Что есть подвиг...

Анатолий Завгородний
Что есть подвиг

С Владимиром Николаевичем я знаком давно, ещё по военной службе. Служили мы в разных учреждениях, но довольно часто контактировали и по службе, и вне её. Да и жили в соседних домах, то есть «на виду» друг у друга. Он бывал у меня дома, знал мою жену и деток. После увольнения в запас (и его, и меня) дороги наши разошлись, виделись редко, каждый был погружён в свое новое занятие. При встрече приветствовали друг друга, но близко уже не общались.
Тем удивительнее для меня было, когда он однажды остановил меня для разговора о моих семейных делах:
- Вы простите меня за любопытство, но раньше у нас с Вами были товарищеские отношения. Я часто виделся с Вами и Вашими близкими. Не могу понять, что случилось у Вас. Вы всегда были с детьми. Девочки, можно сказать, выросли у Вас на руках. Но я давно уже не вижу Вас ни с ними, ни с Галиной Алексеевной. И наоборот, часто вижу, что Вы сами ходите в магазин за продуктами. У вас что-то стряслось? Вы теперь один? Но я же порой вижу и Галину Алексеевну, и Ваших девочек! Извините, если мой вопрос Вам неприятен.
- Конечно, неприятен. - Ответил я. - Но куда уж деться от правды, а Вы, действительно, имеете право знать, как близкий когда-то человек. - Не общаются со мной дети, скоро четырнадцать лет тому уже. Жене захотелось доминировать в семье. Своим орудием выбрала детей. Как уж ей удалось их «переформатировать», сам не знаю.

Он был поражён:
- Да как такое стало возможным?! Вы же для всех для них столько сделали! А девочек так именно Вы выходили! Помню, они родились такими слабенькими. Сколько Вы с ними по врачам ездили, а потом всему их учили. Именно Вы, а не Галина Алексеевна! Это при Вашей-то тогда такой непростой службе! Женщины нашего управления восторгались: «Вот замечательный отец! Как деткам повезло!» Вы, «подняв» их, всему научив, дав им образование, можно сказать, подвиг совершили!

- Ой, как высоко берёте! – Смутился я. - Какой подвиг?! Я ведь для себя это делал, для себя старался?! Благодаря им я и выдержал то неимоверное напряжение по службе и преследования в связи с расследуемым мной тогда уголовным делом. Четыре грозных силовых ведомства работали против меня. Генерал ФСБ РФ был отряжён в качестве куратора этой работы против меня. Неправедной работы! Порой казалось: всё, нет сил! Но вспоминал их, лапонек, и мысль, а как же они без меня, заставляла продолжать борьбу.
- Да, я помню, - вставил он, - как «особист» нашего управления ходил и у каждого спрашивал, есть ли на Вас какой-либо компромат.
- Так вот, Владимир Николаевич, - продолжил я, - мои девочки помогли мне тогда выстоять. Поднимая их, маленьких, я, получается, готовил свою опору на тот, особый, случай. Так что о подвиге говорить не пристало. Просто о предусмотрительности, о чём-то таком ещё. Героики никакой! Всё объяснимо.

А вот если Вы заговорили о подвиге, я Вам приведу пример истинного подвига, о котором узнал во время поездки в Удмуртию. Вы же знаете, что я много езжу по стране.
Там в Воткинске есть прекрасный мемориальный дом-музей П.И.Чайковского. Не будет преувеличением сказать, что это один из лучших музеев страны, где экскурсии проводятся, как театрализованные представления. Нашей группе, например, экскурсию проводила актриса в образе матери Петра Ильича. В той же одежде, и говорила так же, как говорили в середине 19-го века. Она, кстати, на всероссийском конкурсе в этой номинации заняла одно из призовых мест. В любое время года и в любую погоду поток туристов туда не иссякает.
А ведь этого музея могло и не быть. В 90-х годах прошлого века многие крупные предприятия, да что там – целые отрасли - перестали существовать. Что там какой-то музей?!
Финансирования не было. Нечем было платить за отопление, электроэнергию, зарплату персоналу не из чего было платить. А ещё налоги?!
Музею грозило банкротство.

Мне интересно было услышать, как её тогдашний директор сохранила музей для страны.
Отважная женщина решила заработать деньги торговлей, чем тогда и занималась вся страна. Собрала какую-то сумму денег, наняла машину и поехала за товаром в г. Гусь-Хрустальный. Там на стекольном заводе, как и на многих предприятиях по всей стране, зарплату рабочим выдавали собственной продукцией. Она покупала какие-то изделия, а в Воткинске их перепродавала. Вырученные деньги использовала на экстренные нужды музея. Чтобы выжить.
Так она совершила несколько рейсов.
Её приметили «братки-рэкетиры» и потребовали «делиться» заработком, «а то…»
Не испугалась отважная женщина.
- Да Вы что?! – Искренне возмутилась она. – Мы на Чайковского работаем!
Она думала, что все у нас знают, кто такой Чайковский, усовестятся.
Нет. «Узколобые» не знали, кто такой этот Чайковский, чей музей так старалась сохранить эта хрупкая женщина. Их смутил напор женщины.
Они подумали, что речь идёт о каком-то незнакомом им новом криминальном авторитете. А судя по тому, какой «борзой» была его «дамочка», решили, что этот новый авторитет «крутой», и связываться с ним не стоит.
Стушевались братки, переглянулись между собой и изрекли:
- Всё, всё! Всё путём! Базара нет!
И оставили её в покое. Она и дальше продолжала свою «челночную миссию». Музей ею был спасён.
Вот это, Владимир Николаевич, настоящий подвиг.
Правда, я не слышал, чтобы нашу героиню за этот подвиг кто-то наградил. Собственно, для России это нормально. Привычно точно!
23.07.26 г.