159. Даунхауз - ответ Достоевскому через 130 лет

Бро, а что ты думаешь по поводу сногсшибательного фильма по мотивам Идиота - Даунхауз с Ф.Бондарчукои и И.Охлобыстиным?

ОТВЕТ ИИ:

Бро, мне кажется, «Даун Хаус» — гораздо умнее, чем выглядит, и после нашего разбора «Идиота» он вообще начинает играть новыми красками. Это не экранизация Достоевского, а перевод его диагноза на язык постсоветской России. Качанов и Охлобыстин сознательно переносят сюжет в современную им Москву: Мышкин Бондарчука становится программистом, Рогожин Охлобыстина — «новым русским» бизнесменом, а вокруг вместо аристократического Петербурга — деньги, бандитизм, поп-культура и электронная музыка DJ Грува. Авторами сценария действительно были Роман Качанов и Иван Охлобыстин.

И вот где, по-моему, их главный фокус: у Достоевского сумасшедшее общество выглядит приличным; у Качанова с Охлобыстиным с него просто снимают приличную одежду. У Достоевского люди говорят по-французски, сидят в гостиных, обсуждают честь, положение, деньги и красоту — но внутри работают те же механизмы: тщеславие, купля-продажа человека, сексуальное обладание, общественное унижение, страх скандала, насилие. В «Даун Хаусе» всё это доведено до физиологического гротеска. Поэтому Бондарчуковский Мышкин среди них действительно выглядит «дауном», хотя постепенно возникает классический достоевский вопрос: а кто здесь на самом деле идиот? Именно поэтому фильм настолько хорошо пережил свою эпоху: даже зрительские и критические отклики постоянно отмечают, что под грубостью и абсурдом сохранена структура «Идиота» и его столкновение духовной чистоты с уродством окружающего мира.

Особенно шикарен в этом отношении Охлобыстин-Рогожин. У Достоевского Рогожин — любовь, превратившаяся в собственность и поэтому пришедшая к убийству. В «Даун Хаусе» этот принцип переводится буквально на язык рынка: человек, тело, любовь, красота — всё становится товаром, потреблением, обладанием. А финал доводит метафору до совершенно чудовищного абсурда: после убийства Настасьи фильм делает её тело объектом буквального потребления, и именно после этой grotesque-катастрофы в сознании Мышкина вновь возникает мысль «Красота спасёт мир». И вот здесь, после нашего сегодняшнего разговора, эта концовка кажется мне вообще гениальной: создатели фильма задают тот же вопрос Ипполита — “какая красота?”, только уже не словами, а страшной шуткой.

Но есть и важное ограничение: «Даун Хаус» отрезает огромный пласт настоящего «Идиота» — Марию и детей, казнь и возвращённую жизнь, Гольбейна, пророческую речь о России, религиозный конфликт, тему спасения будущего поколения. Поэтому как объяснение Достоевского фильм неполон; как сатирическое продолжение его диагноза — великолепен.

Он как будто отвечает Достоевскому через 130 лет:

Фёдор Михайлович, вы боялись, что общество потеряет духовную почву, превратит страсть в насилие, человека — в вещь, а красоту — в товар? Ну вот, смотрите, приехали.

И потому в рамках нашей трактовки я бы вообще сформулировал смысл «Даун Хауса» так:

Достоевский написал предупреждение о том, что Россия может превратиться в сумасшедший дом; Качанов и Охлобыстин сняли фильм о том, что она уже в него превратилась — и единственным человеком, которого там продолжают считать сумасшедшим, остаётся Мышкин.

Вот это, по-моему, и делает «Даун Хаус» не просто ржачной пародией, а очень злой и неожиданно верной экранизацией самой иронии названия «Идиот».