Черно-белый гамбит. 17

Когда Ричард проснулся, в квартире никого не было. Оставленная на столе записка гласила: «Ешь, спи, из дома не выходи, на звонки не отвечай. Скоро будем».
Когда, около трех часов, вернулась Кошка, он уже весь извелся от ожидания.
— Послушай меня внимательно, — остановила Кошка посыпавшиеся на нее вопросы. — Ты будешь мгновенно и четко выполнять все наши указания. Я знаю, как это претит твоей натуре, но уж будь любезен. И поставь бутылку на место, праздновать будем вечером.
Она достала из принесенной с собой спортивной сумки черные джинсы, кроссовки, красную с белым куртку.
— Надевай.
— Зачем?
— Я же просила – все указания.
— Да, конечно…
Мужчина быстро переоделся.
— Так, теперь выходишь и идешь в таверну. Вот ключ. Да, мобильник отключи и здесь оставь. Зайдешь и сразу же положи в карман свой аппарат, он лежит за книгой «Три мушкетера». Ты слушаешь меня? Ричард? Положи сразу! Дальше жди. Если нагрянут гости, держись естественно и спокойно. Я понятно объяснила?
Миллер кивнул. Было видно, что он недоволен и еле сдерживается, чтобы не задавать вопросов.
Кошка тихонько вздохнула.
— Хорошо. Тогда вперед.
— Спасибо, Кошка. И тебе, и девчонкам. Я не понимаю, что вы задумали, но почему-то верю вам.
Он выпил уже неизвестно какую по счету чашку кофе, когда раздался стук в дверь. Миллер напрягся, но, когда пошел открывать, уже был холоден и спокоен.
— Вы ко мне? — поинтересовался он.
Мужчина помладше молча прошел мимо него, сразу отправившись проверять, есть ли кто-то еще в таверне. Старший же всё это время стоял, скучающе рассматривая залу. Младший вернулся, кивнул.
— Вы по делу? Тогда проходите, — Ричард махнул рукой в сторону барной стойки.
— Эля попьем… — улыбнулся старший. И в ту же секунду стер с лица и улыбку, и вообще хоть какое-то выражение. Оказывается, это очень страшно, когда на лице вообще нет никакого выражения. Ричард весь подобрался, мельком подумав, что его такому не учили.
Старший заговорил и Миллер услышал свой родной язык, на котором не говорил уже много лет.   
— Что у тебя случилось?
— У меня? Ничего. С чего такой вопрос?
— Почему ты живешь здесь, с чужими людьми?
— Мне здесь удобно работать. К тому же, это временное жилье.
Гости обменялись парой фраз на каком-то неизвестном диалекте.
— Почему ты прекратил работу?
— Всё, что нужно, я делаю. Только недавно была проведена сложная комбинация…
— О ней мы знаем. Но за последний год ты не выполнил ни одного задания.
…Когда-то они спорили с Кошкой, которая не слишком лестно отзывалась о его  соплеменниках. Ричард тогда высказался на тему того, что она рассуждает о тех, о ком не знает. Но сейчас, осознав, что вовсе не был таким свободным, как воображал, он разозлился. Его родина, о которой он всегда вспоминал с теплотой, оказалась слишком похожа на Землю в ее худшем облике.
— Меня учили, что я свободен в своих действиях и могу принимать решения, исходя из собственного анализа обстановки, — резко ответил он.
— Не стоит понимать всё слишком буквально, — сказал высокий. — Ты прекратил предписанную тебе работу и внес помехи в общую схему. Это недопустимо, так что тебя придется заменить.
— Для чего ты ему что-то объясняешь? — равнодушно спросил младший. — Это никому уже не нужно.
Старший кивнул.
— Отдай свой пеленгатор и все остальные приборы.
Ричард опустил руку в карман и вытащил пеленгатор. Гости знали, что прибор можно использовать как оружие, и были настороже. Младший стоял, фиксируя взглядом каждое движение Миллера, высокий уже протянул руку, чтобы забрать прибор.
И в этот момент Ричард увидел, что позади гостей внезапно возникла Катерина. А дальше всё произошло очень быстро.
Незаметным движением она скользнула за спину старшего. Аппарат, которого тот уже почти коснулся, странным образом растворился в воздухе, а сам пришелец дернулся и внезапно отлетел в сторону, где и замер, сильно ударившись головой об угол буфета.
Второй гость успел только повернуть голову в сторону упавшего коллеги, когда Катя оказалась возле него. В следующую долю секунды агента отбросило к окну. Раздался неприятный чавкающий звук. 
— Бегом! — шепотом выдохнула Катя, хватая Ричарда за руку. Она двигалась в каком-то ускоренном режиме, так что рывок получился довольно болезненным.
Рядом с дверью оказался сверкающий хромом, внушительных размеров мотоцикл. На руле висели два синих шлема.
— Ого! — присвистнул Ричард.
— Сейчас поведу я. Но после сможешь прокатиться, — улыбнулась Катерина, надевая шлем. — Держись!
Мотоцикл взревел и поднялся на дыбы, унося их прочь. На повороте Ричард увидел, как из таверны выбежали оба пришельца. Эх, не учла Катя, что они очень быстро оправятся от ударов, которые человека вырубили бы надолго. А он не догадался сказать ей, чтобы била насмерть. Они бы все равно очнулись, но хоть не так скоро.
А Катя тем временем показывала класс уличной гонки. Ричард и сам любил прокатиться «с ветерком», так что мог оценить хорошую езду. Правда, она при этом постоянно нарушала правила дорожного движения, но ухитрилась ни разу не попасться на глаза копам, и если бы их преследовали обычные люди, то мотоцикл ушел бы от погони с легкостью. Но за ними гнались не люди. Похоже, человеческого в них оказалось гораздо меньше, чем он думал. И это тоже была ошибка. Его ошибка. Ему надо было убедить девчонок отказаться от их затеи. И сейчас они не удирали бы от черного «Мерса» последней модели, который, увы, нагонял их.
Внезапно Катя резко кинула мотоцикл поперек потока машин, из левого ряда в правый, и, проигнорировав светофор, возмущенные крики и гудки, погнала в узкий переулок, уходя с магистрали в лабиринт небольших улочек.
— Это ничего не даст! — крикнул Ричард. — У них в машине прибор, который вычисляет наш путь!
Катя повернула голову и он услышал ее смех.
— Не боись. Я от них в любой момент могу уйти. Все идет по плану.
Сбавив скорость, она свернула в очередную подворотню.
Ричард увидел, как от стены кирпичного дома к ним спешит Кошка. В такой же, как на нем, одежде и шлеме.
— Катя, не останавливайся! — крикнула она.
Та ехала, отталкиваясь ногами от асфальта.
— Где аппарат?
— У меня! Ричард, соскакивай!
Миллер ловко соскочил.
— Зайди сюда, — Кошка указала рукой на дом, возле которого стояли строительные леса. — Минут двадцать пережди и отправляйся  ко мне. Жди звонка, — она уже запрыгнула в седло. — Теперь уже всё в порядке…
В ту же секунду Катя дала по газам, и они исчезли.