Звездолёт. Глава 6

- Я редко задумываюсь о последствиях, когда поступаю по велению души. На этот раз я, кажется, серьезно влип.
- В любом случае мне было хорошо с тобой. Ничего подобного со мной не случалось. И, как бы то ни было, я все равно останусь тебе благодарна.
Около домика Джулии они остановились. На востоке занимался рассвет,  просыпалась природа, и первые птицы возвещали о начале нового дня. Черкасов привлек девушку к себе, и неземной поцелуй затуманил головы, на время унося в другой непохожий мир, где не было условностей, и ничто не могло помешать их единению.
Когда Джулия вошла домой, Николь проснулась. Потянувшись, она с любопытством посмотрела на вернувшуюся соседку и нетерпеливо спросила:
- Ну, как? Рассказывай!
- Ой, подруга, не знаю. Надо все обдумать, потом расскажу.
- Хотя бы скажи, где вы были, что делали, - глаза Николь горели нетерпеливым любопытством.
- Потом, потом.
- Не будь такой жестокой. Какой он?
- Странный.
- И все? - Николь обиженно отвернулась, всем своим видом показывая справедливое негодование.
Черкасову никто вопросов не задавал. Друзья давно привыкли к его ночным отлучкам.
На следующий день по школе распространились слухи о романе между Черкасовым и Джулией Брэдхем. На перемене Андрей Колосков и Дима Нилин предупредили Сергея, что Эмиль Боровски пообещал с ним разобраться. Он второй год добивался расположения королевы и искренне полагал, что в этом преуспевает.
Черкасову, казалось, было все равно:
- Молодец! Может еще на дуэль меня вызовет?
- Он - председатель молодежного комитета, его отец - большая шишка в Министерстве транспорта. С ним нельзя не считаться, - старался предупредить друга Колосков.
- Дрожу от страха!
После занятий Сергей нашел кабинет, где был Боровски и дождался, когда он выйдет. К счастью, в коридоре больше никого не было. Широко улыбаясь, Черкасов подошел к нему и весело спросил:
- Вы меня искали, господин Председатель?
- А, это ты. Послушай, щенок, или ты отстанешь от моей девушки, или мне придется набить тебе морду, - Боровски был выше Сергея и шире в плечах.
Черкасов резко выкинул вперед правую руку и схватил Эмиля за нос костяшками указательного и среднего пальцев. Затем медленно повернул кисть по часовой стрелке, и за ней повернулась голова Боровски. Тот испуганно пискнул и заверещал:
- Немедленно отпусти, ты оторвешь мне нос!
- Черкасов потянул руку вниз, и Эмилю пришлось сесть на корточки. Четко выговаривая каждое слово, тихим, спокойным голосом Черкасов не торопливо произнес:
- Во-первых, она не твоя девушка. Во-вторых, никогда больше меня так не называй. А в-третьих, лицо ты мне набить можешь, только духу-то хватит?
- Понял, понял. Все понял, отпусти.
Черкасов разжал фаланги, тряхнул кистью, вынул платок медленно вытер пальцы и удалился. Он прекрасно понимал, что это не сойдет ему с рук. Боровски, конечно, постыдиться признаться в случившемся, но будет искать любой другой повод для мести.
Школьные будни пошли своим чередом, и вскоре одно знаменательное событие должно было нарушить размеренный образ жизни курсантов. Через несколько дней после описанного свидания на космодром приземлился новый звездолет класса Н. Пока один из немногих построенных кораблей этого поколения. За его посадкой наблюдали почти все ученики. Привел звездолет недавний выпускник школы пилот-испытатель Максим Назаров.
Со следующего дня были назначены пробные полеты для старшекурсников. Надо было взлететь, облететь Землю и посадить корабль. Никаких осложнений не ожидалось. Все управление осуществлялось в автоматическом режиме. Будущим пилотам предлагалось только следить за показанием приборов. Первым подняться в небо должен был экипаж Сергея Черкасова - лучшего ученика школы. В назначенный день он выгладил форму, до блеска начистил обувь и вместе с Колосковым и Нилиным пришел на космодром. Оглядев собравшихся, он заметил, что собралась почти вся школа. Немного в стороне он заметил группу девушек, среди которых узнал Джулию. За прошедшие дни он ни разу с ней не виделся и сейчас лишь махнул рукой в ее сторону.
