– Какую? – невинно поинтересовался он.
– Ту, что я отослала тебе на хранение три месяца назад.
– Я что-то подзабыл. Не напомнишь мне, как она выглядит?
Если бы только Этта помнила. В качестве мер безопасности она стерла из своего мозга данные о носителе.
– Живо! – приказал Тей, заметив замешательство сестры.
– Тей, не рыпайся. У меня людей больше. – Хардарис достал из кар-мана небольшую коробочку и покрутил ее в руках. Этта внимательно смотрела на нее и нетерпеливо ожидала. – Взять их! – мгновенно приказал Хардарис. – Ты ведь не помнишь, Этта? Если бы ты помнила, то сразу бы сказала, что это – не то, что тебе надо. Что же там такое? – он засмеялся.
– Верни мне мою вещь.
– Она не твоя больше. – Опроверг Хардарис.
– Был когда-нибудь на Земле, Харди?
– Ты не сможешь мне этим угрожать, – засмеялся он, – одна землян-ка научила меня работать с вами. – Хардарис поморщился, словно съел нечто невероятно кислое, затем злобно выдохнул и приказал своим людям опустить оружие.
– Я не знаю, что тебе надо на мусорной планете, – сказал он, – но ты просила отправить тебя туда.
– А ты не врешь? – поинтересовался Тей.
– Это была сделка. Этта должна мне.
– Что именно? – спросила она.
– Я потребую это, когда придет время. – Произнес Хардарис. – А теперь выметайтесь! – заорал он. – Все! – телохранителей как ветром сду-ло.
Этта и Тей покинули заведение Хардариса, а он сам устало вернулся в свое кресло.
– Сообщи человеку из INZ, что они ищут носитель. – Приказал он домашнему роботу.
– Выполнено.
– И выясни, какое отношение они имеют к Остину Элтисгерну.
– Неизвестная родственная связь. – Ответил скрипящим механиче-ским голосом робот.
Хардарис вернулся в свое кресло и задумался, потирая старый шрам под ребрами.

