Двадцать пять лет спустя

Через 25 лет после окончания школы Сергей приехал в родной город. Он покинул его сразу после школы, поехав в Москву поступать в институт. А через пару лет его родители перебрались в ближнее Подмосковье, и Сергея с городом больше ничего не связывало.

Но по прошествии двух десятков лет он стал испытывать ностальгию. И когда он оказался в командировке недалеко (в двух часах езды) от родного города, то решил на обратном пути заехать и посмотреть.

Ни с кем из одноклассников и других знакомых времён своего детства он не поддерживал отношения. Поэтому Сергей решил просто зайти в свою школу – вдруг застанет кого-то из прежних учителей.

Ему повезло. Тут же в школьном вестибюле он увидел знакомое лицо. Сергей не сразу понял, кто перед ним, но, вглядевшись, узнал. Это была его одноклассница Таня. За 25 лет она изменилась, но не так сильно, чтобы её нельзя было узнать.

— Таня! — воскликнул он и подбежал к ней.

Но Сергей изменился сильнее, к тому же был с бородой, и Таня его не узнала. Но когда он представился, она обрадовалась:

— Серёжка, как здорово! Мы ведь не виделись с выпускного! Я ничего про тебя не знаю. Ты откуда?
— Из Москвы.
— Здорово! А я здесь работаю училкой. Но я уже заканчиваю. Пойдём ко мне и пообщаемся.

*

Таня жила всё в том же доме, в десяти минутах ходьбы от школы. У неё была двухкомнатная квартира, но она в это время жила в ней одна. Сын служил в армии, с мужем она развелась. Это то, что она успела рассказать Сергею по дороге.

— А ты про кого-нибудь из наших знаешь?
— Конечно. Но не про всех.

Она достала выпускной альбом.

— Вот какими мы были! Ты помнишь одноклассников?
— Помню.
— Смотри. Вот Дима, он женился на Свете. Я с ними иногда встречаюсь, чаще с Димой. Он – врач-гинеколог, работает в нашей поликлинике. Он меня периодически осматривает, и спиральку он мне поставил. А Света – медсестра, но она работает в другой поликлинике. У них двое детей.

Таня, не смущаясь, выдавала интимные подробности. Она как-то быстро прониклась доверием к мужчине, с которым проучилась вместе 10 лет, но потом не виделась 25.

— Занятно. Меня всегда интересовало, как гинеколог относится к женщинам, в том числе и к своей жене.
— Я, кстати, его спрашивала. Говорит, что когда женщина сидит в гинекологическом кресле, он забывает, кто она ему. Видит только внутренности. У него наблюдаются еще несколько наших девчонок. И, кстати, помнишь нашу географичку, Веру Васильевну? Когда мы кончали школу, ей было 25 лет, она почти сразу ушла в декрет. А потом она захотела второго ребенка, и Дима её вел. Представляешь, как забавно: ученик осматривает влагалище своей учительницы?! Димка, кстати, мне признавался, что изменял Светке, и она ему изменяла. Медики – такая рискованная профессия. Но потом они остепенились и теперь верны друг другу. Вполне счастливая пара.
Вот ещё одна пара у нас – Миша и Ольга. У них тоже двое детей, и они хорошо живут вместе. Миша работает главным энергетиком на заводе, Ольга – воспитателем в детском саду.

Таня вдруг засмеялась:

— Помнишь, как вы пытались подглядывать в физкультурной раздевалке? А мы, дурочки, визжали и закрывались. А надо было соблазнять одноклассников и выходить замуж за них – как Света и Ольга. Самые крепкие пары. В параллельном классе тоже есть такая пара. И у моих учеников так же.
Про кого ещё знаю? Толя стал военным, дослужился пока до майора. Он обычно в отпуск приезжает, родители живут здесь. У Маши трое детей от трёх мужей. У третьего мужа какой-то небольшой бизнес. Валера десять лет назад приезжал из Москвы, ночевал у меня. Он журналист, у него жена и двое детей.

Таня отложила альбом и пошла на кухню готовить ужин. Сергей пошёл за ней и стал ей помогать. Таня начала, не стесняясь, рассказывать о себе, о своей личной жизни.

*

Я росла с братом, Димой. Он меня на три года старше. Мы жили в этой же двушке, так что мы с Димой занимали одну комнату. Разделили её шкафом на две части и так жили.

