Превратности любви

Она залетела через месяц после нашего знакомства. Уверяла, что у неё проблемы с гормонами и она не сможет быстро забеременеть. Но у нас всё получилось моментально. И она была в шоке. Как и я. Она в общем ничего от меня не ждала и не требовала. И очень сильно была рада ребёнку. Мне же было около сорока, детей у меня не было. Я подумал: почему бы и нет? Она была красивая, умная, сексуальная. Про аборт, естественно, речи не шло. Она сразу дала понять, что я могу быть свободен от всех обязательств.

Я думаю, если бы она пыталась меня удержать, я бы вырывался и скорее всего сбежал. Но она опустила руки. Вы знаете, какая собака сидит у ног хозяина? Та самая, которую спустили с поводка.

Когда-то давно я уже был женат — в студенчестве. Брак продержался целый год и был полон жуткого разочарования. Потом я обещал себе никогда не жениться. С удовольствием строил карьеру, встречался с женщинами, ни с кем не жил. Пока не встретил её.

Итак, она беременна, и мы начинаем жить вместе. Период притирки был очень тяжёлым. У неё был жуткий токсикоз, её постоянно тошнило, секса не было. Меня раздражала женщина, которая всё время была больна, и меня раздражало, что я не могу её коснуться. Мы начали ссориться. Тогда я даже не понимал, люблю ли я её. Конечно, я знал, что если бы бросил её беременной, то никогда бы себе этого не простил. Я бы чувствовал себя абсолютным мудаком. Не только гипотетическое чувство вины заставило меня остаться с ней.

Так мы начали нашу семейную жизнь. Ходили на УЗИ, к врачам, сдавали миллион анализов. А я будто бы видел это со стороны — как кино с актёром, который похож на меня в главной роли.

У нас родился сын. Я присутствовал при родах и перерезал пуповину. Это выглядело очень жутко. Потом мне снились кошмары. Когда родился сын, мы вдвоём плакали. На меня навалилось огромное чувство ответственности. Именно тогда, в той палате, я понял, что теперь отвечаю за этих двоих. Что они — моя семья.

Мы начали растить сына. Он рос хорошим, послушным мальчиком. В школе начались проблемы. Ему было сложно сидеть в классе — он вертелся, спорил с учительницей и постоянно дрался. К тому моменту мы, конечно, поженились. Моя жена очень сильно расстраивалась и плакала. Я же сбегал куда угодно. Я чувствовал давление, я чувствовал, что дома меня ждёт клетка. Я сбегал в работу, в компании друзей. Я никогда не изменял. Нет, я ходил с женщинами в рестораны и флиртовал с ними. Мне нравилась эта игра — игра намёков. Но я никогда не изменял. Потому что моя жена обо всём бы догадалась. Она обладала совершенно невероятным чутьём, развитой интуицией — она бы меня тут же считала.

Мои родители полюбили её практически с первого взгляда, а уж внука тем более. Меня же всё время терзала мысль: люблю ли я её или нет? Это настоящая любовь или просто долг, который привязал меня к этой женщине? Я постоянно задавал себе эти вопросы. Если люблю, почему я всё время хочу бежать? Почему я предпочитаю проводить вечера в любой компании, кроме её?

По началу она пыталась. Пыталась заводить разговоры, скандалила, плакала. Потом ей это надоело. Она просто стала жить в своё удовольствие. Ну, точнее, не в удовольствие, а просто стала жить интересами себя и сына. Наш брак превратился в формальность. Она сухо рассказывала мне о делах ребёнка. Секс был примерно раз в месяц. Я видел, что она полна обид. Я слышал, как иногда она плачет в ванной. Мне всегда казалось, что я женат по стечению обстоятельств. Что это был не мой выбор. Именно эти мысли гнали меня прочь из дома.

Меня раздражало в ней достаточно много. То, что она сюсюкается с сыном. То, что она много тратит. То, что она смотрит на меня таким пронзительным взглядом, будто считывает меня насквозь. Она часто пыталась поговорить со мной откровенно, но я всегда избегал этих разговоров. Потом она вдруг начала толстеть. У неё появилась привычка заедать печали сладким. Плюс она начала печь булки. Я злился на неё ещё больше. При том что я постоянно поддерживал себя в форме, много времени проводил в спортзале. Моя жена расплывалась на глазах.

Но с другой стороны — она не была счастлива. Я это понимал. Я не мог дать ей больше. Обеспечивал их и работал на них, но не мог дать больше ничего. Я так и не мог понять, люблю ли я её.

Потом нашему сыну исполнилось пятнадцать. У него бушевал подростковый кризис. В тот год он сильно вырос и догнал меня. Регулярные занятия спортом позволили ему нарастить мышечную массу, так что мы были примерно одного размера. По сравнению с нами она была совсем малявкой. Несколько раз мы с ним сталкивались лбами, и она всегда вставала между нами, буквально разводя нас в разные стороны. А потом долго плакала в ванной. Мне было её жаль — и не жаль. Я точно знал, что это она разбаловала его до такой степени. Но с другой стороны, я сам не приложил к его воспитанию никаких усилий.

А потом моя жена завела себе любовника. Если честно, я даже не понял, откуда он взялся. Просто в какой-то момент я заметил, что она даже в душ ходит с телефоном. И улыбается. Я годами не замечал её, а тут вдруг заметил. Как она стоит, пьёт чай, смотрит в стену и улыбается.

Проследить за ней было проще простого. Она не подозревала о моей слежке и привела меня в тот самый ресторан. Я занял столик в углу, натянул на лоб бейсболку, чтобы меня не узнали. Ресторан был дорогой. Я в такие её давно перестал водить.

Я разглядывал их во все глаза. Они заказали бутылку дорогого шампанского. Надо же — он не жалеет денег на мою жену. Я не мог вспомнить, когда я водил её в похожий ресторан и когда заказывал такое шампанское. Самое смешное, что все годы брака я водил в такие рестораны других женщин и заказывал шампанское для них.

Они сидели друг напротив друга. Я разглядывал его. Он был младше меня — это меня сильно удивило. Мне было бы проще, если бы он был стариком. Тем не менее он был прилично одет и смотрел на неё с восторгом. К моему ужасу, я увидел этот восторг. Со своего места я мог видеть только его лицо, но не её. То, что я видел, убивало меня. Он был не просто хлыщом, который хотел переспать с замужней женщиной. Он был человеком, которому она была дорога. Который не мог на неё насмотреться. Я видел, как его глаза наполнялись теплом, когда он смотрел на неё. Это разрывало мне сердце.

И в тот момент я всё понял. Я получил ответ на свой вопрос. Про любовь. В тот момент, когда я увидел свою жену с другим мужчиной, я понял, что я люблю её. Я люблю её так, как никогда в жизни. Я никогда не готов её никому отдать. Это осознание будто ускорило кровоток. Я чувствовал, как пылают мои щёки. Я сидел, пил кофе, злился на себя, на упущенное время, на неё.

Я вернулся домой и ждал её. По пути купил букет цветов. Ждал до полуночи. И когда она вернулась, я не набросился на неё с упрёками. Я улыбнулся и сказал:

— Я так по тебе скучал, любимая.