Безумная Фаня. Фант. рассказ

1.  Как корабль назовёшь…


Да в каждой школе есть обычай одаривать кличками. Директор – Винни-Пух, трудовик – Папа Карло, физрук – Чемпион. А вот Безумная Фаня выпадала из правил, свалилась на головы коллектива: такой нам только не хватало.  Её внедрение напоминало заброс пачки дрожжей в деревенский нужник, слухи поползли всякие. Её ненавидели и побаивались. Её насильно ввели в штат школы, кто-то из РОНО пускал слюнки по фигуре и всячески покровительствовал.  Поначалу возмутились: и какой же предмет она собирается преподавать? Все единицы заняты, но расписание уроков пришлось раздувать, выделить ей триста часов… Сука! Знает, с кем ложиться в постель.

По слухам, Фаня обучает деток отношениям в семье: школу теперь покидают семейные пары, с дипломами, а некоторые уже имеют двух и даже трёх детей. Пары утверждает педсовет, что утешает, и пока они при школе – ни единого развода.

Безумная Фаня решила, что пары собраны неверно и собралась установить  свои порядки. Когда же её вежливо попросили не вмешиваться в процесс, она стала угрожать:

– Вы не знаете, с кем связались! Попляшете у меня!

– Ой, а что ты можешь? – в один голос рявкнули физрук с трудовиком.

– Индейцы и ковбои скоро здесь наведут порядок, обещаю!

Педсовет однозначно переглянулся: ПРИЕХАЛИ!


2. В гуще событий

Физрук с трудовиком не думали сдаваться, уходили, отстреливаясь из новеньких винтовок.  Благо – подшефный завод «Прочность на века» изготовил первую партию – сорок штук, из заказа в десять тысяч.

– Заодно и пристреляем, – утешал Чемпион, гремя гантелями в рюкзаке. – Твоих умельцев оценим, чему научились на уроках труда.

– Этому не я научил. Пригнись! – Папа Карло произвёл выстрел. Ему показалось, в конце коридора мелькнула сумочка Фани – главной зачинщицы переворота.

Чемпион пришёл к неожиданному выводу:

– Боюсь, скоро в школах начнут изучать Тору.

– О! Ты у меня снял с языка!


Увы, они отступали от первого урока, старались не привлекать к боевым действиям учеников, потеряли товарища. Пуля вырвала кусок ткани брюк, как в насмешку: какой-то час назад Винни-Пух распекал семиклассника за дырку на заднице, теперь квиты. Директор школы был ранен в орган самолюбия, был превыше сплетен, не примыкал ни к одной из группировок, и вот на тебе, вдруг!

Его кое-как перебинтовали скотчем и изолентой, да оставили в кабинете географии, закопали под рулоны списанных карт.

– Ты полежи тихо, если вернёмся с победой, тогда вытащим.

– Ух, скорей бы, – посетовал Винни-Пух, устраиваясь в окопе из учебных пособий. – Вы бы мне водички оставили.

Чемпион огляделся по подоконникам, смахнул кактус и сунул в район источника речи.

– Другого нет, постарайся обойтись этим.

– Вы куда теперь?

– В кабинет химии, есть идея с патронами. Макароны набиваешь составом, заряжаешь ружьё – и пиф-паф! Мы в шестом классе такие фейерверки пускали! Директор хотел нам досрочно выдать дипломы, лишь бы не видеть больше.

Папа Карло кивнул – пора.  Поднял на руки скелет неандертальца, выставил под выстрел коридорного снайпера. Два выстрела грянули одновременно, и оба промазали.

Чемпион прихватил скелет неофашиста, закинул за спину.

– Зачем?

– Будем уходить из кабинета химии, тоже отправим в разведку.

Скелеты временно исполняли роль бронежилетов; после двух-трёх выстрелов, у мужиков появлялось до десяти секунд, чтобы сменить позиции.

Рывком добрались до объекта, Папа Карло остался сторожить вход, пока Чемпион химичил с составом и набивал макароны. Если глянуть со стороны, то это прорыв в военном деле. Патроны без капсюля, смесь воспламенялась от испуга: боёк летит в твою сторону – ты же не будешь стоять на месте, верно? А пули – тут вообще никакой хитрости. На уроках труда школьники портили гвозди, занимались вредительством. Скажем, пришли на урок – их ждал ящик гвоздей с откушенным остриём. Шестой класс готовил сюрприз седьмому, седьмой восьмому. Половину урока ребята затачивали гвозди напильниками, чтобы под конец урока откусить…

У Папы Карло ничего не пропадало, он тайком собирал  обрезки, которыми именно сегодня отстреливались и даже имели заметное преимущество. Ковбоя или индейца тоже можно уложить, если кто-то нарушит слово (попробовать хотя бы). И это не метафора: ковбои с индейцами сегодня на полигоне, школа временно осталась без руководства, чем и воспользовалась Безумная Фаня.