Я Диму и папу особенно не стеснялась. Пока была маленькая, бегала голышом, потом (лет в 7–8) стала ходить по квартире в трусиках. Папа и Дима тоже в жаркое время ходили в трусах. Даже когда у меня начала расти грудь, я её не стеснялась и лифчик дома не надевала.

Дима всегда любил рисовать и фотографировать, но в 16 лет он увлекся живописью и рисунком по-настоящему. Его стали учить, в том числе и обнажёнке. Там были настоящие натурщицы. Но он ещё стал просить ему позировать – и меня, и маму, и мамину подругу Валю. Валя, кстати, стала его первой женщиной. Я сначала позировала одетой, потом в трусиках, а позже и совсем нагишом. Мне это нравилось, Дима меня обычно хвалил, говорил комплементы, никогда не позволял себе грубых шуток.

У Димы был одноклассник Паша, ты, может быть его помнишь. Он учился потом в нашем пединституте. Я Паше нравилась, и он мне тоже. А Дима тайком от меня показывал Паше мои портреты в стиле ню. Также Дима иногда фоткал меня голую, и эти фотки тоже Паше показывал.

Когда мне было 16 лет, Паша как-то зашёл к нам в тот момент, когда Дима меня рисовал обнаженную. Я знала, что во время сеанса нельзя двигаться и даже менять позу можно только с разрешения художника. И я молча и неподвижно стояла, а Паша так же молча меня разглядывал. Когда Дима закончил, Паша сказал, что я очень красивая и что он хочет иметь возможность любоваться мои телом. Я, не одеваясь, спокойно подошла к нему и залепила пощечину. Хотела и Димке врезать, но он стал извиняться и обещал, что больше такое не повторится.

Через год я поступила в тот же пединститут, и мы стали с Пашей встречаться там. Он был уже на четвёртом курсе. В зимние каникулы поехали в пансионат от института. Я поселилась в одном номере с подругой-однокурсницей. Та была уже женщиной и высматривала себе парня. Паша тоже поселился в номере со своим однокурсником. Но у того уже была своя подружка, которая тоже отдыхала в пансионате. В общем, мы сделали сложный обмен, в результате Паша оказался со мной в номере, его приятель – со своей подружкой, а моя однокурсница – с каким-то парнем со второго курса.

Я не то чтобы хотела отдаться Паше, но любопытство было сильным. И Паше вместе с моей подругой удалось меня уговорить.

*

У Паши была своя комната: он жил вдвоем с мамой в двухкомнатной квартире. И я переехала к нему – к большой радости Димы, которого я сильно стесняла. Пашина мама приняла меня хорошо, мы с ней ладили. Мы считали себя мужем и женой, но с оформлением брака не спешили.

Дима к нам часто заходил. К этому времени он успел сменить трёх любовниц. Дима решил не становиться художником, предпочтя профессию фотографа. Фотографировал он много, и нас с Пашей тоже. Дима говорил, что мы – идеальная по всем параметрам пара. Фотографии делал разные, в том числе и ню. Мы с Пашей, конечно, предпочитали заниматься любовью без посторонних, но Дима иногда уговаривал нас показать ему нашу технику.

У меня сохранилось много фотографий, но неприличные я показывать не буду. А вот эти покажу, — они вернулись в Танину комнату, и Таня взяла с полки ещё один альбом. — Дима придумал такую эротическую фотосессию, чтобы всё было понятно, но не было видно ни сосков, ни гениталий.

Вот первое фото: мы одетые целуемся. Второе: Паша голый по пояс, я в лифчике (от бикини) и шортах, держим руки друг у друга на плечах. Третье: я стою спиной к камере, лифчик расстегнут Пашиными руками, но ещё на мне. Четвертое: я, голая по пояс, стою лицом к камере, Паша стоит сзади и прикрывает ладонями мои груди. Пятое: мы стоим боком к камере, прижавшись грудью друг к другу, так что сосков не видно, целуемся, Паша руками немного спустил вниз мои шорты, и я так же немного спустила его треники, так что у обоих видна верхняя часть трусов-плавок. Шестое: то же самое, но шорт и треников уже нет, мы оба в плавках. Седьмое: я лежу на кровати на животе, Паша в плавках стягивает с меня плавочки, оголяя верхнюю часть попы. Восьмое: мы вдвоем лежим в кровати на боку, я прижимаюсь спиной к Пашиной груди, Паша прикрывает мои груди ладонями, видны наши голые ноги и часть Пашиной попы, а мои попа и лобок и другая часть Пашиной попы прикрыты простыней. И, наконец, девятая: Паша лежит на мне, мои груди прикрыты его спиной и руками, ноги также голые, и мои разведены, область таза прикрыта простыней.

