Невидимый груз

В бункере пахло сырым бетоном и старым кофе. Полковник Доренко водил карандашом по карте, разлинованной красными овалами зон поражения.
- Дрону хватит трёх часов. Если метеосводка не врёт - ветер ровный, северо-восточный.
Майор Воронко молча смотрел на монитор телеметрии. Беспилотник уже стоял на пусковой - серый угловатый  с размахом крыльев 12  метров. Под брюхом, за герметичной панелью, таились три контейнера с ампулами: чума, холера, жёлтая лихорадка. «Три всадника», как мрачно пошутил эпидемиолог из биолаборатории. Шутка не прижилась.
- Риск осознаёте? - Доренко поднял глаза. - В случае перехвата - мы не имеем к этому отношения. Контейнеры без маркировки, дрон собран из типовых узлов. Если упадёт у них - это их разработка, вышедшая из-под контроля. Легенда проработана. Всё, что от вас требуется, - довести аппарат до точки и активировать распылитель.
Воронко вспомнил, как их группу вакцинировали неделю назад. Врач в штатском, не представившийся, вводил сыворотки одну за другой, приговаривая: «Защита полная, можете купаться в культуре». Рука до сих пор ныла. Но лёгкий холодок всё равно пробегал по коже каждый раз, когда он касался загерметизированных боксов.
Запуск назначили на предрассветный час, когда туман плотно лежал в низинах. Дрон бесшумно скользнул в небо, сразу взяв курс на восток. Сто метров - ниже облаков, выше крон деревьев. Режим радиомолчания, маршрут проложен над лесными массивами, чтобы минимизировать риск обнаружения. Над целью распылитель включится автоматически и выпустит аэрозольное облако, которое осядет на казармы, рынки, водозаборы. Коварство простейшее: быстрота действия и высокая летальность породят панику, которая пожрёт врага изнутри быстрее огня.
Воронко следил за точкой на экране. Час полёта прошёл штатно. Двигатель работал ровно, курс корректировался по спутнику. Ещё сорок минут - и борт перейдёт в зону устойчивой связи, откуда он даст команду на подрыв замков контейнеров.
Внезапно точка мигнула и погасла.
- Потеря телеметрии, - сухо доложил техник. - Пытаюсь восстановить.
Тишина в бункере стала вязкой. Секунды тянулись вечность. Воронко представил, как дрон цепляет крылом верхушки сосен, переворачивается, падает. Контейнеры разбиваются - или, что хуже, остаются целыми. Ветер на высоте мог измениться, и смертоносная начинка ляжет на ничейную землю, откуда её понесёт в любую сторону.
- Связи нет, - голос техника дрогнул. - Последний пакет данных - резкое снижение, отказ двигателя. Координаты падения в трёх километрах от цели, на вражеской территории.
Доренко выругался сквозь зубы. Приказал поднять каналы разведки. Через час пришёл доклад: в квадрате падения замечено активное передвижение вражеских подразделений. Судя по косвенным признакам, они что-то нашли и оцепили район.
Воронко  сидел перед погасшим монитором. Холодок, о котором говорилось в инструктаже, превратился в ледяной ком. Мысль, что ампулы с чумой и холерой теперь не сгорели, не разбились, а лежат в лаборатории противника, заставляла сердце биться глухо и часто. Враг понял, что это. Враг может изучить, воспроизвести, модифицировать. Или - вернуть обратно с тем же самым примитивным дроном, только с другой программой полёта.
Легенда о «разработке, вышедшей из-под контроля» теперь работала против них. Если через месяц в собственных тылах вспыхнет эпидемия - кто докажет, что это не их же оружие вернулось бумерангом?
Война всегда размывала границы допустимого. Но сегодня они перешли ту черту, за которой привычные правила уже не действуют. Невидимый убийца, выпущенный на волю, не различает своих и чужих. И самая страшная игра на грани только начиналась - игра, в которой следующий ход мог сделать уже противник.
Оставалось только ждать. И надеяться, что чума выберет правильный адрес.