Кольцо Саладина, ч. 4 Последнее воскресенье, 86

Анжела провела меня к нужному номеру и задержала за руку.
- Я ухожу, – тихо сказала она. – Домой пора, «чёрный ворон» ждёт. Я теперь только на нём катаюсь, - она усмехнулась. – Не забудь: Борис Николаевич. Но не представляю, как ты будешь выпутываться, - она покачала головой, -  уже спят люди. А если у него там дама?
Ответить я не успел - она уже давала совет:
- Если будет сильно выступать – кати всё на Бортникова. Его тут все знают, все с ним вась-вась. Короче, давай, удачи тебе. Норке передай, чтобы не заигрывалась больше.
- Ты так уверена, что с ней ничего не случилось? – с сомнением спросил я.
- А почему нет, -  Анжела пожала плечами. – Пацаны там серьёзные, да, но не идиоты же. Припугнуть могут.  Хорошо так могут. Думаю, денег ждут. Терпение лопнуло. Сейчас всё зависит от того, как быстро наскребётся нужная сумма. Если даже и заперли, то запросто где-нибудь здесь могли. В пустом номере. В подвале.
- Здесь? В подвале? – я резко повернулся к ней. – И ты так спокойна? У тебя же должны быть ключи!
- Э, нет, - она выставила вперёд ладонь. – Это точно не ко мне. У меня ни ключей, ни полномочий, моё дело бумажки. А ты хочешь подвал обшаривать? Это уж вы с капитаном Бортниковым на взлом отправляйтесь. Тот подвал и за час не обойдёшь. И вообще – я тебе ничего не говорила. Понял? Всё, ухожу.

Она махнула рукой и пошла по коридору, стараясь не стучать каблучками. А я проводил её взглядом, подумал, сосредоточился и постучал в дверь.
В принципе, я был готов, что мне не откроют и придётся идти за помощью к капитану. Но за стеной послышался шумок, дверь распахнулась. На пороге стоял невысокий, седоватый мужчина по-домашнему одетый – в пижамной куртке на майку. Мне показалось, он совершенно не удивился.
- Вы ко мне? – спросил он.
- Я к Борису Николаевичу. Извините за поздний визит.
- Слушаю вас.
- Я на два слова, - заторопился я.  - К вам сюда приходила моя знакомая, Элеонора Исаева. Во вторник, во второй половине дня.
Он наклонил голову набок, посмотрел сначала на меня, потом на носки своих домашних туфель. Сейчас спросит: «А вы, собственно, кто?»
Но он только посмотрел на часы.
- Я жду звонка, - объявил он вполне мирно. – У меня буквально десять минут. Заходите.
Я переступил порог и очутился в красивом помещении, чем-то похожем на тот номер, где встречался с Дануцей, только стены здесь были темнее и полосатые. Но мебель была того же уровня – красивая, изысканная, под старину. На полированном столике стоял букет цветов. За перегородкой-шкафом виднелась широкая кровать, застеленная, но примятая.
Хозяин указал мне на диванчик, сам не сел, давая понять, что дело моё пустяковое. Он снова посмотрел на часы и принялся расхаживать по ковру.
- Могу я узнать, с какой целью вы интересуетесь её визитом? – подчёркнуто церемонно осведомился он.
- Она пропала после встречи с вами, мы ищем её, - ответил я.
- А «мы», позвольте узнать – это кто именно?
- Мы – это её друзья и… - я немного смешался, но всё-таки закончил, - и представители службы госбезопасности. Полковник Каменецкий.
- Полковник Каменецкий, - с тенью удивления произнёс хозяин. - И вы полагаете, что я должен всему этому верить?
- Нет, - сказал я. - Вы можете лично мне не верить, но вы можете спуститься вниз, там дежурит капитан Бортников, он всё подтвердит.
 Борис Николаевич походил по комнате, видимо взвешивал услышанное и, видимо, я его сумел убедить. Потому что дальше он спросил по делу:
- И вы считаете, что ваша подруга пропала после встречи со мной?
- На следующее утро, - сказал я.-  Утром её похитили возле гостиницы «Интурист».
- И вы думаете, я имею отношение к её похищению?
- Я пока так не думаю, - сказал я. – Поэтому и пришёл к вам лично.
- Разумно, - согласился он. – Чего вы хотите от меня конкретно?
- Я хочу понять, с какой целью она у вас была.
- А вы не считаете, что эта цель может быть строго конфиденциальной?
- Человек пропал, - сказал я коротко.
- Понимаю, - согласился Борис Николаевич. – Ну, что ж, скажу. Ваша подруга приходила, чтобы узнать от меня подробности об одном музейном экспонате. Ничего криминального.
- Кольцо Саладина?!
Это вырвалось у меня непроизвольно, и я тут же об этом пожалел.  Но было поздно. Хозяин с любопытством посмотрел на меня,
- Кольцо Саладина? Есть такое кольцо?
- Есть, - сказал я с напором. - И вы ей рассказали?
- Молодой человек, я ничего не могу знать о вашем, как вы выразились, кольце Саладина. У меня нет сведений, что оно существует, и я понятия не имею, что вы имеете в виду. Но да, она интересовалась кольцом, которое находилось в составе керченской экспозиции.
- Вы ей рассказали? – повторил я вопрос.
- Да. О чем мог рассказать, я ей рассказал. По роду своих занятий я могу рассказывать далеко не всё. Но, кажется, мои ответы её вполне устроили.
- И она… - начал я.
- И она сказала «спасибо» и ушла, - закончил он и развёл руками.
- Понятно, - сказал я и встал. – И вы, конечно, не поинтересовались, что с ней случилось потом.
- Нет, - сказал он спокойно. - У меня не было оснований считать, что после визита ко мне ей может что-то угрожать. Поэтому, конечно, я не интересовался.
- Понятно, - сказал я снова. - Но теперь-то вы знаете, что случилось. И очень может быть, вы последний, кто видел её.
Он снова посмотрел на часы и сделал движение к дверям.
- Я понимаю ваши чувства, - сказал он учтиво, - но я хорошо знаю полковника Каменецкого. У меня нет повода вмешиваться в его деятельность. Раз уж он здесь. Если он сочтёт нужным, он вызовет меня на собеседование для дачи официальных показаний. А сейчас, если у вас нет других вопросов… прошу извинить…

