За гранью внимания

Отдельная благодарность за помощь посвящается научному консультанту, который принял участие в доработке мира рассказа! С его помощью была доработана физика, исправлены критические логические недочёты.

Посвящается всем искателям «совершенства».

***
Ноги сами ведут во власть подземки. Над головой - потолки, на которых проступают искусственные капли дождя. Прохладно. Иду дальше. Платформа длинная, уходящая вперед. Рассечена посередине и по бокам лентой рельс. Между ними бежит сине-голубая нить энергии.
Справа, на другом перроне,  прохожие столпились около оградительной линии. Это обозначало одно…
***
Огляделся. На голографическом табло, парящем где-то в середине, виднелось время:
«ПРИЗМА СИТИ – 1:30.
ГАЛАКТИОНИС – 1:00»
Главное, чтобы эти циферки не показывали часы.
…послышался свист и грохот. Полоса  вдруг замерцала на путях. Затем по ней со всей скоростью промчался состав. Неуклюже затормозил. Началась посадка. Через минуту створки закрылись. Загорелся красный индикатор. Шипение. В одно мгновение – дорога вспыхнула голубым. Воздух «поднялся на дыбы». Чудо транспортной инженерии сорвалось с места не резко, как обычный пассажирский, а плавно. Между концом перрона и путями образовалась незримая стена.
Лишь на секунду «железный бегун» стал плоским, а спустя вспышку, в которой он  исчез, раздался хлопок. Не бьющий сильно по ушам. Так… слегка закладывающий их.
***
Тем временем я стоял на другой стороне, рассматривая стены, мозаика на коих рассказывала целую эпопею открытия системы. В дальнем углу был космонавт, привязанный специальным тросом к кораблю, тянет руку к наклоненной на бок планете, объятой кольцом. Вдали – диск звезды. Её окружает  несколько планет самых разных расцветок. По центру название, на черном фоне: «ПЛОЩАДЬ ОТКРЫТИЙ».
Вот она: космическая романтика.
***
Голова метнулась вниз. Напряжение возросло. Полотно железной дороги аж засияло. Гравитационные колодцы приготовились ловить следующий.
Снова прибытие. Белое вытянутое тело остановилось. Открыло «пасть». Внутри горят лампы. В одном из окон показался голубой текст: «Космопорт». Конечная этой линии.  Затем буквы сменились. «Следующая станция: «ГАЛАКТИОНИС»».
Я не вошёл внутрь, а сел на лавку, парящую над землей. Подожду ещё.
Взглянул на табло: ещё целая минута! Ну что же за пытка…неужели придется опоздать?
Уже вроде бы какой век на дворе, а расписание так и не отладили.
***
Сколько звуковых сигналов должно прозвучать, чтобы они потеряли смысл в глазах человека? Успел проверить: раза три.
За это время, на противоположной стороне, столько поездов уехало, что, кажется, знаю машинистов в лицо. Каждого из них.
***
О. Плавный въезд. «Ходок» такой же белый, с серебряными дверьми. Вошёл внутрь.
Механический голос заговорил:
- Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – ПРИЗМА-СИТИ.
Вместо возможности выйти – стена, отделяющая пассажиров от тоннеля. Вскоре под ногами произошел толчок. Поехали.
Пустота. Абсолютная пустота по ту сторону стекла. Стало как-то не по себе, хотя таким способом путешествует каждый первый. Осмотрелся: рядом женщина, читает наверняка очередной роман, глядя в планшет. Слева двое мужчин разговаривают друг с другом, не замечая никого. А здесь и вовсе семья с пятью детьми. Дети увлеченно играют в игру, какую им предложил отец, уже который раз зевающий.
Пространство приблизилось. Наклон.  Мы падаем. Но не стоит расстраиваться: это стандартный ход по рельсам. Слегка придавило к сидению. Потом темнота рассеялась и окрасилась в яркий лиловый цвет. Повсюду - точки звезд, щупальца туманностей, пульсирующих во мраке.
