Реплика

Основной на реальных событиях случай в самолете.

Это был идеальный план. Идеальный, как новый «Луи-Тринадцатый» в баре duty-free, на который Сергей даже не смотрел — зарплата с завода позволяла лишь мечтать.

В эконом-классе пахло соседским деликатесом — бутербродом с селедкой. Сергей, слесарь-сборщик 6-го разряда, поправил съехавшие на нос очки и блаженно выдохнул. Отпуск. Тайланд. Целых 14 дней свободы от станка, от начальника цеха Петровича и от запаха мазута.

Он уже прикидывал, как заляжет на пляже, как будет пить пиво «Чанг» и никуда не спешить. Чтобы настроение стало совсем отпускным, Сергей незаметно приложился к миниатюрной бутылочке виски, купленной за час до вылета. По инструкции, этот эликсир полагалось пить только в экстренных случаях, например, при попадании в турбулентность. Турбулентности не было, но был повод — он летит отдыхать!

Через час, когда стюардесса разносила орешки, Сергей был уже в своей стихии. Он смотрел на проплывающие облака и чувствовал себя капитаном дальнего плавания. И тут по салону пробежал тревожный шепот. Стюардессы, обычно невозмутимые, как изваяния, куда-то бежали с серьезными лицами.

Шепот перерос в панику. Кто-то в первом классе, говорят, умирал.

Организм Сергея, привыкший действовать в стрессовых ситуациях по короткой схеме «выпить — починить», среагировал мгновенно. Алкогольный автопилот включился. Он не пошел, он воспарил над рядами эконом-класса, перешагнул через святую границу — синюю шторку, отделяющую плебеев от патрициев.

В первом классе было тихо, просторно и пахло дорогим деревом. На полу сидел мужчина в дорогом костюме, держался за сердце и тяжело дышал. Над ним суетилась бледная стюардесса.

— Что случилось? — рявкнул Сергей, нависая над ними, как медведь над малиной.
— Человеку плохо! — пискнула стюардесса.

— Я — врач! — авторитетно заявил Сергей, хотя его врачебный стаж ограничивался умением ставить банки жене при простуде. Он рывком открыл дверцу столика (приняв её за кабинку, потому что «кабинка» и «дверца» для него были словами-синонимами), схватил мужчину за запястье и принялся считать пульс. Считал он сбивчиво, сбиваясь на «раз-два-три-много», но выглядел при этом как министр здравоохранения во время эпидемии.

— Коньяк! Срочно! — прогремел его голос на весь салон. — И пить маленькими глотками! У вас, батенька, паническая атака! Вы боитесь высоты!

Стюардесса, не смея перечить, метнулась к бару. Через минуту она поднесла стакан, в котором плескался напиток, стоящий больше, чем вся зарплата Сергея за полгода. Это был тот самый «Луи».

Мужчина, трясущейся рукой, сделал глоток. Потом еще. Глаза его прояснились, дыхание выровнялось. Сергей похлопал его по плечу, как старого собутыльника:
— Ну вот, нормально. А то развели панику.

Полет прошел как по маслу. Сергей вернулся в свой эконом с чувством выполненного долга. Внутри все пело. Он только что бесплатно попробовал коньяк (морально, одним запахом) и спас человеческую жизнь. Отпуск начинал удаваться.

Когда самолет приземлился под палящим тайским солнцем, все было прекрасно. Солнце слепило, море манило. Сергей уже предвкушал, как снимет обувь и шагнет в этот рай.

И тут его догнали. Сзади раздался спокойный, уверенный голос:
— Молодой человек! Прошу прощения!

Сергей обернулся. Перед ним стоял высокий седой мужчина в белоснежной рубашке — настоящий врач ,Выглядел он бодро. Рядом с ним стояла та самая стюардесса, которая все еще смотрела на Сергея с благоговением.и подарила ему от души часы Rolex от того самого спасенного пассажира в благодарность за спасение.

Седой мужчина протянул руку и представился:
— Профессор Семенов, кардиохирург. Главный врач областной клиники.

Сергей остолбенел.
— Браво! — продолжал профессор, пожимая его онемевшую руку. — Блестящий диагноз! Паническая атака, говорите? А ведь я, старый дурак, думал, что это инфаркт! Вы так профессионально нащупали пульс, так уверенно потребовали коньяк… Я весь полет лежал и думал: гениально! Самое верное средство при нервном спазме сосудов. Коллега, вы кардиолог? Или психиатр?

В глазах Сергея отразилась пустота. Над его головой с громким «май-тай-май» пролетела чайка.
— Я… — хрипло начал он. — Слесарь. Сергей. С завода.

Профессор Семенов расхохотался, хлопнув его по плечу:
— Значит, призвание! Бросайте свой завод! В нашей больнице такие кадры нужны! Диагноз поставлен идеально! А главное — тактично! Коньяк! Ха!

Сергей нервно сглотнул. Он понял, что только что профессионально пролечил главного врача области, нахамив ему по полной программе, и теперь его могут посадить за самодеятельность.

Но профессор был неумолим. Он хлопал его по спине, жал руку и звал в кардиологию. Стюардессы улыбались ему, как национальному герою.

Сергей молчал. Спасли его только два обстоятельства: жара и то, что он не успел еще выпить в самолете последнюю дозу.

Он вежливо откланялся, сделал шаг к выходу, споткнулся о свой рюкзак, который волочил за собой, и, не оборачиваясь, вышел в солнечный Тайланд.

— Черт бы побрал этот отпуск, — пробормотал он, снимая очки и вытирая вспотевший лоб. — Это что же получается? Я на работе отдохнуть не могу, а в отпуске... я вкалывать должен?

Он посмотрел на пальмы, на море, на надпись «Welcome to Paradise», выдохнул и решил: к черту все! Он выполнил план. Он спас человека. И завтра он обязательно, ОБЯЗАТЕЛЬНО, купит себе в дьюти-фри маленькую бутылочку «Луи-Тринадцатого».

И будет пить ее маленькими глотками. Для профилактики панических атак.