Шел по улице художник...

Шел по улице художник и нес под мышкой картину на продажу. Художник был пока не признанный, ажиотажа вокруг его картин не наблюдалось, продавались они со большим скрипом. Видимо ему пока не хватало своеобразия и той притягательной силы и искренности, когда переживания художника передается зрителю и заставляют сердце биться чаще. У него не было наставника или спонсора, который принимал бы в нем участие. Но наш замечательный живописец был натурой напористой, если не сказать страстной, он с завидным упорством продолжал шлифовать свое мастерство и твердо верил, что его звездный час наступит. «Мир принадлежит терпеливым». В этот раз ему, похоже, повезло, покупателю понравился его натюрморт. Он его недолго разглядывал, прослушал комментарии, а потом задумчиво изрек: «Вроде подходит к моей прихожей по колориту». Сговорились о цене, Арсений, так звали художника, не подал виду, но ему было очень досадно. Он трудился  над этим натюрмортом  несколько недель, и то, что его покупают только потому, что оно подходит по цветовой гамме, огорчало безмерно. Картина достойна занять место, как минимум в гостиной, а не на задворках жилого пространства. Но выбирать не приходится, когда ты на мели.

Вы думаете, что так просто создать выразительный натюрморт? В первую очередь, попробуй найди тему, чтобы было небанально. Арсений долго ходил мучался выбором, перебирал в памяти достижения корифеев от искусства, смотрел по сторонам, но в голову ничего путного не приходило. Но как показывает история живописи, идею можно сгенерировать из простой повседневной реальности. Давайте вспомним  голландские рыбные натюрморты родом из XVII века, некоторые  мастера кисти буквально набили руку на такого рода картинах, видимо они хорошо продавались. Нидерланды – морская держава, и рыболовецкое занятие там процветало. Хороший улов  рыбы - это частое зрелище, и вроде глаз должен к нему привыкнуть. Но нашелся человек, у  которого вид морской рыбы или морепродуктов на кухонном столе или на прилавке зародил в голове художественный замысел. Представьте, это просто рыба, это просто продукт для ежедневной еды, но в голове художника рождается божья искра и появляется смелость, что изображение простой рыбы можно подать так, что это будет интересно зрителям. Суть натюрморта - вид рыбы в корзине или на разделочной плите, простые формы, минимум дополнительных предметов, скупой серый колорит, а как захватывает. Эта галерея «рыбной лавки» с блеском рыбьей чешуи стала бриллиантом в живописном искусстве. Голландцам удалось извлечь из мотива пойманной неживой рыбы столько жизненной энергии и вдохновения.

Арсений продолжал страдать творческими муками, но однажды он взглянул на окно. На подоконнике стояла четырехгранная пустая бутылка из-под вина, а рядом высокая цилиндрическая на половину пустая банка с остатками вишневого компота. На них падали солнечные лучи и на стекле отражались радужные искры. В голове немедленно зароились мысли, перебивая друг друга. Это же готовые герои для натюрморта со своей геометрией и со своей историей, когда-то они были полны содержания, а сейчас они пусты и хранят в себе только  воздух и весело заигрывают  с солнечным светом.

В мозгу моментально родилась композиция, он пристроил к увиденным двум предметам еще одну бутылку из-под скотча замысловатой формы, налил в воду и поставил в нее цветущую ветку. Эти разные формы, хорошо смотрелись рядом, они не просто соседствовали, они дополняли другу друга. И что было оригинально, задний план необычен, это вид из окна с уличным пейзажем. Художник оценил это нетривиальное сочетание, уличный пейзаж смягчал угловатость  стекла и одновременно оживлял композицию. У него даже голова закружилась от вдохновения, Арсений спешно подхватил грунтованный холст, установил его на мольберт и начал творить. Набросал карандашом штриховой набросок, смахнул излишки графита, затем нанес тонким слоем разбавленный  акрил и задумался. Взяв палитру, стал размеренно смешивать краски, обдумывая колорит. Колорит - это самое важное в картине, потому что он генерирует эмоции.  В колорите заключена душа полотна, можно сказать, его тайный язык. Порой взглянул на картину и на душе становится спокойно, будто время замедлилось, иногда возникает чувство тревоги, замирает сердце, появляется беспричинное смятение, а возьмем теплые тона, они согревают, словно чашка чая в холодный вечер, так работает колорит.
 