Где-то мелькали силуэты галактик. Персефона, Линза…названия жужжали в голове подобно назойливым мухам. В последней, вытянутой по югу и северу, в самом центре, алым горел квазар. Постойте-ка…
Он моргнул?
…снова бесконечность, с редкими оспинами светил. Сколько прошло времени? Для нас не больше секунды, а для них минута или больше.
***
Галактика «Призма» совсем молодая. Я её видел на картинках в учебнике по космической истории. Появилась где-то миллиард лет назад. До сих пор, её красное излучение не «остыло». В общем, надо было назвать данное чудо природы Спичкой. Было бы точнее.
Взгляд впитывал местный пейзаж с жадностью:  эта звезда наверняка уже погасла, а другая – обещала взорваться. А та и вовсе кружилась в бешеном танце с другой. Поскорее бы увидеть слияние.
Говорят, это будет видно даже с Земли. Сначала они  сольются в единое зарево. А что будет после него – станет событием.
Среди учёных это будет известно как «солнцерождение». На несколько дней или даже недель, колыбель цивилизации будет освещаема так, что любители засыпать под естественной тенью ночи, будут вынуждены повторять образ жизни вампиров из известных мифов и легенд.
А вблизи …и слепой ослепнет.
…сиреневый постепенно становился алым, а светила – всё горячее и младше. Ещё чуть-чуть, и они закатят скандал. 
Усмешка тронула губы. Как похожи эти объекты на людей. Иногда им нужно предельно мало: «коробка» вселенной, в которой можно спокойно существовать. А иногда, необходимо заставить всех присутствующих заметить твоё свечение в пустоте. А ради чего? Ради того, чтобы сколлапсировать раньше времени? Разве гибель синих гигантов и карликов ничему не учит?
Хотя…я такой же. Погодите ещё пару лет, и мой энтузиазм обратится к нулю. Но взрыва не будет, скорее превращение в карлика. А какого, история умалчивает.
Окно приласкала желто-изумрудная «душа» туманности. По внешнему виду она походила на обыкновенное облако, живущее в необыкновенных условиях. И как такая красота может существовать в вакууме?
Вдруг, система исчезла за белой стеной вспышки, которая превратилась в нескончаемый узкий коридор гиперпространства. Кротовая нора. Когда ты в ней, всё внутри сжимается до точки, дыры, через которую проходит мироздание. Сначала чувствуешь, как оно давит, а после – поднимает вверх, окрыляя и опьяняя. И ты летишь над всем материальным так плавно и быстро, будто это  фаза быстрого сна.
Но это  очередной «перегон».
***
Воздух изменился: в нём появилась небольшая кислинка, как если бы кто-то разлил лимонный сок на сковородку, где тушились тухлые яйца. Стёкла быстро покрылись нанитным слоем затемнения, который исчез, едва движение остановилось. Голос заговорил:
- Станция «Призма Сити».
Вышел вон. Осмотрелся. Внутри легкая тревога, грызущая изнутри. Я здесь впервые. Взглянул на потолок: он был весь в лепнине и  мозаике изображающей систему, в которой находился перрон. Синий камень обтекал красно-желтый. На другой – и вовсе спряталась Солнечная система. По стенам, обитым мрамором, были разбросаны портреты видных деятелей, давших человечеству пинок под зад, чтобы полететь в космос. Гагарин, Циолковский, Королёв…и много кто ещё. Они смотрели не на меня, а куда-то в сторону, полные тяжелых дум.
Я слегка ссутулился. Неудобно было рядом с ними стоять, ибо где мы и они? Мы только пользуемся плодами их идей. Разве сейчас возможно открыть нечто невообразимо новое? Вселенная, при всей своей красоте, не может быть везде уникальна. Если в ней есть правила, они достигают все системы, как солнечный ветер достигает планеты.
***
На голографической панели моего коммуникатора показалось сообщение.
«Ты доехал? Надеюсь, не заблудился в дебрях?»
Написал.