Папа Карло наудачу выглянул и произвёл выстрел. Женский визг порадовал: есть попадание!

Трудовик оглянулся на товарища.

– Куда дальше? Отсюда всё равно придётся уходить. Химица пишет формулу, как подорвать кабинет с расстояния.

– Так пишет или ищет?

– Ищет, согласен. Ты прикинь, физика и химия, когда оказываются в одном окопе, могут додуматься до какой реакции. Электричество в розетках, кабинет набит взрывчатыми веществами.

– Почему взрывчатыми? – Чемпион поправил рюкзак с гантелями.

– Всё дело в пропорциях.  У меня по химии пятёрки сплошные были, а ты, видать, троешник.

– Мы с тобой не притронемся к банкам, или тебе приказывают действовать, через чип в башке? Ты чипирован?

– А как бы я прошёл комиссию? Скажи ещё, что тебе удалось получить штамп, без чипирования. – Трудовик был силён в своей сфере, а по жизни не очень-то преуспевал.

– Штамп проставляет человеческая рука, верно?

– Хочешь сказать…

– Да, мы с ней спим.

– Как отобьёмся – познакомь.

Чемпион наполнил второе ведро патронами, у него хватило времени на подумать:

– Знаешь, сколько желающих обойти процедуру? Да и внешние данные ей важны в первую очередь. Согласись, она может себе позволить, когда от желающих её тела нет отбоя.

– Я согласен! Буду ходить на физкультуру, сколько надо.  Ты сколько раз подтягиваешься на турнике?

–  Уходим! Вопросы потом!



Они благополучно миновали класс информатики. Пропаганда в их случае ничего путного не сулила.  Актовый зал с роялем и рядами кресел можно было бы превратить в крепость, но своя родина ближе, и физрук вильнул в сторону спортзала. Маты дают фору любому бронежилету, а там есть списанных десяток, недосуг всё, чтобы выкинуть на мусорку. Винтовкам придётся износить стволы, пока доберутся до последних защитников мужского права.  Ишь, удумали! Матриархат в школе! А потом что – захват города, Кремля и государства в целом?

Не бывать тому!

Стрельба в коридорах означала одно: ряды матриархатовцев дрогнули, палили на авось. Одно попадание отбило охоту идти в атаку… Но что это мы? Надо бы начать с самого начала.


2. Школа

Обычная школа с обычными успехами, грамотами и порядками,  числилась подшефной завода «Прочность на века», пока не поменялись ролями. Китайские станки охотились за руками и ногами станочников, мастеров и руководителей. Прознав о том, директор с главным инженером поклялись не посещать цеха, а зачастили в школу.

Ребята, у нас проблема: остаёмся без рабочих рук и ног. Что подскажете? Если сейчас чего не придумать, завод придётся переименовывать.

Показали редкие кадры, снятые на случайные телефоны.  Вот токарь уходит со смены, оставив руку в шпинделе. Если заботливая жена, она проникнет на завод и отмотает, принесёт домой и пришьёт на место.  Это заботливая: зачем ей однорукий, если у неё по-прежнему две сиськи? Но детям этого не скажешь, ещё рано. Приходится напирать на острую необходимость комплекта членов. Чтобы не пугать, ребятам не рассказали, что в станках имеются челюсти, которые не упоминаются в чертежах и списках полной комплектации. И подчиняются программам, то ли лунному календарю, то ли шаманским установкам: стоит фрезеровщику зазеваться – хоп, и пальца нет. 

