Почему Россию в её новой истории кидают все

Везде и всегда
Почему Россию в её новой истории кидают все, а величие оказалось вне контекста

Россия в XXI веке пережила несколько трансформаций: от наивных надежд на «партнёрство с Западом» до горького осознания, что в этом мире друзей нет — есть только интересы. За тридцать лет её кинули все: НАТО, страны бывшего соцлагеря, партнёры по СНГ, Китай, Турция. И каждый раз — с неизменной логикой: слабых бьют, а сильных уважают.

1. НАТО и Запад: Обещания, которые не стоят бумаги
В 1990-е годы Россия искренне верила, что роспуск Варшавского договора и отказ от социалистической системы приведут к интеграции в «общий европейский дом». Взамен Москва получила расширение НАТО на восток — вопреки устным обещаниям, данным Горбачёву и Ельцину.

Западные эксперты сегодня не скрывают: политика альянса была направлена не на партнёрство, а на ослабление России. Бывший посол США в Москве Майкл Макфол признавал, что расширение НАТО было сознательным инструментом сдерживания.


2. Бывший соцлагерь: Благодарность как дефицит
Страны Восточной Европы, освобождённые СССР от нацизма, а позже — получившие независимость, сегодня находятся в авангарде антироссийской риторики. Польша, Прибалтика, Чехия — они не просто поддерживают санкции, они требуют их ужесточения.

Игорь Стрелков, комментируя поведение Сербии, но говоря по сути обо всех, подводит черту:

«Тот, кто немножко знаком с историей Сербии, ничего удивительного в сообщении о нынешнем поведении Вучича не найдет. Осуждать за это сербов как таковых — бессмысленно. В реальной политике все политики действуют в первую очередь в интересах страны. В тактических интересах Сербии они поступают вполне правильно. Стратегических — история покажет. Капиталистам, как правило, глубоко наплевать на братство».

Болгария, например, долгое время получала от России выгодные контракты на газ и строительство АЭС, но сегодня она синхронизирует энергосистему с Европой и поддерживает антироссийские санкции.

3. СНГ: «Братья» с чужими интересами
Армения, Молдова, Грузия — каждая из стран постсоветского пространства, получив от России экономические преференции, военную помощь и статус «союзника», рано или поздно начинала игру на два фронта.

Особенно показательна история с Сербией, которая не входит в СНГ, но является ключевым партнёром России на Балканах.

Стрелков напоминает: Сербия, получая от России дешёвый газ, одновременно поставляла Украине боеприпасы для войны в Донбассе. «Все это производилось в Сербии в значительных количествах еще при Югославии. Мощности сохранились. Естественно, нынешние хозяева "Заставы" были рады любым новым заказам».

Ханна Нотте в своих путешествиях по миру фиксирует и признаки постепенного ослабления российского влияния на постсоветском пространстве: в Казахстане усиливаются настроения в пользу необходимости дистанцироваться от России, а в Армении многие люди восприняли бездействие Москвы во время событий в Карабахе как предательство союзнических обязательств.

4. Китай: Друг, который берёт по-своему
Китай для России — важнейший партнёр, но он не благотворитель. Пекин последовательно продавливает Москву по цене на газ, используя зависимость России от экспорта ресурсов. В 2024–2026 годах Китай добился снижения цен на газ по сравнению с европейскими индексами, ссылаясь на «дружественные условия».

В китайском экспертном сообществе отношение к России неоднозначное. Как отмечается в исследовании, китайские аналитики признают, что война поставила Китай в сложное положение: «Ряд голосов выражает осторожность и призывы избегать слишком тесной ассоциации с Москвой, в частности потому, что китайские эксперты видят расхождение Китая и России в будущем по вопросам, касающимся глобального порядка. Кроме того, перспективы развития России считаются тусклыми, что в свою очередь влияет на потенциал конкретного сотрудничества с Китаем».

При этом китайские эксперты подчёркивают, что отношения достигли «беспрецедентного уровня», а Чжао Лонг, заместитель директора Института стратегических и международных исследований в области безопасности в Шанхае, говорит, что лидеры двух стран «направили международному сообществу четкий сигнал о стабильности и конструктивном развитии». Китайские аналитики в целом оценивают, что основной принцип поддержания стратегического партнёрства остаётся неизменным, и «при нынешнем глобальном доминировании США Россия считается ключевым партнёром для совместного противодействия американской глобальной мощи и региональному влиянию».

5. Турция: АЭС, которую строит Россия, и позиция, которую она не скрывает
Турция — яркий пример двойной игры. Она покупает у России оружие (С-400) и получает от неё строительство атомной электростанции «Аккую». Но при этом Анкара активно поддерживает Украину, блокирует проход российских кораблей через Босфор и, по данным западных СМИ, позволяет реэкспорт западной техники в Украину через свою территорию.

Турецкий экономист и финансовый аналитик Озлем Текиндор отмечает: «Турция занимает особую позицию между Востоком и Западом и выстраивает внешнеэкономическую стратегию, исходя из национальных интересов. Анкара стремится минимизировать риски вторичных ограничений, одновременно сохраняя экономические связи с Москвой в энергетике, туризме и логистике».

Эксперты Института стран СНГ, обсуждая российско-турецкие отношения, подчёркивают, что «многие решения президента Турции Р. Эрдогана принимаются исходя из внутриполитических интересов», а также что внутри западного блока создаются региональные блоки (Греция, Израиль, Кипр), и «в этом контексте Турция — не совсем часть западного блока».

В то же время турецкий аналитик Серхат Латыфоглу допускает, что «союз Турции, России и Китая укрепит не только геополитическое положение Турции, но и создаст новую модель экономического развития, которая позволит ей войти в десятку крупнейших экономик мира». Однако с российской точки зрения Турция остаётся ненадёжным партнёром, который берёт выгоду здесь и сейчас.

6. Корень проблемы: Россия не сильна, а значит — слаба
Все эти «предательства», «неблагодарность» и «двойные игры» — не случайность, а закономерность. Конкурентный мир устроен так: слабых бьют, а тех, кто не может защитить свои интересы, — используют.

Игорь Стрелков, подводя черту, формулирует главный диагноз:

«Пока Россия сама не станет сильной и мощной, всем будет на неё глубоко наплевать, и кидать её будут везде и всегда. К сожалению, этого при текущих наших руководителях не предвидится».

Эту мысль косвенно подтверждает и Ханна Нотте: несмотря на успехи Кремля в поиске партнёров, «глобальная мощь России постепенно ослабевает», особенно заметно это стало после падения режима Башара Асада в Сирии, которого Москва десятилетиями поддерживала.

Китайцы, турки, сербы — никто не будет уважать страну, которая не может предложить ничего, кроме ресурсов и дешёвого газа. Величие, о котором говорят пропагандисты, — это нарратив, не имеющий отношения к реальности. Настоящее величие измеряется способностью страны защищать свои интересы без унизительных компромиссов.

Итог: Везде и всегда
Россия в своей новой истории оказалась в том же положении, что и многие империи: вокруг неё — ни друзей, ни врагов, только конкуренты.

Стрелков, комментируя Сербию, но говоря по сути обо всех, подводит черту:

«Я никогда не испытывал к нему симпатии, несмотря на то, что наши великие руководители считали, что он друг. У меня таких иллюзий никогда не было. Ждать ничего не приходится».

Эти слова можно применить ко всей внешней политике России последних тридцати лет: иллюзий больше нет. Есть только холодный расчёт мира, который не прощает слабости.