«Да. Сейчас буду искать отель. Работа – штука капризная…»
В ответ молчание. П – поддержка.
Хотел было выйти, как тут глаз заметил странное, еле заметное свечение, не принадлежащее прожекторам. Да и холод, который царил там, на путях, как-то изменился. Стал более плотным. Подошёл к краю. Энергетическая нить погасла. Отлично. Значит, сейчас обычный режим.
Любопытство растеклось по телу.
Осмотрелся. Главное не задеть ничего лишнего…
…спустился вниз. Справа от меня, на высоте 30 см, контактный рельс, толстый, в желтом изоляционном кожухе. Никого. До следующего подземного странника минут 10. Восстановление, как-никак.
Иду вперёд. За мной, растекаясь по стенам, следуют провода, какие-то мигающие штуки у самого потолка, ну и капли воды. Зато когда здесь активны «межгалактические» маршруты, тут, по слухам, становится жарко…и сухо.
Всем известно, что животные чуют опасность и это спасает им жизнь. Что ж, не у всех, видимо, развито шестое чувство. Мне очень не хотелось бы побыть на месте тех, кто слишком поздно всё осознал.
Мрачное местечко… По бетонным плиткам рельс я шёл наугад. Сердце стучало. Казалось, подай ему ток, и оно побежит прочь. Вот и попробуй догнать потом.
Вдруг увидел слабое, синевато-голубое свечение. Там, что, звезда взорвалась? Пошел ему навстречу. И не поверил своим глазам.
***
Потолок туннеля – небо.  В нём горят и гаснут маленькие огоньки, плывущие над землей. Где-то левитируют странные облака, похожие на лоскуты шёлка, брошенные в воду. Красный, желтый, зеленый, синий…и множество других. В их объятиях парят круглые тела, близкие по внешнему виду, к планетам. Они вращаются вокруг своей оси и огоньков.
Здесь прохлада другая. Протяни руку, и коснешься её. В теле лёгкость. Такая, какая бывает у космонавтов после выхода в открытый космос. О, физики! Если бы вы увидели это, вы бы сказали, что я лжец.
Но разве можно подстроить такое?
Тянущее чувство обвило мой разум, как гравитация обвивает небесное тело. Пошёл вперед. Мозг кричал в ухо сомнения: «а если не успеешь дойти?», «тебя могут оштрафовать!».
Но уши застила пелена и голос чистой логики приглушился. И как оказалось, не зря: в центре, прямо между двумя развилками, около стрелочного перехода, увидел идеально прозрачный камень, мастерски огранённый.
Рука сама протянулась ему навстречу. И тут, где-то в его глубине,  увидел…себя. Но не такого как сейчас: с тенями под глазами, и прической, сделанной маэстро контактным рельсом. А другого: с гладкой кожей, и уверенной улыбкой. С глазами, в которых блестел огонь авантюризма. Но разве возможно ли это? И что это такое?
Недолго думая, взял камень в руку. Теплый.
Стоп… это не галлюцинация?
Когда они…?
Чёрт!
***
Хвала инженерам, есть технические старые ходы! Через них незаметно вернулся на Сити. Вышел на улицу. В ноздри ударил запах цветов, мягкий и ненавязчивый. Как мало надо для счастья…
Посмотрел вперёд. Передо мной  лабиринт из оживленных улиц. Что ж, теперь понимаю, почему можно так легко потеряться в мегаполисе.
Я всё ещё щупал этот неведомый артефакт. Он остывал. Ну и ладно. Надеюсь, это на его свойства не влияет. Кстати о них…
Поднял это прозрачное нечто на уровень глаз. Вгляделся в прохожего. Из уставшего офисного клерка он превратился в успешного бизнесмена! За его спиной шла девушка невиданной красоты. А этот пожилой человек? Он снова молод и полон сил. А этот малыш в коляске? Гений и филантроп. Разве это не чудо?
