Действие сценическое. Топологическое тождество

Топологическое тождество действия при морфологическом различии форм

Здесь понятие инварианта получает, пожалуй, наиболее прямое применение.

Если два действия внешне различаются — по движению, речи, темпу, пространству, пластике, эмоциональной окраске, способу воздействия, — возникает вопрос:

На каком основании мы всё-таки можем утверждать, что осуществляется одно и то же действие?

Ответ морфологии недостаточен. Формы различны.

Значит, тождество следует искать на другом уровне — в сохраняющейся топологии действия.

Морфологическое различие

Пусть в одном случае актёр пытается остановить партнёра:

словом.

В другом — физическим приближением.

В третьем — молчанием.

В четвёртом — уходом в противоположную сторону.

В пятом — неожиданным согласием.

Морфологически перед нами пять совершенно разных способов.

Если определять действие по форме, пришлось бы признать пять различных действий.

Но театральная практика позволяет утверждать обратное: радикально различные способы способны принадлежать одному действию.

Тогда возникает вопрос:

Что делает их одним?

Тождество переносится с формы на связность

В предлагаемой модели тождество обеспечивает не повторяемость внешнего способа, а сохранение некоторой структуры отношений.

Сохраняются, например:

сценический субъект;

функционально тот же ещё не полученный результат;

принадлежность направленности этому субъекту;

значимость другого относительно результата;

критерий завершения;

причинная открытость действия изменениям происходящего.

При этом конкретная телесность может радикально перестраиваться.

Следовательно:

морфология различается, топология сохраняется.

И именно это позволяет говорить о тождестве действия.

Инвариант получает буквальный смысл

Формула «удерживаемая незавершённая направленность» здесь может быть понята уже не только философски.

Она претендует на обозначение того, что сохраняется через последовательность преобразований.

Меняется:

способ;

жест;

ритм;

темп;

интонация;

дистанция;

телесная конфигурация.

Но пока сохраняется определённая незавершённая направленность, эти преобразования могут принадлежать одному действию.

Поэтому можно предложить рабочую формулу:

Топологическое тождество действия — сохранение инвариантной структуры причинных отношений при морфологическом преобразовании способов её телесного осуществления.

Передел становится доказательным случаем

Передел особенно важен потому, что в нём морфологическое различие появляется внутри одного продолжающегося действия.

Прежний способ стал недостаточным.

Возник новый.

Если одновременно сохраняется та же направленность к тому же функциональному результату, мы получаем почти лабораторный случай:

форма до передела ; форма после передела;

но

действие до передела = действие после передела.

Именно знак этого равенства требует объяснения.

Топологическая модель отвечает:

сохранилась структура связности, обеспечивающая тождество действия.

Но не всякое изменение формы является переделом

Актёр может менять:

интонации;

жесты;

темп;

позиции;

эмоциональные краски

просто ради разнообразия.

Морфология изменилась.

Но причинного передела не произошло.

Поэтому морфологическое различие само по себе не доказывает живого действия.

Необходимо установить:

почему возникла новая форма?

Если она возникла вследствие изменения ситуации относительно ещё не полученного результата, изменение принадлежит топологии действия.

Если она возникла из решения актёра «сделать иначе», перед нами может быть лишь морфологическая вариативность.

И обратное: морфологическое тождество не гарантирует топологического

Это ещё важнее.

Два исполнения могут выглядеть совершенно одинаково.

Тот же жест.

Та же пауза.

Та же реплика.

Тот же поворот головы.

Но в первом случае форма возникла вследствие изменения результата.

Во втором — потому что актёр знает, что после данной реплики положено сделать именно это.

Морфология совпадает.

Топология различается.

Следовательно:

морфологическое тождество не является доказательством тождества действия.

И наоборот:

морфологическое различие не является доказательством различия действий.

Это одно из центральных следствий топологического подхода.

Ритуал показывает предельный случай

Ритуал способен максимально сохранить морфологию прежнего действия.

Всё остаётся на месте.

Но меняется то, что удерживается.

При действии сохраняется направленность, а форма может изменяться.

При ритуальной организации сохраняется структура формы, а зависимость от актуального результата может ослабнуть или исчезнуть.

Получается почти зеркальное отношение:

действие сохраняет топологию посредством морфологических изменений; ритуал способен сохранять морфологию посредством замены топологии.

Именно поэтому ритуал является настолько сильным контрпримером для любой теории, пытающейся определять действие по форме.

Топологическая эквивалентность действий

Если начать осторожную формализацию, можно ввести отношение эквивалентности.

Пусть имеются два конкретных осуществления:

A_1 и A_2.

Мы можем условно писать:

A_1 \sim A_2

если при всех морфологических различиях они сохраняют одну и ту же инвариантную структуру действия.

Тогда множество очень разных сценических форм может образовать класс топологически эквивалентных реализаций одного действия.

