В осином гнезде клофелинщиц

В осином гнезде клофелинщиц

Ярослав Третьяковский из-за интереса к противоположному полу всегда сомневался в чистоте помыслов девушек, для этого, чтобы уличить их, устраивал за ними слежки, проводил негласный надзор, подглядывал, бывало провоцировал, но пока ничего предосудительного, тем более, криминального не обнаружил, хотя поневоле приходилось сталкиваться с разного рода шатаниями, уклонами и разбродами в их поведении.
В последнее время его стал притягивать открывшийся в городе женский “Клуб по интересам”. Вот где было средоточие женщин, особенно по вечерам после рабочего дня, что из наблюдений за ними можно было кропать романы. В женские дела, как-то танцы, пение, макраме, курсы кройки и шитья вникать не хотелось. Это уже не привлекало, было неинтересно, он искал что-нибудь особенное, свеженькое, вкусненькое. Следить, подсматривать за девушками стало его проявлением хобби. Вспомнил, как еще в детстве в банные женские дни он и его друзья подглядывали в заранее в стекле соскобленную от краски дырку размером с копеечную монетку за распаренными женщинами и осторожно гоготали. Вот это было представление!
Хождение Ярослава по коридорам клуба забавляло наличием занятых женщин в творческих залах, но интуиция ему подсказывала, что это просто красивый фасад, где-то за ним женщины проявляют свое нутро, занимаются противоправным делом. Выявить это, вывести их на чистую воду стало его задачей. Только как это делать наглядно, так, чтобы скрываемое стало явным, да еще гласным?
Какой красивый по архитектуре был вид у Клуба с улицы! Улыбка Ярослава резко перешла в кислую мину, как только он узрел, что надо лезть на сногсшибательный верхний этаж. Как ниндзя! Да еще в наступившей темноте!
Не раздумывая, он стал карабкаться по стене, цепляясь за скользкие кирпичи, за выступы и выбоины, по газовой трубе, подтягивался на балконах.
Шум голосов нет-нет да доносился из окон и сверху, и снизу, слева и справа, и голоса не отставали, то приближаясь, то пропадая вдали по стене. Где-то раздавалось пение, где-то скрежет ножниц по фольге и картону, где-то играло пианино.
Определив направление звуков, то есть отсутствие их, он бесшумно двинулся в ту сторону.
Без видимых усилий подобрался к подоконнику третьего этажа, где решил передохнуть и осмотреться. Ярослава справа заинтересовало полу распахнутое окно и, сжавшись до резиновости, он подтянулся и перевалился на балкон, что, несомненно, потребовало виртуозной ловкости.
Труднее всего было спрыгнуть на пол, не произведя никакого шума, однако ему удалось и это. Понадобилось снова прислушаться.
Кто ищет – тот всегда найдет. Ярослав понимал это и навострил уши.
Тишина всегда обманчива. Встретившееся полуоткрытое окно увлекло его. Ни угрызений совести, ни страха он не испытал, только смущение, когда приник осторожно к нему, чтобы не вызвать скрип его петель. Заглянул туда и прислушался. В комнате находилось с десяток девушек в рабочих халатах и разно повязанных косынках, увлечённых странными манипуляциями – гремели стеклянной тарой. Тут же по стенкам висела амуниция амазонок, а в углу стояли прислоненные биты. “Кого-то стращать собрались” – подумал Ярослав.
Между тем одна из девушек в голос затянула песню:
– Я за то люблю Ивана,
Что головушка кудрява…
Все девушки зашикали на нее:
– Не в тему! Нашла, о чем петь!
Некоторые девушки поддержали:
– И правда.
Вторая девушка затянула другую песню:
– Когда я на почте служил ямщиком…
И тут все девушки возмутились:
– Только не об этом.
Третья девушка запела:
– Я – девушка, унять хочу в себе напасть,
Коварную, с названием простецким –
                СТРАСТЬ!
Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Ярослав любил поэзию и увлекся ее слушать в песенном исполнении.
Все девушки подхватили припев:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Четвертая девушка запела:
– Васятка посетил мой скромный уголок,
Пришел,
             увидел,
                донял.