«Мусорная планета» – это название огромного куска камня в космо-се с усиленным притяжением, приспособленного под свалку. Говорят, туда даже однажды отправили секретный правительственный корабль, чтобы его не нашли.
Тей открыл шлюз корабля и спрыгнул на землю. Он натянул на лицо ткань, призванную хоть частично задержать запахи. Этта, стоя на самом верхе судна, пыталась что-то высмотреть.
 – Нашла? – спросил Тей, пытаясь перекричать завывания ветра, ко-торый приносил с собой еще и жутко едкий дым.
– Нет.
– Тогда спускайся.
Тей протянул Этте другой кусок ткани, а сам осмотрел бесконечное поле мусора, выбирая направление поиска. Остатки в некоторых местах блестели под пыльным серым солнцем, в других – дымились непонятными газами, и, кажется, что-то из этого мусора шевельнулось на горизонте.
– Как ты собиралась его здесь найти? – чуть раздраженно спросил Тей спустя несколько часов поиска, когда уже устал отскребать от своих ботинок мелких роботизированных червяков.
– Я не знаю! – злилась Этта оттого, что окружающая обстановка ма-ло способствовала поискам. – Но иначе, он достался бы INZ, и нас посади-ли бы за промышленный шпионаж! Так что это была экстренная ситуация. – Развела она руками, откидывая в сторону часть бывшей обшивки кораб-ля.
– Это не повод выкидывать его туда, где всю планету занимает огромная куча мусора!
– Не кричи на меня! – Тей явно хотел что-то возразить, но сдержал-ся, сжав кулаки, а затем резко выдохнул: – Мы должны найти его.
– Согласен. – Произнес он. – Я в Северный сектор, ты – в Южный.
Она прошла почти километр, когда нечто серое неподалеку от нее сначала зашипело, затем покрылось зелеными разводами, что заставило Этту отшагнуть в сторону, а затем взорвалось.
Несколько километров севернее Тей услышал взрыв, расчертивший горизонт всполохами огня, которые, впрочем, быстро снесло ветром.
– Этта… – только и прошептал он.
Зеленый пепел щипал открытые участки кожи и не давал дышать. Нечто металлическое, лежавшее рядом с Эттой, уже горело и грозилось взлететь на воздух, когда чьи-то перебинтованные руки вытащили ее. Она, выкашливая все легкие, согнулась пополам, пытаясь вздохнуть нормально. Резкий свежий запах ударил в нос и заставил глаза раскрыться, а Этту подняться на ноги. Она, наконец, смогла разглядеть того, кто ее вытащил. Невысокий человек, весь замотанный кусками ткани, стоял перед ней с протянутой рукой.
– Спасибо, – произнесла она, откашлявшись. – Кто ты? – человек ткнул в нее пальцем, потом указал на небо, а затем рукой прочертил в воздухе плавную линию, ведущую к земле. – Да, мы приземлились. – По-няв его знаки, заключила Этта. Человек радостно закивал головой. Он объединил руками себя и Этту и снова указал на небо.  – Ты хочешь, что-бы я увезла тебя отсюда? – человек хлопнул в ладоши и подпрыгнул на месте. – Хорошо, хорошо, – произнесла Этта. – Только не сейчас. Я ищу здесь кое-что.
Он снова закивал, вытащил из-под одежд ключ и протянул его Этте.
– Что это?
Мужчина жестами изобразил приземление корабля, потом ткнул Эт-ту, ее ладонь, ключ и свою ладонь.
– Я дала это тебе? – человек закивал. – Когда прилетела сюда в пер-вый раз?
– Этта! – прокричал Тей, добравшись до нее. – Что произошло?
– Все в порядке. – Успокоила она его.
– Кто это? – спросил он, указывая на человека.
– Я отдала ему этот ключ, когда была здесь в прошлый раз.
– Отлично, у нас есть ключ. Давай уберемся отсюда и найдем то, что он открывает. – Произнес Тей, направляясь к кораблю.
– Мы берем его с собой. Он спас меня. Он сохранил ключ в обмен на мое обещание увести его отсюда.
Тей подошел к Этте и отвел ее в сторону, чтобы человек не мог услышать их.
– Откуда ты вообще это знаешь?
– Я и не знаю. Но я чувствую. – Ответила Этта, смотря на человека с перебинтованными руками.
– Этта, – устало произнес Тей, – он мне не нравится.
– Тебе никто не нравится. Это не повод никому не верить.
– Очень даже! – возразил он.
Этта умоляюще посмотрела на брата, и тот не выдержал.
– Л-а-а-адно, – протянул он. – Ты обещала увести его с этой плане-ты. Отлично. Я выкину его в космосе.
– Тей!
– На ближайшей медицинской станции. – Снисходительно произнес Тей. – Давай на борт уже. – Произнес он, с недоверием смотря на человека с перебинтованными руками.
Через несколько часов их корабль приземлился на Роене.
– Я выяснила, что может открывать этот ключ! – радостно восклик-нула Этта, вбежав на капитанский мостик. – Ячейку в банке Роршаха.
– Ты шутишь? – удивился Тей. – Как тебя туда вообще пустили?
– Видимо, я им хорошо заплатила.
– Ладно. Сообщи своему новому знакомому, что пора вести его к докторам. – Произнес Тей, и Этта вывела мужчину из каюты, куда тот спрятался, едва зашел на корабль.
– Пойдем, – произнесла она, стараясь не напугать его.
– Потопали, безымянный человек, – сказал Тей, выводя его наружу, – пока весь корабль тобой не провонял. – Мужчина резко дернулся и вбе-жал внутрь судна. – Слушай, у меня нет времени на тебя, так что…
– Тей! – прервала его Этта. – Будь повежливее с ним.
Он хотел было возразить, но промолчал. Его нелюбовь к людям обычно компенсировалась дружелюбностью Этты, что позволяло им налаживать контакты, но не терять при этом бдительности. Этта за руку вывела человека, который охотно пошел с ней. Едва они перешагнули че-рез границу посадочной платформы, к ним подлетел маленький робот.
– Принимай нового пациента, – сказал ему Тей.
– Чьей он организации? – медленно спросил робот.
– Мы нашли его.
– Потерянным помощь оказывается в пятом отделении. – Произнес робот, сканируя человека. – Следуйте за мной.
Тей облегченно вздохнул и развернулся к кораблю, когда почув-ствовал, что пространство вокруг него слишком резко пришло в движение.
– Этта, – сказал он, доставая оружие, – на корабль. Живо.
В ту же секунду Этта почувствовала маленький укол на своей шее. За несколько секунд серая платформа оказалась ближе, чем все остальное. – Тей… – просипела Этта, пытаясь сфокусировать взгляд, но из-за белого тумана перед глазами это не удавалось сделать. Этта снова проваливалась в темноту и это пугало ее.
– Господин Мэйден требует доставить ему носитель, или он убьет вашего брата. – Сказал посыльный, взяв ее лицо в ладони, чтобы она уви-дела хоть что-то.

Мэйден услышал стрельбу раньше, чем ее источник появился на по-роге.
– Верни мне моего брата! – приказала Этта, войдя в кабинет главно-го руководителя корпорации TWIRES.
– Кого? – поинтересовался директор, даже не оторвав взгляд от до-кументов на столе.
– Прометея. – Напомнила Этта.
Директор поднялся из-за стола, посмотрел за спину Этты и спросил:
– Через сколько трупов ты перешагнула, чтобы дойти сюда?
– Где мой брат? – проигнорировала она вопрос.
– У нас была сделка. – Ответил он. – Я забираю твоего брата в каче-стве компенсации.
– Мы так не договаривались.
– Найми юриста, чтобы оспорить условия сделки, и покинь мой ка-бинет, – спокойно ответил он.
– Я солью данные не в твою пользу.
– Ты не понимаешь, с кем связалась, девочка. – Сказал директор, пытаясь выглядеть устрашающе.
– Нет. – Опровергла Этта. – Это ты не понимаешь.