Но здесь нужна строгость: это пока не математическая топология в полном смысле. Чтобы термин стал формальным, необходимо определить элементы системы, типы связей и допустимые преобразования.

Допустимое преобразование становится центральным понятием

Какие изменения можно произвести, не уничтожив тождество действия?

Можно ли убрать речь?

Изменить темп в десять раз?

Поменять расстояние?

Запретить привычное движение?

Перенести действие из реалистической формы в условную?

Заменить один способ противоположным?

Если после преобразования сохраняется инвариантная структура, преобразование относится к морфологии.

Но если изменили принадлежность результата, критерий завершения или центральную направленность и получили уже иную систему — изменена топология.

Так появляется граница:

морфологическое преобразование изменяет способ существования действия; топологическое преобразование изменяет само тождество действия.

Это даёт новое определение одного и того же действия

До сих пор «одно действие» легко определять семантически:

«он всё время хочет удержать её».

Но этого мало.

Актёр может всё время знать эту формулировку и при этом переходить в ритуальное воспроизведение.

Топологически строже:

одно действие продолжается постольку, поскольку через изменение его телесных способов сохраняется одна и та же незавершённая причинная организация относительно функционального результата.

Тождество здесь не словесное.

Оно процессуальное.

Возникает интересная проблема границы

Когда передел всё ещё принадлежит одному действию, а когда начинается другое?

Допустим, человек добивался:

чтобы партнёр остался.

Получил окончательный отказ.

Теперь начинает добиваться:

чтобы партнёр пожалел о своём уходе.

Формально тот же партнёр, тот же эпизод, даже некоторые способы могут продолжаться.

Но центральный результат изменился.

Следовательно, произошло не просто морфологическое преобразование.

Изменилась структура направленности.

Мы имеем основание предположить топологическую смену действия.

Таким образом, топология позволяет искать момент рождения нового действия без привязки к смене внешней формы.

Тело становится носителем множества морфологий одного действия

Это существенно меняет понимание телесности.

Тело не обязано сохранять найденную форму, чтобы сохранять действие.

Напротив, если происходящее действительно изменяет условия достижения результата, тело должно иметь возможность переходить между различными морфологическими состояниями.

Поэтому профессиональная свобода актёра может быть определена не как свобода «делать что угодно», а как:

способность к морфологической вариативности при сохранении топологического тождества действия.

Это значительно строже.

Станиславский здесь получает новое прочтение

Метод физических действий можно рассматривать именно как практическую территорию такого перехода.

Физический способ должен быть конкретен.

Но он не должен становиться самим действием.

Как только найденная форма отождествляется с действием, возникает риск ритуализации.

Если же форма остаётся зависимой от инварианта, она может изменяться, сохраняя действие.

Тогда метод физических действий оказывается способом морфологически осуществлять топологически устойчивое действие.

Две науки здесь окончательно различаются

Наука об инварианте спрашивает:

Почему формы F_1,F_2,F_3 всё ещё являются одним действием?

Наука о форме спрашивает:

Как именно F_1 превращается в F_2, сохраняя тождество действия?

Первой принадлежит понятие топологического тождества.

Второй — морфологического различия.

Передел находится между ними.

Эксперимент становится почти очевидным

Можно задать одному и тому же сценическому субъекту один функциональный результат и последовательно запрещать привычные способы его достижения.

Нельзя говорить.

Потом нельзя приближаться.

Потом нельзя касаться.

Потом изменяется пространство.

Потом меняется способ ответа партнёра.

Если при радикальном разрушении привычной морфологии действие сохраняет узнаваемую причинную структуру и производит новые формы, это станет аргументом в пользу топологического тождества.

Затем можно провести обратный опыт:

максимально сохранить форму, но лишить результат реальной причинной функции.

Если форма остаётся, а структура действия исчезает, различение становится ещё сильнее.

Главная формула

Топологическое тождество действия при морфологическом различии форм означает, что одно и то же действие сценическое способно получать принципиально различные телесные, речевые, пространственные и временные формы, пока сохраняется инвариантная структура его незавершённой причинной направленности. Морфология отвечает на вопрос «как существует действие сейчас?», топология — «почему через все эти изменения оно остаётся тем же действием?».

И отсюда возникает, возможно, одна из наиболее ёмких формул всей системы:

То же действие не обязано выглядеть так же.
То же самое внешнее действие не обязано быть тем же действием.

Именно между этими двумя утверждениями располагается различие морфологической формы и топологического тождества.

Если оно выдержит экспериментальную проверку, появляется очень сильный принцип для возможной науки о действии сценическом:

тождество действия следует устанавливать не по сходству его форм, а по сохранению структуры связности, которая способна порождать различающиеся формы как преобразования одного и того же незавершённого процесса.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации.