Сотвори себя заново. Глава 2, параграф 2. 2

2.2. История Персефоны: миф о похищенной душе

Нередко человеку кажется, что он потерял важную часть себя или всего себя  целиком.
Не просто настроение, не просто уверенность или жизненные ориентиры. А нечто гораздо более важное. Словно исчезла самая главная его часть, которая раньше наполняла жизнь смыслом, светом и ощущением присутствия.
В такие моменты люди говорят: «Я не узнаю себя», «Я чувствую себя потерянным», «Словно настоящая я куда-то исчезла», «Будто половина меня осталась в прошлом».

Подобные переживания знакомы людям уже тысячи лет. Возможно, именно поэтому практически во всех культурах существуют мифы о потере души, спуске в тёмный мир – в ад – и последующем возвращении к свету.

Одним из самых глубоких мифов этого рода является трагическая история Персефоны.
На первый взгляд, это ещё одна древнегреческая легенда о богах и их запутанных взаимоотношениях. Но если присмотреться внимательнее, станет понятно - в ней речь идёт о каждом из нас:

Как-то прекрасным безоблачным утром юная Персефона вместе со своими подругами-океанидами (дочерями Океана и Тефиды) собирала цветы на залитом солнцем лугу в цветущей Ниссейской долине, на берегу Саронического залива. Она была молода, красива, свободна и счастлива. Мир вокруг казался ей безопасным и добрым.
Но властитель подземного царства мрачный Аид, прельстившись красотой и юностью Персефоны решил похитить её. Чтобы завлечь Персефону, Аид убедил богиню Земли Гею вырастить невиданный доселе цветок. Гея согласилась, и вскоре в Ниссейской долине распустился чудесный цветок – и его аромат разлился далеко вокруг.
Привлечённая дивным ароматом, Персефона отыскала цветок и, увидев его, протянула руку, чтобы сорвать это чудо.
Но стоило ей только обломить его стебель, как земля разверзлась – и в золотой колеснице, запряжённой чёрными конями, появился владыка царства мёртвых Аид – он схватил юную красавицу Персефону, и тотчас скрылся с ней под землёй.
Персефона успела лишь вскрикнуть от ужаса, но никто, кроме Гелиоса, бога Солнца, не увидел преступления мрачного Аида.
В одно мгновение прежняя жизнь Персефоны закончилась: солнце для неё погасло, знакомый мир канул в небытие, все родные и близкие остались позади.
Исчезла и сама Персефона – та, которую знали окружающие.

В каждой человеческой жизни происходят трагедии – невозможно прожить без утрат,  без потерь, без боли.   

Так начинается этот миф.
Но так часто начинается и любая человеческая травма:
Человек живёт своей жизнью, любит, надеется, строит планы, верит людям и будущему. А затем происходит событие, которое разрубает, разрывает жизнь на «до» и «после».
Смерть любимого человека.
Развод.
Предательство.
Тяжёлая болезнь.
Насилие.
Утрата дома.
Крах карьеры.

Каждый из нас может назвать собственный момент, когда земля внезапно разверзлась, неожиданно ушла из-под ног.
Подобно Персефоне, мы оказываемся в мрачном мире теней, который не выбирали.
В мире боли.
В мире страха.
В мире одиночества.

И первое, что происходит с душой в такие моменты, – это ощущение похищения:
Человек не принимает решение стать другим – изменения происходят помимо его воли.
Вчера ему было легко радоваться – сегодня радость кажется недоступной.
Вчера он доверял людям – сегодня подозревает всех и каждого.
Вчера строил планы – сегодня едва находит силы подняться утром с постели.

Старая личность словно исчезает, растворяется в небытии. А сам человек оказывается в мрачном мире теней.
Именно поэтому многие люди, пережившие тяжёлые события, говорят о себе как о двух разных личностях: о том, кто был до травмы. И о том, кто появился после неё.

Но миф о Персефоне содержит удивительно важную мысль: подземный мир, мир мёртвых, мир теней оказывается не только местом страдания.
Он становится местом превращения.

Когда случается несчастье, когда нас охватывает боль, нам кажется, что жизнь остановилась, что ничего хорошего в происходящем с нами нет и быть не может.

Но душа живёт по своим законам – она умеет совершать работу, скрытую от глаз.
Семя, лежащее под землёй, выглядит мёртвым. Однако именно в темноте, в мрачном мире теней начинается подготовка к будущему росту.

Так и в человеческой жизни:
Самые глубокие, самые важные изменения часто происходят не в периоды благополучия, а в периоды кризиса, после жизненных катастроф.