Вот так мы втроём развлекались.

*

Расписались мы, когда я заканчивала институт. Мы перестали предохраняться, и 19 лет назад я родила Ваню. Паша не пошёл работать в школу, он устроился в редакцию местной газеты. Я стала чувствовать, что он охладевает ко мне. Потом до меня стали доходить слухи, что он мне изменяет. Я вначале терпела, пыталась его образумить, старалась удовлетворять его желания. Но он стал всё реже бывать дома по вечерам, потом стал иногда не приходить ночевать или приходил под утро. Бывал он и в командировках, и я догадывалась, что там он тоже без меня не скучал.

Мне это надоело, и тут у меня самой случился адюльтер. Паша был в командировке. Ване тогда было пять лет, и он вдруг заболел с высокой температурой. Пришёл молодой педиатр, Эдик, выписал лекарства, но сказал, что зайдёт ещё в конце смены. И он действительно пришёл, увидел, что температура не спадает и стал пытаться её сбить разными способами. Наступил вечер, и он признался, что ему далеко ехать до дома. Я предложила остаться у нас на ночь. Пашина мама отдыхала в санатории, так что я хотела положить его в комнату свекрови. Но мы, сидя около Вани, стали засыпать и в результате легли вместе. Среди ночи мы проснулись, и Эдик стал меня целовать и раздевать. Я спросонья даже не сразу поняла, что рядом со мной не муж. А когда поняла, решила не сопротивляться: я была Эдику очень благодарна, что он не оставил меня одну с больным ребёнком.

Когда Паша вернулся, я ему всё рассказала. Просила прощения. Но Паша просто обругал меня, и наши отношения совсем разладились. Когда он в очередной раз не пришёл ночевать, я сказала ему, что подаю на развод. Он немного покричал, но потом согласился. Дима к этому времени купил себе квартиру, и я вернулась к родителям вместе с Ваней. Больнее всего развод подействовал на Ваню, но Паша постарался уделять ему внимание не меньше, чем когда мы жили вместе.

*

Но, пока мы занимались разводом, я успела завести себе любовника. У нас в школе был замечательный учитель физкультуры, Николай Викторович. Он был старше меня лет на двадцать. У него было не только педагогическое, но и медицинское образование, и он ученикам объяснял, какие мышцы для чего нужны. В том числе какие мышцы могут быть задействованы при сексе и при родах.

Ученики его обожали, женщины-учителя тоже. Он был разведён, и я знаю двух женщин-учителей из нашей школы, с которыми у него была связь. Ко мне он относился хорошо, но не приставал, а изредка делал очень тонкие намёки. Потом я поняла, что это его стиль отношений с женщинами.

Пока я была верна Паше, я все намёки пропускала мимо ушей. А тут меня потянуло к Коле. И мы очень быстро договорились. Его контакты с училками происходили вечером, когда все остальные покидали школу – в спортзале на матах. Свет он оставлял только в коридоре, и с улицы не было видно, что происходит в спортзале. И я тоже стала его любовницей, и мы так развлекались примерно раз в неделю. И наша связь продолжалась примерно десять лет, пока Коля не начал болеть.

*

Но Колей я не ограничивалась, хотя он долгое время был моим основным любовником. Я говорила, что десять лет назад у меня ночевал  Валерка. Ночевал он, естественно, со мной в одной постели и не одну ночь, а несколько. Ваня в это время был в детском лагере.

У меня, как и у Коли и многих моих коллег, есть железное правило: никаких романов с учениками. Даже намёка нельзя подавать. Но это только пока они школьники. После выпуска все запреты снимаются. И у меня дважды была связь с бывшими учениками.