Школьники охотней шли в актовый зал, где можно услышать правдивые истории из первых уст. Им же после школы только  на завод, – единственный институт тридцать лет на ремонт закрыт, доски забора уже в пятый раз недавно поменяли.  А стране нужны табуретки повышенной проходимости и прочности, играющие в семейных отношениях немалую роль. Представьте себе куб из чугуна и стали, литейный цех выдаст, сколько надо; фрезеровщик вырежет из него универсальный табурет, с каким легко и гвоздь забить, и выйти против танка. Фрезеровщик закончит свою часть – токарь выдаст четыре пятака под ножки, для лучшего скольжения. Потом сварщик соединит детали… Со сварщиками беда, конечно, китайский электрод так и норовит проткнуть руку до локтя, но сварщики хоть остаются с руками. А который лишился ног – сразу переводят на административную работу либо в беЗсменные сторожа. Сиди себе на вышке да поглядывай, когда принесут обед и ужин; выдачу завтраков пока не утвердили на законодательном уровне.

Так вот, закругляясь, ограничимся простым выводом. Что-то наши китайские друзья замышляют.  Президент и правительство обязали заводы закупать станки и оборудование союзника. Главный инженер, в обход запретов, считай, выкрал из-за границы немецкие и французские станки, но установить их – подписать себе приговор. Десять лет с конфискацией… Так что, пусть лучше постоят на заднем дворе, до более подходящих условий. Может,  когда союзниками перестанем считаться.

Тут и пришло понимание, что заводу без школы не выжить. Руководству следовало присмотреться к подрастающему поколению. Так вернёмся к школе, поскольку там наше будущее и уточнение сюжета. В один рядовой день на доске объявлений появилось сообщение: «С завтрашнего дня объявляются дни ковбоев и индейцев. Просьба  – ничему не удивляться. Отдел рекомендаций РОНО, инспектор Салун П.П.»

– Это Пиф-Паф, я его знаю! – Вовка Прохожий стоял, обнявшись с Витькой Севастьяновым, матёрые двоечники и местные пираты.

– Переходим на новый уровень, хватит пиратов. Будем ковбоями. Ты за индейцев пойдёшь?

Стены школы вздрогнули. Часовые механизмы начали Новый отсчёт: сутки растянулись на четыре минуты, уроки сократились на пять; в противном случае планета могла спрыгнуть с орбиты, с нежелательными последствиями. И эти лишние девять минут оказались в распоряжении главных зачинщиков. Пусть они о том пока не догадываются, но ситуации подскажут, куда направить свои стволы.
Они каким-то образом узнали, что любая макаронная фабрика может через пятнадцать минут перестройки гнать патроны, сразу приступили к созданию базы. Натаскали в спортзал макарон в упаковках.  Да и в новостях частенько попугивают: в американских школах стреляют, умалчивая, какая категория берётся за оружие.


3. Завод

Американская делегация удивила в первую очередь составом. Представители индейских племён да полсотни ковбоев, с ними два переводчика. Зачитали бумаги, подписанные президентом, министром обороны и группой ответственных товарищей. И  никаких шуток: кто-то принял решение оказать индейцам помощь не на словах. Договор об аренде земель истёк, пора и честь знать.

Руководство завода пребывало в шоке, пока изучало чертежи и документацию. Арбалетов, как главный инженер, попробовал возразить:

– Винтовки – не совсем наш профиль. Мы клепаем вечные табуретки…

Ему тотчас подсунули личное письмо от президента: «Прошу оказать максимальное содействие в этом вопросе, и я не останусь в долгу, уж поверьте».

Вечерним поездом прибыли специалисты массового производства, товарный состав выгрузил профильные станки, пока свои мастера демонтировали китайскую начинку цехов. Масштабы и скорости вынуждали не открывать рта, а все силы отдавать для исполнения личной просьбы.  К шести утра первую винтовку Арбалетов взял в руки, пересчитал количество стволов, сверился с чертежами. Протянул старшему, со звездой на груди.

Переводчик перевёл восхищённый взгляд шерифа: «Неплохо для начала».

Один из индейцев снял с конвейера второе образец, вручил кому-то из вождей.

– Пока вы не открыли огонь, предлагаю отложить испытания. Территория завода не рассчитана на такое мероприятие.

– Так организуйте полигон, – перевёл переводчик.

– Уже! К полудню строители обещали закончить.   

Переводчику досталось: индейцы и ковбои заговорили наперебой: мы никогда не думали, что в России на такое способны.

Арбалетов поскромничал:

– Я и сам удивлён.



4. В гуще событий

Отступая к спортзалу, Чемпион опередил затеявших атаку, метнул им под ноги четыре гантели.  Они покатили со свистом, брызжа искрами и постреливая пистонами, плюясь вспышками магния и задымляя объём коридора.

– Прикрой меня!

