Кто хочет выпить

Бык в сине;жёлтом костюме гордо стоит на копытах, бутылку держит, будто это кубок за третье место на чемпионате по расслаблению. И орёт в толпу: «Who wants a drink?» — а звери вокруг делают вид, что очень заняты: енот пересчитывает орешки, лиса срочно учит таблицу умножения, а черепаха вообще притворяется статуей.

«Да ладно вам, ребята, — хмыкает бык, — жизнь — она одна! Ну хоть капельку!» А заяц тихо шепчет бобру: «Если я выпью, я вообще перестану бояться волков… или начну их вызывать на дуэль. Давай лучше чаю?»

Бобр только ухом повёл, будто и не слышал вовсе, а сам потихоньку подтолкнул к зайцу кружку с ромашковым чаем:
— Вот, держи. От него храбрость спокойная, без дуэлей.

Бык вздохнул, покрутил бутылку в копыте, потом решительно снял крышку, плеснул капельку на землю и торжественно произнёс:
— За тех, кто не пьёт, но со мной рядом сидит!

И поставил бутылку на пенёк. Сел, подтянул штанины своего сине;жёлтого костюма и вздохнул уже совсем не горько, а как будто с облегчением:
— Ну, раз никто не хочет, тогда рассказывайте. Кто чего сегодня натворил? Я вот три круга вокруг поляны намотал. Тётя говорит: стиль — это половина победы, а я ещё и скорость добавил!

Заяц пригубил чай, улыбнулся и тихонько сказал:
— А я сегодня тень свою перегнал. Почти. На полшага. Но это тоже спорт.

Бобр одобрительно кивнул:
— Главное — не сдаваться. У меня вон плотина косо пошла, я её три раза перекладывал. Тоже своего рода марафон.

Лиса прикрыла тетрадку с таблицей умножения и хитро прищурилась:
— А давайте не про спорт, а про самое нелепое, что сегодня случилось. Кто рассмешит — тот и чемпион.

Енот тут же вскинул лапу:
— Я! Я пытался один орешек спрятать так, чтобы даже я его не нашёл. И… у меня получилось. Три дня искал. Сегодня только отыскал — и сразу понял: это судьба. Надо было не прятать, а делиться.

Бык расхохотался так, что костюм затрещал по швам, но тут же гордо расправил плечи:
— Вот! Это и есть настоящая победа! Не скорость, не стиль… а чтобы рядом были те, кто рассмешит, когда грустно.

И звери уселись в кружок — не ради выпивки, а ради историй, чая и того того самого чувства, когда рядом свои, и можно просто быть собой. ;