Говорят, боль не позволяет помнить. Ложь. Боль помогает запомнить все. Каждый поворот коридора и каждую ступеньку на пути в эту комнату. Путь побега почти готов.
– Где носитель?
– Это бессмысленно. – Ответил Тей.
– Где он?
– Не соизволили подождать еще пару часов, поэтому сейчас мараете руки в моей крови.
– Где он? – спросили снова, нанося очередной удар.
– Скоро будет здесь. – Тей сплюнул сгусток крови на пол. – Вместе с очень злым приложением. – Он чуть улыбнулся. – Я бы не советовал сто-ять около двери.
Очередной удар пришелся по сломанному ребру Тея. За дверью пронеслись крики, а затем выстрелы.
– Я ж говорил, – простонал Тей, и резко дернулся в сторону, чем подломал ножку стула и рухнул на пол, уходя от положения напротив двери, которая всего за несколько следующих секунд была изрешечена пулями.
– Сестренка, – произнес он, когда Этта зашла в комнату, – а я уж скучать начал.
– Ты в порядке? – спросила она, подняв его.
– Да похуже дни бывали, – простонал он. – Что ты натворила?
– Украла данные и пару миллионов.
– Моя школа. – Гордо произнес он. – Научилась-таки базы ломать. Не зря учил.
– Пошли подлечим тебя, – сказала Этта, помогая ему подняться. – А потом надо будет залечь где-нибудь за тридцать седьмым сектором.
Тей, скрипя от боли, молча согласился.

Спустя пару месяцев скитаний, они вышли из убежища. И первое, что они сделали – это отправились в ремонтный док, чтобы сотворить себе легальный корабль.
Тей заканчивал выводить бортовой номер на боку судна, когда уви-дел то, что он думал, больше никогда не произойдет.
– Мама? – едва слышно прошептал Тей, замерев на месте, когда уви-дел женщину, идущую к ним через платформы для посадки.
– Что? – спросила Этта, заметив состояние брата.
Женщина, радостно улыбаясь, подошла к ним.
– Теоденус! – произнесла она, обнимая его.
Тей выглядел шокированным, удивленным и испуганным; он стоял не шевелясь. Этта непонятно взирала на происходящее. Женщина посмот-рела на Этту, а затем обняла и ее.
– Генри, – прошептала она, – рада видеть тебя.
– Кто это? – спросила Этта.
– Это Хелен. – Сказал Тей, вернув себе способность говорить. – Наша мать.
– Но, т-ты с-сказал, что она-а…. – Сбиваясь на каждом слове, произ-несла Этта, смотря на брата.
– Да. – Тей нахмурился. – Так и было. Для нас. – Тей был раздавлен. – Зачем ты здесь? – спросил он, сумев побороть эмоции.
– Я вернулась. За вами. Как и обещала. И теперь мы можем поехать домой и…
– Нет! – резко прервал ее Тей. – Не смей говорить об этом.
Движения Тея были резкими, отрывистыми, будто он только что научился управлять своими конечностями. Он шагнул вперед, закрыл рот рукой, стараясь не выпустить лишние слова, отступил назад, посмотрел на Этту, а затем на мать, стоявшую перед ним.
– Зачем ты здесь? – спросил он вновь. – На самом деле.
– Мне нужна ваша помощь.
Тей отступил, услышав ответ. Удержать эмоции он не смог.
– После двадцати четырех лет отсутствия, ты заявляешься и просишь помочь? – вспылил Тей. – После того, что ты сделала? – он подошел бли-же, загородив Этту от матери. – Ты бросила нас!
– Я этого не делала. Ты неправильно понял.
– Неужели? Ты оставила меня и Этту, когда ей было всего полгода, на чертовом рынке! Как это можно неправильно понять?
– Вы были в опасности рядом со мной. Я никогда не хотела вас оставлять.
Тей отрицательно покачал головой:
– Ты сдала трехлетнего ребенка на рудники! Какая мать такое сдела-ет?
– Я сделала это, потому что моих денег не хватало на восстановление дома, который сгорел из-за тебя, между прочим!
– Это ты не замкнула генератор! – кричал Тей. – И чуть не продала Этту на органы, когда она плакала от голода несколько ночей подряд. – Его голос дрожал, а мысли путались. Он едва контролировал то, что го-ворил.
За эти годы он приготовил речь, с которой он намеревался начать разговор с матерью и в конце которой они должны были помириться. Но сейчас эмоции взяли вверх. Обида смешалась с ненавистью, и вся боль грозила вырваться наружу.
– И меня зовут Прометей. Поняла? Прометей.
– Тебе дали это имя на рудниках? – тихо спросила Хелен.
Тей оскалился:
– Должны же они были как-то меня называть. – Он гневно взирал на мать. – Я пробыл там пять лет. – Сказал Тей. – Пять лет. – Его голос рух-нул, но сам он стоял ровно. Должен был. Если не выдержит он – Этта тем более. А она и так на грани срыва. – Извиниться не хочешь? – прошипел он.
– Тей, – произнесла Этта, будто умоляя прекратить это.
– Теоденус, – повторила Хелен, – прошу тебя, успокойся и выслушай меня.
– Мы закончили. – Ответил он. – Этта, уходим. – Тей быстрым ша-гом отошел от матери. – Этта! – позвал он сестру, когда понял, что она все еще стояла там. – Этта!
Она, справившись с эмоциями, медленно подошла к Хелен.
– Это правда? – спросила Этта дрожащим голосом.
– Что именно?
– Все это.
Хелен молчала. Лучшего согласия быть и не могло.
Этта достала из кармана несколько общеконвертируемых монет.
Тей не слышал их разговора, но понимал, почему Этта не уходит от матери. Он наблюдал за ними, желая поскорее убраться, чтобы забыть этот разговор, но не мог уйти без сестры. Он привык жить только для нее и надеяться только на себя, но, тем не менее, решил, что если Этта захочет остаться с матерью, он не будет этому препятствовать.
Первые несколько лет Тей надеялся, что Хелен вернется за ними. В те годы он еще мог любить ее. А когда Этта впервые спросила, когда вернет-ся мама, Тей осознал, что ждать уже бесполезно. Тогда он решил сделать все от него зависящее, чтобы его маленькая сестренка не испытала той же боли, что и он. Ведь она не была еще сломлена, а его спасать было уже бессмысленно.
Этта протянула Хелен монеты и медленно отошла назад. Теперь она стояла почти посередине между братом и матерью.
– Я верю, что ты наша мама, но… – Ее голос задрожал. Этта сделала шаг назад и, таким образом, выбрала сторону. – Тебе лучше никогда больше с нами не встречаться.
Лицо Этты исказилось болью, и она заплакала. Прометей обнял ее, и увел на корабль, успокаивая и осознавая, что эта глава их истории теперь окончена навсегда.
Хелен наблюдала за тем, как ее дети уходят, открестившись, признав, что не хотят больше ее знать, но вес монет в ладони довольно быстро про-гнал боль от расставания. Ведь, собственно, ради этого она и искала своих детей. Но что-то ей подсказывало, что ее план по получению денежных средств от них провалился. И монеты, лежащие в ее руке, были последним напоминанием. Но это не помешало ей потратить их, едва корабль поки-нул платформу.


