Зелёная тетрадь N30. 1

Часть тридцатая
Холодные ноги

 Феликс Сергеевич переманил 
 Елену Юрьевну более высокой зарплатой из РОСНО, где она   занимала ответственный пост — начальник договорного отдела. Невысокая, худенькая, юркая, коротко подстриженная — высота волос один сантиметр. Глаза большие серые, нос орлиный, нижняя часть лица тяжёлая, челюсть выдвинута вперёд. Она составляла, разрабатывала, утверждала. Её подписи боялись. Знакомство Регины с Еленой Юрьевной началось с подарка. Она
поставила на стол Регины изящную фарфоровую чашку с блюдцем, белую с цветочками, просвечивающую на свет.

— Это Вам, — сказала она ровным голосом. — Пить кофе из бумажного стаканчика — дурной тон. Фарфор держит тепло значительно лучше.

Регина, застигнутая врасплох, взяла хрупкую вещицу. Она была легкой, почти невесомой.
— Спасибо, — осторожно ответила Регина. — Очень красивая. Но Вы не обязаны были...
— Я не обязана, — Елена перебила её, не повышая тона. — Я считаю нужным. Мы же работаем в одной команде. Эстетика рабочего места влияет на эффективность.

Одним этим диалогом всё было сказано. Эта женщина не предлагала дружбы — она устанавливала порядок. В её мире всё, даже подарки, подчинялось логике и функциональности.

За Еленой, как тень, следовали сплетни. Регина слышала обрывки разговоров в курилке:

— Видела её того, Игорька? Как куколка. И костюмчик, и причёска.
— А она его просто к себе забрала, из общежития. Говорят, холодная как лёд, ноги его по ночам греть заставляет...
— Молчит, конечно. Зато на что  свободу поменял? На «Фольксваген»! С её-то зарплатой...

Регина делала вид, что не слышит. Но однажды её настигла сама Елена у кофейного аппарата.

— Вас не затруднит? — Елена протянула свою чашку — точно такую же фарфоровую. — Чёрный, без всего.

— Не затруднит, — взяла чашку Регина. Пауза повисла неловко. Регина, нарушая своё же правило не лезть в чужие дела, осторожно спросила:
— Говорят, Вы работали в РОСНО  со своим мужем? Мне интересно: работать в одной компании с... близким человеком сложно? Личное и рабочее смешивается.

Елена взглянула на неё своими серыми, абсолютно чистыми глазами.
— Напротив. Это удобно. Все процессы под контролем. Никаких неожиданностей. Я не люблю неожиданности, Регина Витальевна. Они нарушают алгоритм.

И в этом холодном, железном «алгоритме» Регина вдруг с ужасом разглядела суть. Это не была любовь или даже привязанность. Это был проект. С чёткими условиями контракта: крыша над головой и карьерный рост в обмен на присутствие и лояльность.