Пилотаж на Ми-10

Марина Никифоровна Беленькая слов на ветер никогда не бросала. Не успел наш слесарь, Мирон Олегович, как следует обмыть свой заслуженный орден за восстановление «Бурана» и Ту-144, как Маринка уже загорелась новой безумной идеей. Ту-134 с его бочками и петлями Нестерова решили пока поберечь (или пожалеть нервы Ангелины), поэтому выбор пал на другую легенду, которую Мирон только-только закончил перебирать в нашем авиационном гараже — гигантский «летающий кран» Ми-10.Раннее октябрьское утро встретило команду легким морозцем. Огромный, длинноногий вертолет стоял на площадке, напоминая какого-то доисторического механического паука.— Так, авиация! Отставить зевоту! — скомандовала Марина Никифоровна, затягивая ремни на летном комбинезоне. — Сегодня у нас особая задача. Мирон, твоему детищу пора показать, на что способны советские тяжеловесы! Нам нужно перевезти старый списанный фюзеляж, а заодно проверить, как этот гигант слушается руки.Старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов, скептически покачивая головой, обошел махину кругом, постукивая ключом по стойкам шасси:— Маруся, аккуратнее на виражах. Двигатели Д-25В — это тебе не шутки, моща дикая, но техника преклонного возраста, прямо как я.— Не бзди, Василич! — звонко отрезала Марина. — С нами Смекайло и Мирон, а значит, мы и черта лысого поднимем!В высокую кабину полезли все. Мельник Ангелина Викторовна, все еще переживающая из-за прошлых разговоров про «штопор», держала в руках термос с горячим чаем и тихонько ворчала на Маринину сумасбродность. Ее поддерживала Лидия Никифоровна, которая пыталась внести в этот хаос хоть каплю старшинской строгости:— Марина, веди машину плавно. Без твоих этих ковбойских штучек!Рядом устроилась Татьяна Андреевна Трофимова. Глаза Тани горели экстремальным блеском — прыжки с парашютом и роупджампинг приучили ее к адреналину, и масштабы Ми-10 ее только восхищали. Она уже присматривала, удобно ли будет сигануть со стойки шасси, если что-то пойдет не так.— Экипаж, к запуску готовы? — крикнула Марина.— Бортинженер Смекайло-де-Цопфи к неординарным ситуациям готов! — бодро отозвался Смекайло, щелкая тумблерами. — Давление в норме, системы оживают!Огромные лопасти несущего винта медленно сделали первый оборот, затем второй, и над аэродромом разнесся оглушительный, утробный рев двух мощных двигателей. Земля под «ногами» Ми-10 задрожала.Мирон внимательно прислушивался к звуку — каждый узел, каждый винтик был перебран его руками. Сердце слесаря билось в такт трансмиссии.— Поехали! — весело скомандовала Марина и плавно потянула шаг-газ.Многотонная махина оторвалась от земли. Из-за длинных стоек шасси казалось, что вертолет взлетает прямо в небо, минуя стадию зависания. Земля стремительно уходила вниз. Марина управляла «десятиной» уверенно и жестко, чувствуя колоссальный вес машины.Они сделали первый круг над родным гаражом. Ми-10 шел как утюг — мощно, стабильно, разрезая воздух огромным винтом. Таня Трофимова прильнула к стеклу, в восторге наблюдая за проплывающими внизу лесами.— Ну что, проверим управляемость? — подмигнула Марина экипажу.— Маринка, только без резких движений! — пискнула Ангелина, судорожно вцепившись в плечо Мирона.Но Марина уже заложила крутой вираж. Для такого гиганта крен был действительно экстремальным. И тут, словно сглазили, на панели загорелась критическая лампочка, а правый двигатель издал нехороший, захлебывающийся звук. Машину ощутимо тряхнуло и повело вбок.— Внимание! Падение оборотов правого! — крикнул Смекайло-де-Цопфи.— Спокойно, без паники! — рявкнула Марина, выравнивая вертолет. — Смекайло, принимай решение!В кабине на секунду повисла тишина. Ангелина зажмурилась, Лидия Никифоровна начала читать молитву, а Василий Васильевич на автомате потянулся к аварийным кранам. Но бортинженер Смекайло не зря носил свою двойную фамилию. Вместо стандартного отключения он мгновенно сопоставил показатели и понял, что барахлит автомат перекоса и подача топлива из-за резкого угла.— Мирон, держи гидросистему! — скомандовал Смекайло. — Я перепускаю топливо вручную на левый, компенсируем тягу! Марина, нос вниз, лови поток!Мирон среагировал мгновенно, подкрутив аварийный клапан прямо под сиденьем, который сам же и конструировал на случай ЧП. Марина резко отдала ручку от себя, переводя тяжелый вертолет в режим авторотации на один рабочий двигатель.Секунды казались вечностью. Лопасти свистели со страшной силой. Но слаженная работа команды дала плоды: правый двигатель чихнул, выплюнул облако сизого дыма и снова взревел на полную мощность! Обороты выровнялись. Ми-10 послушно замер в горизонтальном полете.— Фух... — выдохнула Ангелина, открывая глаза. — Ну вас к лешему с вашей авиацией! Чуть инфаркт не схватила!— Отставить трусость, Линка! — засмеялась Марина, хотя на ее лбу тоже выступили капли пота. — Я же говорила — у меня всё под контролем! Команда — золото! Смекайло, Мирон — на землю сядем, с меня причитается!Марина Никифоровна мастерски развела вертолет на посадочный курс и мягко, как пушинку, опустила гигантский Ми-10 точно на бетонную полосу возле гаража. Лопасти постепенно остановились, и в наступившей тишине было слышно только потрескивание остывающего металла.Василий Васильевич первым вышел из кабины, поцеловал колесо шасси и сказал:— Ну, Мирон Олегович, орден тебе точно не зря дали. Собрал машину на века!Вечером в авиационном гараже снова горел свет. На столе опять дымились свежие пельмени от Ангелины, стояла «Хмельнушка», портвейн «Три топора» и тот самый дорогой коньяк.Марина подняла бокал, обвела взглядом свою дружную команду — Лиду, Таню, Ангелину, Василича, Смекайло и, конечно же, Мирона:— Наш девиз неизменен — смелость, сила, ловкость и принятие решений в любой аварийной ситуации! Сегодня мы укротили Ми-10! За нас, за лучшую авиационную команду! А в следующий раз... точно берем Ту-134!И вся команда, включая даже ворчливую Ангелину, дружно рассмеялась и подняла бокалы.Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!