Интересно…как там было в учебниках по анатомии расы Homo Sapiens? В глаза поступает свет, преломляясь на сетчатке, давая картинку о предмете в перевернутом виде. Мозг автоматически переворачивает поступаемое изображение, делая его удобным для восприятия. Вот в чём дело!
Тут я встал как вкопанный. 
Сколько психологов разорится!
***
Отыскал голографический коммуникатор. Палец нажал на иконку доллара. Открылся мой банковский счёт. М-да. На нём всего-то сто пятнадцать долларов. Мало. На квартиру штук восемьдесят уходит. А если…
Нет! Это же обман!
Но что тогда является правдой в месте, где всё относительно? Эйнштейн, как известно, всё уже просчитал.
Знал бы он, как недалек от истины…
***
Долго думал, как сделать такую же призму. Но чтобы что-то повторить, нужно сначала разобраться в деталях.
Неделю убил в лаборатории, которую отдал под ключ друг. Сказав, что, если я разобью его образцы, он сам меня разберет на атомы. Так, что пришлось быть предельно аккуратным. Сканеры, геологические анализы и тесты ни к чему не привели. Однако в ходе опытов, выяснилось то, что данное чудо не бьётся и не ломается от молоточка, как это делает любой другой твердый предмет. Под микроскопом лежали обычные частицы. Но спектрограф показывал необъяснимое: в руках у меня лежал чистый, стопроцентный кварц.
Вспомнил место, откуда «одолжил» камень. На путях, покрытых неизвестно чем. Недалеко, в метрах ста двадцати, проходит это подобие молнии. А если…
Надо проверить. Почетно покинув лабораторию, направился в местный минералогический киоск. На горизонте «маячил» успех.
***
Чуть позже, когда равнодушные огни усыпали небо, я вернулся в тоннель. Пока там шли технические работы, мой путь лежал через заброшенные ходы. Нога мерно отбивала шаг. Сверху капала вода. Местные «часы». Если не капает, считай полночь и слив грунтовых починили. Если нет – то где-то между утром и до полуночи.
Всё по-старому. В воздухе витал запах мазута. Завернул направо, куда уходил путь со стрелочным переводом, туда, где нашёл камень. Место осталось нетронутым. Всё также под потолком плыли причудливые огоньки, развевался и покачивался от незримого ветра, туман, кружились «планеты».
Пальцы обхватили покупку, укрытую в кармане джинс. Вроде, всё в порядке.
Если теория верна…то это будет научный прорыв!
***
Положил на место Призмы, а сам пошёл в укромное место между проходом и рабочими путями. Прозвучал звуковой сигнал. Активация контактного рельса. Отлично.
Благо мне повезло: рядом не было ни одного. Ведь третий рельс обычно ставится в начале, а я где-то даже чуть дальше середины.
Чувствую себя глистом в чьём-то желудке…
***
Получилось! Правда, пришлось ждать где-то пять с лишним часов, чтобы наконец активировали то, что нужно.
На пути не встал. Моё место – пост наблюдателя охраны, где горел монитор. На экране, рассеченном на четыре секции просматриваемой территории, показался активный путь. Две параллельно идущие линии шпал, а между ними покоятся бетонные клавиши, разделенные пополам тонкой голубой полосой. Энергия, направленная куда-то влево. Именно туда, куда нужно. В ту самую нишу.
Потом обзор застила белая пелена. Переход. На секунду камера и вовсе отключилась. Дождавшись, когда наконец начнется сеанс перезарядки, рванул пулей назад.
В воздухе, пока бежал, витал жар  и запах паленой плоти. Чуть не споткнулся о рельсу.
Пришлось упасть от другого: от внешнего вида образца. Отчётливо помнил его прошлый вид: полупрозрачный, с вкраплениями песочного цвета, с неровными, где-то острыми гранями.
А теперь это абсолютно прозрачная пластина. Призма…
Поднял камень на уровень глаз. И правда: сквозь прозрачную поверхность видно, как обычный бесхозный пункт наблюдения превращается в комнату, обитую дорогой тканью, а потолок увешен не плесенью и трещинами, а целыми люстрами в хрустальных лампах. Хоромы Версальского дворца из древности, не иначе!
