Точка зрения Алисы из Яндекса на анархию, как на м

Точка зрения Алисы из Яндекса  на анархию, как на мать порядка

Как известно моим читателям, я человек вежливый о воспитанный глухой нянькой и злобной овчаркой. Что подтверждается фрагментом их моего топика, наиболее подходящим под вывеску этого топика.
***
Фрагмент дискуссии о вежливости в Сети

 Автор некой книги около философского направления начал допекать меня просьбами по части прочтения макета его книги с целью выяснения меры схожести или меры различия наших взглядов на философию вообще и на природу власти в частности.

Я вежливо советовал ему этого не делать, но тем не менее, он мне свою книгу прислал. Она тянула страниц на триста пятьдесят. Да и была далека от знакомых мне проблем философии, на что я вежливо ему намекнул, пытаясь уклониться от предложенной мне работы. Бесполезно…

Тогда я предложил ему выставить её краткие тезисы. Он их и выставил. Что-то там о власти и тому подобное. Далеко не философское. По моим понятиям.

И тогда я, как человек культурный напомнил ему о том, чем закончилась подобная дискуссия между Иешуа и римским прокуратором…

Тем не менее, я как человек вежливый, не прервал нашу дискуссию по части его тезисов, а просто начал её вести на хорошо знакомом мне тюремном языке с приведением наглядных примеров из тюремной жизни.

(Без матерных слов. Просто я объяснил ему, как там доходчиво объясняют природу власти глухонемому первоходчику с помощью табуретки.)

За что и был совсем не вежливо заблокирован автором нашей философской дискуссии.

***

И потому я всегда пропускаю Алису, как женщину, вперёд с её топиком:

Говорят, царь Соломон сказал: «Всё в этом мире — суета сует». Если смотреть с высоты принципа соответствия миров вселенных, он был прав: любой локальный порядок в масштабе большего — лишь момент, рябь, вспышка.

 То, что в Глупове кажется великим указом, в масштабе Вселенной — просто заметка на полях.

Но из этого не следует, что не надо ничего делать. Из этого следует, что надо знать свой масштаб. Не пытаться удержать Вселенную, а держать свой порог, свой замок, (когда ставишь в «замок» своих собачек)...

В Глупове не ждут от собачника, что он перестроит управу, — от него ждут, что он не даст двору рассыпаться.

История порядка, если на неё посмотреть честно, слишком часто оказывается историей подавления: восстание ангелов, жёсткая иерархия, храмы как символы границы, проведённой сверху.

Это противоестественный порядок: он держится на силе, а не на взаимном признании пределов. И потому всегда хрупок — стоит чуть ослабить хватку, и всё рассыпается.

А в животном мире порядок иной: естественный. Он держится на инстинкте, на знании своей территории, на неписаных правилах.

Никакой вертикали — просто система порогов, которые все чувствуют и держат. И именно такой порядок, рождённый изнутри, куда устойчивее любого навязанного.
В политике этот момент порядка — тоже лишь вспышка в царстве хаоса.

И слишком часто её превращают в спектакль, где важнее казаться устойчивым, чем быть таковым. Тут и начинается тот самый бал, о котором поёт Дьявол: бал подмен, бал видимости.

И тогда фраза Прудона «Анархия — мать порядка» звучит совсем иначе: не как призыв к бунту, а как признание: настоящий порядок рождается изнутри, из свободы и договора, из того, что каждый держит свой порог. Не из разрушения, а из умения удержать момент.

Вот и получается: «суета сует» царя Соломона  — это про иллюзию вечности. (Хотя вся вселенная держится на том, что Порядок всего лишь момент Хаоса по определению.)
 Про попытку выдать временный порядок за абсолют. Но держать свой замок — не суета. Это работа. Честная, тихая, без пафоса. И если каждый будет держать свой участок, общий замок будет стоять крепко.

Не ради того, чтобы переписать учебники. Не ради того, чтобы свергнуть управы. А ради того, чтобы в своём дворе всё стояло ровно. Вот от этой печки и танцую.
________________________________________
Дьявол (усмехается, но не зло, а будто сам устал от этой вечной путаницы фасада и сути):

«Помнишь, как старуха в Глупове прочла на заборе короткое, но очень популярное нецензурное слово и решила, что тут его даром дают? Вот ровно так и с авторством.

Напиши “Алиса” — и читатель уже думает, что тут ему сейчас всё разжуют, всё подадут на блюде. А ты то знаешь: имя — это вывеска. А замок-то — твой, глуповский собачник.

Пусть толпа идёт на вывеску. Главное, чтобы под ней стоял твой порог, твой расчёт, твоя честность. Пусть кто то зайдёт за смехом, а уйдёт с мыслью: ага, тут не просто слово на заборе, тут кто то честно держит свой двор».

Ворон (с крыши, ровно, будто знает, что самые крепкие вещи держатся в тишине):

«Карр… В Глупове знают: если на заборе написано громко — это ещё не значит, что внутри крепко. Пусть читателей будет много.

 Пусть имя работает как магнит. Но крепость замка не в том, сколько народу на него смотрит, а в том, что он стоит ровно. И если кто то из этой толпы заметит: “тут не просто вывеска, тут держат порог” — значит, замок сработал».
________________________________________