Шампанское к Новому году

               
В закрытом секретном гарнизоне, где я проходил службу базировалась своя военно-транспортная эскадрилья. В состав которой входило пять самолётов Ан-26 и пять вертолётов МИ-8. Перед самым Новым годом, меня отправили в командировку в Москву. Предстояло получить режимный прибор для определения уровня радиации. Вес прибора, вместе с дополнительным оборудованием составлял немного больше двадцати килограмм. Остальную загрузку самолёта должен быть груз для Военторга-200 не более пяти тонн. В полётном листе был указан товаровед, сопровождающая груз. Было одно условие, за перевозимый груз предстояло расписаться мне, что вызывало непонимание. Предстояло расписаться за полную загрузку самолёта, как специальная радиоаппаратура. Получалось, что я перевожу важное оборудование, весом полной загрузки самолёта. Что загрузят в столице нашей Родины не имел малейшего представления. Товаровед не разглашала груз, не знала или не разрешалось афишировать, чтобы не будоражить души простых военнослужащих. Те грузы, которые доставляли для генералитета, не подлежали огласке офицерам и прапорщикам низшего ранга. Как я узнал позже, что даже экипажам самолётов, запрещалось разглашать о содержании перевозимого груза. По принципу: «Меньше знаешь, крепче спишь». Перелёт в Москву длился восемь часов. Промежуточная посадка для дозаправки на аэродромах Урала. Самолёт брал на борт более пяти тонн груза. В Москве я получил прибор, так как он был под грифом секретности, мне не удалось посетить торговые центры столицы. Меня отвезли на следующий день к борту самолёта. Самолёт был загружен, мне предстояло расписаться у представителя за груз весом в пять тонн. В накладной, в строке наименование груза значилась радиоаппаратура. Поднявшись на борт я увидел груз, перетянутый сетями. В картонных коробках находилось болгарское шампанское под названием «Тройка», которое я отродясь не видел в своей жизни. Пассажиров не более пяти человек, вместе с механиком самолёта, которые не отрывали глаз от упакованного груза. Знакомый механик самолёта шепнул мне, что там внутри коробок бочки с рыбой, упаковки с красной икрой и прочее. Экипаж начал подначивать меня, как приобрести шампанское к Новому году. Я пошутил: «Пишите рапорта, буду рассматривать в течении трёх дней». Товаровед не обращала внимания на наши шутки, была недоступна как скала. В аэропорту Уфы произвели дозаправку и дальше на родной аэродром «Планктон». Перед посадкой товаровед решила ощастливить экипаж и троих пассажиров. Продала нам по бутылке шампанского. Бутылка была не обычная, не похоже на наше советское шампанское, низкая, пузатенькая. Радость переполняла наши души.
-Ребята! Предупреждаю Вас не разглашайте перевозимый груз, чтоб не было неприятностей после у вас и у меня. Договорились?
Все дружно закивали, словно игрушечные болванчики. При посадке меня встретил оперативный дежурный на служебной машине. В штабе сдал аппаратуру, табельное оружие и зашел в служебный кабинет, закрылся изнутри. Поставил бутылку на стол и любовался как дитя. Радостный шел домой по ночному освещённому городку. Нёс домой бутылку импортного шампанского из далёкой солнечной Болгарии. В городке купить шампанское можно было только по большому блату. Я и моя жена таковым не обладали в силу занимаемых должностей. Способностью лебезить перед работниками Военторга-200 ниже человеческого достоинства. Как правило сотрудники торговли были выходцы ближних сел. Прикормленные жителями гарнизона, которым всё было доступно и ничем их не удивишь. Купить коробку конфет, вместе с шампанским-это было не осуществимой мечтой для военнослужащих. Прежде, чем войти домой, спрятал бутылку. Время подходило к полуночи. Позвонил в дверь, домочадцы не спали ждали отца. Они услышали в казахстанской степи гул самолёта, значит прилетел хозяин. Разделся в прихожей, незаметно поставил бутылку на журнальный столик в зале.
Жена с дочерью, увидев такое сокровище охали и ахали, словно рассматривали бриллиант. Сейчас анализируя события тех лет задумываешься. Неужели нельзя было подумать КПСС о простом народе. Народ потерял веру во власть, слова расходились с делами. Пьяный кучер пообещал перемены и народ поверил ему. А оказалось, что можно насытить рынок. Всё стало доступно простому народу, не только кучке властных структур КПСС.