В голове мастера роились разные варианты. Время поджимало, надо было спешить, так как мягкий послеполуденный  свет постепенно  уйдет и настроение исчезнет. Конечно, будет много света и приглушенная голубовато-зеленоватая атмосфера, дающая ощущения легкости и естественности, главный акцент на прозрачных бутылках, которые вбирают в себя разные цвета и оттенки. Тени на подоконнике от вечернего солнца создавали лаконичный узор, передавали ощущение тишины и спокойствия.  Дело спорилось, картина постепенно оживала, тонкой кисточкой прорисованы мелкие элементы, и в течение трех - трех с половиной часов была готова.
Арсений остался доволен своим натюрмортом, четырехгранная  бутылка получилась более голубая, а бутылка из-под скотча более зеленая, а банка с компотом на контрасте вишнево-розовая. Особенно удались блики и цветные пятна на бутылках, их создавал пробивающийся солнечный свет. Чтобы создать объемные блики, сияние и фактурность, ребром мастихина он нанес густую светлую краску, разводя ее параллельно поверхности, прорисованный блик ловил реальный свет. Ветка с розовыми цветами придавала композиции настроение нежности. Натюрморт получился задумчивым, но в то же время жизнерадостным, казалось, в нем ощущается гармония.
Все последующие дни Арсений, занимаясь домашними делами,  поглядывал на картину, проходя мимо, и в голову приходили мысли, что чего-то не хватает. Вертикальные линии передавали устойчивость, но не чувствовалось покоя. Натюрморт стоял на мольберте  и подсыхал, покрытый глянцевым акриловым лаком. Возникало большое желание оставить его себе и еще поколдовать над ним, но потребность в деньгах вынуждала нести на вернисаж.

Вернисаж устроили в просторном лофте на набережной, в бывшем цехе текстильной фабрики. В последнее время помещения нескольких старых предприятий в городе превратили в креативные кластеры, это веяние пришло из Европы. На площадку, где когда-то мастеровые  шили, пекли, пилили, красили, штамповали, собирали, одним словом, выпускали на свет полезные вещи, пришли творческие люди и основали арт-пространства.  В них размещали мастерские, залы для выставок, классы для лекций, крохотные кафе. Словом, там где изготавливали субстанцию для тела и жилища, стали  созидать пищу для души. Эта была очень полезная и конструктивная традиция, так спасали старые задания от сноса и разрушения. Не знаю, что более благотворно -  производить товары или производить впечатление.

Арсений нашел нужное помещение, зал был заполнен художественным контингентом, многие художники пришли заранее чтобы занять лучшие места для своих картин. Картины висели на стенах, некоторые предпочли демонстрировать свои произведения на мольбертах, другие - установить на низкий, специально для этого сооруженный, подиум. Арсений стал искать место где-бы пристроиться,  он нашел удачный закуток на подиуме у окна. Там падал мягкий  свет, при таком освещении на натюрморте были хорошо видны блики на стекле бутылок и можно было рассмотреть детали. 
Оглядевшись вокруг, Арсений заметил в середине зала знакомого приятеля и помахал ему рукой. Они когда-то вместе учились в художественной академии. Общаться с ним было чрезвычайно интересно, он тонко чувствовал искусство, ходить с ним по картинным галереям  было подлинным наслаждением. Удивлял его особенный склад ума, способность восхищаться достижениями живописцев сочеталось в нем с критической остротой. Познаниям в сфере живописи можно было позавидовать, он ценил старых мастеров, но и современные мастера были им замечены. Но вот парадокс, его собственные картины не вызывали благоговения, так как были чересчур банальны, тем не менее находили спрос, ему всегда удавалось что-нибудь продать на вернисаже.

Вскоре появились первые посетители, они гуляли по залу, вели неспешные беседы, кто то застывал перед полотном, долго рассматривая детали, другие оживленно болтали, демонстрируя  друг другу осведомленность в сфере живописи. Художники тоже вели себя по-разному, некоторые разыгрывали роль прославленных художников, хотя не всегда таковыми были, другие вели себя уверенно, но скромно, и только немногие невероятно смущались, вели себя робко, при вопросах посетителей испытывали замешательство, скорее всего, выставлялись первый раз. Арсений терпеливо ждал своего покупателя. Не может такого быть чтобы его не оценили, но люди проходили мимо, изредка останавливая взгляд, а затем продолжали свое размеренное движение.  Почему зрителей не «цепляет» картина, неужели все так банально?
 
