ИИ, ПЕ, АНА...

     Иронический эльэфтэ, литературно-философский текст.

     Навязывая свои поведенческие образцы и свою философию, Запад может заставить других думать по-своему. По-западному. А оно нам надо? Уже не надо совсем!

     И уж к прошлому своего народа-общества (совокупности людей, создающей в себе и государственность, и самоуправление, способные существовать века и даже тысячелетия) нужно подходить в соответствии со своей философией. В соответствии с собственной, а не западной философией. 

      И какая же у российского народа-общества может быть собственная философия истории? Собственная историософия? Российская историософия может быть построена на трёх установках:

     Первая. У любого народа-общества есть предыстория.

     Вторая. Когда завершается предыстория народа-общества, начинается его собственная история.

     Третья. Историю собственного народа-общества можно изучать с помощью такого опорного знака, как ИИ ПЕ АНА, а, если в одно слово, то иипеана. ИИПЕАНА.

    Опорный знак "иипеана" означает использование в изучении прошлого того, что единичная историческая личность получила от своих предшественников как наследие и что-то в него, в полученное наследие, сама добавила и даже как-то его, наследие, переустроила.

      ИИ ПЕ АНА, как опытный знак в изучении истории российского общества включат в себя:

      Первое "И". Ивана Первого Даниловича, по прозвищу "Калита", получившего от своего отца Даниила Александровича (сына Александра Невского) и брата Юрия Даниловича, в качестве наследия, определённую зависимость от государства Золотой Орды, обязанность по возвышению Москвы среди других городов, вокруг которых могли объединиться в государство русские земли. Своим потомкам Иван Первый оставил, как наследие,  перенос кафедры митрополита Русской Православной Церкви из Владимира в Москву, кажется, в тысяча триста двадцать пятом году, и необходимость трепетной заботы о присоединении новых русских земель к Москве.

     Второе "И". Иван Третий Васильевич, умерший в тысяча пятьсот пятом году. Иван Третий получил от предшественников наследие, главным в котором были победа Дмитрия Васильевича Донского на Куликовом поле (тысяча триста восьмидесятый год), окончательная потеря Тверью притязания на господство среди объединяемых в государство русских земель, расширение его отцом, Василием Вторым Тёмным (ослеплённым противниками) территории Московского государства. Наследием, оставленным самим Иваном Третьим его потомкам, было значительное увеличение территории Московского государства, потеря Новгородом разрушающего единство государства стремления к независимости и самостотельным отношениям с Литвой и Польшей, породнение, с помощью женитьбы на Софье Палеолог, с императорами уже разгромленной османами Восточной Римской империи.

     Буква "П". Пётр Первый, которого назвать "Великим", например, у новых славянофилов язык не поворачивается. От деда, Михаила Фёдоровича Романова, в качестве наследия  Пётр Первый получил начало избавления от последствий Смуты (начало семнадцатого века), от отца, Алексея Михайловича, - раскол православной церкви на старообрядцев и на никонианцев, от старшего брата Фёдора Алексеевича - стремление к преобразованию государства России, от сестры Софьи - желание боярства и, например, стрельцов продолжать играть, исполнять  существенную политическую роль в государстве. Преувеличивать собственные добавления и переустройство Петром Первым наследия, полученного от предков, может быть и не надо, так как управление государством он серьёзно не улучшил, но то, что он Московское государство преобразовал в Российскую империю, мощь которой стала обеспечиваться довольно серьёзными и регулярными армией и флотом, - это не так уж мало. С Китаем у Петра Первого Были дипломатические отношения, но главным его наследием во внешней политики является то, что к её западному и южному направлениям он добавил восстановленное им значение северо-западного, то есть балтийского,  внешнеполитического направления.

     Буква "Е". Екатерина, только не Первая, а Вторая. Свергла с престола супруга, Петра Третьего Федоровича, от которого ей в наследие досталось европейское заигрывание с русским дворянством, с помощью предоставления тому определённых вольностей или свобод.  Екатерина Вторая была немкой, но Крым, Севастополь, Новороссия стали принадлежащими русской короне именно при ней. Одного своего внука она специально назвала Константином, но в её наследие так и не вошло превращение Стамбула снова в Константинополь, а проливы Босфор и Дарданеллы не стали русскими, так и остались османскими, а уже в двадцать первом веке - турецкими. Мысль Петра Третьего Фёдоровича о превращении русских из православных христиан в лютеран стала, благодаря Екатерине Второй навсегда погребённой, похороненной. Русская Православная Церковь высоко оценивает данную часть наследия русской императрицы Екатерины Второй.

