Объект номер 17. Глава 39

Войдя в полупустое, уютное кафе с приглушённым светом и тихой музыкой, Маша сразу заметила за дальним столиком у окна сидящих друг напротив друга парня и девушку. Алину она узнала сразу — ещё дома, лёжа в постели, она восстановила в памяти образ подруги, пролистав их совместные фотографии в телефоне: смеющиеся лица, объятия, дурацкие селфи. И всё же до сих пор она почему-то так и не решилась позвонить ей после больницы — что-то неуловимое, смутное останавливало её, словно между ними пробежала тень, природу которой она не могла понять.

Парня, сидевшего напротив Алины, она не помнила вовсе, но уже видела его на том самом видео с их похода — именно он шёл впереди всех, рядом с её подругой, и что-то тихо говорил ей, наклоняясь к самому уху. Кажется, его звали Денис. Сейчас, вживую, он показался ей даже красивее, чем на экране — словно сошедший с постера голливудского блокбастера: спортивного телосложения, с твёрдой линией подбородка и тёмно-карими, почти чёрными глазами. Вид у него, впрочем, был усталый и глубоко задумчивый, совсем не такой, как в походе; взгляд — сосредоточенный, мрачный, невесёлый. Казалось, он постоянно о чём-то напряжённо размышляет.

Маша первой подошла к столу, поздоровалась с подругой и села рядом с ней. Максим устроился напротив, рядом с Денисом.

— Здравствуй, Маша, — произнесла Алина каким-то отчаянным, чуть дрогнувшим голосом. Она была мрачнее тучи, и Маша на мгновение растерялась.

— Привет, — сказала она, переводя взгляд на парня напротив. — Извини, ты, кажется, Денис, да?

От неё не укрылось, как при этих словах Максим вдруг ощутимо напрягся, выпрямив спину и застыв.

Парень едва заметно вздрогнул и попытался изобразить нечто похожее на улыбку — вышло плохо, натянуто и неестественно.

— Да, это моё имя, — глухо ответил он и снова отвёл взгляд к окну.

Повисла неловкая, звенящая тишина. Максим, хмурясь, уткнулся в телефон и принялся что-то сосредоточенно печатать. Маша растерянно переводила взгляд с Дениса на Алину, пытаясь понять источник напряжения, и вдруг заметила слёзы на глазах подруги.

— Почему ты плачешь? — тихо спросила она, придвигаясь ближе и касаясь её плеча.

— А как мне не плакать, Маша? — сдавленным, полным отчаяния голосом ответила Алина. — Я ничего не помню. Совсем. Денис сказал, с тобой то же самое. И врачи ничего не могут сделать. Сказали, возможно, память вообще не вернётся.

Она говорила и вытирала ладонями катящиеся по щекам слёзы, размазывая тушь, но даже не замечая этого.

— Перестань. Всё будет хорошо, — Маша мягко положила руку ей на плечо и ободряюще сжала. — Мы забыли всего лишь последний год. Могло быть гораздо, гораздо хуже.

— А где гарантия, что мы не забудем вообще всё? — прошептала Алина с отчаянием. — Я не узнаю друзей. Даже тебя почти забыла, представляешь? Я с трудом вспомнила мамино имя вчера... и номер нашей школы... Я ничего не помню про универ. Скорее всего, меня отчислят. И это конец.

— Не надо забегать вперёд, — попыталась утешить её Маша, хотя слова прозвучали не слишком уверенно. — Мы всё наверстаем. Вместе.

— Хотела бы я обладать твоим оптимизмом, — горько усмехнулась Алина и снова уткнулась в чашку.

Денис всё это время молча наблюдал за ними с мрачным, ничего не выражающим лицом и нервно крутил в пальцах чашку с давно остывшим кофе. Максим наконец поднял глаза от телефона и перевёл взгляд на него.

— А Илья где? — спросил он.

— Я звонил ему полчаса назад, — ответил Денис, нехотя отрываясь от своих мыслей. — Сказал, что уже подъезжает. Но, судя по голосу, он снова пребывает в своей алко-нирване. Думаю, его можно не ждать. — Он скривился и раздражённо качнул головой.

Максим устало вздохнул и потёр глаза.

И вдруг, словно по какой-то злой иронии, двери кафе распахнулись, и внутрь вошёл парень самого неприглядного вида — заросший густой, неухоженной щетиной, со спутанными, давно не мытыми волосами. Его одежда была безнадёжно измята и явно не видела стиральной машины уже много дней. Маша с трудом узнала в нём того самого парня с видео, который шёл по лесу с бутылкой, периодически к ней прикладываясь и горланя песни. Сейчас он выглядел в разы хуже. Кажется, его звали Илья.

Парень обвёл зал мутным, пустым взглядом и, с трудом сфокусировавшись на компании за столиком, чуть пошатываясь направился к ним. С грохотом придвинул стул и тяжело плюхнулся на него. От него резко, неприятно разило перегаром — все присутствующие синхронно поморщились.

— Ну и? Чего вам от меня надо? — хрипло спросил он, обводя всех непонимающим взглядом. — У меня башка раскалывается, мне не до пустой болтовни.

Максим посмотрел на него с плохо скрываемым раздражением.

— Бухать меньше надо, — процедил он сквозь зубы.

— Не тебе мне указывать... — проворчал Илья, в упор глядя на Максима. — А ты вообще кто?

Максим мрачно вздохнул.

— Это наш однокурсник, Макс, — ровным, лишённым эмоций тоном пояснил Денис. — Я же тебе уже говорил.

Маша непонимающе посмотрела на Максима.

— Он с Деном был знаком ещё до универа, — вполголоса пояснил ей Макс. — Они старые друзья.

— Это ведь неспроста, что именно мы втроём лишились памяти! — вдруг воскликнула Алина, обращаясь к Денису с надеждой и страхом одновременно. — Ты говорил, мы пили какую-то воду в бункере... Это точно не может быть просто стрессовым расстройством?

— Какое, к чёрту, расстройство, — хмыкнул Денис, отставляя чашку в сторону. — Вас накачали тем чёртовым вирусом. Я уверен.

Алина снова заплакала в голос, в ужасе закрыв лицо руками.

— Ден, мы не знаем наверняка, чем их накачали, — вмешался Максим, и в его голосе прозвучала предостерегающая нотка. — Врачи ничего не нашли. Никаких следов. Это может быть что угодно.