Наконец к картине подошёл мужчина в длинном пальто. У посетителя было круглое розовое лицо, маленькие голубые глаза с прищуром, во взгляде чувствовалось недоверие, хотя в меру толстые губы изображали дружелюбную улыбку. Он долго изучал полотно, наклоняя голову то влево, то вправо, будто искал скрытый смысл. Спустя некоторое время  он задал странный вопрос: «Вот есть примета, нельзя ставить пустую бутылку на стол, денег не будет. Мы же, как водится, только опустошили за столом бутылку, ее сразу под стол ставим. А как насчет подоконника, пустые бутылки, это к чему?» Елисея этот вопрос застал врасплох. Он краем уха слышал, что пустая тара в доме это не к добру. Но это же просто суеверие!  Неужели можно применять эти нелепые правила к картине, это же искусство, там другие законы!

Можно с полной уверенностью сказать, суеверия - это фишка и даже бич нашего народа, люди отчаянно верят в приметы, эти маленькие ритуалы заполнили жизнь и каждого буквально держат за рукав, чтобы предостеречь об опасности. Всем кажется, что к этим знакам нужно прислушиваться иначе произойдет что-то ужасное. Образно говоря, эти приметы как стёганые одеяла, у каждого лоскутка свое предназначение, свой понятный ритуал, здесь надо постучать, там кинуть монетку, плюнуть через левое плечо…. И с помощью этих ритуалов люди стараются что-то изменить, повлиять на события, программировать себя на удачу. Если не свистеть в доме, не ставить пустые бутылки на стол, не передавать вещи через порог, то  мир останется на своём месте, под твоим неусыпным контролем. 

Суеверный человек  расписывает себе карту из знаков, по которой надо идти по жизни, так ему спокойнее. Но карта эта вымышленная, контролировать свою жизнь это вне компетенции смертных, это божий промысел. К примеру, вы идете на работу и дорогу перебежала черная кошка, некоторые поворачивают назад и идут другой дорогой в обход, другие идут дальше, скрестив пальцы. А стоит ли это делать, в Великобритании и Японии считают, что черные кошки, наоборот, приносят удачу и богатство. А у древних египтян кошки вообще были священные животные, не важно какого цвета. Так кому верить?

Арсения этот вопрос немного вывел из равновесия, его бесило наивное доверие к этим россказням, но он не стал переубеждать суеверного посетителя и решил, что это просто не его человек. И когда тот удалился, почувствовал облегчение. Вновь наступило ожидание, мимо ходила самая разная публика, молодые студенты, зрелые любители искусства и пожилые люди, хорошенькие девушки, у всех разные интересы и потребности. Большинство стремятся украсить свой интерьер, ведь картины вносят романтику в дома разных людей. Некоторые, особенно пожилые, ищут в искусстве умиротворение,  молодежь шла в основном за впечатлениями, пообщаться и сделать фото, а профессионалы-охотники за авангардом шли в поисках новых идей.

Наконец подошел молодой мужчина в джинсах, в нем не  было ничего примечательного, разве что приятный голос с хрипотцой. Прежде чем подойти он скользил взглядом  по полотнам вокруг и вдруг замер перед натюрмортом. Арсений заметил его пристальный взгляд и поспешил с комментариями. Посетитель был в темно-сером блейзере, который был не застегнут, так удобнее двигаться. Одежда выглядела очень опрятно, а деловая рубашка светло голубого оттенка с галстуком  намекала на то, что он, скорее всего, сидит в офисе или  занимается бизнесом и забежал на вернисаж по пути на  деловое свидание. На запястье элегантные часы с тёмным циферблатом, в левой руке он держал кожаный портфель. Лицо у него было открытое, но немного напряженное, умные дружелюбные глаза, приятная немного ироничная улыбка.
Живописец  стал объяснять достоинства картины, хотя произносимые слова звучали весьма банально. Платон, так представился молодой человек, внимал и, похоже, что он обладал бесценным даром поддерживать беседу на любую тему. И это обстоятельство заставило их почувствовать взаимное расположение. Платон слушал и одновременно внимательно осматривал полотно. Видно, что им руководил дефицит времени, он быстро принял решение о покупке. Беру, — коротко бросил он, едва повернув голову к художнику, - мне подходит по колориту к прихожей. Художник на миг растерялся от такой стремительности, но тут же кивнул и назвал цену. Платон, не обсуждая, согласился, он принадлежал к такому типу людей, которые не задумываются над ценой, если видят что-то настоящее. Через две минуты он уже выходил из галереи, застёгивая на ходу блейзер, а в голове уже крутились мысли по поводу важной деловой встречи.

