Театр?! да? театр!!! часть 1 глава 1

    

 Олег Витальевич Фомин проснулся один в огромной двухспальной кровати, установленной почему-то посредине комнаты, такой же огромной, как и он сам. Все годы их совместной жизни  его жена Людмила Георгиевна подставляла табуретки к кроватям, чтобы у него не возникали судороги в ногах после сна.

 Но сегодня все это уже в далеком прошлом:и полуторные казенные кровати, и кушетки, и раскладушки, сдвинутые друг с другом.

 Сегодня он живет как в раю на земле! Фомин - назначенный  главный режиссер именитого Академического театра.
 
 От его новой статусной должности дух захватывает и ликует сердце. Основное мощное слово -главный!

--Люся, Люсенька!!! Я проснулся, Ангел мой!-- позвал он нежно жену, потянулся: вытянув в блаженстве руки за голову, носки худеньких ног на себя, пятки от себя, на несколько секунд замер и почувствовал  однако предательский  хруст в коленях.

 Пышнотелая, пышногрудая жена в атласном аляповатом халате вплыла в спальню с подносом в руках.

--Очаровательные глазки! Очароваливы меня!--запел Фомин.

--В вас столько жизни, столько ласки--подхватила Люся.

--В вас столько страсти  и огня!--вновь запел  Олег Витальевич--Элит? Где ты достала его, Люсенька!!! А я не одет!--игриво заморгал глазами Олег Витальевич.

--Намекаешь, да?--

 Поставив поднос на свежевыкрашенный широкий подоконник, Люся развернулась, чуть  помедлив, распахнула халат и плюхнулась к мужу  в постель.

--Люся, Люся..--притворным трепетным шепотом замурчал Олег....

--Настенные часы пробили девять ударов.

--Пора!  Извещает им кукушка! И Люся вскочила.

--Аля, завтракать!--и вот уже снова  она в халате , и снова поднос с кофе  в ее руках..

--Мамочка, ну где же трубка?--

--Трубка? Будет тебе и трубка, и табак, но  только после завтрака. А я предлагаю начать с нее день в рабочем кабинете главного режиссера!--

 Люся эффектно достала из кармана халата новенькое заламинированное удостоверение любимого с фотографией. --На, дорогой, читай!--

 и протянула ему пропуск.

--Да!! Впечатляет! Я главный режиссёр-постановщик Академического театра! А ты -моя подчинённая! Люся, желаю видеть книжку вверенного мне театра!--

 Олег Витальевич  и не думал вставать. Сидя в кровати, попивая израильский кофе он  улыбался и довольно надувал щеки. Люся, как волшебница, из другого кармана халата тут же достала тоненькую книжечку. В ней  расписание спектаклей театра и домашние телефоны всех его сотрудников.

--Знаешь, Аля, ничего интересного. Меня удивила только Гончарова. Ведущая актриса ... и с этим, ну ты помнишь,  Гениального ученого сыграл? С Муравьевым!! Фильм получился только благодаря  Бореньке.--


--Олег Витальевич  удивленно посмотрел  на жену.

--Однако! Откуда ты знаешь? Ты еще не была в театре.--

--У них общий домашний телефон, родной мой! Кстати, одиноких дам, как всегда навалом! Расставаться придется. Я думаю, через годик, другой!--

 Люся не сомневалась в том, что этот утренний разговор настроит супруга  на будущие изменения в актерском составе труппы театра.
 
--Он несомненно меня послушает и примет решение о мягком  сокращении труппы  и( куда он денется!) пригласит моих племянниц в труппу своего театра. А здесь я уж для них постараюсь  - кино, радио, эстрада, антрепризы! И за ним присмотрят уже три пары глаз. А там и других привлечем! планировала она.

 Олег Витальевич  тем временем думал совсем о другом, о земном.

--Постарела, моя  Люська! Уже не та, не так волнует...Себя  навязывает, намерена властвовать и дальше надо мной. Но.. Нет! Он главный и его посетит неистовое
вдохновение! Слава Богу, будет из кого выбрать . Летом Арбузова набирает курс, а я ей помогу!--

 Олег Витальевич  очень уверенный в себе, самовлюбленный ловелас и без пленительной музы в театре не останется.

--Люся останется дома на хозяйстве, а это у нее  получается лучше всего  и ей нравится больше всего, так что устроим салон дружеских вечеринок, отмечать будем дни рождения, пока только комсомольские, приличные с танцами, песнями, пока без алкоголя! Сыграем в демократию!--

 Машина, посланная  директором Мироном Степенным, пришла за ними вовремя.

 За пять  минут до начала репетиции Арбузовой  новый главный режиссер, сопровождаемый  супругой, пахнущий французскими духами Баккара Руж в итальянском костюме Базини уверенно вошёл в зрительный зал. При нем театр должен задышать по-новому, возродится славное имя Академического,  и он вновь станет одним из лучших.

 Приветливо, мило поклонившись всем, кто находился  на сцене и в зале, Олег Витальевич Фомин искренно прижал к груди обе протянутые к нему руки режиссера Татьяны Арбузовой, в знак восхищения ее талантом и красотой. Последнее, кстати, не имело место быть на самом деле. Ее стрижка ежиком подходит скорее мужчинам с правильной формой черепа и привлекательными чертами лица, но Арбузова -типичный фрик, поэтому глядя на нее Люся оставалась спокойной. А вот прима Гончарова вызвала у нее тревогу -слишком хороша, слишком красива, даже без макияжа в уродливых серых зимних брюках в обтяжку и в розовом свитере с какими-то белыми  латками на локтях.
--Она опасна!--

 И тут Люся увидела Миленького, довольно известного актера по фильмам, телеспектаклям, одетого в скромный бежевый лыжный костюм, словно только что съехавшего с горы, оставив лыжи в ближайшей кулисе или в гримерке.

--Да, нравы! И стрижка ежиком под стать жене. Но он хотя бы симпотяга--

 Арбузова предложила Фомину, сигарету, но тот вежливо отказался.

--Я курю, но только Макконнелл Вирджинию. Благодарю!--

 Гончарова услышала его ответ.--Стареющий пижон, Олежа Витальевич!-- и  улыбнулась одними глазами.

--Зараза, как хороша!-- отметил про себя Фомин.

--Слишком хороша --подумала про нее Люся.

      
--Не буду мешать, Татьяна Александровна. Жду после репетиции. Решим, когда соберём труппу для знакомства- все в наших руках!--

--Люся сняла свою  меховую шляпку с полями, в черном платье из экокожи, она выглядела блистательно. Рядом с главным стояла настоящая звезда! И только Олегу Витальевичу было известно про ее великолепный итальянский парик! Она вальяжно подала ему свою руку.

 И они вдвоем, взявшись за руки, как влюблённая пара,  удалились из зала.
 Аромат Трусарди и Баккара Руж тут же растаял в сигаретном дыму Татьяны Александровны.