Папа Карло организовал крепость из матов, хотя язык держал за зубами; по краям усадил неандертальца с неофашистом, а на самом видном месте выставил десяток гранат… В умелых руках и булочки могут принимать нужную форму; их он вылепил в минуты передышки между атаками. Лёгкий сквозняк напомнил ему о товарище. Тот выскочил в окно, – видимо, решил обойти с тыла.

– Сейчас он вам юбки поджарит, – трудовик предвкушал скорое завершение этого конфликта. Безумную Фаню вы обязаны связать и предать огню. – Огню? – Он сам поразился жестокости своих мыслей, кивнул неандертальцу: – Ты как считаешь?

Тот кивнул.

– Мистика! – Только одно слово и успел сказать, стукнуло окно. Чемпион возвратился с коробкой, спрыгнул на пол.

– Порядок! Теперь они у нас станут шёлковыми.

– Я думал, ты зайдёшь и с тыла врежешь.

– Я придумал кое-что получше.

– Я тоже! Вернутся ковбои, откроют салун, и я подучу их.  Учителей разведём по этажам, у каждой своя спаленка. А эту мымру будут обходить мимо. Будут стучать каблуками, пить вино и смеяться, но к ней никто не постучит. – Папа Карло хоть сейчас мог набросать сценарий фильма ужасов, и уже название придумал: «Тебя никто не любит».

Но школьникам понравилась забава: учителя застряли в разборках, каждый надеется на победу, а программу, дескать, наверстаем потом: будут  ученики гнуть спины до седьмого пота… Ну, это ещё надо посмотреть, получится ли.

Девочки стали отгораживаться от мальчиков, наладили переписку с другими классами. Что такое матриархат, какие имеет преимущества, и так далее. Раз началось разделение по полу, школьники сами решили: классы «А» – для пацанов, пусть же «Б» берут себе эти.

И школа преобразилась.  Теперь, если любовь,  то ты должен грамотно написать прошение в класс «Б», выпросить на коридор особу и выбить хотя бы пять минут для беседы.  Это какой-то пипец наступил: никто не верил, что выиграет какая-то сторона, но Безумная Фаня, между боями, проникала в ближайший класс и настраивала девочек на полную победу:

– Запоминайте! Чем больше мальчиков мы любим, тем меньше нравимся мы им!



5.

Фаина собрала свою армию и понесла какую-то чушь: в Америке индейцы лишены прав, все сроки прошли, когда бледнолицые обязались вернуть территории племенам. Пользуясь случаем спаивали вождей, те подписывали бумаги, в обмен на ружья и грошовые подарки. Поэтому мне поручено провести и вооружить остатки племён, как и примкнувшую часть ковбоев. Мы сюда за оружием, отсюда – сметём бледнолицых, на нашей стороне Правда, и воинов хватит, чтобы восстановить справедливость...


Вовка с Витькой подслушали весь разговор и вернулись в спортзал с докладом… А армия сопротивления утратила боевой запал.

– А я хотел спустить на них мышей! – Чемпион похлопал по коробке. – Вот бы поскакали!  Прославились бы на весь город.

Папа Карло внутренне соглашался: он не хотел войны, и как вовремя мы узнали правду! Даже страшно подумать: мы-то всегда за индейцев. Вот к ковбоям нет особого доверия, эти продажные ребята за доллар серебряный убивают.

– Убивали. Теперь сами видят, кто пришёл к власти. Лучше уже дружить с индейцами. Так и собрали армию.

– Но тамошняя власть тоже имеет армию. Опять кровью зальют континент.

– Скажем? – Вовка переглянулся с Витькой.

– Давай ты.

– Училка говорит, пока жили вместе с индейцами – не знали никаких налогов. Работали на себя, а сегодня морковку нельзя под окном посадить – сразу суд и тюрьма.   


Из коридора послышались голоса. Прохожий выглянул, бегом назад:

– Она снова открыла портал, идут индейцы, их очень много.

Физрук разгневался:

– Что ж она сразу, по-человечески, не объяснила? Мы же могли пристрелить…

Папа Карло отнёс винтовку к стенке.

– Выходим без оружия. Надо с ковбоями и индейцами говорить. Мы же не против.

– А с армией у них всё решено. Кто не переходит на сторону наших, пулю в лоб. Ковбои очень злы, теперь не остановятся ни перед чем, – так она говорит.


