По дороге к себе. Глава 19

Те че жить надоело? -злобно произнес незнакомец. -Я ведь не посмотрю, что женщина, -добавил он, угрожающе надвигаясь.
Ева испуганно отступила на несколько шагов назад, пока не уперлась в поручень перил. Поняв, что бежать больше некуда, она, практически заикаясь от охватившего ее страха, пролепетала:
-Мне бы…мне бы…Аристарха Мефо…Мефод….Мефодьевича.
Новый знакомый какое-то время смотрел на нее, а потом, махнув рукой, уже спокойнее сказал:
-Лан, расслабься, больных я не бью. А ты бы того, -уже сочувственно добавил он, -проверилась бы что ли. Ну там психиатры, неврологи, то да сё. И уясни, что нет тут никаких Архистрахов и не было. Я здесь уже двадцать лет живу и кроме себя и орущего кота никого не встречал, -завершил он и, развернувшись, направился домой.
Ева, вновь обретя дар речи, набралась храбрости и спросила, когда он уже почти скрылся в темном коридоре:
-А квартиру вы случайно не в сентябре девяносто восьмого купили?
-Чего? -поворачиваясь, сказал мужчина. -Чеши, давай, подруга, пока я добрый, -и с треском захлопнул за собой дверь.
Она, решив не испытывать судьбу дважды, кубарем скатилась по лестнице и, тяжело дыша, встала у подъезда. Придя в себя после неожиданной встречи, Ева решила еще раз взглянуть на таблички с фамилиями, которые она видела при входе, но ничего подобного там уже не наблюдалось. Мало того, дом тоже видоизменился. Вместо потертого временем и людьми здания она теперь лицезрела вполне себе свежий фасад, глазеющий на нее пластиковыми окнами.
Совсем растерявшись и пятясь назад, как рак на мелководье, Ева снова и снова оглядывала дом, но он и не собирался принимать свой прежний вид. Дойдя практически до угла, она вздрогнула, вновь услышав голос нахамившего ей мужчины.
-Девушка, постой? -крикнул он, подбегая к ней. -Ты это…извини меня, -продолжил новый знакомый. -Просто я с дежурства сегодня, только прилег, а тут ты шум устроила, ну меня и понесло. Я чё вышел то, -закуривая добавил он. -Хотел сказать, что квартиру то я как раз в сентябре купил. Угадала ты, подруга. Даже число помню. Одиннадцатое сентября 1998 года.
-На следующий день после моего двадцатилетия, -уже ничему не удивляясь, произнесла она.
-А я чего дату то запомнил, -не особо слушая ее, сказал мужчина. У меня в этот день годовщина.
-Свадьбы, -механически спросила Ева.
-Ну уж нет! -театрально перекрестившись, ответил он. -Развода, конечно. Вот это событие я каждый год отмечаю. И, кстати, -масляно улыбаясь, добавил мужчина, -может телефончиками обменяемся? Глядишь контакт наладим и раз…. в квартире нас уже двое. Будем вместе Архистраха искать, -пытаясь ее приобнять, сказал он.
-Руки убери, -резко ответила Ева, с отвращением отталкивая горе-ухажера, и пока онемевший от неожиданности товарищ таращил на нее глаза, она, обдав его презрительным взглядом, зашагала прочь.
Ева быстро шла по дороге, время от времени касаясь сумки с лежащей в ней посылкой, словно боялась, что она, как и Аристарх, вдруг исчезнет в переулках стремительно меняющейся реальности.
«Цените ускользающий миг, мадам Ева», -вдруг вспомнились ей слова испарившегося в недрах квартиры мужчины. Она на пару минут остановилась, будто хотела, чтобы время тоже замерло вместе с ней, а потом, сделав глубокий вдох, пошла, ускоряясь с каждым новым шагом и безусловно понимая, что ее жизнь никогда уже не вернется в прежнее размеренное русло.
«Dear passengers, our plane landed at Ben Gurion Airport. The temperature outside is 26 degrees centrigrade, local time is 12:30 p.m.», -объявил по громкой связи пилот. Конечно, английский у Евы был весьма посредственный, но эту фразу она сходу перевела, чему безмерно радовалась, улыбаясь, словно школьница, получившая по топику пятерку.  «+26, -мечтательно думала она, доставая с полки ручную кладь, -а на родине то однако прохладнее. Ох и погрею я свои косточки под Иерусалимским солнцем», -мысленно сказала Ева, уже представляя себя блуждающей по узким улочкам святого города.
Багаж был получен на удивление быстро, и выйдя в зону ожидания, она стала искать название тура среди множества опознавательных табличек в руках встречающих. «Гарик, ну куда же вы пропали?» -обратилась к нему мысленно Ева и тут же вспомнила ироничные комментарии Льва накануне отъезда.
-А у вас тур то вообще православный? -спросил он. -Если судить по твоим рассказам, Гарик таки с еврейскими корнями, только ,сдается мне, под армянина косит, -ехидно заметил сын. -Ну а про остальных участников мероприятия вообще молчу.
-Не судите и не судимы будете, -назидательно ответила она, прервав бурные рассуждения наследника.
-Ой, мам, ты сама то в церкви без пяти минут, -ничуть не смущаясь, продолжил он, -а туда же. Давай уж честно признаем,-потусить едете, -сказал Лев, надевая толстовку. -Так что на солнце не обгори, мамуля. У стены плача, например, -весело завершил он, по всей видимости весьма довольный своей шуткой.
«А в чем-то сын был прав», -задумалась Ева. «Христианка из меня, честно говоря, так себе, но, как говорится, если вы просто лежите в сторону Бога - это уже хорошо».
-Ева? Арнаутова? -прервал ее внутренний монолог приближающийся мужчина
-Я, -удивленно сказала она.
-Очень приятно. Гарик, -представился он и добавил. -А я вас сразу узнал?
-Как? -еще более изумляясь, спросила Ева.
-По фото на аватаре, конечно. Память на лица у меня с детства  отличная, -заметил мужчина, забирая у нее чемодан. -Ну а теперь пойдемте к автобусу, там уже почти все собрались.
И пока она спешно пересекала аэропорт, боясь потерять из вида белеющую спину руководителя тура, в голове неожиданно всплыли строки небезызвестного поэта под фамилией Губерман. «Везде одинаков Господень посев, -цитировал Игорь Миронович, -и врут нам о разности наций», -продолжал он же. «Все люди евреи, и только не все нашли в этом смелость признаться».
-Шалом, систерс! -неожиданно выдала Ева, подойдя к группе и наблюдая краем глаза прикрывающего от смеха рот Гарика. -Я Ева Арнаутова. Без пяти минут христианка, -широко улыбаясь, сказала она вслух слегка обалдевшему коллективу в составе семнадцати дам, а про себя подумала: «И кажется слегка с прибабахом».

Продолжение следует.