Андрей Колосков находился в приятном возбуждении.
- Новейший звездолет! И мы - первые, кто на нем полетит. Дима, ты что такой нерадостный? Сегодня-то мог бы изменить своему обычному настроению по такому случаю.
- Подумаешь. Пройдет немного времени, и он устареет, и новые пилоты поведут новые корабли.
- Вечно ты все испортишь. Хотя мой настрой тебе не уронить.
Черкасов не слушал перепалку друзей, его голова была занята другим. За завтраком он подсыпал ребятам снотворное, чтобы освободить их от ответственности. Наконец, они заняли свои места и получили разрешение на старт. Корабль слегка вздрогнул и мягко пошел вверх, преодолевая земное тяготение. Суперсложный механизм действовал сам по себе и не требовал вмешательства человека.
К тому времени, как они вышли на орбиту, колосков с Нилиным безуспешно боролись со сном. «Простите меня и спите спокойно. Я справлюсь», - думал Черкасов. Облетев Землю по орбите, звездолет пошел на посадку. Нилин с Колосковым крепко спали. Сергеем начало овладевать лихорадочное волнение, и, чтобы успокоиться, он обратился к себе: «Ты справишься. Ты знаешь об этом корабле все, с тех пор, как он только был спроектирован. Вряд ли кто-нибудь изучал его также тщательно. Пришло время проверить свои знания на практике».
Черкасов отключил автоматику и перевел корабль на ручное управление. Ход корабля сразу потерял плавность. Звездолет ощутимо тряхнуло, и корпус начал заметно вибрировать. Адреналин ударил в кровь, и по телу пробежала мелкая дрожь. Сергей поборол минутную слабость и целиком погрузился в управление. Он знал, что за посадкой будет наблюдать Джулия Брэдхем.
В это время в центре управления полетами возникла паника. Заметив, что автоматика отключена, диспетчер попытался связаться с кораблем, но безуспешно. Приборы показывали, что все системы корабля работают исправно, и главный диспетчер не понимал, почему отключилась автоматика, и экипаж не выходит на связь. Немного подумав, он обратился к начальнику космодрома. Еще через несколько минут информация была доложена директору школы. Тот, зная Черкасова, мгновенно разобрался в ситуации и объявил чрезвычайное положение. К космодрому немедленно прибыли пожарная команда и бригада скорой помощи. Всех зрителей удалили на как можно большее расстояние и для посадки очистили максимально возможную площадь. Вскоре звездолет появился в пределах видимости, неуверенно покачиваясь и подергиваясь, как лист березы на ветру.
В этот момент Джулия Брэдхем вспомнила, как Черкасов в шутку сказал, что во искупление своей вины в ее честь вручную совершит посадку на корабле класса Н. Слова, которым она тогда не придала никакого значения, сейчас приобрели пугающий и опасный смысл.
Звездолет медленно и неотвратимо приближался к Земле. Каким будет их соприкосновение? Справится ли молодой пилот с суперсложным механизмом или Судьба не примет его вызов, и чистое, ухоженное поле космодрома, впервые за много-много лет будет усыпано обломками разбитого корабля и помечено трагедией прерванных жизней?
Черкасов не имел права сомневаться в своем успехе. Внутреннее напряжение нарастало. Он целиком сконцентрировался на предстоящей посадке. Весь мир сузился до пределов командирской рубки, и он отключился от всех других мыслей. Уверенными движениями он направил звездолет точно на то место, с которого взлетел. Несмотря на внешнее спокойствие, он прекрасно понимал, что малейшая его ошибка приведет к непоправимой катастрофе.
Джулия следила за посадкой из-за пределов космодрома. Когда до Земли оставалось не более ста метров, она села на траву и прикрыла лицо ладонями, чтобы не видеть момента приземления.
- Николь, что там? - Тревожно спросила она у подруги, когда вокруг повисла гробовая тишина.
- Точно в яблочко!
В следующее мгновение космодром ожил. Кругом послышались возбужденные голоса, и директор школы поспешил к звездолету.