Я сказал «спасибо» и ушёл с чувством лёгкой досады. Меня выпроводили, как досадное недоразумение, и ничем особенно не помогли. Ладно, пусть. Зато теперь точно ясно, что Нора была здесь во вторник. Всё сложилось. Во вторник она узнала что-то по кольцу, и в среду позвонила девчонкам, чтобы рассказать новости.
Только что было дальше? Может быть, ничего особенного? Вернулась к себе домой и была весь вечер дома. Или не вернулась, а была весь вечер с этим… как его там…
Знать об этом не хотелось, и я сердито решил не знать. Не моё дело. Лучше вспомнить, как тут, в этом отеле, совсем не так давно, в одну прекрасную субботу, я сидел в кресле, в уголке, курил и пытался поставить голову на место после встречи с Дануцей. Есть ли это место на самом деле? И если есть, то где это место и это кресло?..
И что тут вообще такого, в этом чертовом отеле… что?..

Я вернулся на наш этаж, открыл ключом номер. Посмотрел, как спит пани. Маленькая на огромной кровати. Осторожно поправил одеяло, которым она была укрыта, и сел думать.
Итак, вариант первый – Нора может быть спрятана здесь. Тогда надо обшаривать отель. Весь, конечно, не получится: во-первых, ночь, все спят, во-вторых, кто мне разрешит? Скорее всего, и сам Каменецкий не даст такой команды. Значит, обшаривать получится только часть номеров плюс подвал. Часть номеров – это номера служебные и хозяйственные помещения. Разумеется, меня туда никто за просто так не пустит, значит, шаг номер один – искать содействия у капитана. А потом нужно будет требовать план подвального помещения, где, скорее всего, располагаются всякие системы гостиничного обслуживания и инженерные коммуникации. Сколько это может занять времени… всю ночь может занять. И хорошо бы пани оставить тут спать на всё время этой операции. Самое милое дело ей тут спать. Только ведь она ни за что мне этого не простит, ни за что… придётся будить… Хорошо, ладно, только глаз с неё не спускать…
Словно почувствовав, что я о ней думаю, пани шевельнулась, и я тревожно вытянул шею. Но она не проснулась, просто легла поудобнее. И я снова вернулся к своим размышлениям.
Итак, вариант второй: Норы здесь нет. Я ошибся, предположив, что Нора может быть в этом здании. И тогда зря я пытаюсь раскопать что-то здесь, а раскапывать нужно на самом деле, например, в той же «Мелодии»? Что там за дом, кстати? И что там за дома вокруг? И что там за дворы вокруг? Или вообще нужно было смотреть, куда уехала Дануца? Черт, ну это уже совсем идиотизм – бежать по пятам машины…