Один из них, Никита, приехал сюда через пять лет после выпуска – он закончил вуз в Питере. Пригласил меня в ресторан, рассказывал про свою студенческую жизнь, жаловался, что подруга его бросила. Родители его были на даче, после ресторана мы зашли в пустующую родительскую квартиру, и Никита стал говорить, что был влюблён в меня в школе. Я отшучивалась: мол, это было давно, любовь прошла, у тебя подруга и, наверное, не одна. Но он стал говорить, что вспомнил старую любовь и она вернулась. Я пожалела его и стала ласкать. Ну а дальше всё получилось само собой, и, когда я пришла в себя, удовлетворенный Никита спал рядом со мной.

Второй раз было ещё интересней. Алексей на меня смотрел с явным обожанием, и мне приходилось усилием воли поддерживать с ним ровный тон. Но вот настал выпускной вечер. Он, как обычно, затянулся на всю ночь. Под утро Алексей вызвался донести мои вещи до дома. Я позволила ему внести их в квартиру. Вани не было, он и в этот раз где-то отдыхал. Алексей стал объясняться мне в любви. Я вскоре поняла, что он – девственник, и он прямо сказал, что только я достойна сделать его мужчиной. Я спросила: готов ли он раздеться, и он тут же начал раздеваться. Мне ничего не оставалось, как отдаться ему.

Но этим дело тут не кончилось. Алексей стал регулярно ходить ко мне. А когда вернулся с отдыха Ваня, стал находить другие места для встреч. И эта связь тянулась почти год, пока Алексея не забрали в армию.

*

Последнего любовника я завела четыре года назад, когда у Николая прихватило сердце. Ване было 15 лет, и он занимался в секции фехтования. Как-то у него сменился тренер. И в один из вечеров Ваня привел домой своего нового тренера, Константина. Мы с ним обговорили, как Ване тренироваться и питаться, потом стали обсуждать литературу и кино. Константин ушёл довольно поздно.

На следующий день Ваня сказал, что я Константину очень понравилась.

— Ну и что из этого? — спросила я.
— Я не стану возражать, если он будет оставаться у тебя на ночь.
— Почему ты решил, что мне это нужно?
— Я чувствую, что тебе не хватает мужчины.

Он был, конечно, прав, хотя я так и не поняла, как он это почувствовал. Я с ним свои любовные дела не обсуждала.

Ваня оказался эффективным сводником, и уже следующую ночь я провела с Константином. Он был закоренелым холостяком, на три года меня младше, какой я у него была по счёту женщиной, я не пыталась выяснять. Первые два года он ночевал у меня часто, потом – реже, а когда Ваню забрали в армию, стал заходить реже, чем раз в месяц.

*

Они продолжали общаться за ужином.

— Теперь ты мне расскажи про себя, — попросила Таня.
— Значит, сколько у тебя было мужчин?
— Семь. Паша, Эдик, Коля, Валера, Никита, Алёша, Костя.
— Ну и у меня было столько же женщин.

Первой моей женщиной стала жена моего дяди, маминого брата, Анна. Мне тогда было 17, а ей – 30. Она была добрая и весёлая, моя мама её очень любила, и папа к ней тоже хорошо относился. У них с дядей была дочка, Маша, ей было тогда пять лет. И вдруг мы узнали, что дядя с ней разводится. Мама сердилась и обзывала брата нехорошими словами.

Анна пришла к нам с Машей, и мама её успокаивала и подбадривала. Потом я их проводил и помог донести тяжёлые вещи, которые им дала мама. Занёс вещи в квартиру, потом играл с Машей и помог уложить её спать. Анна стала жаловаться мне, говоря, что делала для дяди всё, что нужно было, и не понимает, почему он решил её бросить. Точнее, она знала, что у дяди появилась другая женщина, но не понимала. чем та лучше её. Потом вдруг посмотрела на меня и сказала:

— Ты так похож на него молодого!

Я сел рядом с ней, и она вдруг стала меня обнимать. Я попытался отстраниться, но она крепче меня обняла.

— Серёженька, мне так плохо! Приласкай меня, как меня когда-то ласкал твой дядя.

Мне стало жаль её, и я тоже начал её обнимать. Потом мы целовались, потом начали раздеваться. Она просила целовать её сосочки, я стал это делать, мне понравилось, а она стонала от удовольствия. У меня кружилась голова, и я не понял, как оказался лежащим на ней сверху.