Чуток волнуясь,  учителя вышли в коридор.  Индейцы текли отрядами, в сторону учительской  – без винтовок, назад шли те же или другие, но с оружием. И исчезали в тумане, временно заменившем капитальную стену. А вот переводчик сам к ним подошёл:

– Принимайте поздравления. У нас всё получилось!

– А мы здесь причём?

– Вы здорово подыграли, не владея ситуацией. Давайте найдём местечко потише, я расскажу.

– Тогда приглашаю в спортзал. Что-то ковбоев не видно, – нашёлся Чемпион.

– Они идут этажом ниже, портал двусторонний, в два ручья, мы с таким ещё не сталкивались.



6.

Обман, подкуп, предательство – вот фундамент победы Севера над свободолюбивым Югом. Ага, они негров из рабства спасали, как же. Когда и ковбои поняли, что их обманули, они примкнули к индейцам, но было поздно. Нацгвардия не оставляла свидетелей, а историю пишет победитель. И Голливуд, где ковбоев выставляют бандитами. Индейцы снимают скальпы с бледнолицых, – так воспитали нового обывателя, с правильным пониманием к истреблению тех и других.

Когда чаша терпения лопнула, нашлись организаторы, связались со всеми, кто хоть раз выступал против нацгвардии. Это карательные отряды, в какой бы стране её ни создавали.

Представьте, именно теперь созрели наилучшие условия, чтобы поквитаться и восстановить справедливость. И самое главное – воины знают своих врагов по лицам, это не важно, что улетела прорва времени, каждый ответит за свои преступления…
Экскурс был кратким, но ёмким.

– Есть вопросы?

– А как же они решат вопрос с армией? Присягала ведь этой власти.

– Вопроса нет, когда он решён. Если нет бензина – авто не имеет интереса. А нет электричества – и экраны слепы. И только последний идиот крикнет: «Сейчас Советы нас распотрошат, как котят». Сказочка работала, пока можно было набивать карманы на истерии.

Папа Карло почесал подбородок.

– У меня всё ещё не укладывается в голове… Ну, вот:  я запомнил парня, который зарядил мне в спину. И представился случай встретить его снова. Я ему должен подарить пулю, вместо «здравствуй»? Боюсь, на такое не каждый способен.

– Ты пересмотрел «голливуда»: палят пьяные, когда и во что попало. Нацгвардию били: отвадят бандитов, и снова за сельские работы свои брались. Нацгвардия перебьёт индейцев, и улики подкинет… Сегодня расследование завершилось, ничего нового власть не придумает.

– А как индейцы займут свои земли? Там же куча городов.

– Вышли на телевидение. Вожди зрителям сообщили: «Мы пришли за своими землями. Кто окажет сопротивление – пулю в лоб, а хотите мирно обсудить – мы и раньше не хотели воевать с бледнолицыми, вы нас заставили взяться за оружие... Давайте так: если город готов заключить мирный договор – встречайте наши отряды белыми флагами. Нет – пеняйте сами не себя».



7.

Южные штаты отваливались по одному, уходили в свободное плавание. На военных базах одномоментно замерла всякая жизнь, и уже по центральным каналам пошли трансляции с главных улиц: индейские племена знакомились с городами, доставшимися по закону…

Шум поднялся невероятный: что, пришёл конец мировому жандарму?

Аэропорты всего мира запомнили этот день. Все самолёты уходили в Израиль, а порт Бэн-Гурион физически не мог принять всех беглецов. С большинством бортов наземные службы торговались до последнего литра керосина…

                *   *   *

В нашей школе, в выходной день Безумная Фаня закатила прощальный ужин. В заключительной речи она коснулась щекотливых моментов.

– Иногда я очень волновалась, что вы ополчитесь и разорвёте на куски. Я шла по лезвию бритвы сознательно, так нужно было. Именно ваш завод мог обеспечить оружием, а мне предстояло увести слежку по ложному пути. Дескать, если в школе вот-вот прольётся кровь – пусть так и будет, у спецслужб своих объектов для слежки достаточно.

С ответной речью выступил Винни-Пух:

– О, вы ещё не знаете, что вам предстояло пережить, если бы ситуация не прояснилась. Наш коллега приготовил для вас сюрприз, когда вы его загнали в угол. Принесите коробку…

Безумная Фаня заглянула внутрь и увидела мышей. С радостью запустила руку:

– Какая прелесть! Я могу их забрать с собой?
10.08.2026 г