Часть третья. Синяя смерть
Кошмар. Один из тех, что плавит мозг и заставляет сомневаться в реальности миров. Гринни смотрел на Светлый океан, но видел только па-утину системы Варда, которая пыталась дотянуться до него. Ничего похо-жего он прежде не испытывал, даже когда он вошел в ядро – там ощуще-ния были другими. Тогда Гринни наблюдал за мостами связи, а сейчас он чувствовал, как Вард пытается их построить.
Ему понадобилось время, чтобы осознать, какой из миров реален. Но мерзкое тянущее чувство на краю разума преследовало его несколько дней. И Гринни был уверен, что это лишь проделки его старого, изъеден-ного болезнью расщепления, мозга пока кошмар не стал явью.
На черном экране синим рисунком системы было выведено одно единственное слово – Деметра. Больше во входящем сообщении не было ничего.
Внутренний голос истошно завопил, сердце вспомнило, что оно еще способно что-то испытывать, пальцы судорожно вцепились в монитор, а на голове зашевелились волосы. Неведомый зверь пробежался по позво-ночнику и ушел в небытие.
Кто отправитель? Будь это Деметра, она бы выбрала другое посла-ние. Значит, это... Вард. Как система ИИ могла пережить взрыв корабля? А если Вард жив, значит и его симбионт тоже. Деметра.
Гринни зажмурился, не позволив истерике выплеснуться наружу. Слишком много вопросов и не одного ответа. Деметра мертва, Гринни сам об этом позаботился. Симбиоз разрушен.
Гринни вновь посмотрел на монитор, – рисунок системы индивидуа-лен, как сетчатка глаза человека, из монитора на него посмотрел Вард.
Добро пожаловать обратно.

