Восхождение. Том 4. Часть 20

- Нужно их догнать, пока не ушли далеко! – Кричал один из воинов Наргилоса.
- Отставить! – Гневно взревел капитан, сам недовольный своим решением, но дающий себе отчёт об опасности преследования разбойников на территории Великих топей. – Мы дождёмся командира. Если кто-то заметит врага – немедленно доложить. Не теряйте бдительности!
Воины Наргилоса разделились на два лагеря: одни не желали вступать на болота, даже если бы им грозило увольнение, другие же, напротив, стремились погнаться за разбойниками – перебить их до того, как они скроются за лесным массивом и засасывающими трясинами. Разумеется, разговоры велись за спиной капитана, который мог на месте разжаловать любого подопечного.
Наконец, через десяток минут, к болотам приблизились остатки боевой дивизии под предводительством самого командира. Офицер недовольно смотрел на своих подопечных, которым, судя по всему, не удалось пленить разбойников.
С приходом подкрепления, споров и разглагольствований среди воинов стало куда больше. Командир же не обращал внимания на разговоры обычного мужичья – он вышел вперёд, желая выслушать доклад своего капитана.
- Почему Вы упустили лиходеев? – Спрашивал командир, гневаясь поступком своего доверенного лица.
- Если позволите, командир – на мой взгляд, это ловушка, - отвечал капитан, желая скрыть очевидный трюк врага за своё предположение, чтобы не злить вышестоящего офицера, для которого важнее всего был результат. – Они заманивают нас в западню!
- Разумеется это ловушка! – Вскричал командир, внимательно осматривая близлежащие топи. – Они начнут обстрел из-за деревьев. Или выманят нас на какую-то поляну. Короче говоря, они нас поджидают.
Но мне надоело им уступать. Надоело терпеть их бесчинства и позволять им чувствовать вседозволенность. Если они скрываются там, мы обязаны их поймать, допросить, чтобы выйти на их лидера! Мы не можем позволить этому сброду уйти. Иначе, наш удел продолжит утопать в крови.
- Что тогда нам делать?
- Отправим вперёд группу разведчиков, - уверенно отвечал командир. – Пусть выяснят, что нас ждёт впереди. Вернутся назад, значит, можно следовать этим тропами. Если никто не вернётся… Будем думать, что делать!
Из дивизии собрали тридцать человек, лучших следопытов и разведчиков, которым было суждено на собственных шкурах познать, какую именно ловушку устроили разбойники. На выполнение задания группе дали полчаса – дальше, никто не станет дожидаться их возвращения.
Хотя условия командира были весьма суровыми, ни он, никто-либо другой не последовал им. Разведчикам дали целый час, по завершение которого избранные воины всё же вернулись к своему отряду. Целый и невредимые, не покрытые грязью или кровью. Вне всяких сомнений, если всем разведчикам удалось выжить, никакой осады на болотистых дорогах не было. Следовательно, командиру и его дивизии можно было без лишних беспокойств заходить на территорию Великих топей.
И тем не менее, командир предпринял меры, чтобы обезопасить своё войско:
- Лучники во фронт! Пехотинцам поднять щиты и защищать фланги. Копейщикам встать в тылу. Разведчикам идти впереди.
Разумеется, и поход разведчиков, и построение дивизии, и все наставления с приказами держать ухо в остро – ничто не могло обезопасить или повысить вероятность выживаемости воинов Наргилоса. Рисков было слишком уж много. Это понимал и капитан, и многие подчинённые, но только не командир. Для него важнее всего было схватить ненавистных разбойников, перебить большинство бандитов и на корню перерубить мятежные настроения среди предателей Наргилоса. По этой причине, отринув все советы капитанов, игнорируя претензии и опасения рядовых воинов, командир направил свою дивизию на болота, в голове уже представляя овации и рукоплескания в сторону своего триумф, когда он приведёт пленённых мятежников к ногам князя Домура.