                Что же он извлек?
И снова прозвучал припев:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Затем запела пятая девушка:
– Олег настойчив был, раскладывав диван.
– Сейчас не время, чтоб…
          – узнал мой бонвиван.
И опять последовал припев:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Шестая девушка запела:
– Ой, кто ты, чудо-юдо
                сексуальное? –
Поставила на место я Витька
                желанного:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Седьмая девушка запела:
– В ногах, болтают, правды нет! –
               Сел рядом друг мой новый Серж.
Брюзге облом был дан,
                полезный всех невежд:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Восьмая девушка запела:
– Артем решил поверить алгеброй меня,
Но получил урок с порога не сходя:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Девятая девушка запела:
– Денис не мог ямб от хорея отличить,
Зашел на дню,
                чтоб к утру
                инфу получить:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Первая девушка запела:
– Бумаг набила я объемный дипломат.
Редакция разбором занялась стишат.
Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Вторая девушка откликнулась иронией:
– Редактор лажей и шизой назвал стихи.
Пришлось студента в нем на время обрести:
Первая девушка запела, оправдываясь:
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Все девушки запели хором:
– Я – девушка,
                ищу,
                кто б СТРАСТЬ во мне унял,
В стихосложении участие принял:
Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Каждое четверостишие заканчивалось припевом.
– Когда любви на рифм стихия,
Нет удержу – пишу стихи я!
Ярослав заслушался. Это было для него откровение, что он не все о девушках знает. Он отметил про себя, что девушки открытые, не скрытные, что у них в голове, то оно и на языке, что девушки излили свои чувства, что творчество девушек предстало не так уж и плохо, где и мужчины выглядят положительно. Он расчувствовался и проникся уважением к этим загадочным девушкам.
На некоторое время установилось молчание, которое нарушила первая девушка ключевой фразой:
– Лицемерная политика мужчин приобрела еще более уродливые формы. Мы не имеем права быть спокойными, когда парни свободно разгуливают перед нашим носом и считают, что можно везде наводить свои чуждые нам правила.
Только тут Ярослав обратил внимание, что девушки между исполнением песен производили смешивание химических компонентов. Одна мастерица с гладкими волосами из-под косынки с воткнутой в них розой сидела за столом вполоборота к двери и зачерпывала ложкой, как меркой, из широкой банки коричневую студенистую массу и очень осторожно добавляла в узкие склянки вроде тех, в которых продают уксусную эссенцию или помидорную пасту. Остальные девушки проделывали точно такие же действия. Рядом с каждой стояли и другие склянки, как узкие, так и широкие. Наполненные, они тут же затыкались пробками, иные завинчивались крышками.
“Делают метательные снаряды, бутылки с зажигательной смесью, коктейли Молотова!” – догадался Ярослав, и его предыдущая радость установившегося спокойствия к поэтессам несколько омрачилась, померкла. “А если жахнет у них в руках?” – испугался он.
– И что ты предлагаешь? – накинулись на нее девушки.
– Надо восстановить справедливость. Для этого ещё решительнее задействовать различные усилия против мужчин, чтобы знали свое место. Прилагать все возможности. Подчинить их под нашу власть. Использовать для этого все доступные общественные и культурные территории и пространства. Особый упор делать на проникновение в их места расположения и обитания. Пора перенастроить их агрессивный образ мыслей и поступков, подчеркиваю, на наш миролюбивый и дружелюбный посыл. Находить возможности, механизмы, зацепки для знакомства. Подавлять их волю, употреблять любые методы психологического давления, варианты и способы помутнения их разума, вплоть до обольщения. Вкладывать всю душу, главное, чтобы у нас самих не было головокружения от успехов.
Раздались многочисленные реплики:
– Главной фигурой в нашей эпохе становится сильная личность – это женщина. Она вытесняет с пьедестала разного рода рыцарей, в кавычках, интеллектуалов и расплодившихся прощелыг и альфонсов, у которых на языке для нас одно, а в мыслях другое.
– Плакаться, жаловаться, просить помощи, отгородиться от них не годится – этого они не дождутся, необходимо переступить через себя, через свое “я”.
