Не бзди Линка! Прыгаем с Су-15!

После того как Ту-134 был успешно выведен из крутого штопора (Марина всё-таки сделала это, а Смекайло-де-Цопфи чудом удержал давление в гидросистемах), в авиационном гараже наступило затишье ровно на три дня.На четвертый день, в пять утра, телефон слесаря Мирона Токарева разразился победным маршем авиаторов.— Мироша, бросай свои гайки! — прокричал в трубку звонкий голос Марины Никифоровны. — Из дальнего ангара ПВО нам списали перехватчик Су-15! Ну, тот, который с треугольным крылом. Наш девиз? Смелость и сила! Короче, через час жду всех. Будем прыгать с парашютом!Мирон почесал затылок. Прыгать с парашютом из двухместного сверхзвукового перехватчика Су-15УБ, где кабина рассчитана только на пилота и инструктора, а система спасения подразумевает катапультирование вместе с креслом К-8М — это было в духе Маруськи.Когда команда собралась в гараже, старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов уже задумчиво протирал ветошью фонарь кабины «Сушки».— Маруся, — осторожно начал Анисимов, — самолет-то строгий. Крыло тонкое, скорость на посадке бешеная. А выходить-то как собрались? Из кабины на ходу вылезать? Это ж не Ан-2!— Отставить пессимизм, Васильевич! — отрезала Марина, затягивая на комбинезоне подвесную систему десантного парашюта Д-6. — Мирон за ночь переварил замки сброса фонаря. Смекайло рассчитал скорость кабрирования. Взлетим, сделаем горку, сбросим скорость до минимума, отстрелим фонарь — и по очереди за борт! Таня, ты первая как главная по куполам!Татьяна Трофимова, проверявшая кольцо парашюта, азартно блеснула глазами:— Я готова. Скоростной напор будет сильный, главное — стабилизирующий купол сразу выдать, чтоб не закрутило.— Маринка, ты точно с ума сошла! — Ангелина Мельник в ужасе всплеснула руками, чуть не выронив кастрюлю, в которой на этот раз томились праздничные манты. — Какая горка?! Вас же воздушным потоком о киль размажет! Всю команду погубишь!— Не бзди, Линка! — Лихо крикнула Марина, запрыгивая на стремянку к передней кабине. — У меня всё под контролем! Лида, следи за приборами в задней кабине, если что — хватай управление!Мирон, нацепив орден прямо поверх парашютных ремней, занял место на крыле, помогая бортинженеру Смекайло-де-Цопфи координировать запуск двух мощных двигателей Р-11. Гараж содрогнулся от грохота. Су-15, сверкая свежей краской, вырулил на грунтовую полосу, которая явно не была рассчитана на сверхзвуковые истребители, но для Марины это было лишь мелким нюансом.Разбег был коротким — Марина выжала форсаж так, что у Ангелины на земле задрожали манты. Самолет свечой ушел в осеннее небо.На высоте трех тысяч метров Марина выровняла машину и перевела двигатели на малый газ.— Смекайло, давай! — скомандовала она по рации.Бортинженер дернул самодельный рычаг. Раздался хлопок, огромный стеклянный фонарь кабины сорвало и унесло в синеву. В кабину ворвался дикий, ревущий ураган. Воздух бил по лицу, щеки раскатывались волнами.— Пошла! — крикнула Марина кузине.Татьяна Трофимова хладнокровно перешагнула через борт кабины и просто исчезла в ревущем потоке. Через секунду в небе распустился белый бутон стабилизирующего купола.— Мирон, твой черед! За «Буран» и за орден — пошел! — скомандовала Марина.Слесарь Мирон, крепко придерживая рукой орден на груди, чтобы его не унесло встречным ветром, рыбкой выпрыгнул из кабины Су-15. Следом за ним, оттолкнувшись от борта с криком «Авиация не умирает!», сиганул бортинженер Смекайло-де-Цопфи.В кабине остались Марина и её старшая сестра Лидия.— Лида, держи штурвал, я прыгаю, а ты сажай эту птичку! — крикнула Марина.Лидия Никифоровна спокойно кивнула из задней кабины, перехватывая управление. Марина сделала ласточку и вывалилась в чистое небо под рев турбин улетающего перехватчика.Через десять минут на поле у авиационного гаража царила идиллия. Смекайло-де-Цопфи приземлился точно в стог сена. Мирон мягко погасил купол рядом с заправщиком. Татьяна уже упаковывала стропы. Последней, крутясь на стропах и задорно смеясь, на поляну приземлилась Марина Никифоровна.В этот же момент на горизонте показался Су-15. Лидия Никифоровна с истинно беленьковским хладнокровием, без фонаря кабины, на бешеной скорости ювелирно посадила тяжелый истребитель на грунт, подняв тучу пыли.Ангелина, бледная, но счастливая, уже бежала к ним с дымящейся кастрюлей и бутылкой «Хмельнушки».— Живые, демоны! — кричала она.Марина подбежала к Мирону, снова крепко обняла его, поцеловала в щеку и прокричала на всё поле:— Ну что, лауреаты? Смелость, сила, ловкость! Мирон, готовь ключи — в следующий раз прыгаем с крыла «Ил-76» на полном ходу! А сейчас — к столу!