Заснеженные дороги, искорёженные деревья, головый кривые ветви, шорохи, вой ветра, непонятные и неописуемые хрусты и хрюканья – каждое мгновение, проведённое на болотах, вызывало в воинах всё больше тревог. Они ожидали, что вот-вот из-за дерева появится ужасающая морда отродья Андарона, послышится вой чудовища, почуется амброзия гнилых вод и ядовитых растений. Кажется, ни одно сражение, ни одна разбойничья шайка, ни одна война не пугала воинов Наргилоса так, как Великие топи, чьё зловонное дыхание разносилось на многие года и многие государства земель Данмара.
Белоснежный снег покрывали следы гряди от копыт лошадей и капли кроки раненных разбойников. Тихие порывы холодного ветра проносились сквозь извилистые ветви деревьев. Глубокий и вязкий запах торфа вводил воинов Наргилоса в сон.
Три десятка разведчиков шли впереди, просматривая каждый кустик и ствол дерева. В нескольких десятках метрах позади, возглавляя отряд и воодушевляя своих подчинённых, мирно подпрыгивал на лошади командир, за которым шли два капитана. Затем – лучники, пехотинцы и копейщики. Каждый выживший воин в дивизии, скрывая дрожь и страх, что вызывали проклятые болота.
Чем дальше они заходили в топи, тем меньше света и воздуха доходило до подчинённых Наргилоса. Кроны деревьев перекрывали небо, а запах гнили и тины не позволял лёгким наполнится сладостным ароматом чистого эфира. Единственное, что ещё не заставило воинов повернуть назад – отсутствие различных тварей и отродий, что скрывали Великие топи. Кроме того, следы разбойничьего отребья продолжали тянуться в глуби болот. Потому верные своей клятве воины продолжали путь.
В скором времени, примерно через полчаса после захода на территории топей, впереди засверкал яркий свет. Поляна – все всяких сомнений, именно там разбойники устроили засаду на воинов Наргилоса. Прекрасно понимая стратегию лиходеев, командир отдал приказ своим подчинённым – так, чтобы его речь не услышали противники:
- Расставить войска возле поляны. Скрываться за деревьями. Лучники будут отстреливать разбойников. Пехоте – выманить врага, а после – возвратится обратно в лес!
Капитаны понятливо закивали, направив приказ командира дальше по отрядам войск. И когда воины Наргилоса подошли к той самой поляне, лучники, обрадованные тем, что им удастся вести сражение из-за укрытия, быстро разошлись по позициям, подготовив луки и стрелы. Пехотинцы, которым придётся стать пушечным мясом, готовились к тому, что, с высокой вероятностью, большая часть из них расстанется с жизнями в первые минуты боя с разбойниками.
Тем не менее, приказ командира, оставшегося с лучниками, приходилось выполнять. Потому, собрав себя в руки, заверив себя, что разбойникам не удастся навредить им, пехотинцы и копейщики, в панике осматриваясь по сторонам, направили своих лошадей на поляну, которая была освещена доброжелательным и мирным светом Варнира, приглашавший погреться под своими лучами.
Воины медленно вышли на поляну, прикрываясь круглыми деревянными щитами, держа оружия наготове, бегая глазами из стороны в сторону, стремясь высмотреть врагов среди деревьев. Стоило ли ожидать обстрела разбойничьими стрелами, или лиходеи решаться на открытое сражение, направив своих коней против защитников Наргилоса - воины были готовы ко всему.
Прикрывавшие их лучники, прильнув к стволам деревьев, наложив стрелы на луки, внимательно всматривались в покрытую грязью пелену снега, прищурив взгляд и пытаясь выглядеть врага ещё до того, как тот нападёт.
Зловещая тишина. Болота были погружены в угнетающее молчание, чтобы было не свойственно этому месту. Если заснеженная тесная дорога ещё могла скрываться под навесом безмолвия природы, то поляна - такое поведенюие было несвойственным для любого леса. Лишь тяжёлое дыхание воинов Наргилоса слышалось на Великих топях.
Вдруг в воздухе послышался трепет крыльев. Воины резко подняли головы и увидели, как к небу вздымались птицы, в страхе летящие на юг. Клин пернатых, который с каждым мгновением становился всё больше, гнал приглушённый топот, доносящийся с востока. Вне всякого сомнения, то был топор лошадей. Воины Наргилоса тут же устремили свои взгляды и клинки в сторону шума, дожидаясь прихода врага.
