Главная отличительная черта современной литературы

...или даже, может быть, шире - современного искусства - пошлость при отчаянном стремлении к оригинальности. Так подумалось при чтении двух первых рассказов из сборника Жауме Кабре "Когда наступит тьма" ("Мужчины не плачут" и "За деньги"). В первом после самоубийства жены (дело темное, причины остаются неизвестны, как и то, было ли это действительно самоубийство) мужчина бросает ребенка в сиротском приюте (со словами "мужчины не плачут"). В приюте персонал сплошь (за исключением одной) равнодушные, садисты (ну а как еще?), педофилы (что ли, бывает по-другому?), причем педерастического толка (естественно!.. гм, то есть... а впрочем, теперь уже естественно). Христос с дежурным равнодушием глядит на муки детей со Своего распятия. Выросший среди жестокости и зла ребенок становится каким? Жестоким и злым, разумеется. Что он делает, оказавшись на свободе? Мстит своим обидчикам. Ну, типа, что посеяли, то и пожали, он убивает своего отца, твердо помня, что мужчины не плачут. Второй рассказ представляет исповедь киллера-эстета священнику, которого ему заказали. Можно ли представить себе что-либо более затасканное сегодня, чем образ убийцы с эстетическими наклонностями, совершенно лишенного этой, как ее, эмпатии по отношению к своим жертвам? Была у меня слабая надежда, что это хотя бы не старая песня на новый лад про разбойника, купившего у попа индульгенцию перед тем, как его ограбить, но Кабре не подвел... то есть подвел... то есть... ах, с этим постмодернизмом никогда ничего не знаешь наверняка!
Пошлость Кабре - нарочитая, показная, и в этом я усматриваю то самое отчаянное стремление к оригинальности; но в конце концов, пошлость, она и есть пошлость.