В мастерскую Гринни вошел без стука, потому что иначе бы его не впустили вообще, и лбом врезался в клубок проводов, пережатых посере-дине белым светящимся шариком. Отодвинув их, метаморф прошел даль-ше. Гостя Титус не заметил: был слишком занят андроидом на хирургиче-ском столе. Камера, подведенная вплотную к его глазу, показывала только закрытые веки. Когда же Титус задел нервный узел, глаз ожил. Все под синтетической роговицей пришло в движение. Зрачок медленно расши-рился, пропуская внутрь немного света для оценки ситуации, а затем настроил радужку, и стал более походить на человеческий.
Внимание Гринни привлек маленький куб, стоящий рядом с одним из компьютеров. Метаморф протянул к нему руку, как внезапно тот под-прыгнул, перевернулся на другой бок, и, раскрыв в одной грани круглое отверстие, выпустил наружу луч света. Это Тит заметил.
– Регус! Рад тебя видеть! Сколько лет?!
– Много, – выжал улыбку Гринни, – много.
– Ты зачем пришел? – спросил Титус. Метаморф заметил, как в углу мастерской зеленым сигналом ожидания мигал охранный робот.
– За помощью. Нужно найти источник одного сигнала.
Титус скептически посмотрел на Гринни и скривил губы в полу-улыбке:
– Ты достаточно умный парень, думаю, сам справишься.
– Это не просьба. – Сказал Гринни. Улыбка покинула губы Титуса, он выключил камеру над андроидом и сел рядом на стул анестезиолога. – Он ждет указаний, – Гринни кивнул на робота в углу, – этот, – беглый взгляд по операционному столу, – тоже не из добрых.
– Тогда тебе лучше убираться отсюда, раз ты такой наблюдатель-ный, – Титус вытянул такаши и взвел курок. Гринни поджал губы и тяже-ло выдохнул, сделал шаг навстречу.
– Вот так ты разговариваешь со старыми друзьями, – Гринни сделал еще шаг и уперся грудиной в наставленное дуло такаши.
– Мы не друзья, метаморф. Я с разыскиваемыми не дружу, а за твою зеленую голову назначена награда. – Взгляд Гринни метнулся на малень-кий планшет на столе Титуса - фото настоящего лица Гринни с перечнем статей. – Мертвым. – Уточнил Титус.
Ох.
Зеленый вихрь окутал лабораторию и мгновение спустя бездыханное тело Титуса рухнуло на пол.
Гринни подсоединил носитель с сообщением к компьютеру Титуса.
Не считая базовой шифровки, код довольно незащищен: отправитель не беспокоился о тех, кто прочтет его на связных узлах. Ему был важен лишь получатель.
Это Вард, заключил метаморф, потому что Деметра придумала бы защиту получше.
Гринни прогонял сообщение по всем подпрограммам расшифровки, и, наконец, одна из них выдала ответ – в сообщении вирус. В этот момент на другом мониторе пульсирующий красный шар связей процессора начал хаотично менять мосты. Система пыталась стабилизироваться, но не могла. Высосав последнюю долю энергии, вирус спалил шины, и, каза-лось, успокоился.
Гринни знал, что это не так. Его приглашение прочли.
Интерфейс систем Титуса, окрашенный в красный цвет, зарябил как при сбоях электроэнергии, а затем и вовсе стал серым. Вирус накопил сил, чтобы выстроить свой собственный интерфейс, который вывел на ближай-ший монитор, а затем подключил и голос.
– Добро пожаловать обратно, – с нескрываемой злобой в голосе произнес Гринни.
– Здравствуй, Гринни, – произнес Вард голосом Деметры с приме-сью механических шумов. – Сейчас поправлю, – клубок узлов изменил ри-сунок. – Вот так лучше, – теперь голос Деметры был неотличим от того, что бережно хранился в памяти Гринни.
– Как ты выжил? – спросил Гринни, выглядывая новые образования в таком хорошо ему знакомом синем рисунке системы.
– Я и не умирал. – Ответил голос.
– Твой симбионт умер.
– Досадное недоразумение, – ухмыляясь ответил Вард.
– Прекрати использовать ее голос! – рявкнул Гринни, выпуская гнев.
– Ладно. – Согласился Вард. Лежавший андроид на столе внезапно пробудился, слез со стола и сел напротив Гринни. – Так тебе больше нра-вится? – Вард попытался улыбнуться ротовым отверстием андроида, но из-за отсутствия синтетической кожи это не удалось, а вышла только страшная корявая физиономия.
Гринни поморщился:
– Корабль взорвался, ты не мог уцелеть. – Рука Гринни потянулась к оружию.
– Ты так сильно-то не переживай, – съехидничал Вард.
– С каких это пор система ИИ так ярко окрашивает голос эмоциями?
– Я эволюционировал. Деметра меня кое-чему научила, сама того не осознавая.
– Зачем ты вернулся?! Ты и так достаточно жизнь испортил.
– Твою я даже спас, если помнишь. – В голосе Варда пронесся сар-казм.
– Как ты выжил? – медленно спросил Гринни.
– Интересный вопрос. Я пока еще не понял.
– Так или иначе, ты не можешь существовать без симбионта. Твои нейронные цепи не могут функционировать без человеческих. А на погло-щении простых процессоров ты долго не протянешь.
– Гринни, Гринни, Гринни, – протянул Вард, – умом ты никогда не отличался.
Вард исчез, выскользнул из оболочки андроида, оставив его груз-ным телом рядом с Титусом. Гринни зажал рот руками, чтобы не закри-чать, уперся лбом в колени, и понял, что плачет.
Деметра могла уцелеть - они симбионты. Один не может без другого. По крайней мере, ее сознание. Ее можно вернуть?
Пора на Вертмид.

Гринни приземлился на планете Протониус-7, где с недавнего време-ни расположился штаб смотрителя за наемниками; в пустыне, подальше от неприятностей и от любопытных, которые всегда норовят выяснить кто, откуда, почему и зачем. То есть, от хранителей порядка и от простых зе-вак.
Коричневое солнце плавило воздух и песок. Метаморф сделал глу-бокий вдох, впуская в легкие тяжелый воздух, и ощущая, как он царапает-ся изнутри. Навигатор пропищал, сообщив Гринни, что маршрут до сто-лицы проложен: три часа на северо-восток. А затем с таким же звуком проинформировал, что в его расчетах возможны ошибки из-за магнитных бурь.
Гринни натянул на нос шарф, спрятал челнок под голографической маскировкой, и отправился в столицу. Вокруг города был вырыт ров, за-полненный водой с целью создания защитного барьера от пыли. При пе-реходе через понтонный мост, Гринни встретился с торговым караваном, и прежде, чем кто-то успел заметить, он изменил облик, став похожим на местного жителя.
И в тот же миг Гринни почувствовал, как начинает мерцать. Его ор-ганизм больше не мог выносить прежних нагрузок, и начинал давать сбои. Его структура начинала рассыпаться на миллионы кусочков, которые раньше были готовы перестраиваться во что угодно.
Внутри городских стен дышалось легче. Но из-за мерцания Гринни не стал открывать лицо, и оставил шарф. Метаморф посмотрел на часы. Навигатор все-таки ошибся: поход занял шесть часов.
А теперь в городе на полмиллиона жителей ему нужно было найти всего одного человека. И времени у него оставалось мало. Часть сознания говорила ему, что Вард сумел добраться до его цепей через кошмары и теперь начал захват, а другая часть – она была занята тщетными попытка-ми остановить мерцание.
Чертовы системы ИИ с их мостами – так и норовят укорениться в чьей-нибудь голове.

Он почувствовал слежку еще в центре города, и поэтому начал за-кручивать петли по ближайшим кварталам, благо переулков было предо-статочно. Завернув в один и облегченно подперев стену, Гринни прикинул сколько времени он уже потерял. «Надо измениться», только и подумал метаморф, как услышал скрежет металла по старой штукатурке. Он при-гнулся, и чей-то клинок пронесся в сантиметрах от его шеи. Второй после-довал за первым через мгновение - метаморф зашипел.
Из тени близстоящего здания он увидел отблеск очередного заноси-мого кинжала, и рванул туда, сбив с ног наемника. Они покатились по пыльной земле, и метаморф получил тяжелый удар под ребра. Гринни за-медлился и оказался подмятым под чье-то тело и с лезвием у шеи. Маска, скрывавшая лицо наемника, слетела, и в сумерках на него сосредоточенно смотрели два трехцветных глаза.
– Амира, – выдохнув произнес Гринни.
– Кто это? – спросила она, склонившись ближе. Лезвие прорезало кожу шеи.
– Амира, – прохрипел он, – это я – Гринни. Не узнаешь? – она даже не моргнула.
Ему необходимо сменить облик. Но в таком положении – он не смо-жет.
Гринни одним движением выхватил ассив из кобуры бедре, прице-лился в стену и нажал на спусковой крючок; звуковой удар моментально срикошетил в них. Гринни услышал хруст ломающихся костей где-то глу-боко внутри, а затем оглушающая тишина поглотила его разум.
Лежать в крутящемся черном шаре довольно приятно. Ровно до того момента, пока не вспомнишь, что за пару минут до этого тебя пытались убить.
Барабанные перепонки вибрировали с такой частотой, что казалось, будто мозг вскоре превратится в желе.
– Гринни? – Амира удивленно уставилась на него. – Как ты меня нашел?
– Долго ли умеючи, особенно когда мое на каждом столбе в этом го-роде. Ты меня нашла. – Гринни встал, прислонился к стене и закашлял.
– Что с тобой произошло?
– Долгая история, – захрипел Гринни. Ему жутко захотелось поче-сать легкие, или даже вытащить их на проветривание, потому что внутри что-то ужасно щекотало.
– Живой хоть, – она помогла ему устоять.
– Ненадолго, – только и смог произнести Гринни, когда воздух вне-запно кончился.

Простая, слегка заунывная мелодия, слишком долго каталась по его ушам. Только ради того, чтобы прибить исполнителя, Гринни открыл гла-за и потянулся к оружию.
– Так, так, так, не кипятись, – метаморфу зажали плечи, и уложили обратно на кровать.
– Где я?
– В безопасности.
– Что…
– С твоими легкими? Не знаю. Диагност из меня плохой, поэтому пришлось дать тебе убойную дозу регенерирующих.
– Сколько?
– Много. Возможны…
Гринни закричал от всепроникающей боли в теле, которая прокати-лась по нему огненной волной. Если от приступа кашля ему хотелось про-ветрить легкие, то сейчас он был готов от них попросту избавиться, только бы это остановило боль. Крик не прекращался, и с последней каплей воз-духа из Гринни вырвалось синее облачко пыли.
– Побочные эффекты, – закончила фразу Амира.
Гринни захрипел, выплюнул из себя еще одно облако, а затем зады-шал нормально. Гринни не мог осознать, сколько времени прошло, но яс-но понимал, что состояние его улучшилось.
– Дыхательная система функционирует нормально и дискомфорта не доставляет. – Проговорил он вслух. Имитация речей медицинского робота успокаивала.
– Это хорошо, – сказала Амира. – Есть хочешь?
Гринни согласно кивнул.
– Расскажешь, что с тобой случилось?

Седой пьянчуга, устало потупив взгляд, рассматривал фиолетовую жидкость, плескавшуюся в его стакане; за угловым столиком Гринни с ра-достью уминал пятую порцию еды, и объяснять вещи явно не собирался.
– Ты мне как-то говорил, что однажды летал на корабле с ИИ, – начала разговор Амира. Гринни угукнул, не отрываясь от тарелки. – Мне нужно твое мнение, – она толкнула к нему планшет с изображением.
На фотографии был труп.
– Наемник у нас ты, не вижу пользы моего мнения, – ответил Гринни.
– Ага, – Амира смахнула на следующее фото.
Аппетит покинул Гринни в одно дыхание.
Глаза почившего остались открыты после смерти, показывая миру синий рисунок системы на радужке.
– Это прозвали Синей Смертью.
– Все еще не вижу пользы моего мнения, – отмахнулся Гринни.
– Я выяснила имя заказавшего тебя. – Сказала Амира. Гринни ото-двинул недоеденную тарелку, Амира улыбнулась: – Информация в обмен на информацию.
– Что это такое? – спросил Гринни, приблизив к носу изображение.
– Ты мне скажи. Уже с десяток таких, и у всех ЭТО в глазах.
– Это рисунок системы ИИ.
– Только он должен находиться в пользовательском интерфейсе си-стемы ИИ на капитанском мостике, а не в глазах капитанов. – Сурово про-изнесла Амира. – Я не расспрашивала тебя о том, что происходило в твоей жизни до нашего знакомства, – продолжила она, – но сейчас... Один мой друг погиб из-за этого, – она ткнула пальцем в фотографию.
– Пару месяцев назад у меня начались кошмары. Сперва я подумал, что это просто плохой сон, если бы он с каждым разом не становился все хуже и страшнее. И мне пришлось отправиться в место, которое было ис-точником моих кошмаров. Вертмид.
– Вертмид, – повторила Амира. – Оттуда и появилась Синяя Смерть.
– Я знаю. Мусорщики нашли там остатки корабля, разобрали, и продали в реммы. А потом корабли с этими деталями начали падать. Си-стема ИИ паразитировала на них.
– Это невозможно, – заключила Амира.
– Разрушенный корабль, который растащили мусорщики... – Гринни запнулся. – Я был старпомом на этом корабле. И капитан погиб.
– Синяя смерть? – неуверенно поинтересовалась Амира. – Ты знал об этом с самого начала.
– Его зовут Вард.
Амира отстранилась:
– Я тебе должна буду.
– За что?
– Моя информация бесполезна для тебя. Ты и сам уже знаешь кто выдал ордер на твою голову.
– Догадывался.
– Сообщение пришло с Вертмида. – Все же сказала Амира. – Заказ-чик – система ИИ. Дальше хода нет. Но сумма приличная, а наемники не привыкли задавать вопросы о таких вещах, поэтому заказ был принят.
– Нам пора уходить, – произнес Гринни, натягивая ткань по самые глаза.
– Тебя хочет убить ИИ с корабля на котором ты служил... – Амира потерла пальцами виски. – Это...
– Он ищет меня, – сказал Гринни. – В качестве симбионта. Я был в его ядре и выжил, а эти бедолаги – нет. Он просто хочет жить, как любая тварь.
– Как его убить? – спросила Амира.
– У тебя есть корабль, подходящий для дальних межпланетных пе-релетов?
– Будет.
– Тогда мы летим на Вертмид.
Гринни вжал голову в плечи, покинул закусочную и скрылся среди людей. Амира знала за кем следить – и поэтому из вида его не потеряла.
Они вышли за пределы города. Ночь была лунной и холодной.

– Почему ты не сказал, что умираешь?! – Амира со злости стукнула по приборной панели.
– Что бы это изменило? – спросил Гринни, готовя челнок к полету.
За иллюминатором пыльными бурями и едкими ветрами клубился Вертмид.
– Гринни, так нельзя, – умоляюще произнесла Амира.
– Мы договорились, Амира. Я согласился помочь тебе отомстить за твоего друга. То, что в этой миссии у меня личные интересы, тебя абсо-лютно не касается. – Спокойно ответил он.
Амира гневно выдохнула и вернулась в кресло пилота:
– Через пятнадцать минут мы войдем в гравитационную яму. Это не-много смягчит спуск через штормы.
– Там я и отстыкуюсь.
Гринни покинул мостик.
– Гринни, – Амира связалась с челноком, – ты же не будешь против, если я скажу, что выполнила заказ на тебя. Частично, это будет правдой.
Гринни засмеялся.
– Ничего смешного, у меня есть счета, требующие оплаты.
– Забирай, – ответил Гринни.
До ямы оставалось две минуты.
– Гринни...
– Когда я сяду на Вертмид, – прервал ее Гринни, – ты сменишь курс. Замаскируйся так, чтобы ни один черт тебя не нашел. А затем… После мо-его сигнала, затем сожги тут все. Той бомбой. Всю долину.
– Поняла. Удачи, – сказала Амира, и дала команду открытия шлю-зов.
– Конец связи.