– Правильно! Если мужчина посягает на женское достоинство – женщина должна отстаивать его незамедлительно без сомнений всеми доступными способами и своими преимуществами. Либо в диалоге, останавливая его на полуслове и затем контратакуя по всем уязвимым фронтам, либо идем в суд. На последнее нам рассчитывать не приходится. Пора всё брать в свои руки!
Ярослав чуть не обомлел: “Неужели женщины объявили войну мужчинам?!” Он считал, что несмотря на некоторые временные сложности, кругом установились цивилизованные отношения между мужчинами и женщинами. А тут спасительницы человечества объявились. Раньше у них была мания достоинства, а теперь ее захлестнула одержимость агрессии! Почему женщинам такая модель стала привлекательной и выгодной?
Увлёкшись процессом, девушки неторопливо вели беседу.
– Люблю играть с огнем! Когда пойдет химическая реакция, представляю результат разорвавшейся бомбы. И брысь кто-то штабелями перед нами наповал в ногах!
– Ты просто борзая и сумасшедшая, – нарушив молчание подъемом чувств, потерянно сообщила ей другая, – у тебя настоящее маниакальное преследование мужчин. Раньше ты такой не была стервозной – стелилась под каждого ковром, беззастенчиво и напропалую.
Девушка в косынке со звёздами, не оборачиваясь, ответила:
– Надо марку женщины высоко держать. Надо уважать себя. Женщина! Что за славное, дивное творение! Инопланетное создание! Неистощимый источник жизни! Повторяю, родник существования всего в природе! Насколько он благороден рассудком! Насколько безграничен в дарованиях! Насколько задушевен, откровенен и необыкновенен! Насколько зажигателен, выразителен и фееричен в формах, волнителен в движениях, а мудрым содержанием наполняет всё вокруг сущее! Насколько решителен и мужествен! В деяниях насколько подобен ангелу, а в разумениях Всевышнему! Насколько наполнен здравым смыслом! Насколько краса творения! Пластики и вдохновения образец! Всего живущего высочайший эксклюзив!
Её перебили вопросом:
– Не бросайся словами! Что такое эксклюзив? – и получили ответ:
– То, что характеризуется исключительностью, является неповторимым, единственным в своём роде.
При каждом высказывании она придыхала и закатывала глаза.
Сказано это было убедительным, по-настоящему искренним тоном.
Девушка с воткнутой в волосы розой восторженно поддержала:
– Я тоже всегда всему сообществу акцентировала на этом. Поразительно, какие чудеса творить умеет женщина, в том числе чудеса бесстрашия и отваги. Трудно представить позитива более логичного, здраво и трезвомыслящего. Ум, честь и совесть нашей эпохи! Высший разум! Нет более абсолютного существа, чем он. На редкость пытлив, внимателен, пламенен, искромётен и нравоучен. Борец с нечистой силой. Отличен чрезвычайным отношением государственных дел. А манеры, речи, воспитание, энергия… выше похвал.
– Да, скажу, женщина – это не мужчина… – поддержка из дальнего угла была весома.
Девушка с выбившимися из-под косынки волосами подняла руку.
– Чтобы не было нам скучно, поиграем в игру.
– В какую?
– Каждая по кругу продолжает и дополняет мысль предыдущей. Кто не скажет о женщине ни “бэ” ни “мэ”, та проиграла и выходит из игры.
– Я согласна, – поддержала синяя косынка.
– Вот ты и начинай.
– Обладает манией целомудрия, кротости, доброты, непогрешимости!
Реплики зазвучали приторно:
– Наделен гением небесной красоты!
– Владеет скоростью мышления!
– Существенен, насыщеннен и образен в чувствах!
– Статен, грудастен, широкобедр, длинноног, ясноглаз и речист!
– Не то что эти мужчины… хлипкие, неуклюжие, робкие и мелкотравчатые.
– Владеет редким даром магнетизма!
– В нём явное торжество духа!
– Достоин величественного памятника!
– Несёт в себе то, что недостаёт мужчине!
– Ну, ещё бы! – в голос раздалась довольная реплика всех остальных.
