Печалька и Герман 15

В субботу я иду прогуляться по округе, по дороге покупаю себе сок, батон белого хлеба, йогурт. А когда возвращаюсь, вижу у подъезда черный джип Германа. Поднимаюсь в лифте на девятый этаж, хрустя батоном, не зная еще, что грозовой фронт по имени Герман уже надвигается, уже близко… В коридоре, на входе в квартиру, Герман встречает меня без единого слова. Он загораживает мне путь, берет из моих рук пакеты с продуктами, а потом говорит.
-Опять со своим Валерой встречалась?
-С чего ты взял?! - начинаю возражать я.
-Соня, я зашел купить сигареты в магазин на углу, вы с Валерой стояли на очереди в кассу, и так мило трепались, что меня вы просто не заметили… - раздраженно объяснил мне Герман, оказался рядом со мной, заключил меня в свои объятия, сжал так крепко, что у меня перехватило дыхание.
Потом он кинул меня на кровать, а сам оказался сверху.
-Я не хочу, чтоб ты больше встречалась с ним! Я, кажется, уже тебе объяснил?!
Ревность Германа в этот момент была такой осязаемой, что я сразу же увидела перед собой совсем другое лицо. Лицо Мефистофеля. Его губы были сжаты в тонкую линию, его брови были нахмурены, его глаза метали молнии, его голос гремел над моим ухом:
-Никаких больше любовников я тебе не разрешаю! Ты со мной, ты только со мной!!
Я смотрела на Германа с удивлением. Мне еще никогда не приходилось видеть его таким злым. И вдруг, совершенно внезапно, мне он понравился таким. Я почувствовала себя беззащитной принцессой в объятиях темной сущности, я буквально увидела себя частью некоторого драматического действа… Так что я не сказала Герману, что Валера улетает на год по работе, не сказала ему, что Валера приехал попрощаться… Нет. Наша игра началась, и я ощутила себя частью этой игры.
-Мне нравится, когда ты меня ревнуешь… ты такой… такой… - сказала я.
Но мне не удалось подобрать подходящего комплимента моему личному Мефистофелю. Потому что в следующий момент я почувствовала его ладонь на своей левой щеке. Хлопок по лицу был звонкий, резкий, болезненный.
-Герман, ты что?! - вскрикнула я, но он не ответил мне. В этот самый момент, он был занят - стягивал мои запястья своим шелковым галстуком. Когда мои запястья были связаны вместе, он дернул пояс моих джинсов вниз, к моим лодыжкам. Я почувствовала себя стреноженной, обездвиженной. А Герман между тем времени не терял. Он согнул мои ноги в коленях и врезался своим напряженным членом вглубь моего тела.
-Ты! Больше! Никогда! Не будешь! С ним видеться! - выговаривал мне Герман, вонзаясь в мою глубину, - Повтори, что я тебе сказал!!
Но я промолчала. Шелковый галстук Германа удерживал мои запястья над головой, Герман сжимал мои лодыжки своими пальцами, вонзаясь в мое тело снова и снова. И его злые слова, и сам тон его голоса, и даже то, что я была связана его галстуком, вдруг подействовали на меня самым странным образом. Я почувствовала яркую вспышку внутри моего тела, как будто невидимый миру фейерверк внезапно взорвался в моем солнечном сплетении, разлетелся по всему телу яркими, огненными искрами. У меня было ощущение, что меня больше нет, что я сама стала этим фейерверком чувств, растворилась в этом ярком и неожиданном всплеске внутри моего тела…

-Ты опять захотела по попке, крошка Лаура? - донесся до меня голос Германа, и я поняла, что наша игра не закончена, отнюдь. И что я опять нахожусь во власти синьора Джиокомо Фиорелли, босса Сицилийской мафии. Он перевернул меня на живот, и я осталась лежать на кровати с запястьями, стянутыми синим шелковым галстуком.
-Маленькая Лаура себя сегодня плохо вела, и за это она получит по попе плеткой! - объяснил мне мой отчим, синьор Фиорелли.