На следующее утро Арсений аккуратно упаковал полотно и отправился к покупателю,   захватил с собой краски на всякий случай. Стоял погожий летний день, настроение было умиротворенное, казалось жизнь налаживается, художник шел размеренным шагом, нес картину и прислушивался к звукам города. Гул автомобилей, шуршание шин, перестук трамвайных колес, а с другой стороны, воркование голубей, чирикание воробьев… Проходя мимо парка, он услышал, как приветливо гудят газонокосилки. Такая прелестная городская какофония. Потом послышался какой-то необычный динамичный шум, шум многоголосый и немного праздничный, стучание и шуршание перемежалось с говорливыми перегудами … Арсений вспомнил, здесь рядом городской рынок, он свернул в переулок и оказался в звучащем  множеством звуков пространстве. Как  давно он не был на рынке! Это восхитительное яркое, шумное и ароматное место. Он пошел по торговым рядам и с опытом профессионала выхватывал из массы продуктов и разноцветных овощей занимательные объекты. И неожиданно в мозгу завертелась мысль, которая буквально поразила его очевидностью, вот как надо оживить натюрморт. Как он до этого раньше не додумался!

Гуляя вдоль прилавков, которые ломились от щедрого урожая, слушал, как  особо предприимчивые продавцы звучными голосами зазывают покупателей. Это было довольно увлекательное занятие наблюдать, как торговцы старательно, а иногда очень назойливо продвигают свой товар.  Арсений любовался спелыми плодами, а запах ароматных яблок и душистой зелени  буквально пьянил. Овощи и фрукты лежали аккуратными горками и пирамидками, завлекая яркими природными красками и  невероятной свежестью. На мгновение остановился у прилавка, внимание привлек лимон насыщенно желтый с бугристой блестящей кожицей, на ощупь упругий и безумно ароматный, он купил живописный фрукт. Затем ему приглянулся помидор красно-розовый с гладкой кожицей и свежей зеленой чашечкой, он был в меру жесткий, тяжелый, если взять его в руку, столько сока он накопил. Теперь нужно было найти ярко зеленую траву. Пушистая петрушка смотрелась очень живописно, ее недавно срезали с грядки, упругие стебли и резные листья манили свежестью и пряным душистым запахом.

Закупив исходный материал, художник приступил к воплощению в жизнь родившейся идеи. Затея была дерзкая и экспериментальная. Он тут же присел на краю скамейки, достал картину, краски, кисти, палитру. И прямо на улице, под любопытными взглядами прохожих стал дорисовывать эти мелкие детали, соблюдая ритм. Живописные плоды и зелень рядом со стеклянными бутылками буквально оживили композицию, лимон добавил яркий акцент, помидор сделал картину более теплой, а трава внесла лёгкую небрежность. Картина буквально заиграла красками, обрела новое равновесие, задышала жизненными силами.

Удовлетворенный мастер посидел какое-то время на скамейке, чтобы краски схватились и, довольный собой, упаковал картину и двинулся к месту назначения. Покупатель жил в новостройке, и окна его квартиры выходили на парк и недостроенный спортивный центр. Арсений поднялся на лифте на седьмой этаж и перед встречей ощутил душевное волнение. Хозяин поприветствовал его, как старого приятеля, как будто они были давно знакомы, пригласил в гостиную. Своей доброжелательностью он очень поддержал Арсения, и волнение сошло на нет. Гостиная была уютной, скорее минималистичной, но чувствовалось, что работа над интерьером еще не завершена. Стены были пустые, пространство явно нуждалось в арт-объектах. Когда художник обнажил перед Платоном картину, тот сначала немного растерялся, был в замешательстве, не сразу понял, что это та же самая картина, так она преобразилась. В ней было больше истории, больше воздуха, больше жизни и совсем  другой колорит. «Пожалуй я повешу ее в гостиной, такую красавицу незачем прятать в прихожей», -  улыбаясь, произнес он. Без всякого сомнения креативный натюрморт вписывался в интерьер и был созвучен с окружающими вещами и вещицами. Картина определенно обрела новый смысл, новый дом и новую ценность.


На фото картина американского художника Скотта Прайора (Scott Prior), которая вдохновила меня на написание истории