Гомон становился всё ближе. Стал отчётливее слышен топот копыт и крики людей. А вместе с тем - непонятное, довольно громкое стрекотание. Такой звук могли издавать лишь насекомые, но в снежные месяцы ни о каких насекомых не могло идти и речи. А учитывая гулкость шума, никакое насекомое просто не могло издавать такого звука. Страх, отступивший на время, снова захватил воинов Наргилоса.
С каждым мгновением грохот внушал всё больше ужаса, но воины Наргилоса не отступили. Треск веток, крики людей, мерзкий цокот - что бы не скрывалось за деревьями, через несколько мгновений оно явит себя.
Из-за стволов деревьев появились морды лошадей и блеск доспехов, отражавших свет Варнира от снежного покрова. Разбойники, в чьих личностях нельзя было сомневаться из-за поношенных одежд и перекошенных бандитских лиц, с истошными криками выбежали на поляну, присев в сёдлах и чуть ли не прижавшись всем телом к своим лошадям.
- Приготовится к атаке! - Взревел капитан пехоты из Наргилоса, обратив на своих врага ненавистных взгляд.
Воины, вставив щиты, приготовились к сражению. Копейщики выбежали вперёд, стремясь сбивать врагов с лошадей, а мечники приготовились атаковать разбойников с двух флангов, когда те увязнут в копьях их товарищей. Лучники натянули луки и стали подбирать угол полёта стрелы. Битва вот-вот начнётся.
Однако разбойники были совершенно другого мнения. Ещё до того, как соприкоснуться с войсками Наргилоса, верховые разделились на два потока, огибавших вражеских пехотинцев. Пики копий не могли достать до всадников, а смятение мечников помешало им выполнить распоряжение капитана. Лишь стрелы, пущенные лучниками, пытались достичь целей, однако перепуганные вражеские лошади двигались слишком быстро, потому подчинённым Наргилоса удалось лишь ранить нескольких скакунов.
- Да что с вами такое, олухи? - Кричал капитан пехоты, смотря на бездействующих подчинённых. - Не дайте им скрыться?
Деревья затрещали. Щелчки были такими громкими, что с болью отдавались в ушах. Воины направили свои взгляды в сторону, откуда минутами ранее бежали разбойники, и их глазам предстали мерзкие, ужасающие твари, каких можно быстро встретить только на Великих топях. Чудовища в высоту с трёх человек, в длинную - с пять лошадей, похожие на земляных червей с громадными округлыми пастями, усеянными заострёнными иглами, с четырёх концов которых находились отвратительные хелицеры, оканчивающиеся клыками. Громадные туши поддерживали сразу восемь пар изогнутых лап, напоминавших конечности краба, который уменьшались по мере продвижения тела по бокам - он самый крупных, размером во взрослого человека, заканчивая мелкими, помогающими стабилизировать тело.
Хитин, который покрывал лапы, переходил на спину чудовищ, образовывая щитки, которые накладывались друг на друга, а при движении - издававшие характерные щелчки, ударяясь друг об друга. С середины спина округлое тело начинало сужаться. Оканчивались же эти туши длинными хвостами, напоминавшими трещотки гремучих змей. Эти трещотки уже не издавали никаких звуков, однако служили орудием тварей.
- Стрекатели! - В ужасе взревел кто-то из пехотинцев, невольно направив лошадь в ту же сторону, куда убежали разбойники.
- Убейте тварей! - Приказал капитан пехоты.
Лучники, получившие приказ от командира, принялись выпускать стрелы в три громадные туши, которые быстро передвигали крабьими конечностями, стремительно приближаясь к воинам Наргилоса, издавая гневные визги из усеянных игольчатыми зубами пастей.
Подчинённые князя Домура, верные слуги Наргилоса - они плохо знали болота, не имели понятия, какие твари обитали здесь, были весьма тщеславны и чрезмерно уверены в себе. Они отказались отступать, решив, что лучше будет умертвить три громадные твари, нежели отступать в чащи болот и тонуть в мягких болотах. Если бы они только знали, какую опасность на самом деле вели за собой стрекатели - никто из не решился оставаться на поляне.