Я стал ходить к ней регулярно, и она обучала меня сексу. Так продолжалось около месяца, а потом дядя с ней помирился. Несколько лет спустя он как-то сказал мне: а ведь благодаря тебе я вернулся к жене. Оказалось, что мама узнала про нашу связь и рассказала брату. И тот почувствовал сначала ревность, а потом понял, что недооценил свою Анну.

*

Потом я поехал в Москву и поступил в Плехановский институт. Там я стал ухаживать сразу за двумя однокурсницами. И мы некоторое время общались втроём. Как я потом понял, Катя была еще девушкой, а Настя уже имела сексуальный опыт. Катя мне нравилась больше, так как была спокойной и скромной, но Настя была заводной, и я невольно больше внимания уделял Насте.

Я жил в общежитии, а Настя с Катей снимали комнату у одной старушки. Хозяйка им наказывала не приводить в квартиру мальчиков, но она плохо видела и плохо слышала. Поэтому я с некоторыми предосторожностями приходил к ним. И как-то Катя ушла на кухню, и мы с Настей занялись любовью.

Настя была не ревнива. Наоборот, она подталкивала Катю к сексу со мной, но та боялась первого раза. Она тихо уходила на кухню, давая нам с Настей возможности для любовных утех. Но как-то – примерно через полгода после нашего с Настей первого совокупления – мы велели Кате остаться в комнате и показали ей, как мы занимаемся любовью.

Через два дня Катя согласилась, и я постарался аккуратно лишить её невинности. И с того момента у меня были две любовницы. Катя тоже была не ревнива, и я развлекался с ними по очереди, а иногда мы занимались этим и втроём. Катя стремилась к семейному счастью, а Настя замуж совсем не хотела. Поэтому мы с Катей стали всё больше сближаться, а у Насти появились увлечения «на стороне».

*

Когда мы были на третьем курсе, мои родители купили двушку в ближнем Подмосковье. Мы с Катей переехали к ним и вскоре расписались. Когда мы заканчивали институт, Катя родила Вову. В этот момент Настя тоже переехала к нам, и я с ней спал, пока Катя не оправилась от родов. Настя нам здорово помогала, именно она чаще всего вставала по ночам и успокаивала Вову.

Потом она съехала и вскоре всё же вышла замуж. Но быстро развелась. Позже у неё был ещё один брак, тоже неудачный. Детей не было. Я и Катя продолжали поддерживать с ней отношения, и за эти двадцать лет мы с Настей раза четыре или пять ложились в постель. Последний раз три года назад.

Катя, родив Вову, полностью ушла в ребёнка, и мне с ней стало скучно. В это время я работал в фирме, и там у меня начался роман с одной из сотрудниц, Тамарой, которая была меня на 10 лет старше. Она успела дважды сходить замуж, но быстро разводилась, и детей у неё не было. Больше замуж Тамара не собиралась, и её вполне устраивал «служебный роман».

Мы занимались с ней любовью в офисе по вечерам, когда все сотрудники уходили. Тамара не раздевалась, а только снимала трусики, задирала юбку и садилась на письменный стол. Грудь у неё была небольшая, и я обычно не пытался её открыть. Зато её бёдра меня восхищали.

Через некоторое время Катя узнала о моём романе. Она поплакала, но решила не разводиться. Я хоть и охладел к ней, но старался хотя бы два раза в неделю по ночам удовлетворять её. Через несколько лет мы приобрели свою двухкомнатную квартиру недалеко от родительской.

*

Однако, когда Вове было восемь лет, у Кати появился любовник. Мы решили разойтись, но развод оформлять не стали. Я вернулся в квартиру родителей. Связь с Тамарой мне уже поднадоела, хотя ей было тогда около 40, и она была ещё в соку.

И вдруг в электричке я познакомился с Аллой. Она читала какую-то интересную книгу, и мы с ней разговорились. Алла ехала на дачу к родителям и предложила мне поехать с ней, не скрывая, что хочет со мной переспать. Она была младше меня на два года и недавно развелась. Муж хотел ребёнка, а Алла не пожелала ни лечиться от бесплодия, ни взять приёмыша.

Алла познакомила меня со своими родителями. Мы вместе поужинали, обсуждая в основном сексуальные темы. Родителям Аллы было за 50, но они продолжали активно заниматься сексом и не скрывали этого. После ужина мы с Аллой пошли в баньку, а после нас туда пошли её родители. А мы с Аллой прекрасно провели ночь.