Мне захотелось курить, я вспомнил про уютные диванчики в коридорах и, захватив сигареты, вышел из номера.
И сразу спохватился, что курить здесь, наверное, тоже нельзя. Надо было дисциплинированно искать курительную комнату, и я отправился на её поиски, спотыкаясь взглядом то о грандиозные букеты цветов, то о светлые или, наоборот, темные антикварные скульптуры, стоящие по углам на этажерках.
Никакой курительной комнаты я не нашёл, зато очутился в вестибюле, как-то резко устал и немного постоял, тупо глядя на монументальный витражный лифт, похожий на громадную, в потолок, драгоценную музыкальную шкатулку. И внезапно захотел спать. Даже курить расхотелось, зато просто страшно захотелось спать, что немудрено при таком напряжении, в котором мы были весь день, бегая по московской жаре. В общем, чуть ли не зашатало меня от усталости, и я побрёл обратно к номеру, мучительно зевая и периодически останавливаясь, чтобы потереть руками слипающиеся глаза.
И вот тут это случилось. В тот момент, когда я отнял ладони от лица, пространство вокруг меня мягко дрогнуло, сдвинулось и внезапно фантастически преобразилось.
 Я даже испугаться не успел, потому что вспомнил: так же было в пещере в Величке. Один миг, одно какое-то случайное движение глаз – и всё разъехалось, и появился дополнительный объём.
Я замер. Коридора передо мной больше не было. Было какая просторная пустота со смутными оттенками цветов.  Картины, висящие на стенах, выдвинулись, слились в одно целое и превратились в дверь, висящую в воздухе.
Я хотел сделать к ней шаг и чуть не упал – под ногами был провал, мой взгляд так и рухнул в бездну. Да, не было подо мной пола, было что-то вроде широкой тёмной шахты, воздух в ней слегка флюоресцировал и заполнен был какими-то громадными светящимися рыбьими хвостами. Во всяком случае, такое сравнение пришло мне в голову в первую очередь. Причём именно только хвостами, а не самими рыбами, и стояли эти хвосты под разными углами, и свет отражали тоже по-разному - кстати, это было красиво. Какой-то в общем, аквариум был подо мной, и там, на самом дне аквариума, стояла кровать. Девушка лежала на кровати поверх покрывала. Белая кофточка туманно светилось в мареве, пышные вьющиеся волосы лежали вокруг головы. Нора!..
Я видел всё смутно, но понял очень чётко – это она. Она тут. Прямо вот рядом, подо мной. Под нами. Надо срочно бежать и вызволять её оттуда, из этих рыбьих хвостов, но для этого надо было хотя бы сделать шаг. Только вот куда? Туда, вниз? Ну, разве что только вниз, потому что никакого пола вокруг меня так и не возникло, я стоял неизвестно на чем. Висел? Может быть, висел, но думать было некогда, нужно было бежать, спасать – и я сделал этот шаг вперёд, хорошенько зажмурившись, чтобы не видеть, как рухну вниз.
Я никуда не рухнул. Сделал нормальный шаг по полу, открыл глаза – картины буквально на моих глазах вскочили на свои места, рыбьи хвосты превратились в диванчики и кресла вдоль коридора, и мраморный пол подо мной, покрытый ковровой дорожкой так и манил топать и топать вперёд, ничего не опасаясь. Дверь нашего номера оказалась не рядом со мной, а поодаль, как ей и положено. И я ринулся к ней, боясь, что всё вновь дико сломается и поглотит мир, к которому я привык. Я рванул дверь, тяжело дыша – всё было нормально, обычный номер, хорошо обставленный, большое окно, большая кровать, пани медленно поднималась на постели, подбирая руками волосы и глядя на меня немного испуганно – я всё-таки разбудил её, но сейчас это было кстати.
- Слушай, она тут, – быстро заговорил я, кидаясь к кровати и садясь рядом. – Я нашёл её, она тут, здесь, ты понимаешь? Она там, внизу.