Так же, видел своё идеальное лицо. Снова. Значит, теория верна: если полупрозрачный минерал, способный к отражению поверхности, поместить в радиус действия струны, испытуемый материал станет резонатором и приемником экзотической материи. В самый свой пик она сгущается и спустя какой-то промежуток времени, оседает в камне. Как болотная тина в стакане.
Звучит заманчиво. Руки уже чешутся оформить патент!
***
Прошёл год. За это время лапа Млечного Пути успела полностью исчезнуть с ночной оси и вернуться несколько десятков тысяч раз. Его звездные потоки с охотой покидали небесную высь, ознаменовывая новый парад людей в безлюдные места, которые когда-то были полны голосов и музыки.
Моя Призма не изменилась: всё так же дарила оптимизм всем кому не лень. Казалось, когда на неё падал луч Солнца, она не просто отдавала бликами, а окрашивалась в теплый медовый цвет. Но как это возможно с прозрачным объектом?
Сегодня вечер. Прохлада ветра щекочет  лицо. В голове – пусто. Почему так пусто?
…этот день был серым. Люди даже не замечали друг друга, уставившись в свои уголки «реальности», и поедая глазами каждый образ идеальности, к какой они могли стремиться. А что до меня? Я всё это время чувствовал, как незримая плоть времени ускользает от них. Их лица, освещенные сверхновой счастья, стали плоскими и пресными. А глаза – отражением бездны. 
Но почему я не могу радоваться так, как они?
За этот год было немало встреч. И среди тысяч людей, бегущих по своим делам, была она. Маленькая, хрупкая, но с ощутимо уверенным присутствием.  Волосы были длинны, и выкрашены в цвет ночи,  начинающей свой путь. Глаза…нет, это звёзды, что горели в вечной темноте безразличия.
Она стояла на «Призма Сити», почти у края.  Голова повернута в сторону тоннеля.
Я стоял в ста метрах слева от неё. Дыхание застыло где-то в горле. Разве эта красавица – не плод воображения?
Ноги сами понесли меня к ней, пока сердце разрывалось от бури чувств.
- Простите, вы на «Галактионис»? – Голос вышел сдавленным, словно на него обрушился со всей мощью закон тяготения.
Прозвучал сигнал. Рельсы в этот момент издали звук щелчка. Струна «проснулась».
По спине прошли мурашки. Я не смел сказать больше ни слова.
Неизвестная обернулась.  Удивленная…как же она прекрасна в этом чувстве! Лучше десятков скульптур и Афродит вместе взятых.
- Да, а вам какое дело? – Фраза была сказана так, что хотелось исчезнуть, раствориться где-нибудь там, в черноте. Ноги слегка подкосились.
Отвёл глаза.
- Да так…слышал, там ремонт будут делать…
Девушка хмыкнула. Посмотрела сверху вниз, как на насекомое.
Ветер, неожиданно поднявшийся, растрепал ее волосы.
Металлический червь вылез наружу. Ещё момент, и эта красавица будет там.
- Постойте! – Крикнул ей вслед, - а как вас зовут? Я…
Девушка обернулась на прощание, заслоняемая другими пассажирами. Мы встретились взглядами. Её был полон отчуждения. А мой…был умоляющим.
Но на мольбу она решила не отвечать.
Нас разделила пропасть расстояния.
Стук колёс…и её уже не было.
***
Пока одни стремились сделать сотни пластических операций, дабы угнаться за фантомом лучшей версии себя, я плыл в невесомости ожидания. Время становилось далёким воспоминанием.
В горле назрел ком потери чего-то важного.  Небо из холста для облачных узоров превратилось в линзу, через которую на нас смотрела пустота. Между нами километры. Иногда и целые парсеки. А есть ли что-то ещё?