У Аллы была в Москве отдельная однокомнатная квартира, и я переехал к ней. Пару лет мы жили с ней душа в душу, но потом началось охлаждение. Я вернулся к родителям. Мы с Аллой стали встречаться один–два раза в неделю, а потом и реже. Друг друга мы не ревновали. У Аллы появились другие мужчины, а у меня – другие женщины. Про Настю, с которой я изредка встречался, я уже говорил. Да и с Тамарой я иногда расслаблялся.

*

Но были ещё две женщины. Обе – замужние и несчастливые в браке, но не собиравшиеся разводится. Первая – Наташа, двоюродная сестра Аллы, моложе её на пять лет. Алла сама меня с ней познакомила, когда у неё был роман с другим мужчиной, и позволяла мне уединяться с Наташей в своей квартире.

Вторая – Лена, с ней я познакомился, когда мне было 35, а ей – 25. Её муж, бизнесмен, часто куда-то уезжал и имел несколько любовниц. С ним я иногда сталкивался по работе, выполняя его заказы по экономическому анализу. И как-то раз он приехал на встречу с Леной, а потом попросил меня подвезти её в магазин, где она хотела выбрать себе сумочку. У меня тогда уже была своя машина, и я не только подвёз Лену в магазин, но и помог ей выбрать покупки (она купила не только сумочку, но и другие аксессуары). Потом довёз её до дома, и она пригласила к себе. Она вела себя довольно откровенно, и через полчаса мы оказались в постели. С её мужем я продолжал сотрудничать, и у меня создалось впечатление, что его вполне устраивали мои отношения с Леной.

Так что у меня тоже было семь женщин – Анна, Настя, Катя, Тамара, Алла, Наташа, Лена.

*

Когда Сергей закончил рассказывать, Таня сказала:

— Уже поздно, пора ложиться спать.
— Вместе?
— Конечно! Мы оба – свободные люди. К тому же я последний раз спала с Костей полтора месяца назад. А ты?
— Я с Аллой две недели назад.
— Ну вот, мы оба соскучились по любовным ласкам. И вообще – нам с тобой надо было этим заняться 25 лет назад.

Она постелила, потом попросила:

— Знаешь, Серёженька, я люблю смотреть, как у моего партнёра встаёт. Ты, пожалуйста, разденься первый догола. А потом я буду раздеваться.

Сергей безо всяких церемоний разделся, вешая одежду на спинку стула. Он стоял голый и смотрел на Таню.

— Серёженька, ты прелестно выглядишь без одежды. Сейчас я тоже разденусь. Не подходи, смотри оттуда, а я буду смотреть на твоё орудие.

Она расстегнула и спустила юбку, перешагнула через неё, затем расстегнула и сняла блузку. Дальше пришла очередь лифчика, она спустила его на живот, повернула застёжку вперёд, расстегнула и спокойно сняла. Сергей любовался её грудями.

— Сиськи у меня, конечно, уже не те, что 25 лет назад. Но пока ещё ничего. Ага, ты уже возбуждаешься!

Наконец, она сняла трусики, открыв хорошо побритый лобок. Серёжин пенис уже стоял в полный рост.

— Сосать я не буду, но мне хочется его поцеловать, — она легла на кровать и пригласила Сергея: — Ложись валетиком.

И они оба, лёжа на боку, стали целовать гениталии друг друга. Потом Сергей поменял позицию и стал целовать Танины соски. Дальше он лёг на спину, а Таня села верхом. Напрыгавшись, она прижалась к нему, и они перевернулись. Сергей двигался всё быстрее, пока не кончил в Танино лоно.

Потом они спали, а под утром их снова потянуло друг к другу. В это раз Сергей смог дольше не кончать, и Таня была на вершине блаженства.

*

Сергей снова уснул, а Таня предалась мечтам. Они знала, что Сергей – гуляка, что она у него восьмая и наверняка не последняя. И всё-таки думала о том, что хочет быть вместе с Сергеем и что браки одноклассников – самые крепкие. Что ей 42 года, и в этом возрасте вполне можно ещё родить ребёнка. И что в Москве или ближнем Подмосковье наверняка найдётся работа для учительницы.