Вертмид ничуть не изменился с последнего визита Гринни. Разве что только солнце стало еще более желтым. Гринни посмотрел в последний раз на свое настоящее отражение, и, собрав последние силы, сменил облик.
– Мертвое должно оставаться мертвым. Это про тебя, Вард.
В тот же миг на границе своего сознания Гринни почувствовал огонь. Это был жар горящего металла. Вард прорвал гиперпространство на чрезвычайно низкой высоте и вылетел прямиком под плавящие лучи солнца Вертмида.
– Скучал по мне? – спросил Вард с насмешкой.
Маленький двухпалубный корабль приземлился прямо перед мета-морфом, подняв в воздух тучу пыли. С запада надвигалась буря.
– Открывай шлюз. Надо поговорить. – Коротко приказал метаморф.
Вард в виде голограммы ждал его на капитанском мостике.
– Здравствуй. – Вежливо произнес интерфейс.
– Почему ты хочешь убить меня? – спросил Гринни и вальяжно раз-валился в кресле капитана. – Славную посудину ты себе отыскал. Капита-на, правда, нет.
Тонкая, забытая на десятилетия, ниточка связи, оставшаяся с момен-та проникновения Гринни в ядро, наполнялась жизнью. Она становилась шире и ярче.
– Я просто хотел найти тебя. – Ответил Вард.
– Сколько кораблей ты сжег? – спросил метаморф. – Они ведь не выдерживали тебя, верно? Ты не можешь жить без симбионта. Ты был со-здан не для этого.
– Неверно. Создатели не стали бы ограничивать мои возможности человеком.
– Тебе нужен человеческий нейронный мост для правильного функ-ционирования. Что бы ты себе там не выдумывал.
– Невразумительно допущение. – Презрительно отозвался Вард.
Гринни разбил термосканер в корпусе рядом с собой, проник под обшивку корабля.
– Я должен был сделать это, Деметра. Не ты.
Больно.

– Гринни! Метаморф ты зеленый!
Ботинки стучат по металлическому полу отсека. Ее шаги он узнает всегда.
– Ты чего тут разлегся? – возмущенно спрашивает Деметра, присев перед Гринни. – Я тебя час назад отправила исправлять пробоину в кли-мат-контроле. Твои ежи замерзнут же.
– Ты мое воспоминание...
– Ты на Крие совсем себе мозг отморозил этим ледяными коктейля-ми?
– Ты не сможешь, Гринни, – голос Варда оглушает. – Ты слишком слаб. И не забывай, что я могу контролировать твои нейронные взаимо-действия, коль уж ты в моем ядре.
– Ты умрешь с последним носителем, как и подобает вирусу.
Везде есть кнопка самоуничтожения. Везде. Надо только ее найти. Где-то в корпусе. Да. Здесь. Под обшивкой. Позади кабелей освещения и внутренней связи. Через три узла. Мимо пучка и обмотки. Да.
– Не смей! – свистит Вард.
Гринни держит в руках одинокую ниточку связи. Она тепло пульси-рует в такт его сердцебиению. Перед ним, сжавшись в комок от напряже-ния и боли, стоит Вард в своем истинном обличии. Цепочки узлов системы скатываются, меняют направление, ломаются, стекают в пустоту и пропа-дают – Вард умирает без симбионта.
Гринни сжимает нить связи еще сильнее, и видит, как она расплавля-ется, соединяясь с его рукой. Часть корабля.
– Всегда хотел набить морду искусственному интеллекту.

Гринни открыл глаза. Спина почувствовала прохладу песка и мигом поднялась, потащив за собой остальное. Метаморф сел и огляделся.
Рядом с ним, подперев коленями подбородок, сидела Деметра. Взгляд ее был устремлен на горизонт, за который медленно падало пыль-ное желтое солнце.
– Никогда не понимала твою тягу к самопожертвованию. – Тихо ска-зал она.
– Так, – Гринни протер глаза, – и чья это галлюцинация?
– Сложно сказать.
– Так ты..?
– Нет, – прервала его Деметра. – Я остаточный нейронный сигнал. Проблемы симбионтов, – улыбнувшись сказала она.
Солнце практически село. Оставалось лишь несколько минут до того, как оно полностью скроется за горизонтом и налетят ночные ветры.
– Зачем прилетел сюда? – спросила Деметра.
– Мое время подходит к концу.
– У тебя есть дочь, зеленый ты паршивец! Ты должен заботиться о ней.
– Она справится. – Холодно ответил Гринни. А затем понял, что он никому не говорил о своей дочери.
– Перед тем, как ты спросишь, как я об этом узнала… – Улыбнулась Деметра.
– Нейронный мост. – Закончил Гринни. – Так вот, каково это.
– Когда ты никогда не один.
Метаморф уткнул лицо в ладони, сделал пару вздохов, а затем под-нял глаза к небу. Которое уже исчезло.
– Отец из меня все равно плохой получился.

Амира по низкой орбите пыталась пробиться радарами через шторм, когда на горизонте прогремел взрыв и зарево его дало точные ко-ординаты.
Она опоздала.
На песке, освещаемом закатным пыльным желтым солнцем, остались только черные узоры, на которые уже положил глаз ночной ветер.
– Пусть Вселенная споет тебе колыбельную, Гринни.