Это не значит, конечно, что страдание стоит романтизировать.
Потеря остаётся потерей, часто необратимой, невозвратной.
Предательство остаётся предательством.
Боль остаётся болью.

Но человек способен вынести из своего подземного мира нечто большее, чем кровоточащие раны.
Он может вынести новое понимание себя.

В начале мифа Персефона была дочерью Деметры, богини плодородия, и подругой океанид – юной девушкой, живущей под защитой матери.

После возвращения из мира мёртвых Персефона становится царицей подземного мира.
Она уже не та, что прежде.
Её путешествие в царство теней изменило её навсегда.

Именно здесь скрывается один из главных парадоксов исцеления:
Мы очень хотим вернуть себя прежнего – того, кем были до катастрофы.
До утраты.
До крушения надежд.
До разочарования.
До боли.

Но жизнь не позволит вернуться назад.
И потому исцеление не означает восстановление старой версии твоей личности.
Исцеление означает рождение личности новой.

Персефона не возвращается на луг прежней девочкой.
Она возвращается иной – царицей, замужней женщиной, владычицей царства мёртвых.
Более сильной.
Более глубокой.
Более осознанной.

Точно так же происходит и с нами – с каждым из нас.
После серьёзного жизненного кризиса человек уже не может смотреть на мир прежними глазами.
Он знает о мире больше.
Знает о себе больше.
Знает цену любви, времени, доверию и хрупкости человеческой жизни.

Иногда эта мудрость достаётся слишком дорого.
Но именно она помогает душе стать более зрелой.

В мифе о Персефоне есть ещё один важный урок – свобода воли в плену. Прежде чем покинуть царство Аида по велению Зевса, Персефона, не бравшая в рот ни крошки в течение всего срока своего заточения, вдруг съедает несколько зёрен граната – три по одной из версий, семь по другой. Знала ли Персефона, что в мире мёртвых ничего нельзя есть? Конечно знала, потому и не брала в рот ни крошки прежде. И вдруг у самой лодки Харона, готового перевезти Персефону обратно по реке Стикс в царство живых, Персефона съедает зерна граната, обрекая себя на возвращение в царство Аида.


И теперь по велению Зевса, Персефона каждый год проводит треть времени в подземном царстве с Аидом – и на земле воцаряется зима, а потом Персефона возвращается к свету и солнцу и две трети года проводит на земле в мире живых со своей матерью Деметрой – и на земле воцаряется тепло: весна, лето и осень.

Образ Персефоны удивительно точно отражает процесс внутреннего восстановления.
Многие люди ожидают, что исцеление произойдёт однажды и навсегда.
Они говорят:
«Зачем я снова думаю об этом?»
«Почему мне опять больно при воспоминании о былом?»
«Неужели мне так и не оправиться?»

Но душа исцеляется не по прямой линии – из пункта А до пункта В.
Пережив беду, мы порой снова чувствуем себя сильными и полными жизни.
А иногда вновь погружаемся в тень воспоминаний.

Иногда нам кажется, что всё уже позади.
А потом неожиданно возвращается старая боль.
Но это – не признак слабости.
Это – естественное движение внутренней жизни:
Зима сменяет весну.
Ночь сменяет день.
Тень сменяется светом.

И душа постепенно учится существовать и там, и там.
Настоящее исцеление начинается тогда, когда человек перестаёт воевать со своим подземным миром – миром мёртвых.
Когда перестаёт стыдиться собственной боли.
Когда позволяет себе признать: «Да, это произошло со мной», «Да, мне было страшно», «Да, я потерял часть себя».
Но тут же добавляет: «И всё же я продолжаю жить», «Я продолжаю искать свет», «Я продолжаю возвращаться к себе».

Возможно, именно в этом состоит главный урок Персефоны:
Наша душа не по своей воле попадает в мир потерь, разочарований и тьмы.
Наше счастье может надолго исчезнуть из поля зрения.
Может показаться, что свет утрачен навсегда.

Но даже в самые тяжёлые периоды жизни внутри нас остаётся способность к возвращению.
Совсем не быстро.
И вовсе не легко.
Еле-еле.
Иногда почти незаметно.
С трудом.
По чуть-чуть.
Шаг за шагом.
Но главное – возвращение возможно. Оно необходимо. Оно непременно должно случиться.

И однажды человек обнаруживает, что свет, который он так долго искал снаружи, всё это время хранился внутри него самого.
И подобно Персефоне, человек выходит из своего подземного мира уже другим, более зрелым.
Не невредимым.
Не прежним.
Но более цельным. Более сильным.
Потому что теперь он знает: настоящая сила души рождается не тогда, когда мы избегаем тьмы, а тогда, когда находим дорогу обратно к свету.