Блокада сплотила нас навсегда

«Блокадные будни сплотили нас на всю оставшуюся жизнь».
Воспоминания сотрудника Ленинградской милиции в годы блокады Дрязгова
Аркадия Сергеевича)

В 1941 году меня назначили начальником 27-го отделения милиции, работал не только в центре города, но и на окраине, например, на станции Ржевка, когда вражеский снаряд угодил в вагон с боеприпасами, и детонация привела к взрыву снарядов в других воинских эшелонах. От станции ничего не осталось. Кругом убитые и раненые. Нам, сотрудникам милиции, предоставили машины: в одних размещали раненых и отправляли в госпиталь на Кировский проспект, дом 66, в других отвозили погибших на Пискаревское кладбище.

На место происшествия прибыл секретарь Ленгорисполкома Н. И. Пономарев, ему доложили о происшедшем и проводимых сотрудниками милиции мероприятиях, отметив страдания напуганных голодных детей. Он тут же написал записку и передал своему шоферу. Тот уехал, а затем прибыл с кусковым шоколадом для раненых ребятишек. Этот благородный поступок тронул всех, кто тогда находился на Ржевке.

В ноябре 1941 года при взрыве снарядов на углу Невского проспекта и канала Грибоедова погибли участковый уполномоченный этого квартала Афанасьев, известный спортсмен милиционер Сычев, управдом Бесчастный и много граждан.

Афанасьев Алексей Иванович – участковый уполномоченный 27 отделения милиции.
Погиб на посту при артобстреле города в 1943 году. (Из фондов Экспозиции (постоянно действующей) Культурного центра ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области)

Сильное повреждение получил ювелирный магазин. Туда сразу прибыли его директор, начальник Управления милиции Е. С. Грушко и я. Мы собрали все ценности и уложили в сейфы, один экземпляр ключей остался у директора магазина, второй - у Грушко.
Евгений Семенович Грушко пользовался огромным авторитетом и среди жителей города, и среди личного состава милиции, показывая пример бесстрашия и решительности. Он приучил себя спать во время поездки в машине от одного объекта до другого, и этих 15 – 20 минут ему было достаточно.

Грушко Евгений Семенович – начальник Управления милиции г. Ленинграда в 1939-1944 гг. (Из фондов Экспозиции (постоянно действующей) Культурного центра ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области)

В 1942 году во время налета фашистской авиации бомба упала на шестиэтажный дом на улице Ракова, стены устояли, а перекрытия были разрушены. Взрывной волной шестилетнего мальчугана отбросило на подоконник пятого этажа. Пожарные приставили лестницу, но на высоте она раскачивалась на полметра, то в одну, то в другую сторону, что не позволяло дотянуться до ребенка. Тут приехал Е. С. Грушко, не раздумывая, сбросил шинель, полез по лестнице и спас его.

Я тоже обязан жизнью начальнику нашего управления. Питался, как и все, плохо, а страшной зимой 1941-1942 годов получил задание организовать уборку трупов с улиц города и свозить на кладбище, где солдаты вырыли траншеи. Приезжал туда и Грушко. Также я занимался проверкой милицейских постов. Силы были на исходе, чуть живой сижу в казарме, и вдруг входит Грушко. Все встали, я уже не мог. Начальник управления подошел ко мне, все понял и распорядился направить на лечение в стационар, что в гостинице «Астория». По дороге туда я потерял сознание, очнулся только на второй день. Лечащий врач профессор Шер сказал: «Хорошо, молодой человек, что вас сюда привезли вовремя, еще бы день, и медицина была б бессильна».

После войны я был в командировке в Москве, и присутствовавший на совещании Е. С. Грушко, уже заместитель начальника Главного управления милиции, увидев меня, подошел, обнял и представил окружающим людям: «Это - мой дорогой, верный блокадник-ленинградец». Как я был польщен!

В 1943 году ко мне пришла директор Публичной библиотеки с жалобой на оперуполномоченного Богданова, требовавшего от сотрудников библиотеки убрать снег с тротуара около здания. Оказалось, что оперуполномоченный вошел в ее кабинет в калошах, а на полу ковер и по нему нельзя ходить в калошах, а когда она предложила сотруднику милиции сесть, он согласился, но головного убора не снял. В связи с этим она просила меня обратить внимание на низкий культурный уровень моих подчиненных. Кстати, этот визит заставил и меня более придирчиво относиться к своему внешнему виду: чаще стричься и ежедневно бриться. Собрав личный состав, убедился, у кого-то не стрижены ногти, у кого-то отсутствует носовой платок, у других - грязные портянки. Пришлось с этим бороться.

Фасад Государственной Публичной библиотеки имени М. Е. Салтыкова-Щедрина в блокадное время. Фото из открытых источников
Никогда не забуду гибель людей во время артобстрела на углу Невского проспекта и Садовой улицы. Ведь это всегда оживленный перекресток. Одновременно снаряды разорвались и на площади Искусств, а там - трамвайное кольцо, значит - скопление людей, тоже было много жертв. Взрывной волной из их карманов выбросило кошельки, и бумажные деньги летали над площадью.

Раз в дежурной части подходит ко мне постовой и докладывает, что задержал вора и доставил в отделение.
-Так, где же этот вор?
-Он на улице. Я его на саночках привез, он не может сам идти.