     Первая буква "А".  Это Александр Первый Павлович, который из двух наследий, доставшихся ему от его предшественников, больше, чем наследие отца, Павла Первого Петровича, ценил наследие своей бабушки, - Екатерины Второй. Он даже сказал, что при нем всё будет так, как было при его бабушке. Но бабушкин коллегиальный порядок управления государственными делами он постепенно заменил министерским порядком управления, назначил М.И. Кутузова командующим русскими войсками в Отечественной войне с Наполеоном тысяча восемьсот двенадцатого года.

     Буква "Н". Николай Первый Павлович, которого большевистские историографы только и делали что ругали: получил в наследие от брата Александра Первого не только победу над Наполеоном, но и тайные общества, значения которых для русского народа-общества не понял, стал душить. В действительности, Николй Первый, как никто другой на русском Престоле, попытался осуществить все основные мечты Петра Первого. Значение инженерных наук в России при Николае Первом было гораздо более высоким, чем, например, литературоведения и обществоведения.

     Вторая буква "А". Александр Третий Александрович, роль которого в своём "Сибирском цирюльнике" исполнил сам Никита Сергеевич Михалков. В наследие, полученное от отца, Александра Второго Николаевича, Александром Третьим входили: начало именно бурного развития сети железных дорог в России, получение ощутимого влияния России на значительных территориях Средней или Центральной Азии, террор таких подпольных организаций, как, например, "Народная воля". Наследием самого Александра Третьего стало усиление экономического развития России, называемого большевистскими историографами или буржуазным, или капиталистическим, начало формирование внешнеполитического союза не столько с Германией и Австро-Венгрией, сколько с хитрой Великобританией и мстительной Французской Республикой.

     Сын Александра Третьего Александровича Николай Второй Александрович ничего существенного к наследию отца не добавил и не пришлось П.А.Столыпину это наследие Александра  Третьего серьёзно, и как необходимо было, преустроиить. Возникшая по итогам русской революции девятьсот пятого, девятьсот седьмого годов, Государственная Дума очень уж существенным и, главное, исключительно полезным добавлением к наследию Александра Третьего, наверное, считаться не может. После Первой Мировой войны и двух революций тысяча девятьсот семнадцатого года наследием русского императора Александра Третьего стали заниматься большевики В.И Ленина и И.В. Сталина.

     Современной России от большевиков в наследие досталась образоравность или большевистский интернационализм, из-за которого россияне трепетно относятся, например, к продвижению в человеческом мире арабского, индийских и японского языков.

     Зачем россиянам такое трепетное отношение к большевистской образоравности, к большевистскому интернационализму? Ведь это явление можно заменить соответствующим положениям сберечь- науки предложением каждому народу-обществу выбрать для общения с официальными россиянами один из семи языков общения: или английский, или испанский, или итальянский, или китайский, или немецкий, или русский, или французский. Но россияне продолжают гордиться рекордом, поставленным российскими институтами и университетами  в количестве изучаемых азиатских, африканских и других языков мира. Кстати, итальянский язык в этой обязательной и сберегающей денежные знаки семёрке языков, скорее всего, со временем заменит интерлингва, единый международный язык общения, разработанный не обязательно на основе эсперанто, хотя и данный искусственный язык не так уж плох в использовании в качестве основы для единого мирового языка.

     Вот так выглядят историографические выводы, разработанные на основе философии иипеана, которую многие западные историографы назовут, конечно, примитивной историософией. Но данная историософия ничуть не примитивнее той историософии, применяя которую высокопоставленный поляк сказал, что польский народ всегда находится на стороне тех, которые в данный момент убивают москалей. И Организация Объединённых Наций за данное преступное высказывание никак высокопоставленного поляка не наказала! Ну какое теперь может быть уважение к западным историософии и философии?! 

      P.S. Автор данной записи итогов размышлений жителей вымышленного города Большереченска понимает, что многие читатели и читательницы не примут наглость автора, разместившего данный текст именно в разделе философии. Такой бред, как ИИПЕАНА (Иван Первый Калита, Иван Третий Васильевич, Пётр Первый Алексеевич, Екатерина Вторая, Александр Первый Павлович, Николай Первый Павлович, Александр Третий Александрович) в качестве опорного знака определённой историософии могут принять не действительные россияне, а только жители вымышленного города Большереченска. В действительности, россияне любят слушать рассказы, например, о том, что одетые в русскую офицерскую форму, русскими крестьянами плохо отличаемую от французской военной формы, партизаны Барклая-де-Толли вынуждены были вернуться от французского языка к применению в общении с русскими крестьянами языка русского. В данной бредовой записи итогов размышлений жителей вымышленного Большереченска о партизанах Барклая ничего нет. Но в качестве иронического литературно-художественного текста данный бред можно разместить в любом литературном разделе, даже в разделе философии.