– А мне становится жутко, – заикнулась девушка с черной косой, – что демонстрацию противопоставления полов не иначе как нагнетанием напряжённости между ними не назовёшь, а химические операции, производящиеся на наших столах, не простая угроза всему мужскому сообществу.
– Оппортунистка! Не выступай в защиту парней лишнее! – зашикали на нее со всех сторон. – Не все они пострадают, некоторые уйдут от возмездия, зато на их место придут другие, и тех тоже кого напугаем, кого прижучим, кого проучим!
– Это катастрофа – быть мужчиной! – подвела итог женщина в косынке со звёздами.
Ярославу стало совсем неприятно, он зловеще хохотнул и гробовым голосом произнес, направив звук в потолок:
– Создание не Бога, а Дьявола!
Девушки удивленно посмотрели на потолок, на шевелящуюся люстру, у одной косынка сползла на шею.
Девушка в косынке со звёздами сказала:
– Я продолжаю игру. Женщина – сакральный символ нашей эпохи! Великолепен обострённым чувством к познанию, к поэзии, живописи, пению, танцу, верховой езде!
– Воспет в прозе и стихах! Даже мужчины отозвались о нас прекрасными словами: “Я помню чудное мгновенье: передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты!” – подхватила следующая, это была девушка с розой.
– Не повторяйся! Я уже про поэзию всё что нужно сказала, только не успела изложить всю правду про слюнявых, пишущих женские романы, авторов-мужчин, про графоманов, льстецов и подхалимов, – возмутилась предыдущая и поднесла ей бутылку.
– Воспет в стихах и умение ценить стихи – это не одно и то же! – Девушка с розой сверкнула глазами, не желая дать себя в обиду, и со сжатыми кулаками грозно поднялась с места.
Девушка с выбившимися волосами встала между ними.
– Хватит выяснять отношения! Моя очередь сказать. Самобытен в поисках всего нового, разумного, просветительского и прогрессивного.
– Насколько чистоплотен и строг в умозаключениях! – воскликнула успокоившаяся девушка с розой.
Она, изготовлявшая гремучую смесь, стеклянно звякнула посудой, и, Ярослав, мельком сконцентрировавшийся на звук, заметил, что это звякнула та самая переданная ей бутылка, затем увидел, что девушка закусила губу и побледнела.
После этого откинулась на стуле в обмороке.
– Опять нанюхалась парализующего клофелина! – возмущённо воскликнула синяя косынка. – Я же говорила ей, включай вентиляцию на полную мощность, говорила, предупреждала, что парня валит с ног один грамм, а она надышалась на все сто!
– Благодаря тебе! Признавайся, что за адский состав для мужиков придумала на этот раз? – Девушка в косынке со звёздами вылезла из-за стола, облачилась в амазонку и полезла драться.
Ярослав был возмущён готовившейся акцией с клофелином и представил, как девушки будут пытаться отравить парней, подмешивая в кубки и бокалы губительного вещества. Последняя фраза своей откровенностью и непримиримостью повергла его в шок. Снова зловеще хохотнув, он произнес в потолок:
– Ядосмесительницы!
Девушки, увлекшись грызней, начали кидать в разные стороны флаконы, попадая друг в друга. Зазвенела разбитая посуда. Они истошно зашипели друг на дружку:
– Ядосмесительницы! Ядосмесительницы!
– Как, клофелин? Разве не приворотное зелье для парней мы делаем? – раздался раздосадованный крик уязвимой девушки с выбившимися из-под косынки волосами. – А я поверила! – Она тоже повалилась в обморок.
– Еще одна оппортунистка на нашу голову! – завозмущались на нее.

Чем закончилась история с обмороками у девушек, Ярослав так и не узнал, потому что пора было делать ноги, тем более, он почувствовал, что его стало подташнивать от паров клофелина, возможно, чем-то другим, более едким, а кто-то его уже разглядывал.
Он постарался уйти из зоны этого взгляда.
“Лезешь в осиное гнездо будь готов быть покусанным”. Сегодня Ярослав усвоил эту народную истину и с прытью ниндзя оказался под балконом, чтобы через тот же путь по стене вернуться на улицу.