Волки

Историю эту я частенько рассказываю возле костра, когда вокруг уже совсем темно, а тихие разговоры в тесном кругу друзей переходят в задушевные:

“Был я тогда еще совсем маленький, а дядя Алеша, брат мой бабушки, служил егерем. В его ведении была и Зауральная роща, и Дубки, и все что дальше простиралось к югу от Оренбурга. Ходил он с охотничьим ружьем, а ездил верхом на лошади.

Лоси в те времена подходили вплотную к городу, в пойменном лесу шастали волки и косули. Медведей у нас отродясь не было, а про кабанов я тогда просто не слышал. Ну а зайцев было пруд пруди.

И вот как-то среди зимы взял меня дядя Алеша на охоту. Далеко идти не надо. Наш дом на предпоследней улице, а дальше же пойма Урала, громадные осокори, заросли тальника и сплошная паутина заячьих следов на снегу.

Ружья, конечно, мне никто не дал. Мне всего лет 5-6, но на лыжиках я за дядей успеваю. Успеваю-то успеваю, но это все хорошее, что пока у нас получается. Свежих следов нет, зайца не подстрелили. Видели лису, но дядя Леша даже ружья не перехватил. Дома у него этих лисьих шкурок было… до фига и больше.

И вот чувствую, что вокруг что-то не то происходит. Вроде все нормально, как обычно, но дядя Алеша ведет себя как-то странно. То остановится, осмотрится, то наоборот так быстро на лыжах вдарит, что я еле еле за ним поспеваю. А потом и вообще меня вперед пустил, а сам сзади тихими покриками подгоняет. Словно за нами кто-то бежит. А кто может преследовать человека? Только волки. В феврале они в стаи собираются и уже ничего и никого не боятся.

Короче, не успели мы из поймы выйти. Нагнала нас стая. Ну не стая, конечно. Штук, может, десять. А может и всего четыре. Я этого уже не помню. Страшно жуть! А еще и смеркаться начало.

- Лезь, - говорит дядя Леша, - на дерево.

И подсаживает меня. А я в валенках, детском тулупе-не тулупе поперек поясом перехваченном, шапке ушанке на резинке и в рукавицах. Только в таком по деревьям и лазить. Но с грехом пополам и с помощью дяди забрался на первый сук, а с него даже еще чуть повыше перебраться смог. Дядя Леша следом. Лыжи мои поставил вертикально, как-то на них оперся и завез.

А волки уже под деревом. Ходят кругами, мои лыжи, дяди лешины нюхают. В сумку, которую мы внизу забыли, залезли. Но все это им не интересно. Скалятся, рычат, морды вверх задирают. В общем, страшно неимоверно. Я сук обхватил. Лежу на нем ни жив, ни мертв, а дядя Леша меня рукой придерживает.

А я все лежу и думаю: “Что-же это он не стреляет?” Думаю, а вслух сказать не могу. Так страшно! Сейчас-то я понимаю, что, если у него дробь на зайцев была, то для волков это все только шуточки. Думал я так, думал да и заснул. А как заснул, так вниз и свалился в самую гущу волков.”

- И что? - спрашивает меня зачарованный слушатель.
- Разорвали в клочья! - печально отвечаю я.