Копейщики встали к громадным червям вплотную, пронзая верхнюю часть их брюх пиками. Чудовища приходили в ещё больший гнев, пытаясь вырваться, вертя тем, что было подобием голов, быстро трепеща ногами по земле, размахивая твёрдым хвостом. Много смелых мечников, стремившихся лишить монстров ног или хвоста, погибло под чудовищами, однако это ещё было не самым страшным испытанием.
Со стороны леса послышались глубокие, полные ненависти визги. Земля под ногами затряслась, деревья заскрипели и затрещали громче прежнего. Многое воины вновь обратили свои взгляды в сторону шума, и увиденное ими оставило все надежды на спасения. Шесть громадных морд, похожих на свиные головы. Розовые, с двупалыми, обросшими чёрной шерстью ногами, вздёрнутыми ушами и приплюснутыми носами - тролли.
Тем, кто хорошо знает Великие топи, прекрасно известно, что стрекатели - не самая главная угроза здешних земель. Те, для кого стрекатели главный источник пищи, материалом для создания оружия, а ко всему прочему – верные домашние зверушки, были куда смертоноснее для всех, кто не знал языка троллей и не имел с собой того, на что мог выменять свою жизнь.
Да – многие тролли охотно шли на контакт с теми, кто мог предложить им что-то интересное, полезное или просто блестящее. Однако в данном случае, даже если бы воины Наргилоса знали троллий язык, выжить никому не удалось. Разбойники восточного удела, успевшие хорошо изучить Великие топи, знали, как вывести троллей из себя. Обрушить на их громадные жилища огненные стрелы, выманить из законов их верных зверушек, заставив тех последовать за мятежниками путём обстрела луками тел чудовищ.
Главной проблемой для мятежников оставалось время: как подгадать минуту, когда боевая группа Ягонруты выманить войска командира из города, когда стоило атаковать троллей, когда следовало вести всех их к поляне, чтобы чудовища не перебили разбойников и напали на воинов Наргилоса? Это было просто невозможно. Однако, к счастью, благодаря тому, что капитан пехоты дожидался прихода своего командира, благодаря страху главы боевой дивизии и долгому похода до нужной поляны, Гунреду и его союзникам удалось исполнить свой план.
Шесть громадных, взбешённых троллей, вооружённых дубинами и чем-то, что напоминало каменные копья, вылезли из леса, опрокидывая деревья, визжа и, не разбираясь, кто кромсал стрекателей, принялись давить ногами, хватать и давить и давить, давить дубинами и пронзать копьями воинов Наргилоса.
Бедолаги – от ужаса и смятения, многие не могли даже сдвинуться с места. Многих спасали их лошади, в страхе перед громадными ногами троллей разбегаясь в стороны. И всё же – абсолютное большинство пехотинцев и копейщиков, которые пытались хоть как-то навредить громадным монстрам, были убиты и перемолоты гневом троллей.
- Убейте троллей! – Кричал командир, впервые за многие года службы показавший своим подчинённым страх и отчаяние.
Лучники ни в коем случае не пытались выходить из-за деревьев – если их увидят чудовища, им, как и многим их товарищам, придёт конец. Хотя им было жаль соратников, всё же собственные жизни были важнее.
Тем не менее, несмотря на предосторожности лучников, и им сегодня было суждено погибнуть. Целый боевой отряд разбойников, которые всё это время скрывались в лесу, засев в засаду по дороге к поляне, укрывшись белыми тряпками и покрывалами, принялись отстреливать лучников Наргилоса, встав у тех в тылу.
В происходящей суматохе офицеры и воины далеко не сразу поняли, что происходит, что их атаковало и кто их убивал. Впрочем, для мятежников это уже не имело значения: командир был убит, большинство пехотинцев и лучников его дивизии также встретились со смертью. Даже если кому-то удастся сбежать из этой кровавой бойни, они никогда не решатся преследовать разбойников восточного удела.