Глава 5

Май еще несколько секунд стоял посреди комнаты, смотря впереди себя на белую стену, на которой висела картина какого-то модного и очень дорогого художника, которую Кэтти приобрела на одном из многочисленных аукционов за бешеное количество бонусов. На ней был изображён треснувший круг, в центре которого образовалась дыра, из которой смотрел чей-то глаз. И этот немигающий глаз, и треснувший круг напомнил Маю то, положение, в котором он сейчас оказался: его желтый и такой беззаботный мир раскололся и дал трещину, потому что кто-то посторонний и враждебный бессовестно вторгся в него, наблюдая за каждым шагом. И никуда нельзя было укрыться от него, яростного, злого и беспощадного.
Из этого созерцательного состояния его вывел телефонный звонок. На дисплее вновь высветилось имя «Кэтти». Какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что не стоит отвечать на этот звонок и, что телефон сейчас является одним из предметов, которые могут быть источником опасности.
Он уверенным, но не быстрым шагом вошел в гостиную и увидел встревоженное лицо Лизы:
- Только что по телевизору передали, что все центральные дороги в резервации перекрыты, а с 24.00 начнется комендантский час.
Май посмотрел на экран, занимавший почти полстены, взял со столика пульт и прибавил звук, голос диктора был сух, а лицо не выражало никаких эмоций:
«…к нам в студию поступили срочные новости: официальное информационное агентство «Гермес» сообщает о том, что сегодня боевиками сопротивления были нарушены границы сразу нескольких резерваций, которые имеют стратегическое значение для нашей планеты. Службами безопасности и специальными подразделениями успешно были проведены специальные операции по нейтрализации диверсионных групп сопротивления, а также были установлены, задержаны и нейтрализованы личности, которые были причастны к вооруженным провокациям. Эти люди были завербованы сопротивлением и занимали влиятельные должности в оборонной системе. Их имена не разглашаются в интересах следствия, но в скором времени будут обнародованы и преданы суду…»
Май нажал на кнопку пульта от телевизора и экран на стене погас. В его голове уже сложился чёткий алгоритм действий, и он понимал, то время идет на минуты и промедление может означать только одно – смерть в застенках айленда.
- Лиза, - Он подошел к девушке, сидящей в кресле, присел перед ней на корточки, положил руки на подлокотники и, глядя в глаза, произнес – нам немедленно нужно уходить. Я не могу объяснить всего сейчас, но это касается твоего отца. Прошу, доверься мне. А сейчас нужно уходить, немедленно! Никому не звони, в свою квартиру тебе возвращаться нельзя – это опасно. Я сейчас соберу все необходимое и будем выбираться отсюда.
- Май, что происходит? Я должна знать! Что моими родителями? Почему мы должны куда-то идти с вами? – Лиза встала с кресла и скрестила руки на груди.
С улицы послышался звук полицейских сирен. Май подошел к окну и посмотрел вниз. К их дому с разных сторон приближалась целая кавалькада машин, состоящая полиции и специальных подразделений.
- Чёрт! Надо спешить! Если хочешь, оставайся здесь или иди к себе, а мне еще жизнь дорога!
Май ринулся в спальную. На стене висела одна из картин, отодвинув ее в сторону, его глазам открылся сейф, в котором находился электронный паспорт на другое имя, расчетная карта и пистолет. Каждый трэйтор, такого ранга как он, имел право на охрану и хранение огнестрельного оружия. И сейчас он был благодарен за это тем, кто назначил его на эту службу. Быстрым движением руки он сгреб содержимое в небольшую сумку. Взяв пистолет в руки, проверил обойму и на всякий случай, передернул затвор. В небольшом шкафу, предназначенном для одежды, взял самое необходимое: пару сменных футболок, нижнее белье, пару штанов. Скинув с себя халат, надел черные, армейского покроя штаны, черную футболку, а сверху – лёгкую кожаную куртку. Его и без того брутальный образ дополнили берцы, футболка плотно обегала тело, подчёркивая мышцы грудной клетки и крепкий торс. Он посмотрел в зеркало – сейчас он вполне мог сойти за одного из силовиков. Так будет проще раствориться среди тех, кто уже взял в оцепление почти всю территорию дома.
Май перекинул сумку через плечо, вышел в гостиную, быстрым и сильным движением руки взял Лизу под локоть и повел к окну:
- Смотри – Он показал ей пальцем вниз на, уже подъезжающие к дому, машины – это за тобой и за мной! Через десять-пятнадцать минут они будут прочесывать каждую квартиру и этаж, сверху-вниз, чтобы исключить попытку побега с крыши здания. Ты можешь остаться, но, поверь, твой единственный шанс выжить – пойти со мной. Я и сам не совсем понимаю, что происходит, но все это происходит из-за твоего отца. И на его помощь мы рассчитывать не можем. Только на себя. Ты идешь или остаешься?
Май посмотрел ей в глаза, но Лиза не отвела своих глаз:
- Я с тобой.
- Хорошо. Тогда слушай и делай то, что я скажу. Поняла?
Девушка, молча, кивнула головой в знак согласия.