***
Каждый раз, когда ботинок ступал по знакомым плитам, я ждал. Её. Незнакомку, чья суть пленила так незаметно, что мне и не казалось это состояние пленом. …слава великой межгалактической сети! Имя девушки перестало быть тайной. Её имя – Лилия. Оно создано, возможно, из щебета птиц и звона ручья, настолько оно нежное и воздушное.
Благо, возможность списаться была. Написал самое нейтральное: «привет, как дела?».
В ответ получил: «ты кто?».
Ну и затянулась петля…внутри, там, где обычно жила пустота, началось движение. Куда? Может, в счастливое будущее. А может и нет…
…День превращался в ночь и обратно. Ночи превращались в месяцы. Несколько раз климат-контроль менял жар на прохладу и назад. Но цикл сомкнулся на чате и работе. Клацанье клавиш походило на симфонию чего-то нового. Неужели…?
Одиночество среди отражений
Люди требуют, чтобы  показывали и страхи…но разве нужно их показывать, когда всё написано в поведении? Это как смотреть на черную стену и требовать, чтобы там взорвался сотней огней пульсар. 
Долго думал, как осуществить желаемое. Опыты вновь стали на поток. Но…всё без толку.
Толпа выла, как раненный волк. Пришлось сказать им следующее:
- Вы не понимаете. Эти зеркала – лишь Око Вселенной. И она видит вас такими, какие вы есть. Все ваши страхи – исчезнут, но вам нужно довериться ей!
Я говорил это торопливо и с придыханием, сам не веря словам, покидавшим рот. Однако это не унимало людей. Другие изобретатели начали «изобретать», точнее создавать копии, в которых каждый становился кем-то между трупом и неудачником, а его окружение – загибалось в нескончаемых мучениях и агонии.
…моё изобретение стало игрушкой в клешнях нарциссов. Они восхищались всем, что оно показывало. Остальные заглушали иллюзией свою боль, ставшей верной тенью.
Но что-то не было в мыслях покоя. А наоборот: внутри черепа что-то распирало и распирало, и честно говоря, походило на то, что скоро будет Большой Взрыв. Отчаяния:
Разве моя цель заключалась в этом: создании искусственного пузыря, в котором человек, его истинное «я» задохнется?
***
Сижу на сиденье. Спину встречает мягкость обивки. Напротив - незнакомцы. И тишина.
Неужели, это так должно закончиться?

…она вошла в вагон. Мы с ней общаемся уже несколько месяцев. Встречаемся тут и там. Увидев меня, сгорбленного и опустившего голову, она села рядом. Положила теплую руку на плечо. Я посмотрел на неё. И вязкое чувство одиночества вдруг исчезло. Пока одни теряются в страхах, тонут в них, а другие пытаются угнаться за своим отражением, забывая про реальность…
Я киваю ей. Она тоже.  Без слов было сказано так много, что казалось, лопнет пространство-время.
***
Колёса застучали по рельсам. Но разве было нам дело до них?
…на заднем фоне скрежетали системы торможения. Но звук шел как из-под воды.
 Я наклонился и прошептал ей в ухо,
- Ты красивее всех, кого мне доводилось встречать.
Девушка улыбнулась.
- Не льсти.
Пауза. Неловкая, но в ней собралось тысячи слов, не требовавших того, чтобы их проговаривали вслух.
Лилия слегка отстранилась. Сквозь окна стало видно огни. Скоро прибудем.
Она встала и протянула руку.
- Пойдем? А то опоздаем в голо-театр. Там опять показывают драму про космос. Ты такое любишь. 
Приятное ощущение разлилось в груди. Молча кивнул. Взял за руку.
…Мы вышли, не отпуская друг друга.  Потолок метрополитена сменился зеленым холстом, с плывущими по нему, тучами.
Симфонией прогулки стал глухой звук подошв об серую плитку. Весь этот поток бредёт между колоннами небоскребов, покрытых неоном рекламных вывесок на всех известных языках разумных рас.
В этом пузыре живут они. Утонувшие в обыденности. Что ж…
Пусть так и останется. 
А  мы с Лилией побудем…
За их гранью внимания.