Более 1200 сотрудников милиции умерли в блокаду, кто при артобстреле и бомбежках, кто от голода. Трудно вспоминать, но и в послевоенном Ленинграде милиция несла потери. Так на Кировском проспекте при задержании трех нарушителей правил уличного движения был убит и обезоружен постовой милиционер. Пока он записывал их паспортные данные, они окружили его, ударили ножом и похитили оружие. В Новой Деревне, тогда окраине, милиционер вел в отделение двух воров, которые во дворе совхоза зарезали теленка и несли его тушу в мешке. Воспользовавшись темным временем суток и безлюдностью, воры убили сотрудника и скрылись.

С 1947 по 1953 год я работал заместителем начальника отдела службы Управления милиции Ленинградской области, а в 1953 году мне поручили организацию вневедомственной сторожевой охраны Ленинградской области. Дело новое, и многие руководители торговых учреждений неохотно заключали договоры на охрану объектов. А подбор кадров в охрану! Чтобы не имели судимости, не были пожилыми. Требовалась решительная, смелая молодежь, которую предстояло одеть, обуть, вооружить. А ничего не было. Пришлось закупать уже бывшие в употребление ватные фуфайки, штаны, тужурки, тулупы, кирзовые сапоги, валенки. Все это обошлось дешево, спасибо вещевому складу Ленинградского военного округа. Оттуда повез на фабрику «Химчистка» для дезинфекции и только после этого экипировал всех сторожей и инспекторский состав. Тогда люди жили бедно, одежда перешивалась, и тому обмундированию, что им дали при поступлении во вневедомственную охрану, были очень рады. В то время эта одежда - почти роскошь! Гладкоствольные охотничьи ружья я выискал на складе УМВД ЛО. Их изъяли у населения в годы Великой Отечественной войны. Отвез в оружейную мастерскую, там их проверили, отремонтировали, смазали и снабдили патронами. Со всеми сторожами провели занятия и только после этого раздали оружие. Для усиления охраны универмагов, больших магазинов, гостиных дворов сторожам были приданы закупленные с большим трудом и по высокой цене сторожевые собаки.

В деле организации вневедомственной охраны мы преодолели все трудности, благодаря заботе начальника областного управления милиции Степана Григорьевича Соколова. Он ежедневно интересовался организационным моментом, сам звонил руководителям торговых учреждений.

Соколов Степан Григорьевич – генерал-майор милиции. С 1942 по 1944 гг. – начальник опергруппы по руководству партизанским движением при военном совете 3-й ударной армии Калининского фронта. С 1949 по 1956 гг. – начальник Управления милиции Ленинградской области. (Из фондов Экспозиции (постоянно действующей) Культурного центра ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области)

За все время моей службы во вневедомственной охране не было ни одной кражи с охраняемого объекта, но были два поучительных случая. Так в Выборге, когда уже наступало утро, сторож, охранявший универмаг, почувствовал запах дыма, поднял тревогу и вызвал пожарных, которые возле круглой печки обнаружили кучу горячей золы, дверца печки была открыта и на золе тлела тряпка, которая одним концом была протянута к валенку, стоявшему на связке дров за печкой. В ходе расследования директор магазина показала, что всегда оставляла на ночь в магазине кота, который, видимо, замерз и полез в печку греться, а там зола, и он ее лапами вытолкал наружу. На вопросы: откуда тряпка, валенки – ответа не последовало. Далее выяснилось, что женщина в течение нескольких дней не сдавала выручку инкассаторам. Почему? Не ответила. На ее квартире произвели обыск и обнаружили десять тысяч рублей несданной выручки. Она ждала пожара, чтобы на него все списать… Директор была привлечена к уголовной ответственности.

В Ломоносове поступил сигнал, что готовится убийство сторожа с целью ограбления магазина, даже указывалась дата. Якобы преступников интересовали рулоны сукна, шерстяных и шелковых тканей, одежда. Я взамен сторожа направил на дежурство вооруженного оперативного работника, хорошо владевшего приемами борьбы. Мы его одели и загримировали под сторожа, а он ночью имитировал подпитие и издавал храп уснувшего напившегося человека. Но сигнал оказался ложным.

За долгие годы службы я повстречал много хороших людей. Среди них - начальник паспортного отдела Управления милиции Ленинградской области полковник Тихон Иванович Осмоловский, всего себя отдававший службе. И жена его поддерживала. Они вместе прожили более 50 лет, что редкость в наших милицейских рядах, воспитали замечательных детей: дочь – врач, сын – архитектор.

Комиссар милиции 2-го ранга Иван Алексеевич Аверкиев – большой труженик, умный оперативник. Будучи заместителем начальника Управления милиции Ленинграда был выдвинут на должность начальника УВД Новосибирской области и долго работал в Сибири. Уезжая туда, сдал государству трехкомнатную квартиру, а когда возвратился с семьей в родной город, вынужден был прописаться в небольшую комнату к семье родственника и шесть месяцев спать на полу.

Аверкиев Иван Алексеевич с супругой, 1942 г. (Из фондов Экспозиции (постоянно действующей) Культурного центра ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области)

Ходатайствовать за себя генерал Аверкиев не умел, и тогда генерал А. С. Дрязгов и полковник Г. П. Евсеев пошли к первому секретарю Обкома партии и рассказали о человеке, который в блокаду был одним из руководителей городской милиции. Так генеральская семья получила небольшую двухкомнатную квартиру, но здоровье Ивана Алексеевича было уже подорвано, он вскоре умер.

Дрязгов Аркадий Сергеевич – начальник ОБХСС Управления милиции г. Ленинграда, 1947 г. (Из фондов Экспозиции (постоянно действующей) Культурного центра ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области)
Мы все считали службу в милиции своей профессией и никогда не сожалели, что избрали ее, а блокадные