Они выждали еще несколько минут пока полицейские машины и машины специальных подразделений не подъехали к дому и силовики, не стали заходить в подъезды, оставляя на улице лишь координаторов и автозаки.
- Пошли.
Май и Лиза вышли на лестничную площадку. Дом состоял из двадцати пяти этажей, они были на семнадцатом. Это давало им небольшую фору, в их распоряжении было минут десять. Время было позднее, большинство жильцов уже готовились ко сну. Это был элитный дом, поэтому и особой шумихи с выбитыми дверьми и блокировкой лестниц не планировалось. Только методичный обход квартир, установление личности жильцов и максимально тихое препровождение тех, кто нужен в автозаки. Май не раз наблюдал подобную процедуру по телевизору. Силовики действовали строго по одному и тому же механизму. Более того, раз в полгода такие операции проводились под предлогом простой проверки или учебной тревоги, поэтому он рассчитывал на то, что и в этот раз ничего не изменится в механизме действия.
Они медленно начали спускаться по запасной пожарной лестнице, специальный идентификационный магнит на брелоке Мая позволял ее открыть на любом этаже. Это тоже считалось определенным уровнем доступа и показателем того, что его магнит не заблокирован, а это значит, что главная цель – это Лиза, а он, по крайней мере пока, входит только в круг людей, который требует дополнительной проверки.
На счёт поймать такси до «Чёрного дракона», Мак явно погорячился, так как квартал был практически полностью оцеплен полицией, поэтому, спустившись незамеченными по пожарной лестнице, Маю и Лизе пришлось узкими проулками пробираться мимо оцепления. Практически в кромешной тьме, только изредка нарушаемой тусклым светом уличных фонарей и полусонных окон домов, которые находились на первых этажах, они вышли на плохо освещённый перекрёсток. Чуть поодаль, на их счастье, стояло такси, но, как оказалось, уговорить водителя доставить их к «Черному дракону» оказалось не просто. Бар находился в одном из самых злачных районов резервации куда опасались наведываться даже стражи порядка. Поэтому для того, чтобы уговорить таксиста, Май пообещал таксисту заплатить по тройному тарифу и то с условием, что он остановит машину на границе злополучного района, объяснив на словах, где находится, интересующее их заведение.
Им ничего не оставалось делать, как согласиться. Время шло и приближался объявленный комендантский час, а их главной задачей было выбраться из города до того, как он начнётся.
Как и было обещано, Май оплатил за проезд не в три, а даже в четыре раза больше с одни условием, что у водителя, если его кто-то спросит о том, подвозил ли он кого-то, похожих на них по описанию людей, то у того начнётся резкий приступ амнезии. Таксист, в свою очередь, как и обещал, объяснил Маю, как пройти к бару «Чёрный дракон» - на том и попрощались.
Пока они ехали в такси, тишину в машине нарушала только негромкая музыка. Каждый из пассажиров блуждал в своих мыслях, как в темноте, которая всё сильнее опускалась на город, омывая его дождём.
Так же молча они шли по тому маршруту, который должен был привести к пункту их назначения. Нарушил её только Май, когда на одной стороне улицы справа от них они не увидели заветную яркую надпись над входом в заведение, которое представляло собой одноэтажную постройку: «Чёрный дракон».
- Подожди меня здесь, я скоро вернусь – сказал Май, обращаясь к Лизе.
Дождь уже перестал и Май только сейчас обратил внимание, как красиво ниспадают на плечи её мокрые вьющиеся волосы, из-под красивых длинных ресниц на него смотрели ярко-голубые глаза, полные решимости:
- Нет, я пойду с тобой.
Он не стал возражать, взял её руку в свою, и они направились ко входу в заведение. Но, чем ближе они подходили к нему, тем больше их одолевали сомнения, что в нём вообще кто-то есть. Вокруг царила полная тишина, если не считать кошек, которые лазали по мусорным бакам в переулках. Свет ночного фонаря освещал вход, который казался мёртвым: ни звука, ни движения, ни света в окнах бара, ни звуков музыки, как это обычно бывает в такое время, ни полупьяных клиентов, которые вышли на свежий воздух в поисках сигарет или такси, чтобы добраться домой. Никого.
Чтобы убедиться в своих опасениях, Май несколько раз со всей силы дернул ручку входной двери на себя – закрыто. Несколько раз внимательно всмотрелся в стеклянные окна бара – только над стойкой тускло горели огни, никакого движения внутри.
После еще нескольких попыток открыть дверь, которые, конечно, не увенчались успехом, Май решил проверить запасной вход в заведение, понимая, что Мак ни за что на свете не направил бы его по ложному адресу. Май и Лиза, зайдя за угол строения, в котором находился бар, увидели чёрный вход, над которым тускло горела маленькая лампочка, но этого хватило для того, чтобы увидеть приоткрытую дверь в «Чёрный дракон». Май понимал, что другого выхода всё равно нет, и зайти внутрь все-таки придётся, поэтому, достав пистолет из кармана куртки и сняв его с предохранителя, он, отпустив руку Лизы аккуратно направился к двери, держа оружие наготове.