На память

Шесть часов с лишним в сидячем вагоне из Москвы это не то, что дорога туда. Туда все собраны и напряжены, печать заботы на лицах и глубоко скрытая тревога о том, что ждет впереди. В дороге из столицы домой люди расслаблены, тихи, многие опустошены и спят с открытими ртами. В соседнем ряду лицом напротив сидит мамочка с сыном. У сына левая рука в аппарате илизарова, мама подтянута и моложава. Одета в короткие джинсовые шорты и майку. Мальчик в очках и красной футболке скромно сел у окна, раскрыл планшет и, с мечтательной улыбкой, исчез с радаров.

Женщина у прохода, на расстоянии вытянутой ноги от меня, то и дело бросает пытливые взгляды, изучая своих случайных попутчиков. Как только поезд тронулся, она распустила волосы, потянулась, демонстрируя хорошую растяжку, затем выпрямила спину и собрала ноги турецким узлом на сидении. После завела руки за спину, чуть приспустила декольте и, выпяв грудь в черном бюстгалтере с пушапом, бросила беглый взгляд в сторону, считывая реакцию. В вагон заходила уставшая женщина с ребенком, а когда поезд тронулся, в ее кресле уже сидела опытная одалиска или, как минимум, тренер по фитнесу.

За время в пути волей-неволей краем глаза изучил весь арсенал отработанных до автоматизма поз и приемов. Несколько вариантов глубоких наклонов в пояснице в проходе (попа на уровне моего лица), с резким разворотом и попыткой поимки с поличным нескромного взгляда. Неудачи ее только раззадоривали.

Не меньше трех раз за поездку она вставала, чтобы распустить и заново собрать волосы: грудь вперед, локти на уровне головы, попа чуть на отлете, ноги слегка расставлены. С десяток вариантов сидения в кресле по-турецки. Под конец финальный аккорд - полная растяжка с подъемом прямых вытянутых ног вверх: руки-носки, голова между бедер, дыхание ровное, чакры открыты, токи подвижны, взгляд устремлен внутрь. Игнорировать и дальше такое усердие  было просто невежливо. Я перевел периферийный режим наблюдения в режим "немой восторг", предусмотрительно выставив предохранители: "спортивный интерес, не более", в конце-концов я еду не один, имейте, мадам, совесть. Победа, но не полная.

В сутолоке, на выходе из вагона, уже на перроне в воронеже, женщина слегка коснулась грудью моего локтя. На память.